Глава 4
Чтобы собрать троих детей, ушло ровно в три раза больше времени, чем на одного. Не знаю, как справляются воспитатели в детских садах с оравой в двадцать, а то и больше человек. Святые люди – не иначе.
Надевая шапку Веронике на голову (Сашку и Катю я выпроводила в подъезд, чтобы не толпиться в прихожей), я убрала ее чёлку со лба и выпустила косички вперёд. Затем натянула снуд и поднялась на ноги, довольная результатом, но не временем, которое было потрачено.
- Вот так, а теперь варежки доставай, и пойдем.
Она сунула свои ручки в карманы, и детское личико в мгновение стало озадаченным. Ладошки явились обратно на свет без добычи.
- Потерялись. - Её голос звучал очень грустно.
Девочка сжала свои пальчики и разжала снова, словно показывая, что ничего не выйдет и ладошки на морозе обязательно замёрзнут. Но идти-то было недалеко, так что едва ли это возможно, и всё же… Поразмыслив пару секунд над этой неурядицей, я махнула рукой.
- Не расстраивайся, Вероника. У тёти Насти дома всегда есть запасные варежки. – Я подмигнула и, скинув угги, бросилась в большую комнату к одному из контейнеров.
Вообще, варежки я вязать не очень любила, а детские так и тем более. И всё же было у меня две или даже три тестовые пары, в которых я то ряд в рисунке пропускала, то большие пальцы на разной высоте выстраивала. Я вовсе не как тот самый сапожник без сапог, и возможности протестировать свои изделия на себе или сыне (и даже на брате) я никогда не упускала.
У Вероники был бело-розовый комплект из шапки и снуда, и подобрать для нее что-то в цвет я не могла. Пришлось ориентироваться на размер. Самыми маленькими были варежки из зелёной пряжи с вплетениями нитки мохера. Теплые и пушистые. Узор на них «поехал» с пятого ряда, и вместо ромбов получился кавардак. Лежали уже года два – на продажу не годились, а распускать жалко, так много времени на них потратила.
И вот же, пригодились.
- Держи. - Я протянула находку Веронике, которая тут же стала натягивать их на свои ладошки.
- Спасибо, тетя Настя. - С этими словами она вышла из квартиры, где недовольная Катя уже причитала о том, почему мы так долго. И дальше всей толпой мы погрузились в лифт, который доставил нас на первый этаж.
На улице творилось волшебство. Сказочные крупные хлопья, такие большие, что казалось, одной снежинкой можно залепить глаз, падали с неба, закручиваясь в причудливые танцы. Такого снегопада в этом году еще не было. Снег ложился тяжелыми сугробами, и детвора не спешила уходить по домам, пока не налепит удовлетворительное количество снеговиков и укреплений. С одной стороны шла войнушка, с другой - соорудили снежно-ледяную горку, а с третьей приделывали морковный нос к очередному красавцу из трех белых снежных шаров и палок.
- Горка!
Вероника с восторгом смотрела на тех детей, которые скатывались вниз с визгами и криками, затем поднимались на ноги и, загребая охапки снега в свои сапоги, неслись в очередь, чтобы повторить подъём и спуск. Честно говоря, если бы не обстоятельства, я бы и сама с удовольствием сейчас забралась на это чудо и прокатилась на ледянке, но у нас определённо была цель – довести девочек до дома и вернуть их родителям.
- Я хочу на горку! – в противовес моим мыслями малышка указала зелёной варежкой в нужном направлении.
Я вздохнула.
- Вероника, давай мы сначала отведём вас с сестрой домой, а завтра вы придёте и покатаетесь. Горка не растает, а ломать её точно никто не решится. - Я старалась быть твёрдой и убедительной, но в свете уличный фонарей, мигающих в окнах от первого до десятого этажа гирлянд и под натиском метели я сдалась.
И буду гореть в Аду.
Это было плохое решение, стоило проявить больше стойкости, но разве можно отказать ребёнку, который смотрит на тебя так невинно. Вероника едва ли понимала, в какой панике сейчас находятся родители. А я понимала, но не смогла противостоять ее просящему взгляду.
- Только один раз, - едва успела крикнуть я в спину убегающему вслед за девочкой Сашке и нахмурилась от собственной слабости и глупости.
- Не переживайте, ей никто не может отказать. Даже папа. - Катя предприняла попытку меня успокоить.
Поэтому я и решилась задать следующий вопрос.
- Ты уже несколько раз сказала только про папу. Я не хочу показаться любопытной, но вы живёте только с ним?
В ответ девочка лишь кивнула. Моё любопытство возросло, но всё же я постаралась подавить его в зародыше и не дать еще большему количеству неуместных вопросов вырваться наружу.
Если у девочек был только папа, то существование няни было вполне логично. Жаль, что между ними произошла эта неприятная ситуация. Хоть это и не моё дело. Совсем.
Вероника и Сашка, счастливые и довольные, подбежали к нам после своего фееричного парного проката с горки, и мы наконец-то выдвинулись в сторону, которую девочки указали.
Идти действительно было не долго. Их дом располагался сразу за нашим, и мы быстро нашли нужный подъезд. Катя достала ключ, пропуская всю компанию внутрь к лифту. Жили они на пятом этаже, в квартире номер двадцать три. Эти цифры-мелочи я запоминала автоматически - просто привыкла к подсчёту петель и рядов.
Подойдя к двери, девочки замерли на месте и неуверенно переминались с ноги на ногу.
- Катя, у тебя же ключ в кармане. Попробуй открыть.
Она послушно сунула его в скважину, но провернуть не удалось. Значит, дома кто-то был. «Какая удача!» – подумала я и нажала на звонок. Рано радовалась.
Дверь открыла шикарная высокая блондинка с остатками красной помады на губах и едва размазанной тушью под глазами.
- Вот вы где, мелкие негодницы, - взвизгнула она словно сирена, и девочки спрятались за моей спиной, вцепившись пальцами в пуховик.
***
- А ну марш сюда! – скомандовала женщина еще раз, сделав шаг из квартиры в подъезд, предусмотрительно придерживая тяжёлую и добротную стальную дверь.
Вероника и Катя не собирались выглядывать из своего укрытия, которым оказался мой совсем не выдающийся тыл, поэтому блондинка в первую очередь наткнулась своим возмущённым взглядом на меня.
Я решила быть вежливой. Должна же была попытаться.
- Простите, мы ищем папу девочек – Дмитрия, или их няню – Анжелу, э-э-э… отчества, к сожалению не знаю. Может быть, вы подскажите…
- Няню? Няню Анжелу?! Катя, мерзкая ты зараза, это ты этой стерве сказала, что я ваша нянька? Я его девушка! Почти невеста!
- В твоих мечтах, - тихо огрызнулась Катя, чем вызвала мою ехидную улыбку.
К сожалению, Анжела – не то няня, не то девушка, не то не пойми кто – услышала это явное оскорбление ее белобрысого достоинства и сделала еще один выпад вперёд. Она вытянула руку с длинными красными ногтями и попыталась вытащить старшую сестру из-за моей спины. Но у нее не вышло, потому что мы шагнули назад и оказались почти у лестничного пролёта.
Да уж!
Сирена не захотела покидать своего укрытия и отступила, а из-за неплотно прикрытой двери послышался собачий лай. Я вопросительно приподняла бровь и с интересом уставилась на сестёр.
- Это не Анжела. Это Сонька – наш бигль.
- Конечно, я так и подумала.
Блондинка тем временем делала что-то действительно логичное – звонила «Димочке-солнышку».
- Димочка, девочки вернулись… Их какая-то ненормальная привела и домой не пускает… может, денег хочет, я не знаю… Конечно, я задержу её…
На этом поток бессмыслицы закончился, и наступила долгожданная тишина, которую сопровождал лишь ветер, гуляющий в подъезде из-за приоткрытых форточек через этаж или два. Никто не пытался нас задержать, и по большому счёту мы все могли уйти, даже не пожелав блондинке спокойной ночи.
- Значит, Анжела - няня? – На троицу я смотрела со смесью укоризны и порицания.
- Ну… технически, сегодня она была в роли няни, - засопела Катя и сложила руки на груди, пока Вероника решила присесть на ступеньках.
Мне пришлось снять свой пуховик, чтобы отдать ей его. К младшей сестре присоседилась и старшая, а я с интересом рассматривала Сашку, который раньше в такие передряги не впутывался.
Когда они мне рассказали про няню Анжелу, единственная, кто мог прийти на ум – Анжела Олеговна из сериала «Солдаты». Добродушная старушка, божий одуванчик, с такими очками, что они могли разжигать костёр даже зимой – такие там были диоптрии. А не вот это вот всё – с бесконечными ногами, ярким макияжем и идеальным блондом на голове совершенной формы. Их отец – олигарх, что ли? Такие девушки, как Анжела «не няня», обычно ведутся на мужчин с тугими кошельками и большими… кхм… мозгами.
- Ну и кто из вас решил, что разыграть ремейк «Ловушки для родителей» - это хорошая идея? – Я хотела устроить допрос с пристрастием, пока подозреваемые в полном составе были передо мной и, кажется, начали осознавать меру своей вины.
Но никто из них не успел ни в чем признаться.
Мы услышали, как открылась дверь подъезда – не в первый раз, но как-то резко и наотмашь грохнулась о стену. Если магнитный замок домофона не будет сорван – я удивлюсь.
До нас донеслись гулкие шаги и тяжёлое дыхание, резкие непечатные фразы, и спустя полминуты показалась заснеженная макушка мужчины. Еще через секунду Дмитрий Плотников обнимал своих дочек, забрав каждую из них в огромную лапищу.
- Девочки мои, - выдохнул он. – Ну, где же вы были?! Я чуть с ума не сошёл!
Он оторвался от них и стал рассматривать поочерёдно сначала Веронику, а затем и Катю, ощупывая с ног до головы и обратно, чтобы убедиться, успокоиться и поверить, всё в порядке. Живы, целы и даже не плачут, если только чуть-чуть от радости.
Я отошла к стене и Сашку спрятала за собой, чтобы не лез. И уже хотела прочистить горло и дать о себе знать, как Анжела вышла из своего укрытия.
- Димочка, это вот она, - блондинка направила на меня свой отвратительный красный ноготь, - она их привела и сказала, что будет разговаривать только с тобой!
«Димочка» наконец-то переключил своё внимание с дочерей сначала на Анжелу, а затем и на меня. И от этого взгляда хотелось провалиться на все пять этажей, до самой подъездной двери. И бежать.
Уставшие, налитые кровью зелёные глаза только что не пригвоздили меня к бетонной стене.
- Кто ты? – рыкнул он и сделал шаг в мою сторону.
Катя вскочила с места и что-то сказала, но её слов не слышали ни я, ни мужчина напротив.
- Кто ты такая и что тебе от нас нужно? Деньги? Сколько денег? – Еще один шаг - и расстояние между нами сократилось до минимума. Он схватил меня за руку, слишком сильно сжав пальцы. Его огромная ладонь кольцом сомкнулась у меня на плече. Уверена, будут синяки.
Теперь я смогла видеть, каким он был. Высоким. Сильным. Злым. Очень привлекательным, если мы говорим про мужчину, в том самом первобытном смысле этого слова.
Но сейчас передо мной в первую очередь стоял отец.
И я понимала его страх за собственных детей и беспомощность от осознания того, что как родитель ты крупно облажался. Он не мог предотвратить случившегося и всё равно винил только себя.
Я понимала и позволила незнакомцу высвободить весь гнев на мне, не на детях, но сцена получалась отвратительной. А когда терпеть боль сил не осталось и короткий всхлип вырвался наружу, из-за моей спины вышел Сашка и встал прямо передо мной.
- Отпустите маму. - Его маленькие пальцы попытались оторвать отца девочек от меня. - Это я позвал Катю и Веронику к нам. Это на меня вы должны сейчас кричать!
Слова эхом пронеслись по тамбуру этажа и растворились в наступившей тишине. Хватка на плече ослабла, и Дмитрий сделал шаг назад.
Вдох-выдох и одна секунда для единственно верного решения.
Взяв Сашку за руку, я кинулась вниз по лестнице. Ребёнок едва поспевал за мной и чудом не споткнулся.
Лишь на улице я поняла, что мой пуховик так и остался лежать бетонных ступеньках.