Глава 46

В то время как мы пытаемся научить наших детей всему в жизни, наши дети учат нас, что такое жизнь.

Настроение стремительно падало. Проблемы перед праздниками никогда не бывают кстати. Особенно проблемы со здоровьем. Тем более, когда речь о маме или бабушке.

Новый год на носу. Янеку всегда нравилось это время. Такой длинный-длинный праздник. Почти отпуск. Начинается после корпоратива, где он ещё какой-никакой, а исполнительный директор. Там ещё надо немного держать лицо и контролировать процесс. Кто-то же должен быть вменяемым до самого финиша.

Потом сам новый год. Горовиц остался в Москве. Они с Тимом и Ярославом приехали праздновать к старшим Егоровым. Тут было вкусно, тепло и спокойно.

Следом — уже привычные "доедаши" в доме у Орловых. И как они сами не устают от такого количества праздников? С такими масштабами семьи у них раз в два месяца, а то и чаще — общий праздничный сбор.

В этой семье легко было чувствовать себя снова подростком. Не серьёзным ответственным дядей, а пацаном. Среди двоюродных братьев и сестёр Ярослава они с Егоровым были в такие дни главными по активным играм и буйному веселью.

В этом году всё чуть иначе. Татарин в меланхолии по случаю отсутствия в Москве Варвары. У Игорька Орлова беременная жена. Оставались мелкие. Все они, исключая совсем маленького Эдика, висели на Янеке, как обезьяны на пальме.

— Янек, научи нас карате, — младшие двойняшки Орловы пытались вдвоём побороть Горовица. Но он справлялся с каждым одной рукой, раз за разом укладывая их на ковер на лопатки.

— Нет, моя очередь! — Юленька вдруг заявила свои права.

— Ничего не твоя! Мы ещё не победили! — за двоих ответил Тимур. Им с братом не хотелось делить внимание Яна.

— Ха! — смешно сложила руки на груди Юленька, совсем как это делает Володя, и сдула кудрявую прядь со лба, — И никогда не победите! Разве Янека можно победить? Нет! Так что сдавайтесь!

Яну было и смешно, и приятно. Он для неё — сказочный непобедимый герой.

— Что такое, принцесса? Как твоё горло? Больше не болит?

— Папа не хочет, чтобы я училась ездить на лошадке.

— Почему?

— Он говорит, что лучше хореография, ноги будут ровные. Но мне кажется, — Юленька зашептала ему в ухо, — он боится, что я упаду и что-то себе сломаю.

— Давай тогда я буду твоим конём.

— Какой же ты конь? — Юленька посмотрела на него абсолютно Жанниным взглядом, — Ты принц!

— Но я могу побыть самым безопасным конём, если хочешь?

— Заколдованным? — у Юленьки глаза стали ещё больше.

— Конечно. А потом ты меня расколдуешь, и мы пойдём есть чак-чак.

— Хорошо. Я обязательно тебя расколдую. Кони же не едят чак-чак.

Маленькие руки с розовым лаком на пальчиках обхватили его шею. Быть конём оказалось весело. Сделав несколько кругов по дому, он сгрузил свою наездницу на руки бабушке.

— Подожди! — Юленька кинулась к Янеку.

— Что такое?

— Я забыла расколдовать! — и она сначала сделала какие-то волшебные движения руками, а потом притянула лицо Янека и чмокнула его в щеку. — Всё! Теперь можно чай и чак-чак.

Из волшебного детского состояния нужно было оперативно возвращаться во взрослое. Оставив Тима Ярославу, он полетел в Самару. По телефону всё равно не добьёшься ни от мамы, ни от бабушки никакой точной информации. Одни эмоции в товарных количествах.