Глава 85

Есть люди-компасы. Они ведут нас по жизни.

Мужики, конечно, засиделись. Разговоров было много. Их никто и не торопил. Надя подала горячее. Голубцы.

— Ай, хозяйка, прям мысли мои читала! — радовался Миша русской домашней еде. — Мои это всё уже не понимают. Аню с Борей увезли совсем маленькими. А дети — тем более.

— Мы им на ужин сделали фрикадельки, картофель фри и овощи, — доложила Соня. — На завтрак бабушка Рая передала домашний паштет и форшмак. Хлеб из местной пекарни будет утром. Детям там хлопья, молоко, тосты, джемы. Блинчики испекут. Там из ресторана всё подадут официантки.

— Спасибо! Огромное спасибо, ребята.

Миша и доктор засобирались.

— Янек! Куда букет дел? — беспокоилась Соня.

У доктора округлились глаза.

— Вот. Я в воду ставил. Это для Софии. Надеемся, ей понравится.

— Ну-у-у-у... Ну, вы даёте, молодёжь! Добыли! Я, признаться, не очень-то надеялся. Но Софа так любит ландыши..., — доктор расчувствовался.

— Вот, совсем забыл, — Янек достал два телефона, оба отдал Мише, пока доктор не видел, — это местная связь. Номера все, какие нужно, я вбил. Все, кто нужен, на связи.

— Спасибо, брат. Даст бог, обойдётся. И не пригодится. Но, как это говорят, лучше перебдеть?

— Точно. Именно так.

Утром Янек привёз к гостям из Америки своих маму и бабушку. Вообще-то они рвались встречать всех в аэропорту. Еле уговорил дать людям отдохнуть после перелёта.

Сияющая именинница принимала поздравления.

— Раечка, Машенька! — они обнялись. Бабушка и мама Янека охали, разглядывая повзрослевших детей.

— Ой вей! Сашенька какая взрослая красавица! А была совсем Дюймовочка. Помнишь, Софа, как она кушала пирожки? Саша, детка, ты помнишь?

Саша поняла, улыбнулась, но ответила не сразу. Подбирала русские слова.

— Да, я помню, конечно. Было очень вкусно. А можно мне такие пирожки здесь?

— Конечно, деточка! Я приготовлю. Жареные с картошкой. А печёные с чем?

— С джем. С джемом, — поправила сама себя Саша.

Пока гости ездили днем на обзорную экскурсию и посещали музеи Кремля, в посёлке им готовили сюрприз. На веранде ресторана накрыли праздничный ужин. Получилось вполне в стиле местных огромных семей. Много народу, много вкусной еды. Задушевные застольные разговоры. Семейные байки.

Американские дети уже носились вместе с местными, прекрасно друг друга понимая. Потом все радостно уплетали гору пирожков, которую успела соорудить бабушка Янека. Она только улыбалась, глядя на их довольные лица.

Зак сначала подошёл к Саше, зашептал что-то на ухо. Саша ответила. Он кивнул и подошёл к бабушке Янека.

— Спасиба. Ощень вкусна, — выговорил старательно по-русски.

— Ой, детка, на здоровье! Кушай, пожалуйста!

У взрослых за столом вспоминали приезд в Одессу в конце службы Миши.

— Мы тогда сначала в мою школу зашли как были, в форме и с оружием. Навели шухер. А потом ещё у меня ночевали. А мама, представляете, нашла мой дневник за десятый класс. Я его спрятал в ящик с инструментами. А она нашла. За месяц до дембеля. Тут у Ани глаза стали полны удивления. Но Симонов кивал. Он-то то время помнил, кажется, лучше, чем многие последующие годы.

Эту историю Янек смутно, но помнил. И теперь вглядывался в Мишу ещё пристальнее. Получилось же у него, одесского пацана, который дедом звал соседа по коммунальной квартире, в которого не верили школьные педагоги и из которого, как многие думали, никакого толку выйти вообще не должно было, стать вполне успешным человеком даже уехав за океан. Удалось же преодолеть безденежье и одиночество. Выучить язык и применить профессию. Создать семью и растить прекрасных детей.

Янек вспомнил, как пример Миши помог ему когда-то не впасть в отчаяние по поводу собственной "неправильности". Это тогда было яркой эмоций.

— Янкеле, а твой дневник за десятый класс я, между прочим, нашла за шкафом. Когда ты уже в Москву уехал, — выдала вдруг мама Янека. Все захохотали.

Байка за байкой за столом вспомнили и появление команды в полевой форме на свадьбе у Хаима. Тут уже хохотали все московские, включая Симонова. Пришёл черёд Мише удивляться. Надя Акимова не поленилась. Добыла фотографии со всех свадебных торжеств их семей.

— Ну, мужики... Во дают! Неужели повторили?

— Уже традиция. А традиции мы любим и уважаем, — улыбался Янек, — Да, Тим?

Тим, конечно, подтвердил.

Сонина тётя всё застолье слушала очень внимательно. И разглядывала в основном мужчин. Таких разных. Но определённо объединённых между собой. Она долго не могла в голове подобрать правильные слова. А потом поняла. Они все настоящие. Не картинные и не картонные. Мужчины. Такие, какими они должны быть. Принимающие решения и отвечающие за них. Стена каменная для своих семей и друзей.