Глава 24
Наверное, с ней не могло случиться ничего более страшного, чем потеря возможности совершать оборот.
Хотя… ни в чём нельзя быть уверенной. Жизнь, как Стефания недавно поняла, может подкидывать такие картинки, которые даже в страшном сне не приснятся!
Например, испуганный Ардарский.
О таком даже подумать страшно, не то что вслух произнести, а она видела своими глазами!!!
Интересно, что его привело в больший ужас — опасение, что волчица так и останется серединка на половинку или боязнь, что он сам сойдёт с ума, если отмеченная им самка так и не ответит взаимностью?
Он-то поставил ей именно брачную метку, метку избранной пары, а это чревато.
Причём, для обоих!
Стеша хотела потрогать зудящее место, но вспомнила — у неё до сих пор лапки. Она всё ещё в теле пушистой предательницы!
И мысленно застонала.
Эх, Дея, Дея, что же ты натворила? Ладно, если бы они с Соло просто побегали по лесу, поиграли в догонялки, нападалки и кусалки! Но зачем было подставляться ему под укус?
Как и спариваться с ним…
«Конечно, не обязательно, — обиженно буркнула волчица. — Когда сама кувыркалась с Борисом, так ничего. Моим мнением даже не поинтересовалась. А стоило мне пожелать для себя лично капельку удовольствия, так сразу «эх, Дея!»
Стеша осторожно выдохнула — кажется, вторая половинка сменила гнев на милость, она с ней разговаривает?! Может быть теперь получится сменить ипостась?
Ме-едленно потянулась к разуму зверя, но ничего предпринять не успела. Волчица буквально вышвырнула её из своего сознания и раздражённо буркнула:
«Оставь! Мне больно, когда у нас стопорится. Попробуем утром».
— Дея, посторонись, я тебе открою дверь, — предложил Ардарский, напомнив, что Стеша здесь не одна. — Тут студёно, а в доме тепло работает обогрев.
Волчица одарила его презрительным взглядом, демонстративно подошла к двери и толкнула ту. Безрезультатно, так как дверь явно открывалась наружу, а не вовнутрь.
Борис собрался ещё раз предложить свою помощь, но Дея уже сменила тактику. Волчица упёрлась лапой в косяк и зубами потянула за ручку на себя.
Со второго рывка та повернулась, и плотно подогнанная створка медленно распахнулась.
— Ну, сама так сама, — произнёс Борис. — Дверь надо закрыть, выстудишь дом. Выключатель справа на стене. Впрочем, света пока всё равно нет. Генератор не рабо…
Дея на секунду остановилась, подарив ему ещё один острый взгляд.
— Я перекинусь, зверем лежать на полу уютнее. Да и теплее, — оборвав предыдущую фразу, бросил он вслед волчице. — Сени не отапливаются. Если что-то будет нужно, я здесь. Тёмной ночи, единственная моя!
Дверь захлопнулась, и Дея осталась одна.
Первым делом обошла комнаты, с интересом обнюхала всё, и убедилась — здесь пахнет только Ардарским. Похоже, ни одна чужая нога порога дома не переступала. Ни нога, ни лапа. По крайней мере, в течение предыдущих трёх-пяти дней.
Что, сам топил, сам убирал, сам застилал постель чистым бельём?
Надо же!
Устраивал гнёздышко для пары?
На мгновение Стеше стало стыдно и грустно, но потом она вспомнила, что Ардарский фактически купил её у отца, запретил видеться с Артёмом, а потом и вовсе заявил, что она принадлежит ему.
И желание извиниться испарилось, не успев толком сформироваться.
А следом накатила такая усталость, что веки сами по себе стали закрываться. Дея еле-еле успела вспрыгнуть на кровать, зацепить покрывало и, покрутившись вокруг своей оси, «свить» гнездо, как её сморил крепкий сон.
Проснулась она от ощущения чужого присутствия.
Только что волчица лежала расслабленно и уютно сопела, а в следующий миг взвилась вверх, принимая боевую стойку. На пол полетели подушки и покрывало, одеяло сбилось в один комок с сорванной простынёй.
— Оу, оу! Полегче! — знакомый, но от этого не менее неприятный голос.
Дея оскалилась на невозмутимо стоящую посреди комнаты Киру.
«Откуда она взялась?! — мелькнуло в голове. — Где Ардарский?!»
— Боря, ты уверен, что она вменяема? — повернув голову в сторону входной двери, поинтересовалась сестрица. — Ты что там застрял? Войди и успокой свою… истинную. Объясни ей, что я здесь не по своей воле. То есть по своей, но если бы не непредвиденные обстоятельства, я бы ваше уединение ни за что не нарушила.
Последнее слово женщина произнесла с плохо скрытой издёвкой.
И сразу же со стороны сеней донёсся низкий, отчётливый рык и потянуло тяжёлой энергетикой рассерженного альфы.
— Боря, ты что?! — переполошилась Кира. — Я же шучу! Убери, ты сделаешь Стешеньке только хуже! Ей покой нужен, и не только физический. Не переживай, я всё поняла. Помогу я твоей паре, если она сама не сможет обернуться! Правильно сделал, что не потащил бедняжку в посёлок, волкам совершенно не нужно знать, что случилось!
Рык стих, давящая сила отхлынула.
— Извини, Кира, не хотел. Но это сильнее меня — никто не смеет говорить о моей паре с насмешкой или пренебрежением!
— Я не…
— Понял уже, что поспешил. Видишь ли, Кира, я и сам в несколько разобранном состоянии, — извиняющимся голосом произнёс Ардарский. — Ты видела, я два месяца ходил по грани, думал, с ума сойду. Истинная рядом, вот она, руку протяни, но нельзя. Не принимает! Под конец уже еле держался, ограничил контакты, оставив только самый минимум. А тут ещё Соло её пометил, процесс привязки запустил, но сука упёрлась и ответную не поставила. У кого хочешь голова кругом пойдёт — она моя пара, а я для неё чужой! И оборот ещё этот…
— Я всё понимаю, Боря! Не переживай, присмотрю за девочкой — почти по-кошачьи промурлыкала Кира. — Отнесусь к ней по-родственному. Если перекинется — верну в посёлок, а нет — дождёмся тебя.
Стеша замерла, ловя каждое слово.
Страдал он, надо же! Так вот почему волк появлялся у неё лишь на ужин и всегда держался несколько отстранённо? Боялся сорваться. Выходит, альфа на самом деле признал её, Стефанию, своей истинной!
Что ж, это многое объясняет.
Но если его так сильно плющило, то встречный вопрос — как Ардарский вообще столько продержался?!
Стоп! В смысле — дождёмся?! Альфа куда-то уезжает? И откуда здесь взялась Кира, ещё и с утра пораньше? Что-то подсказывает, что её в избушку никто не приглашал…
Стеша рванулась наружу, волчица жалобно пискнула и…
И снова обе ипостаси застряли на половине оборота.
— Стеша! — бросился к ней Борис, но замер на пороге.
— Ничего себе, какая красавица, — в голосе Киры снова проскользнуло что-то нехорошее. — Брат, я справлюсь, правда! А Верховный ждать не будет. Ты прочитал телеграмму?
— Прочитал, — буркнул Ардарский, жадно рассматривая нелепую композицию из Деи и Стефании. — Как я её оставлю?
— Молча! Верховный не просто так созывает Совет, ты обязан быть! Он в курсе, что у тебя вчера была свадьба, и раз всё-таки прислал вызов, значит дело не терпит отлагательств! Это ещё хорошо, что я знала где находится твоё логово, а если бы нет? Как бы ты потом оправдывался перед Волковым?
— Стеша, — Борис вскинул руку и бессильно опустил её. — Не мучайся, верни волчицу. Ты слышала? Кира принесла телеграмму — Верховный отправил молнию, он созывает Совет. К сожалению, сегодня нам с тобой поговорить не получится. Мне прямо сейчас придётся уехать в Москву.
Она ослабила нажим, и Дея тут же приняла законченный облик, а Стефанию снова выкинуло вглубь сознания.
Волчица заскулила и, спрыгнув с кровати, приблизилась к альфе, подставила под ладонь голову.
Стеша словно со стороны наблюдала, как мужчина опустился перед ней на колени.
— Маленькая моя! Ты слышала — Верховный созывает Совет!? Я не могу ослушаться его и остаться с тобой, но постараюсь обернуться как можно скорее!
И повернулся к сестре:
— Надеюсь, Волков не станет меня надолго задерживать, он знает, что я только-только обрёл пару.
— Ты без метки, — напомнила та. — Брак по человеческим законам для наших ничего не значит. Все подумают, что вы ещё не спарились, поэтому никто раньше всех тебя отпускать не станет. Кстати, не предполагаешь, по какому поводу собирается Совет?
— Понятия не имею. Что-то важное, раз такой срочный сбор. Я попробую объяснить Андрею, насколько всё сложно у нас со Стешей. Он волк правильный, справедливый, должен меня понять. Что до метки… Это дело времени, Кира, — тихо произнёс альфа. — Стеша успокоится, мы поговорим, и всё у нас будет хорошо. Правда же, Дея?
Волчица засопела и носом поддела руку Бориса. Мол, продолжай гладить и чесать за ушком!
Стефания мысленно завела глаза к потолку — её вторая половинка не волчица, а настоящая лиса Патрикеевна! Вот же плутовка серая!
— Видишь? — мужчина посмотрел на Киру. — Она просто запуталась. Ну и я перегнул. Вернусь, буду исправлять.
— Оставим подробности, — передёрнула плечами сестра. — Я в ваши отношения лезть не собираюсь, не мальчик, сам разберёшься. Ты мне другое скажи — хорошо, ты уедешь. А мне с ней что делать?
Женщина кивнула на Дею.
— Я тут подумала… Может быть, оставить её в звериной ипостаси?
— В смысле?
— Запереть в волчьем облике и отправить в посёлок. Пусть сидит до твоего возвращения дома.
— Это жестоко, — возразил Ардарский. — Да и волки не поймут, почему молодая жена постоянно находится в волчьей шкуре. Если повезёт, я обернусь за неделю, а если придётся задержаться подольше? Нет, Стеша остаётся здесь, и ты проконтролируешь, чтобы она не застряла в промежуточной форме.
— Понимаешь, — помялась Кира, — я, конечно, не отказываюсь присмотреть за твоей сукой, но как ты себе это представляешь?! Если ты не забыл, у меня есть обязанности в клане, в том числе, перед своей парой и своим волчонком! Влас не согласится, чтобы я ночевала вне дома.
— Твоя дочь уже большая и не нуждается в ежеминутном надзоре. А мужу сама придумаешь, как объяснить свои отлучки. Надолго оставлять Стешу нельзя, но никому, кроме тебя, я её доверить не могу. И открывать месторасположение своего логова тоже никому не собираюсь. В тебе я уверен, в других — нет.
— Хорошо, — Кира бросила взгляд на млеющую под рукой брата волчицу, — а если я буду навещать твою женщину три раза в день, а на время отсутствия и на ночь ставить ей запрет на оборот? От посёлка, если бежать быстро, тут не так далеко, я смогу ненадолго прибегать днём, но ночью моё место рядом с мужем. Да и стаю неразумно бросать на одного Игната — мало ли что может произойти? Альфа в отъезде, и Луна куда-то умотала…
— Всё-таки запрет? Но…
— Или я могу всё рассказать Власу. И он, возможно, разрешит мне здесь ночевать.
— Исключено! Никто кроме тебя не должен узнать, что произошло!
— Тогда сам посуди — если не запереть её в волчьей ипостаси, то что будет, если она решит перекинуться, пока меня нет рядом? Застрянет, сама не справится, а помочь некому? И останется твоя пара навсегда в промежуточной форме…
— Стеша, — Борис поднял голову волчицы и заглянул ей в глаза, — ты слышишь, что говорит моя сестра? Кира права — тебе пока нельзя пытаться сменить ипостась. Сможешь сдержаться и не перекидываться хотя бы в течение дня?
Дея повела ушами и чихнула.
— А если спонтанный оборот? — напомнила сестра. — Она пообещать-то пообещает, но во сне не сможет себя контролировать. И?
— Тогда, — вздохнул Борис, — на ночь ставь запрет, а утром его снимай. Стеша, это временно и только ради твоей безопасности! Как не вовремя эта поездка!!!
— Р-р-р!!! — Дея вывернулась из рук и отошла, обиженно рыча.
— Стефания, — Борис снова приблизился к Дее, — пойми, у нас нет другого выхода! Смотри, у тебя теперь метка альфы, теперь ты принадлежишь к моей стае. Кира же прошла Лунный обряд и уже много лет выполняет обязанности Луны клана. Она подстрахует тебя, пока я нахожусь в отъезде. И если ты снова не сможешь перекинуться, она силой альфа-самки вынудит, заставит, поможет вернуться в изначальную форму. Тебе придётся ей довериться и во всём слушаться. Это для твоего же блага! Пожалуйста, пойми это и веди себя благоразумно! Кира, к тебе последнее тоже относится.
— Конечно, Борис, — кивнула волчица. — С твоей парой всё будет хорошо. А в посёлке, чтобы не пошли слухи, скажу, что вы уехали вместе.
— Продукты…
— Знаю, где ты их тут хранишь. Едой обеспечу, не волнуйся.
— Генератор…
— Не думаю, что это хорошая идея. Он слишком шумный, а мы же не хотим привлекать чужое внимание? Тем более твоя пара в волчьей шубке, зачем ей электричество? Газовые баллоны есть, отопление работает, а читать по ночам волчица не будет.
Ардарский с отчаяньем посмотрел на сестру, потом на замершую Дею.
— Мне пора… Стеша, просто жди меня. Без глупостей и самодеятельности! Кира, побудь ещё с ней, покорми и покажи тут всё. Я передам Власу, что ты задерживаешься по делам клана.
— Постой! — всполошилась Кира. — У меня к тебе ответная просьба — возьми в Москву Вику! Ей туда край как нужно, а ты всё равно едешь.
— Нет времени ждать, когда она соберётся, — отрезал Борис.
— А она уже! Я как телеграмму получила, сразу к тебе побежала, ты же предупредил, где искать, в случае чего. Ну а дорога мимо Викиного дома. Я и заскочила на минутку, велела ей быть через час готовой. Она ждёт, на чемодане сидит!
— Ну… хорошо. Заеду, но если она сию минуту не выйдет, уеду без неё, не обессудь!
Мужчина шагнул к порогу, ещё раз обласкал взглядом Дею и, в прыжке сменив ипостась, волком выскочил наружу.