Глава 20

Я отцепилась от боксера, прижала розы к груди и поправила юбку. Прошипела тихо, пока еще не успела отойти:

— Конфеты подними.

— Да не вопрос, — согласился Беркутов и, наклонившись к стене, поднял коробку дорогих конфет. Вручил мне в руки. — На, лопай! — сказал, впрочем, не отступая. — Всегда приятно доставить удовольствие девушке.

Я натянуто улыбнулась, глядя в голубые глаза. На языке вертелась колкость, что удовольствие-то сомнительное, но решила смолчать — как никак на работе. Сегодня я была на каблуках, но парень все равно заметно возвышался надо мной. О развороте плеч вообще молчу — как-то не привыкла я ощущать рядом таких сильных мужчин.

Тем временем жена чиновника уже вовсю свисала с кресла Костика, стараясь поближе разглядеть «знаменитость», да и сам Бубочкин во все глаза пялился на Халка — брутальных парней Костик обожал, а тут такой экземпляр!

Да уж, просили фотографию, а получили оригинал и, судя по всему, он превзошел все ожидания. Правда, этот факт почему-то не обрадовал. Наверное, потому, что боксер смотрел на меня как-то странно. Вот вроде бы и сердито, но при этом с высокомерным любопытством. Как смотрят на укусившую за палец ящерицу, которой сгоряча оборвали хвост, но задались вопросом: а он прямо на глазах отрастет? Или придется подождать?

— Я не понял, Егор. Так ты что же, с Наташей знаком, что ли? — Денис выглядел озадаченным, и понятно почему.

До сих пор с миром спортсменов я пересекалась только в этой комнате, когда они оказывались в моем кресле, чтобы сделать стрижку или укладку. Егор Беркутов был в городе новичком, и его друг об этом знал. Хотя и не исключал, что у каждого человека в прошлом может быть своя история. Мало ли!

Увы, наша история рисовалась в настоящем, и не очень приглядная.

— Одна Наташа, или другая — разве всех запомнишь? — ответил другу Беркутов, как песок сквозь зубы просыпал. — Прости, Солнце, обознался, вспылил! — запросто выдал версию, пожав мое плечо. — Просто нервы ни к черту, вот и померещилось.

Значит, одна или другая?.. И почему я не удивлена?

— Ничего страшного, — улыбнулась еще шире, обещая себе все запомнить. — Вы же боксер, — вежливо заметила, снимая с себя его руку, — а я слышала, что боксеров часто память подводит. У вас, наверное, и травмы тяжелые были? С головой? Это сразу видно!

Хоть и синий был Халк, а даже сквозь синеву бледность проступила. Чтобы не довести парня до беды, а себя до нокаута, я мигом его раздела, повесила куртку на фигурную вешалку и усадила соседа в свое рабочее кресло. Набросила на плечи накидку.

— Будем стричься! — поставила его в известность. — Денис, может, тебе пока на кофеек отвлечься? Я попрошу девочек сделать, — предложила старому клиенту, но парень уже направлялся к выходу.

— Спасибо, Феечка! Я лучше в кафе напротив зайду. Долго ждать?

— Думаю, за час управлюсь!

— Договорились!

Стригла Халка молча. Ни слова не сказала, терпя на себе его взгляд.

Беркутов сидел синий, гордый, лишь глазами стрелял туда-сюда — косился на мою шею и блузку. Наверняка примеривался, куда в случае чего покрепче вцепиться.

Как стричь — тоже не спросила, много чести! Но постаралась исполнить, как для лучшего клиента, чтобы даже не вякнул в сторону моего профессионализма! Все-таки раскошелился вон, цветочки принес. Красивые. И пусть не для меня, но ведь купил.

Мелочь, а душу тронуло.

Эх, а когда мне Жорик-то цветы последний раз дарил? Кажется, на день рождения. Да, точно. Он тогда ко мне снова с чемоданом приехал. Клялся в любви, руки целовал, и мы прожили спокойно целых три дня. Увы, на большее терпения у Крокодиловны не хватило.

Так неужели я сейчас стараюсь для Халка из-за каких-то там цветов? Или просто хочу убрать ярко-синие концы с волос?

А все-таки необычно, что у боксера, пусть и у тренера, такие правильные черты лица. Вот у Дениса сразу видно, что он боксер — и нос кривой, и улыбка немного скошенная, а у этого нет. Разве что на брови заметный шрам, но он его совсем не портит. И подбородок у Беркутова красивый, очень мужественный. А когда парень чисто выбрит, так сразу и выглядит моложе, не таким букой — это я еще дома заметила…

— Готово. Давай-ка перейдем в мойку, смою с тебя эту гадость.

— А с лица уберешь?

— И с лица.

— Я пробовал, краска не оттирается.

— Это ты не тем пробовал. Есть средства, которыми можно убрать даже краску с кожи, хотя то, что на тебе — это тоник. С ним легче, только не проси меня рассказать, почему.

— Почему?

Я вздохнула, нанося и вспенивая на густых волосах качественную смывку, и посмотрела на Халка.

— Потому что у него молекулы пигмента крупнее, теперь понятно?

— Нет.

— Ну и зачем спрашивал?

…И губы у боксера ничего так, красивой формы, пусть и сердитые. Не был бы индюком и грубияном, был бы очень даже привлекательным мужчиной. Хотя девушки за ним и так бегают, сама видела.

Вот бедняга, уже третью ночь спит один. Коптит куриц в духовке, а все из-за данного мне обещания. Интересно, надолго ли его хватит? Конечно, с девчонками он не в прямом смысле спал, и даже их выпроваживал, но все равно.

Стоп! А почему мне это интересно? Да и какое мне есть дело до Беркутова?!

Лицо соседу оттирала строго и решительно. Справиться со средством оказалось непросто, тоник я взяла избирательно-гадостный, боксер от моего энтузиазма уже весь покраснел, но я не сдавалась.

— Толстовку сними, а то измажу, и лучше встань.

— У меня вообще-то имя есть — Егор.

— Да? Оно тебе не идет. Ой! — испугалась, когда Халк послушно встал и сдернул с себя толстовку, оставшись в джинсах. — А чего у тебя живот-то синий? — спросила. — Ты же голову мыл!

Халк и так был красный, а тут и вовсе зарделся.

— А на глупые вопросы я отказываюсь отвечать! — вдруг насупился. — Это мое личное дело!

Ну и ладно. Живот я оттирать точно не стану, а вот шею надо. Правда, меня кое-что неожиданно привлекло.

Я уже видела Егора Беркутова раньше полураздетым, но обида и наши перепалки не дали рассмотреть парня как следует. А сейчас, при близком контакте, не удержалась.

Вот всегда у меня так — сначала сделаю, и только потом подумаю, как это выглядит со стороны.

— Ого! Неужели они настоящие? — спросила боксера, без тени смущения рассматривая его мышцы — на вид, словно стальные! — Можно потрогать?

Часть груди и сильного плеча парня обхватывала красивая татуировка — хищная птица, раскрывшая крылья и выпустившая когти. Скорее всего беркут. На другой руке предплечье опоясывал красивый, широкий орнамент — качественная работа искусного мастера. Но даже если бы этих татуировок не было — мне все равно было бы на что таращиться.

— Ты всегда такая бесцеремонная, Фея? — тихо спросил Халк, но возмущаться не стал, хотя и удивился.

— Нет, — так же тихо ответила, пробуя пальцем на упругость выпуклый и гладкий бицепс. — Только с теми, кто меня не возбуждает.

— А я, значит, тебя не возбуждаю?

Я подумала и уверено мотнула головой:

— Ни капли! С тобой же спать, как с Железным Дровосеком. Задавишь еще! Но, как на диковинную зверушку, можно и попялиться.

— Что?! — в светло-синих глазах парня вновь вспыхнул огонь, а мышцы стали еще тверже. — Ну, ты! — он возмущенно рыкнул. — Нашла зверушку — на себя посмотри!

— А чего ты обиделся? — я убрала палец, но подняла лицо. Смочив ватный диск в средстве для удаления краски с кожи, принялась тереть боксеру шею. — Я же тебе тоже безразлична. Подумаешь, сказала правду. Лучше голову поверни!

Беркутов послушался, но смерил меня высокомерным взглядом.

— Еще как безразлична! — подтвердил. — Да тут и смотреть не на что. Винни Пух ты, а не девушка! Слушай, а давай я тебе доплачу, ты мне и живот вытрешь? А что? Рост у тебя позволяет.

— Что?! — я замерла. Вот как у моего соседа запросто получается испортить мне настроение? Да еще и незаметно для других? Ведь только что общались нормально. Ну, подумаешь, немного переборщила с местью. Так он сам напросился! — Чего-чего ты сказал? — прищурила глаз.

— Мегера! — бросил боксер шепотом. — Вредная и пакостная коротышка!

— Ах, ты…

— Что, снова скажешь хам? После всего, что натворила?

— А кто первым начал?!

В эту минуту из своего кабинета вышел Игорь Фужеров и направился к администратору, с кем-то разговаривая по телефону. Увидев возле меня полураздетого представителя семейства «Самец брутальный *дробь* эксклюзивный», Фузик округлил глаза, беззвучно присвистнул и незаметно для клиента поднял кверху большой палец. Чуть в угол лбом не въехал, так засмотрелся.

Я опомнилась. Принялась оттирать соседу шею дальше.

— Скажи спасибо, что я на работе! — буркнула. Но, конечно, удержаться от комментария не смогла. — Теперь я поняла, почему твои высокие девушки всегда быстро оказываются в положении ниже пояса. Ты просто не уверен рядом с невысокими, — заметила. — Дилетант!

Если бы я не была занята делом, я бы от взгляда боксера сгорела! А так позволила ему метать молнии, нависать сверху и дышать на меня драконом.

— Феечка, я освободился. Может, тебе помочь? — Пока мы с Халком «искрили», Костик выпроводил клиентку и подошел ближе. Улыбнулся моему боксеру, натягивая перчатки. — Надеюсь, вы не против? — вежливо спросил, с едва уловимым кокетством поправляя длинные волосы. — Просто у Наташи клиент скоро, а тут такой тяжелый случай…

Тяжелый случай стоял прямо перед ним, и у Бубочкина от этого случая текла слюна. Он вообще считал всех людей склонными к бисексуальности, и с этой философией жил, за что не раз получал от парней в лицо. В такие моменты мне было Костю просто по-человечески жалко.

Но сейчас… Он бы мне не простил «отлучения от тела».

— Давай! — разрешила я другу, решив, что под моим присмотром он будет в безопасности.

Беркутов, и правда, изрядно покрасился, а время поджимало. Мне еще предстояло объясниться с капризным клиентом, почему его визит перенесли.

— Фея, а не рано ли ты мной распоряжаешься? — ворчливо заметил Халк.

— А тебе что, жалко, что ли?

Но он был прав, и пришлось уступить.