Глава 29

В ванной комнате быстро приняла душ и вытерлась полотенцем. Выскользнула назад в прихожую, где постояла секунду… и вновь пошла к соседу в постель. Ну, а что делать? Не на кухне же сидеть до утра!

Пробежав босиком по ковру, юркнула под одеяло и замерла.

Егор тоже сходил той же дорожкой, следом за мной, и тоже лег на свою подушку. Сейчас мы лежали с ним точно так же, как в начале ночи — под натянутым плащ-палаткой одеялом. Словно между нами ничего и не было.

Интересно, а если вот так полежать с часик и подумать, получится себя убедить, что не было и все привиделось?.. Что это не я тут стонала, забыв о приличиях, как будто меня опоили афродизиаком?.. Беркутову уж точно забыть не составит труда, сосед у меня парень с богатым опытом.

Да он вообще не парится, сам признался!

Ладно, вот и я не стану париться — ну, случилось и случилось. Не стану себя корить. Взрослые люди, никто никого не заставлял и ничем не обязан. Да, мне понравилось. А кому бы такое не понравилось? Гораздо хуже было бы, если нет.

А если еще полежать и подумать, то можно легко прийти к выводу, что любая девушка, окажись она на моем месте возле Егора, не устояла бы. Он же ходячий тестостерон! Еще и обаятельный, засранец! Хм-м, и симпатичный. О постели вообще молчу. Я думала, что только в неприличном кино такие бывают…

Так! Немедленно спать! И желательно крепко! А то сейчас единороги с принцами на горизонте замаячат. И даром, что принцы с татуировками и смахивают на Халка. Сердце — оно слепо, ему ничего не объяснить, только с корнем вырвать и поранить. А потом лечить слезами и временем. Ну нет уж, лучше сразу на все смотреть с позиции трезвого разума.

О порванных презервативах что думать не знала. Решила утром позвонить знакомому гинекологу, с тем и успокоилась. Личный женский календарик подсказывал, что за неделю до нового цикла все должно обойтись. Я вздохнула и повернулась на бок, лицом к окну. Спать!

На этот раз Халк не уговаривал и разрешения не спрашивал. Запросто подвинулся ближе и притянул меня к себе.

Спорить не стала. Если честно, то спать вдвоем приятнее, чем одной. Грудь боксера согревала спину, дыхание горячило макушку… Я даже не стала возражать против руки, когда Егор по-хозяйски ее через меня перекинул.

Как он там сказал? Сегодня нам можно все? Ладно уж. Вот завтра Вовка с Ольгой уедут к родителям, а мы заживем по-старому. Ведь заживем?

— Спи, Наташка! Хватит о принцах мечтать. Нет их, повывелись давно, только я остался.

— Ты — Халк, а не принц. И немножко гоблин.

— Так я и говорю, что вывелись дохляки… Спи!

Но поспать получилось недолго. Боксер вновь горячо задышал в шею, стянул с меня сначала пижамные брючки, потом кофту… а потом так завел, разбудив самым бесстыжим образом, что пришлось вернуть ему должок.

Надеюсь, Егору понравилось. Я добро помню, а потому постаралась. На презервативы плюнули — все равно бракованные!

Под утро вынырнула на поверхность сознания от того, что Халк снова во мне двигался, лаская грудь, а я, хм-м, постанывала, полностью не просыпаясь. Так и не проснулась — не было сил.

Помню только, что удивилась, улыбаясь: нет, ну какой все-таки ненасытный мужик мне попался. А еще что-то ему пообещала, но вот что, проснувшись, так и не вспомнила.

***

Егор ушел рано утром, так что провожала гостей и хозяйничала я сама. За столом, когда пили чай втроем, Вовка выглядел растерянным и все время извинялся за то, что вчера перебрал и вообще был сильно не прав. Сказал, что мой парень ему по душе. А Ольга краснела и прятала глаза. Чтобы и самой не покраснеть перед невесткой, я отчаянно делала вид, что не подозреваю о своем ночном поведении. И только когда проводила брата с женой, схватилась за пылающие щеки.

Вообще, день прошел странно — будто во сне. Постель у Егора я застелила, но больше к нему в комнату не заходила — и почему он меня не разбудил? На замок наши спальни не запирались, и все же в гостиной находились его ценные вещи, и пусть я заплатила за эту жилплощадь риелтору, но очутившись на территории соседа, почувствовала неловкость.

Уборка помогала отвлечься, так что засучила рукава и прибралась. Сходила с Амуром в магазин. Раз уж хозяин в курсе, больше прятаться по закоулкам не стала — прогулялись с псом по небольшому скверу, прокатили незнакомых мальчишек на санках, еще и по снегу попрыгали.

А вот гинекологу позвонить так и не решилась. Всякий раз в последний момент откладывала сотовый в сторону. Что я ей скажу? Как объясню? «Понимаете, переспала с первым встречным, да так, что два презерватива порвали»? Кто мне поверит? И вообще, эта женщина ко мне пять лет стричься ходит, все «Наташенькой-лапочкой» называет, на все конференции укладки только у меня, контрацептивы тоже она прописала, которые я пить бросила, а тут такое. Что она обо мне подумает?

— Машка, привет! Есть минутка?

— Привет, Феечка! Конечно! Как дела? Ну что там Вовка, успокоился?

Я сделала звук у телевизора на кухне потише и подошла к окну.

— Как сказать. Во всяком случае знакомить с Ромкой передумал, зато приехал ко мне в гости и познакомился с боксером.

Подруга ахнула. О соседе она была наслышана.

— Они хоть не подрались?

— Да куда моему Вовке против Егора трепыхаться! Ты бы его видела! Нет, наоборот выпили и очень даже мирно посидели. Маш, — спросила я после паузы, — ты там одна?

— Нет, — ответила Малинкина, и в подтверждение ее словам на заднем фоне послышался смех Димки и звонкий голосок Дашки. — Подожди, я сейчас выйду! — Подруга что-то сказала Гордееву и хлопнула дверь. — Вот теперь одна. Наташ, что случилось? Ты почему такая серьезная?

Рассказать подруге хотелось. С тех пор, как мне исполнилось шесть, у нас не было друг от друга тайн. Если не Малине, значит, никому.

— Случилось. Ты помнишь свою поездку в командировку? Ну, когда вы с Димкой выиграли тендер и у вас все произошло?

— Конечно, — Машка со смехом удивилась, — это же было три недели назад! Такое не забудешь.

— Ну, вот и я тоже, — я хмыкнула и тяжело вздохнула. — Не забуду.

— Ты про что, Феечка? В командировку собралась?

— Нет, Маш. У меня с соседом все произошло. С Халком. Сегодня ночью и не один раз, представляешь?

Машка ахнула.

— Неужели то, о чем я подумала?

— Ага!

— Наташка, но он же бабник и гад! Ну, ты даешь!

Отрицать не стала.

— Я сама от себя в шоке, мы такое вытворяли! Ужас, да?

Однако подруга засмеялась.

— Ничего подобного! Он тебе сразу понравился!

— Когда это? — я изумилась. — Не выдумывай!

— Феечка, это ты ему можешь заливать, что терпеть не можешь, а я тебя лучше всех знаю! Так что меня ты не удивила!

Ох, мы обе повздыхали.

— Ну и что теперь делать, Малина? Я же собиралась одна пожить, забыть Жорика, и тут вдруг такое.

— Эй, ты там что, реветь собралась?

— Нет, конечно. Просто… как-то быстро все. Неужели у меня началась свободная жизнь? Но я так не хочу, Машка! Я так окончательно в мужчинах разочаруюсь! И в себе.

— А в себе-то почему?

— Потому что я была не против! Понимаешь? По-настоящему не против, и ни о чем не жалею. Вот, что меня пугает. То, что это не назло бывшему, а словно вопреки чему-то. Словно я что-то в себе отпустила, и не хотела оглядываться.

— Ты помнишь, что мне сказала, когда я тебе позвонила из поезда?

Я кивнула, хоть подруга и не могла меня видеть.

— Помню.

— Ну так вот, Наташка! Я в тебе никогда не разочаруюсь! Случилось, и не жалей! Это ты, и ты замечательная, а кто этого не видит, просто дурак! Все будет хорошо, слышишь, Феечка? У тебя есть мы! Мы завтра с Димкой возвращаемся в город — приезжай к нам, а? Дети будут рады, — Машка вновь рассмеялась, — и Гордеев тоже!

Я была счастлива, что у подруги все хорошо — она этого заслуживала, и сама заулыбалась.

— Я вас люблю! Пока!

После разговора с Малиной стало легче.

Случилось. Не жалею. Проехали. Живем дальше. А что с нами будет завтра, об этом знают только звезды!

Ближе к вечеру занялась ужином — что-то я проголодалась. Сегодня был мой выходной, и я не стала краситься. Собрала волосы в небольшую косу и ходила по дому в футболке с длинными рукавами, которые задернула к локтям, и домашних штанах.

Я приготовила рис с грибами, и как раз доставала из духовки куриные рулетики с сыром и зеленью, когда вернулся Егор. Раздевшись в прихожей, вошел на кухню с тортом и цветами. В нежно-голубом джемпере и джинсах.

М-да уж, красавчик. И никакой неловкости в глазах!

А вот я почувствовала, как на скулах заалело.

У меня и так при появлении парня все задеревенело, а при виде букета роз я и вовсе не на шутку напряглась. Ладно бы только торт!

— Привет, Фея! — широко улыбнулся боксер. — А это тебе!

Я отставила рулетики в сторону, не спеша брать цветы, подняла голову и осторожно сощурила глаз.

— Зачем? С чего вдруг такое внимание? — подозрительно спросила.

Беркутов неожиданно задумался. И про улыбку забыл.

— Просто так, а что?

— И многим девушкам ты даришь цветы просто так?

— Нет. Вообще не дарю! — растерялся сосед. — Только тебе и, кстати, второй раз.

— А мне зачем?

— Фея, да почем я знаю! — вспылил Егор. — Захотелось и все! Я так глубоко не копаю, ясно? Ехал, увидел, купил! Точка!

— А вот голос на меня повышать не надо!

— Наташ, — парень опустил цветы и подошел ближе. Поставил торт на стол. — Ну что мне их, выбросить, да? Ты скажи, я сделаю! Тебе не нравятся?

Внезапно стало стыдно. Ну и чего я добилась своими вопросами? Только покраснела, как помидор.

Мне свое поведение не нравится, и я не пойму в чем дело!

— Извини, — поправив прядь у виска, взяла букет. — Не надо выбрасывать. Нравятся! Давай… давай лучше ужинать, что ли.

Ели молча и не улыбаясь. Кажется, я испортила Егору настроение. Но, честно говоря, я и сама ощущала себя не лучше. Странно чувствовала под тяжелым взглядом соседа.

— Вкусно.

— Спасибо.

Перед мысленным взором все время всплывали картинки прошлой ночи и, если бы не цветы, мне было бы проще их отпустить. Представить, что все у нас, как обычно.

А может, Беркутов это и пытается сказать? Что все нормально, и мы такие же соседи, как прежде?

— Э-э… А как у тебя дела в клубе? — похоже, задавать этот вопрос входит у меня в привычку.

Егор отложил вилку, а я подняла глаза. Мы внимательно посмотрели друг на друга.

— Отлично. Приехал еще один мой спортсмен — сегодня я разместил его в гостинице и первый раз тренировал здесь. Еще один должен прилететь из Германии. Там есть загвоздка по старому контракту, но я надеюсь закрыть с юристами этот вопрос как можно скорее. А ты? Чем занималась?

— Я? — вот уж не ожидала, что он и меня спросит. — Да так, — пожала печами, — ничем. С Амуром гуляла. Детей на санках покатали. — Я улыбнулась. — Знаешь, никто твоего зверя не боится. Лучше не ходи с ним в сквер гулять, а то он носится за малышней, как щенок!

Парень снова взялся за вилку.

— Это он с тобой ведет себя отвратительно, а со мной держится мужиком!

Спорить не хотелось, и я ответила «Может быть».

Наши переглядывания с Егором затянулись, и лучше было уйти от греха подальше. Я пожелала соседу хорошего вечера и с цветами ушла к себе в спальню. Там посмотрела кино, удалила десять сообщений от Жорика, не прочитав, приготовилась на работу, сходила в душ и легла спать.

Да, вот так правильно. Еще неделька и все забудется. Наверное.

Темные розы на фоне большого окна смотрелись живописно. Мое окно не затемнял балкон, как в гостиной, и луна в эту морозную ночь светила особенно ярко, высвечивая силуэты предметов.

Я закрыла глаза… И снова закрыла… И снова…

Время шло, а уснуть не получалось. Взгляд все время возвращался к луне, а мысли к прошлой ночи. Стоило вспомнить руки Егора на себе, его жадные губы, и грудь тяжелела вместе с дыханием, а в животе горячей волной шевелилось желание.

Господи, неужели мне вчера не хватило? Я же уснула без сил! С Жориком у нас не было ничего подобного, и ведь как-то же я жила?

Я зажмурилась и уткнула нос в подушку. Представила, что держу в руке меч и воинственно машу им перед единорогом. Давая понять, что нечего мне морочить голову своим принцем! И лучше увезти его туда, откуда он взялся! В зеленое болото! Потому что Феи, хоть и сильные создания, но очень ранимые и трепетные в душе.

В прихожей послышались решительные шаги и дверь в мою спальню распахнулась. В буквальном смысле хлопнула о стену так, что задребезжал шкаф и шевельнулся у пола тонкий тюль, толстым намеком объясняя, что никто в дверь стучать не планировал.

Я открыла глаза и повернула голову. Включила боковой свет, но встать не успела.

— Егор? — выдохнула. — Что случилось?