Глава 41

Орлов молча берет нож и начинает резать огурцы для оливье, давая мне время прийти в себя.

По радио играет “Last Christmas”.

Вдруг Назар подходит ко мне сзади. Его руки осторожно обнимают меня за талию, тепло ладоней ощущается даже через ткань домашнего костюма.

– Потанцуем? – спрашивает он, и в его обычно строгом голосе звучат неожиданно теплые нотки.

Заливаюсь смехом, пытаясь сохранить равновесие с миской салата в руках: “С оливье в руках?”

– Почему нет? – парирует он, уже начав плавно раскачиваться в такт музыке. – Танец с оливье – очень романтичная история…

И мы перетаптываемся в так музыке по кухне, как два подростка на первом свидании.

Мне легко, хорошо... и одновременно страшно. Когда в последний раз я так беззаботно смеялась? Когда последний раз чувствовала себя такой... живой?

Мысли невольно возвращают меня в прошлое. В последние годы с Денисом...

Сейчас понимаю, что семейный праздник – Новый год – мы встречали, как деловые партнеры. Карпович приезжал под бой курантов. Несколько тостов за ушедший год. Звон бокалов за новый. Обмен формальными поздравлениями и подарками... И с пожеланиями доброй ночи каждый шел в свою спальню. Никаких объятий, никаких танцев, никакого тепла.

Наш танец прерывает резкий звонок видеодомофона. Иду открывать. Вижу Пётра Орлова.

Он весь запорошенный снегом, с бутылкой элитного шампанского и с несколькими коробками в руках.

– С наступающим, Муза и Назар, – широко улыбаясь, весело басит голосом старшего брата Петр. – Я ненадолго, просто поздравить!

– Спасибо! – принимаю подарки, чувствуя, как щеки горят от смущения.

– Ну как, генерал?

Петр хлопает брата по плечу, его голос звучит нарочито бодро.

– Готов к новым подвигам?

– Всегда, – улыбается Назар, но я замечаю во взгляд Орлова–старшего предостережение: “Осторожнее!”

Братья перебрасываются парой фраз о службе, о планах на январь.

Назар намеренно говорит о нейтральных вещах, но его взгляд постоянно возвращается ко мне, успокаивая меня.

Минут через двадцать Петр уезжает, оставив после себя легкий шлейф дорогого парфюма и приятные впечатления от его визита.

Без четверти двенадцать, я как раз расставляю последние тарелки на столе, мой телефон вибрирует.

На экране высвечивается имя, от которого у меня сжимается желудок: “Муж”.

Сердце тут же отзывается бешеным галопом. Бросаю взгляд на Назара, который как раз зажигает свечи на праздничном столе.

– Извини, мне нужно выйти, – выдыхаю, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Орлов просто кивает – понимающе. В его глазах читается только спокойная поддержка.

Выхожу на теплую террасу, делаю глубокий вдох и принимаю входящий:

– Денис…

– С Новым годом, – голос пока еще не бывшего мужа хриплый, будто он уже изрядно выпил.

Фоном слышны голоса, смех. Понимаю, что Карпович не один.

– Слушай, я хотел поделиться радостью. Ну, и тебя обрадовать...

Денис замолкает. В трубке слышно только его тяжелое дыхание.

– Что? – спрашиваю, ощущая холод и покалывания в подушечках пальцев, словно их ранят острые края ледышек.

– Я решил продать свою долю в бизнесе и всю недвижимость, что мне отойдёт по закону. Хочешь. Можешь купить…

– Почему продать, Денис? Может стоит переписать её на сыновей.., – спрашивая сразу же предлагаю самый разумный вариант.

Пока говорю, чувствую, что мой мир снова переворачивается с ног на голову.

– И куда ты собрался? – выдавливаю я из себя, цепляясь за мысль, что он просто пьяный.

– В Испанию. С Ириной…

– С Марией? Денис, ты, вероятно, перепутал.

– Нет. С Ириной. Это моя институтской любовь. Она просто уже вышла замуж за другого. Ну, я на тебе и женился…

– А как же Мар…

Хочу спросить про Марию, но резко замолкаю. Тридцать лет совместной жизни. Тридцать лет, которые сейчас заканчиваются очередным неприятным для меня откровением.

В горле стоит ком, но я не даю себе расплакаться.

– Ну... счастья тебе, Денис, – наконец выдавливаю.

– Как ты, Муза? Ничего?" – в голосе Карповича впервые за долгое время звучит что-то похожее на заботу.

Его слова и тон прямо “ирония судьбы” какая-то.

– У нас с малышкой всё хорошо, – говорю и вешаю трубку, прежде чем он услышит дрожь в моем голосе.

Возвращаюсь в нарядную и такую теплую гостиную.

Назар стоит у окна, смотрит на падающий за стеклом снег. Он не задает мне вопросов. Просто ждет.

– Всё в порядке, Музочка?" – мягко произносит Орлов, обернувшись в мою сторону.

– Да… Все хорошо, Назар, – улыбаюсь в ответ.

И что самое странное – это не ложь от слова совсем.

Где-то глубоко внутри действительно есть ощущение, что всё в моей жизни теперь будет хорошо.

Бьют куранты. Орлов наполняет наши бокалы соком.

– С Новым годом, Муза! С новым счастьем!

– И тебя тоже, Назар, и с Новым годом, и с новым счастьем! – произнеся, обхожу стол, приближаюсь к нему, приподнимаюсь на цыпочки и чмокаю несколько по-детски его в губы.

Он обнимает меня. Ловит своими губами мои и целует меня – нежно, мягко, тягуче, сладко.

И в этот момент в объятиях Орлова я понимаю совершенно точно: этот год для меня действительно будет другим.

Возможно, не самым простым, но... лучшим.