Глава 19

Я и забыла, насколько привлекательный мужчина мой супруг. Темные волосы свободно рассыпаны по плечам и сияют на солнце, зеленые глаза сверкают. Черный камзол с серебряной вышивкой подчеркивает стать и ширину плеч, белый шейный платок добавляет элегантности, а начищенные до блеска высокие сапоги довершают идеальный образ.

На его фоне ректор, облаченный в кремовый костюм с изящной тонкой золотой вышивкой… Нет, не проигрывал. Вот нисколечко! Пожалуй, эти два мужчины только дополняли друг друга, как день и ночь, как солнце и звезды.

И не было ни одной женщины, которая бы не смотрела на них с восхищением. Даже пожилая, сгорбившаяся мэтресса, сопровождавшая ректора, с упоением разглядывала герцога и лорда Дина в свой лорнет. И я залюбовалась, получая эстетическое, разумеется, удовольствие. Даже страх быть узнанной на время отошел на задний план.

Что-то в образе герцога меня смущало. Сразу не сообразила что, поэтому еще раз внимательно осмотрела мощную фигуру с головы до пят, остановившись на сгибе его локтя. Именно там и было то, что меня настораживало. Пожалуй, даже беспокоило и возмущало.

На сгибе локтя герцога покоилась милая ухоженная женская ручка с тонкими пальцами, унизанными кольцами и перстнями. Неожиданно.

Взгляд скользнул дальше. Рядом с Демианом стояла потрясающая красавица. Невысокая, но с гордо расправленными плечами и чуть вздернутым подбородком. Изумрудное платье подчеркивало узкую талию и оттеняло густые медные локоны. Дама пожирала моего мужа своими антрацитовыми глазами. А он, хоть и не уделял ей должного внимания, но был совсем не против такого вопиющего и недопустимого для женатого мужчины обожания.

По всей вероятности, сейчас я видела перед собой его любовницу — баронессу Клариссу Шеридан. К моему сожалению, вкус у Демиана был. Ничего не скажешь! Вот так встреча…

И пока внутри клокотало возмущение, герцог перевел взгляд на меня. Зеленые глаза расширились, а потом прищурились, словно он пытался усиленно что-то вспомнить. Внутри все похолодело.

«Узнал… Узнал… Узнал…» — тревожно отстукивало сердце.

В этот миг я действительно готова была грохнуться в самый позорный обморок прямо на виду у всех. Это конец! Конец любой мечты! Здравствуй пансион, чопорные дамы и вечное заточение! А дальше что? Сиди в поместье, изредка смотри пусть и в красивое, но вечно недовольное лицо супруга и ежегодно смешивай в себе кровь Торнборнов и Рорков? Не хочу… Боги пресветлые…

Вот сейчас он скажет: «Миледи, где вы должны находиться? Что я вам приказал? Что написано в брачном договоре, который подписали я и ваш покойный батюшка?».

Дышать стало трудно, а глаза повлажнели, застилая мир едкой размытой пеленой слез. Нет! Не дождутся Рорки моих рыданий. И я… Я малодушно и даже где-то отчасти трусливо смежила веки.

Но прошла секунда… Другая… Третья… И…

— Прошу вас отобедать с нами, ваша светлость, — сказал кто-то, видимо, из преподавателей.

Ничего не произошло? Или вмешались боги, или муж не узнал свою жену.

Глаза пришлось открыть. Да, зеленый взгляд до сих пор блуждал по мне. Но, скорее, герцог смотрел не зло, не ехидно, а изучающе. Словно на копошащегося где-то у его ног зверька, который своими неосторожными движениями пробудил в нем интерес. Вернее, легкую долю любопытства, ибо на интерес подобные мне не тянули.

Или все же тянули?

Сейчас его тянули в совершенно другую сторону, и это отчего-то раздражало Демиана Рорка.

— Идемте же, ваша светлость, — вторя своему более проницательному коллеге, мелодично пропела Кларисса Шеридан.

К моему сожалению, и голос у дамы был под стать внешности — красивый, мелодичный и даже завораживающий. На подобное звучание невольно обращаешь внимание. А, быть может, дело было в том, какими интонациями пользовалась рыжая леди со столь необычным цветом глаз. В любом случае, герцог ни на что не купился, и поморщился, словно с этой минуты присутствие красотки ему стало едва ли не в тягость.

— Прошу, — Рорку улыбнулся ректор, указывая рукой на здание, и первым пошел вперед.

Не успела я выдохнуть, как герцог, который на секунду отвлекся, слушая лорда Дина, вновь обернулся ко мне и учтиво кивнул. Лишь после этого он соизволил пойти за ректором, совершенно не обращая внимания на баронессу, прилипшую к его локтю. За ним потянулись преподаватели, а потом и студенты.

А я все стояла, не в силах осмыслить произошедшее. Если муж меня узнал, почему не сказал об этом? Тут могло быть два варианта. Он решил не устраивать скандал на людях и всего лишь отложил его, дав мне короткую передышку. Второй вариант казался менее правдоподобным: герцог одобрил мои действия, осознав, что поступила я взвешенно и достаточно умно в сложившейся ситуации. И, наконец, самый очевидный из всех вариантов и домыслов: мой муж просто меня не узнал. Да, скорее всего. Но тогда… Тогда почему он кивнул совершенно незнакомой адептке? От всех этих мыслей сердце вновь пустилось вскачь, а виски заломило. Боги Ландоры не дали мне времени подготовиться ко встрече с супругом. Видимо, Торнборны сильно нагрешили, раз они столь жестоки к их потомку.

— Ты и герцога знаешь, подружка? — с улыбочкой спросила Хезер.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Мне не понравился ни ее вопрос, ни это ее «подружка», поэтому я честно соврала:

— Первый раз вижу!

— Значит, он вполне мог видеть тебя, — не успокоилась она.

— С чего ты так решила? — может быть, блондинка заметила что-то такое, что упустила я?

— С того, что географию учить надо! Рорк-холл граничит с вашим графством. А в жизни всякое бывает! — ответила Хезер.

Да, всякое. Тут не поспоришь. Моя жизнь так вообще состоит из одних случайностей и неожиданностей, не всегда приятных. Поэтому я лишь неопределенно пожала плечами, в целом с ней соглашаясь. Мог, разумеется. И даже видел: дважды — случайно, и еще один раз — по приказу короля.

— Пойдемте, девочки, иначе лучшие места займут, — прервал наш диалог Нил, и я ему была благодарна за это. Мне требовалась тишина, чтобы сосредоточиться и подумать о том, как поступить дальше.

***

Герцог Рорк

Два дня бесконечной скачки примирили Демиана с решением брата. Он устал сам и изрядно вымотал Герцога. Жеребец возмущенно всхрапывал, но покорялся воле хозяина.

Стоило пересечь границу родного поместья, как у коня и всадника, словно второе дыхание открылось. Погода не радовала. Над головой низко висели свинцовые тучи, орошая путника холодной дождевой пылью. Порывистый ветер забирался под плащ и камзол, заставляя тело леденеть. Но ничто не могло омрачить радости герцога от того, что он, наконец, вернулся домой.

За последние три года не так уж часто ему доводилось бывать в Рорк-холле. Жаль, больше суток задержаться не получалось. Постоянные разъезды по гарнизонам, приграничные конфликты, мелкие ссоры дворян, что время от времени вспыхивали внутри страны, плюс катастрофическое положение с подпольными магическими турнирами, теневыми операциями на внутренних рынках, контрабандный вывоз талума и прочие неприятности, которые он вынужден был решать, будучи лицом официальным, мешали ему наезжать домой чаще. А сердце всегда рвалось в эти дивные, знакомые с детства места.

Дорога пошла ровнее, выбоин стало гораздо меньше. То там, то здесь герцог с удовольствием отмечал следы свежего ремонта. Значит, он не ошибся, взяв нового управляющего всего по одной рекомендации. Конечно, мэтр Берч исправно присылал ему всю документацию, и годовой доход имения за это время нисколько не снизился, а даже немного вырос, но любое хозяйство требовало внимания хозяина. И сейчас Демиан радовался, что сможет совместить свою женитьбу с возвращением домой и собирался провести тщательную ревизию, выбраться в деревни, поговорить с селянами, проверить ремесленников и небольшие мануфактуры.

Пожалуй, ему действительно стоило остепениться, а земли Торнборнов граничат с землями Рорков. Значит, его будущая супруга должна любить эти места так же сильно, как и он сам. Кроме того, она выросла среди простых людей, и есть надежда, что семья и домашний уют для нее важнее, чем блистать на балах, по сто раз на дню менять туалеты и бесконечно долго вместе со всем двором прихвостней и подхалимов сопровождать в поездках короля, привлекая к себе всеобщее внимание.

Демиан поморщился. Да, даже не видя невесту, он уже считал ее собственностью. А герцог очень не любил повышенного внимания ко всему, что принадлежит ему. И своей женой видел женщину скромную, порядочную и мудрую. Да, пожалуй, что так.

Мост через ров к Рорк-холлу еще не подняли, хотя солнце уже клонилось к закату. Ворота тоже все еще были открыты, а на посту стоял лишь один стражник, пока остальные грелись в караулке. Это говорило лишь об одном — в поместье все спокойно, и обитатели не опасаются лихих людей и прочих нападений. Еще один плюс в копилку нового управляющего.

— Стой, кто идет?! — вздрогнул и тут же закричал, видимо, задремавший и разбуженный стуком копыт стражник, выставив перед собой секиру.

— Свои, — усмехнулся Демиан, наслаждаясь вытянутым от удивления лицом мужичка.

— Доброго здоровьичка, ваша светлость! — заорал охранник так, что в окно служебного помещения высунулись сонные морды его товарищей. — С приездом, стало быть!

Стражник вытянулся по струнке и отсалютовал хозяину.

Двор замка был тщательно выметен, мусор убран. В нужных местах разбили клумбы. И везде, куда герцог бросал взгляд, чувствовалась рука заботливого хозяина. А ведь он приехал неожиданно.

В непогрешимость слуг Демиан не верил. Каков бы ни был человек, он всегда оставался лишь человеком, допуская порой промахи и даже ошибки. Поэтому герцога слегка напрягло столь идеальное состояние хозяйства. Это говорило лишь о том, что новый управляющий старался держать под контролем абсолютно все и всегда. Значит, чего-то боялся, что-то скрывал.

Правда, была еще вероятность того, что мэтра Берча кто-то предупредил о приезде хозяина, но это маловероятно. Ибо герцог, нигде не останавливаясь, прямо от короля скакал сюда. Проверить поместье стоило и, похоже, давно.

А пока, он с удовольствием спешился, разминая уставшие ноги и плечи. К нему тут же выбежал дворовый слуга и ахнул:

— Ваша, светлость! Радость-то какая! Вот уж не чаяли так скоро увидеть вас!

— Прими коня, Том, — улыбнулся ему Демиан. — Да проследи там…

— Обижаете, ваша светлость! — отозвался тот, едва не подпрыгивая от радости.

Его конь по кличке Герцог слуг не любил, но к Тому относился снисходительно. Почему-то в эту минуту, поймав немного укоризненный прощальный взгляд своего жеребца, он вспомнил девчонку, совсем еще подростка, с которой ему довелось пережидать грозу под раскидистым деревом. Ее Герцог принял сразу и безоговорочно. Даже уезжать не желал. Удивительная, отважная, не по-детски умная, с толковыми суждениями и довольно едкими замечаниями! Демиан получил удовольствие от общения с ней.

Как же ее звали? Лисси, кажется… Скорее всего, дочка местного арендатора. Возможно обедневшего аристократа или отставного военного. Сейчас, наверное, превратилась в красавицу. От женихов отбоя нет. Что ж, ее отец вполне может поправить свои дела за ее счет. Одни запоминающиеся, словно расплавленное серебро, завораживающие глаза чего стоят!

Отчего-то мысль о случайной знакомой, идущей рука об руку с женихом к встречающему их жрецу пресветлых, разозлила его. Странно, почему? Неужто, нервы расшалились накануне собственной свадьбы? Воспоминания о девчонке время от времени тревожили его. Он даже хотел поискать ее по округе, но дела не дали такой возможности. А сейчас что-то вроде сожаления кольнуло внутри, ведь женатому человеку не пристало разыскивать юную прелестницу, с которой когда-то пережидал грозу.

Он ступил на крыльцо, и тут же ему навстречу шагнули два лакея и экономка.

Мэтресса Дотти…

Ее Демиан не любил. Было в женщине что-то неприятное, даже крысиное. Но ее педантичность и чистоплотность устраивали его, и он терпел, старясь не обращать на нее внимания. Дотти же в свою очередь была довольно прозорлива и сама не лезла ему на глаза, сведя их встречи к минимуму, словно чувствуя отношение хозяина к ней.

— Добро пожаловать домой, ваша светлость, — поклонилась она, а следом и лакеи.

— Ванну, сытный ужин и не беспокоить меня до утра, — бросил на ходу герцог, сбрасывая на руки слуге промокший плащ и перчатки.

Готовили в Рорк-холле все также отменно. Поэтому он поел, отогрелся и прекрасно выспался. А с самого утра начались неожиданности.

Несмотря на запрет, его все же разбудили, хоть и не рано. Секретарь принес срочную магическую почту, скрепленную личной магической печатью друга — барона Дина. Закари писал, что удалось выяснить место проведения нового турнира, и сейчас готовится рейд. Значит, в столице Демиану хорошо бы появиться не позже, чем через пару дней, а это вряд ли возможно, учитывая обстоятельства. Как же некстати эта свадьба!

Разговор с управляющим тоже откладывался, потому что Берч занимался королевским обозом, а это сейчас было важнее любой проверки. В конце концов, обоз отправится завтра, а сам герцог планировал задержаться, ибо молодой супруге после свадьбы необходимо было внимание. На этот раз Закари придется обойтись без него.

Он успел уничтожить послание и отправить несколько важных магических депеш, как слуги объявили о прибытии гостя. Вот и закончилась беззаботная холостая жизнь…

Несмотря на предубеждение, поверенный графа ему понравился. Пожалуй, Демиан не отказался бы, чтобы такой человек, как Оудэн, работал на него. Очень сдержанный, серьезный и грамотный. Предан Торнборнам до корней волос и добровольно связан с ними магической клятвой. Признаться, сам герцог считал подобные крайности излишними. Людям необходимо доверие и регулярные проверки, кнут и пряник при видимости свободы. Но граф слыл большим чудаком и приверженцем старых традиций. И, возможно, во многом был прав.

Демиан часто вспоминал его речь на совете, когда Торнборн говорил о турнирах. Он возражал против магических боев и считал, что магия нужна для созидания и помощи, а не для убийства и разрушений. Граф выступал за строгий правительственный контроль над турнирами, а также — за регламентированный учет всех камней талума и их последующее распределение по способностям одаренного. По смыслу верное, но все же утопичное заявление. Разумеется, богатые семьи возмутились, и Георг ничего не смог сделать, хоть и соглашался с суждениями графа. Если бы тогда Эдварду удалось протащить свой законопроект, сейчас бы не приходилось вычислять подпольные игры и хоронить юных магов.

Что вспоминать о былом? На данный момент Демиан сам столкнулся с чудачествами графа. Когда он говорил с братом, то еще лелеял надежду, что управлять состоянием супруги все же будет муж или хотя бы поверенный. И, в принципе, мэтр Гайс внушал ему доверие. А женщины… Что женщины? Они способны лишь распылять состояние по ветру. Особенно юные прелестницы. Но в документах значилось имя Мелиссы Торнборн, как единственной владелицы всего имущества графа, а Оудэн нисколько не оспаривал, а всячески поддерживал волю бывшего хозяина. Пожалуй, к девице стоило присмотреться.

Узнав подробности смерти графа и детали плана, который придумали невеста и ее поверенный, он уже ни в чем не был уверен. Пожалуй, если за поместьем Торнборнов следили, то покинуть его незаметно, можно было лишь так.

— Вы гарантируете, что дороги Рорков безопасны? — спросил его поверенный, сверля внимательным взглядом, под которым вдруг стало неуютно.

Что он мог сказать? Лично не проверял.

— Жалоб не поступало. Я все утро разбирал бумаги, переданные моим управляющим. Если бы в округе орудовали разбойники, Берч обратился бы ко мне. Но могу выслать отряд навстречу, — ответил Демиан, большего гарантировать он не мог.

— Не для того мы придумали этот балаган с переодеванием, чтобы привлекать излишнее внимание к Мелиссе. С ней верная служанка и два надежных гвардейца, — ответил Оудэн.

Он заверил, что невеста выехала следом. Исходя из того, что ей предстоял более длинный путь, то прибыть она должна через несколько часов. Мужчины отобедали, распрощались, и герцог стал ждать. 1439f7c

Погода испортилась почти сразу после отъезда Оудэна.

Демиан разобрал вновь накопившуюся магическую почту и донесения шпионов. Информация, полученная из писем, тревожила. В Ондории что-то назревало, явно что-то готовилось. К границам стягивали войска. Разумеется, внезапного удара ждать не стоило, но он сейчас нужен был там, на кордонах, а вместо этого вынужден сидеть в замке и ждать девицу, которая боится ноги промочить. Даже если поверить мэтру Гайсу, и предположить, что невеста настолько умна, чтобы управлять своими активами самостоятельно, она все равно остается всего лишь женщиной. Слабой и зачастую совершенно беспомощной.

Время шло, и его злость росла с каждой минутой. В замке не сиделось, все же не каждый день приходится жениться. И чувствовал герцог себя по-идиотски. Никогда ему не приходилось столь долго ожидать даму. Обычно они сами искали его внимания, ловили каждый взгляд и каждую фразу.

Он дошел до ворот, но пробыв там больше двух часов, потерял всякое терпение. Женщины! Наверняка пережидает непогоду в какой-нибудь деревушке или придорожной таверне! Все же не стоило слушать Оудэна, нужно было послать солдат и привезти невесту. И когда Демиан почти решил отправиться за девушкой сам, его отвлекли.

— Ваша светлость! Ваша светлость! Магическая почта! Срочное магическое послание! — вопил секретарь, размахивая конвертом.

Письмо было от Закари. Если Дин просил о сеансе дальней магической связи, значит, у него были новости, которые требовали немедленного вмешательства и личного участия герцога.

Дождь усилился, и поднялся ветер. В такую погоду добрый хозяин собаку во двор не выгонит. Вряд ли графиню стоит ожидать сегодня. Герцог цветисто выругался и, почти не надеясь на успех, приказал охране:

— Мост не поднимать! Всех прибывших женщин доставлять сразу ко мне!