Глава 55

Если проблему можно решить за деньги, то это не проблема, а расходы.

Документы из Америки пришли. На визы подали. Билеты купили. Снова полные чемоданы подарков родне. Бабушке это кажется важным. А Янек не спорит.

Сейчас ему с одной стороны спокойнее. Точно известно, кто на той стороне ждёт его родных. Мойша там. И других доказательств надёжности не нужно. С другой — беспокойство не отпускает. Бабушкин возраст уже серьёзный. В голове крутились всякие "аварийные" сценарии. Но нужно и её понять. Когда они теперь ещё с её Сарочкой увидятся — только бог знает.

Для бабушки родня — это важно. Ему и самому хотелось увидеть Мишу и его семью. Но это в другой раз. У них времени много. А на всю эту затею кто-то должен и заработать. Мужики его поддержали, не комментируя. И так понятно, что критерий "эффективность-стоимость" не про эту ситуацию.

Проводив своих, Янек вернулся в опустевшую квартиру. Тим кинулся обниматься.

— Вот, брат... С ними тяжело. И без них тоскливо.

Тим понимающе положил голову Янеку на колени.

Теперь он жил в двух часовых поясах одновременно. По московскому и нью-йоркскому времени. Пересечение активного времени не очень большое. Примерно с четырёх дня по Москве. Это девять утра в Нью-Йорке. И до ночи. Он звонил маме каждый день. Выслушивал подробнейший отчёт.

— Янкеле, всё хорошо. Мы долетели. Миша встретил. Привёз сам. Тут та-а-акая квартира. Огромная, — кричала мама в трубку, будто она не в Нью-Йорке, а на переговорном пункте где-то в Бердичеве, — А Сарочке-то мы же не сказали, что прилетаем. Бабушка хотела звонить ей сразу в дверь. А Миша сказал звонить сначала в телефон. А то мало ли — сэрдце. И тогда надо будет идти с доктором на такое "здрасти".

— Мама, делайте, как Миша говорит.

— Янкеле, ты кушал, мальчик? — это уже бабушка, — А Тимочка?

— Бабушка, у нас всё в порядке. Что доктор тебе сказал.

— О-о-о, доктор мне сказала, что с моим давлением меня можно запускать в космос. А я говорю, что я пока туда не собираюсь. И мой Давид меня ещё чуть-чуть подождёт. Пока я не увижу правнуков.

— Ба, слушай доктора.

— Янкеле, тут на Брайтоне столько хороших девочек, — это снова мама, — Скажи Мише, чтобы он тебя познакомил.

— Мама, не трать деньги на разговор за ерунду.

— Янкеле, Сарочка сказала, что ты таки совсем не халамидник, раз можешь подарить ей на восьмидесятилетие такие деньги. Миша принёс ей букет от тебя и она плакала весь вечер. А потом они с Семой пришли к нам и Сарочка три раза заглянула во второй туалет, будто это музэй, — снова бабушка.

— Бабушка, передай ей, чтобы она была таки здорова. Главное, чтобы она не делала тебе нервы. А деньги — это не главное.

— Янкеле, никогда не говори так за деньги. Они этого не любят.

— Кто не любит?

— Ой вей! Таки деньги же!

— Завтра Миша нас везёт по всем врачам, — снова мамин голос, — Янкеле, тут так красиво! И океан. И парк такой чудесный. Мы ходим гулять. Всё себе покупаем, как ты велел.

Янек выдохнул. Ну хоть в чем-то они слушают его.

С Мишей разговор был короткий. Похожий на радиообмен.

— Завтра терапевт. Потом все остальные врачи. Аня тоже посмотрит. Операция через пару недель. Не бзди. Я держу на контроле.

— Понял тебя.

— Будь здоров. До связи.

— До связи.