Глава 21

— Хочешь, я вечером такую пиццу приготовлю, что пальчики оближешь? — подняла на парня глаза. Извиняться я не собиралась, но это не значит, что не сожалела о своей мести — с фантазией у меня никогда проблем не было. — Ну, правда, Халк, ты так постарался, что я одна не справлюсь.

— Она одна не справится, — подтвердил Костик, — а мне не трудно.

— Ладно уж, — разрешил боксер. — Но хватит называть меня Халком! Меня зовут Егор, точка!

А вечером мы снова поругались — и все из-за пустяка!

Когда я приехала в квартиру после работы и поставила свой Матиз рядом с внедорожником соседа, Беркутов был уже дома. Вернулся, похоже, незадолго до меня и отправлялся гулять с Амуром. Столкнувшись в прихожей нос к носу, мы с боксером молча протиснулись друг возле друга, и я закрыла за ним дверь. Разделась, вошла в ванную, чтобы помыть руки, и ахнула…

Вот это я натворила! Даже гордость за себя на секунду взяла! Хорошо, что вовремя опомнилась…

Точнее, сосед натворил! Поаккуратнее, что ли, вымыться не мог? Даже если и очень злился, то все равно мог унять свое синее торнадо и отплатить мне лично. Мое любимое полотенце-то в тонике зачем пачкать?

Но расстраиваться не стала. Принимать решения всегда лучше на сытый желудок, поэтому сначала закрыла на безобразие глаза, потом дверь, и, помня о данном соседу обещании, отправилась на кухню готовить пиццу — тем более, что и сама проголодалась.

Увидев на стуле пустой пакет из-под продуктов, заглянула в холодильник и нахмурилась — ну и дряни боксер накупил! И что я из этого спец-набора холостяка должна приготовить — копченую солянку?.. А где рыба, мясо, творог? Ну, хоть молоко-то где?!

Егору бы с моим папой не мешало разочек по супермаркету прошвырнуться — вот уж кого мама воспитала так, что теперь лучше неё в продуктах разбирается!

В общем, засучила я на кофте повыше рукава и взялась за пиццу. А заодно и супчик сообразила на скорую руку, почти из тех же ингредиентов: филе курицы, кусочки твердого помидора, лук, морковка, картофель и сыр. Притрусила все зеленью и тертым желтком. А так как готовила на двоих, то хоть и быстро, а вышло вкусно и густенько. Аромат, что надо!

После ужина мне еще предстояло полночи убить на отмывание ванной комнаты, так что тратить время на приготовление чего-то серьезного, да еще и после рабочего дня, не хотелось.

Вот завтра, в свой законный выходной, может быть, и заморочусь какой-нибудь паэльей с креветками (я просто млела и фанатела от кулинарных сайтов!), если буду в настроении. А если нет, то…

Я вздохнула. Ох, все равно придется Халку что-нибудь приготовить, я ведь слово дала.

Пока размышляла над готовым ужином — ждать соседа или не ждать? Начинать одной лопать? Мы же с ним, вроде, и не пара совсем, а так — по случайным обстоятельствам живем вместе, — он вернулся. Зашел в квартиру и в две минуты разделся. Да так разделся, что заявился на кухню в одних домашних штанах (которые еле-еле на бедрах держаться!), и босиком, сверкая внушительным торсом!

Не поняла.

Нет, я, конечно, не ханжа. Не блюститель строгих правил и не адепт морали, но все-таки девушка культурная, а мы с Беркутовым не одна семья и даже не приятели на пляже. За окном зима вообще-то! Так зачем же меня — одинокую и никому не нужную Феечку — скульптурной мускулатурой смущать? Чтобы я, если не пиццей, так слюной подавилась? Так, что ли?

Пока я пребывала в ступоре, Егор вошел, вымыл руки и сел за стол. Поиграл отмытыми бицухами, устраиваясь поудобнее.

— М-м, вкусно пахнет, — заметил, опустив перед собой руки. Посмотрел на меня вопросительно своими темно-голубыми глазами — мол, ну и где вкусняшки?

Еще бы ложкой по столу постучал. Добытчик!

Я стояла у тарелки с выпечкой и насторожилась.

— Надеюсь, ты не ждешь, Беркутов, что я стану изображать из себя официантку? — осторожно спросила, в свою очередь надеясь, что мне показалось. — Обслуживать тебя я не подписывалась.

— Ну, если тебе так трудно, то не вопрос, — парень пожал плечами. — Могу и сам взять.

Не показалось.

— То есть, я тут после работы торчу на кухне, готовлю ужин, а ты мне еще и одолжение делаешь?

— Фея, не раздувай. Ну правда, есть хочется.

Красная стрелка уперлась в значение «Огнеопасно», дрогнула на делении «Предел терпению»… но отступила.

Ладно, я смолчала, однако губу закусила. Так и быть — обслужу, но в первый и последний раз! И то лишь потому, что с местью переборщила!

Я достала две тарелки и разлила суп. Разрезала и разложила пиццу. Поставила все перед боксером на стол, чувствуя, что глаза сверкают.

— Спасибо, — улыбнулся мне Егор, но тут же, очнувшись, взглянул хмуро: — Только не жди, Мегера, что я тебе быстро все прощу! Я еще подумаю!

Что?!

— Да очень надо! И без твоего прощения проживу! И вообще…

Пока я произносила одно предложение, боксер уже успел умять три ложки супа и откусить треть от своего куска с пиццей. Заработал усиленно челюстями.

Но меня-то не отпустило!

— Слушай, у тебя что, дефицит с одеждой? Может, не хватает футболок? Или рубашек?

— То есть? — спросил Халк, орудуя ложкой. Все это время он наблюдал за мной.

— Тебя ничего сейчас не смущает?

Он даже не удивился, но по сторонам посмотрел.

— Нет, а что?

Я серьезно хмыкнула. Ну нельзя же не понимать очевидного!

— Ты вообще-то раздет, Беркутов! А это не очень прилично.

— И? — поднял бровь сосед. — Продолжай…

— Ты здесь не один, — пояснила сдержаннее, раз уж до него не доходит. — Я тоже хочу спокойно поужинать.

— А, ты об этом… — ни капли не озадачился моей претензией боксер. — Так я у себя дома, Фея. Как хочу, так и хожу. Ты не можешь быть против, здесь все законно. — Он вдруг откинул плечи на спинку стула и ухмыльнулся: — Или я тебя привлекаю, и ты нервничаешь?

Я неожиданно для себя покраснела.

— Причем тут это? — важно, но не очень убедительно дернула плечами. — Просто… Пока мы живем вместе, мы можем уважать друг друга? Я же не хожу перед тобой топлес, хотя я тоже у себя дома.

Халк внезапно перестал есть, а я поняла, что сболтнула лишнее. Черт!

Старясь не потерять лицо, с серьезной миной села за стол, придвинула к себе тарелку и взяла ложку…

— Не понял. Точнее, я не уверен, что понял тебя правильно. Фея, если ты что-то хочешь, то прямо скажи, без намеков.

У меня челюсть упала. А следом за ней грохнулась в тарелку и ложка.

Идиот!

Хотя, может, он как раз-таки нормальный, а это я такая испорченная? И мое одиночество?

Чувствуя, что щеки пылают, я поднялась со стула, сняла с себя кофту и запустила ею в боксера. Тот легко уклонился, и кофта пролетела мимо, но не суть! Главное, что я осталась стоять перед ним гордая, в белом топе с низким вырезом и тоненькими бретельками. А то, что без бюстгальтера — так это же ерунда, правда?

Да зачем людям вообще приличия! Придумают еще!

Как хочу дома, так и хожу! А сосед… Да нафиг он такой самоуверенный мне сдался!

Беркутов сначала пробовал снова жевать, но потом передумал. Натужно сглотнув, медленно поднялся из-за стола и ушел в свою комнату, а вернулся уже в футболке. Подняв с пола мою кофту, подошел вплотную и впихнул ее мне в руки.

— Ну и характер у тебя, Фея! Драконий! И кому ты только такая достанешься? А вот готовишь вкусно. Давай уже ужинать, а то…

Но вот что «а то» — не договорил, а я и не ждала ответа. Молча натянула кофту и пошла ставить чайник.

Наверное, никому не достанусь.

Когда засыпала глубокой ночью, отмыв ванную и отчистив стены — все думала: что между нами не так? Что происходит? Почему мой сосед так меня раздражает? И почему я себя накручиваю? А ведь я себя накручиваю, как никогда прежде не делала. Так в чем же причина?