Глава 1

– Муза Анатольевна, рада Вас видеть. Что привело ко мне? – обнимая меня, уточняет светило медицины, профессор и самый крутой врач ультразвуковой диагностики.

– Роза Давидовна, это в рамках ежегодного ТО здоровья, – хихикаю, обнимая ее в ответ. – Сижу же на гормонозаместительной терапии.

– И как? Какие-то проблемы появились? – приподнимает вопросительно бровь Роза.

– Ну, как сказать. Цикл начал немного сбоить. Утомляемость накрывает периодически, – перечисляю симптомы, которые есть у восьмидесяти процентов женщин.

– Зима, дорогая моя! Нет солнца - нет жизни, – тут же в унисон мне выдает фразу моя коллега, водя по моему телу ультразвуковым сканером.

Лежу молча, слушая показатели и размеры органов, которые Роза диктует медсестре.

– Музочка, твои органы прекрасны. Хотела пошутить на что еще годны для… Но… Увы, согласно протоколу в нашем с тобой возрасте точно мимо, – смеется Роза. – Сейчас еще репродуктивную систему гляну. Мельком. За более подробной картиной пойдешь к Елене. Она тебя трансвагинально посмотрит. Так… Стоп…Музочка, а как давно ты плохо себя чувствуешь?

Услышав в голосе Давидовны беспокойство, напрягаюсь и замираю.

В мозгу только одна мысль: “Только не это! Я недавно такое с мамой пережила…”

– Что? Опухоль? – выдыхаю тихо, но сама себя слышу, будто кричу.

– Света, воды! И лети за Леной Ивановной. Мигом, – словно генерал приказывает Роза. – И пусть датчик вагинальный возьмет с собой.

– Розочка Давидовна, скажите все как есть.., - простанываю, чувствуя, как по моему виску и позвоночнику ползут капли пота.

– Вот вода. Пей, – игнорируя мои слова, говорит Роза, протягивая мне бутылку.

Я приподнимаюсь в надежде хоть что-то увидеть на экране. Но…

Именно в этот момент в кабинет влетает Ленка и словом “лежать”, заставляет меня упасть на кушетку.

С сердцем, прыгающим во рту, наблюдаю, как Лена натягивает латексные перчатки на руки и презерватив на ректо-вагинальный датчик.

– Раздевайся. Быстро. Брюки. Трусы, – приказывает мне моя институтская подруга, с которой нас развел мой муж Денис.

Нет. Я его у Лены не уводила.

В тот момент парни меня совсем не интересовали.

Я была увлечена медициной и шла к своей мечте. Мне кровь из носу нужно было стать челюстно-лицевым хирургом.

Поэтому общалась только с теми парнями, которые были такими же фанатами, как и я.

Денис в отличие от меня к профессии относился утилитарно. Она должна была приносить ему хорошие деньги. И на этом все…

В институте я считала и дразнила Дениса дельцом от медицины.

С момента образования нашей семьи и с годами брака мое мнение трансформировалось.

Теперь я, смеясь, называю Дениса Борисовича министерским функционером.

Потому как муж уже давно никого не лечит.

– Так-так, Карпович, поздравляю тебя. Быть тебе старородящей мамашей, – раздается голос Ленки. – Плодное яйцо одно. Срок шестнадцать недель плюс-минус. Точнее скажет ХГЧ.

От слов Ленки мне становится жарко и душно. Ощущаю головокружение. Голоса Розы, Лены и медсестры слышу будто сквозь вату. Замечаю, как картинка кабинета медленно распадается на пиксели. Они превращаются в черных птиц. Кружась, собираются в воронку и утаскивают меня в нее.

– Муза! Муза! Вдыхай. Ну, же… Конечно, нашатырь он такой. Не французские духи, однако. Открой глаза…

Чувствуя похлопывания по щекам и ощущая противный запах в носу, растягиваю веки в стороны. Но…

Все равно все вижу и слышу будто через толщу воды. При этом меня так знобит, словно я умерла и лежу в холодильнике морга.

– Свет, одеяло давай, - различаю голос Розы. – И чай крепкий сделай.

– Муз, ты как? – поглаживая мою руку, интересуется Ленка. – Я тебе укол поставила. Сейчас легче станет. Ну, вы с Карповичем еще те стрелки. В пятьдесят - это, конечно, еще тот треш. Но… Чего только в жизни не случается. Вот папка-то обрадуется...

В словах Ленки проскальзывает саркастичная язвительность, причину которой я узнаю позже…