Глава 19

Накануне приёма и приезда всех гостей у меня было чувство абсолютного дежавю — снова праздник Гвендолин, снова мы в хлопотах, снова волнение.

— Дорогой, — обратилась Гвен к супругу за завтраком, — я решила сделать тебе приятный сюрприз. Подарок к завтрашнему дню.

— Ты мой подарок каждый день, милая, — ответил сэр Дилвин, любуясь красавицей-женой.

— Это от тебя никуда не убежит, — рассмеялась Гвен, — а вот пока Шарлотта здесь, она мне поможет, да ведь, Шарлотта?

Честно говоря, для меня это тоже был сюрприз не меньший, чем для Дилвина, однако я убедительно закивала головой в знак согласия.

— Ты хочешь научиться готовить? — с недоумением спросил Дилвин, промокая губы салфеткой, — не хочешь же ты сказать, что будешь проводить время на кухне?

— Я считаю, что хозяйка такого большого графства должна уметь всё, — рассудительно ответила Гвен, — и готовить, и лечить, ну в общем многое.

— Это разумно, — согласилась я, — знание и умение хотя бы элементарных вещей только прибавит тебе уважения твоих людей.

— Что ж, — легко согласился Дилвин, — буду с нетерпением ждать твоего сюрприза.

— И я буду учиться, можно? — застенчиво спросил Ния.

— Конечно можно! Заканчиваем наш чудесный завтрак и за работу! — скомандовала хозяйка графства.

После завтрака Дилвин уехал с объездом своих владений, а мы отправились на кухню.

— А ты расскажешь мне, какой торт решила испечь на завтра? — полюбопытствовала Гвен.

Я помедлила с ответом.

— Почти решила. Новая печь готова, мне нужно еще раз всё проговорить с Булем. Возможно, мы провозимся всю ночь.

— Но ты должна и отдохнуть как следует, милая, — обеспокоилась Гвендолин, — завтра все-таки герцог приезжает, ты должна хорошо выглядеть.

Ха! Можно подумать мне бы удалось хоть на минуту сомкнуть глаза. Уж лучше провести время с пользой, чем протирать бока, ворочаясь от волнения.

На кухне мы все завернулись в огромные фартуки и потуже затянули волосы.

— Вам нужно что-то, мадемуазель? Вот гарсон, мальчик! Он даст госпоже всё, что есть у Буля на кухне! — прокричал повар не отрываясь от какого-то соуса, который источал умопомрачительные ароматы чеснока, томатов и базилика.

Жизнерадостный Буль пихнул к нам паренька и тот стал молниеносно выставлять перед нами на стол продукты, которые я перечисляла: масло сливочное, мука пшеничная, яйца, вода холодная (ледяная), уксус, соль и, конечно же яблоки.

— Итак, девочки, делаем очень простой вариант теста, которое называется слоёным. С ним можно делать абсолютно всё. И сладкую выпечку, и с мясом, и с рыбой, и даже можно испечь просто разрезав на полоски — получится простое и вкусное печенье. Смешиваем яйца, уксус, соль и холодную воду и убираем на холод.

Здесь, в кухне замка, разумеется имелся и ледник и большой запас льда — моя мечта в лавке. В углу располагались дверцы ледяного погреба, а внутри находились полки для хранения продуктов. Очень удобно. Температура хранения для всего одинаковая, конечно, но это была роскошь. Сам ледник представлял из себя отдельное здание, примыкающее к кухне и я собиралась как-нибудь основательно изучить его устройство. Потому что как бы там ни сложилось, я хотела бы, чтобы лавка продолжала работать, чтобы у всех, кто сейчас там трудится, была работа и хороший заработок.

— Шарлотта, а что дальше? — почти одновременно спросили Гвен и Ния.

Ния просыпала чуть-чуть муки на стол и теперь рисовала пальчиками какие-то узоры.

— Да, простите, что-то я задумалась.

— Тебе простительно, — лукаво поддела меня Гвен. А я нервно засмеялась. Хорошо бы сейчас было избежать этих шуточек. Уже завтра я увижу его, уже завтра…

— Дальше мы натираем на тёрке масло в муку и перетираем в крошку. Ния, солнышко, можно сначала ладошками, а потом пальчиками, — я показала девочке, как это делается, — месить потом это тесто не нужно, просто собрать плотно вот в такое полено. Ну и убираем в ледник.

Каждая из нас завернула свой кусок теста в чистую ткань и мальчик метнулся к леднику, чтобы разместить его там. А мы занялись яблоками.

— Смотрите, нужно очистить каждое, затем нарезать кружками и в каждом вырезать серединку, чтобы получились вот такие кольца.

Следующие полчаса мы старательно трудились над созданием яблочных колец. В итоге у нас получилась целая большая миска.

— Шарлотта, мне так нравится готовить! Это интереснее всего, что я раньше делала, — Ния забавно выглядела в муке, она счастливо улыбалась.

— До замужества я бы тоже сказала, что это интереснее всего, — расхохоталась Гвен, — а сейчас отдам этому занятию третье место.

— А какие первые два? — наивно спросила Ния.

— Детка, одно из них явно поесть, а другое Гвен оставит при себе, — выразительно глядя на Гвендолин, ответила я.

— О-ля-ля, — раздалось от плиты, где булькал соус.

— Ладно-ладно, всё, молчу, — давясь от смеха покаянно сказала Гвендолин, — что делаем дальше?

— А дальше мы раскатываем наше подмороженное тесто на полоски и оборачиваем этими ленточками яблочные кольца. Смазываем яйцом и посыпаем сахаром. У Буля нет корицы, а так нужно посыпать и ей. Гвен, ты закажи в следующий раз специи, я скажу какие.

— И всё? Это будет вкусно? — Ния просто сияла. Гвен разглядывала наши яблочные кольца в тесте, которые я раскладывала на железном листе.

— Это будет очень вкусно, — я захлопнула новые дверцы переделанного очага, — минут через двадцать.

— Я пригляжу, мадемуазель, — Буль решил избавиться от нашей болтовни таким гуманным способом.

Мы прошли в большой зал и прошли через него на одну из террас. Там присели и с наслаждением подставили разгоряченные лица свежему ветерку.

Завтра я его увижу, завтра я его увижу…

— Гвен, расскажи мне о нём, что знаешь, пожалуйста.

— О герцоге? — Гвендолин сосредоточенно нахмурилась, — да почти что ничего. Только то, что он был женат лет десять назад, он вдовец. Что он благороднейший рыцарь, храбро сражался за нашего короля и очень предан ему. В бою получил свой шрам на лице. Да и то всё это я выведала, когда узнала, что он твой жених.

Значит, уже был женат. А я, возможно, выбор, который ему навязан.

У меня сдавило горло и я вскочила, словно это могло мне помочь освободиться от тревожности.

— Пойдемте попробуем, что у нас получилось? А то не пришлось бы краснеть перед сэром Дилвином!

— Не придётся, не придётся! — весело закричала Ния и побежала впереди всех.

Часам к четырём утра я вышла из кухни замка — меня выпроводил мсье Буль, причем довольно бесцеремонно. Я всё никак не могла оторваться от совершенствования праздничного торта.

— Мадемуазель, фсё идеально! — целовал он кончики своих пальцев и аккуратно подталкивал меня к выходу, — уже делать только хуже! Спать! Спать! Восстанавливать цвет лица!

Я нехотя подчинилась. Прошла в большой зал, полностью готовый к торжественному приёму. Столы, накрытые тончайшими белыми скатертями, много-много роз в напольных вазах, новые свечи в канделябрах. Постояла там, представляя, что через каких-то несколько часов здесь будет много людей, среди которых я глазами буду искать одно-единственное лицо.

Я вдруг осознала, что ни разу не произносила его имени даже про себя. Сэр Корнуолл, герцог…а по имени — никогда. Я попробовала представить, как просто окликаю его через, может, несколько лет, чтобы он просто обернулся и посмотрел на меня.

— Чарльз!

Он оборачивается, смотрит. Его серьёзное лицо светлеет, а губы трогает улыбка.

Я постояла так, охваченная неведомым ранее тёплым чувством, никак не желая покидать мир своей маленькой иллюзии. Затем вышла на террасу, глотнуть свежего воздуха. Уже было светло, но солнце еще не встало. Всё вокруг было в нежной розово-жемчужной дымке. День обещал быть прекрасным. Внезапно, я успокоилась впервые за несколько дней. Возможно, просто сильно устала или полностью исчерпала свой тревожный ресурс. Я вполне могу еще поспать несколько часов.

Только коснувшись головой подушки, набитой перьями и сухими цветами лаванды, я провалилась в сон.

Проснулась я от гула голосов и подскочила с сильно бьющимся сердцем. Я что, всё проспала? Сколько сейчас времени?

Неслышно появилась Агата.

— Проснулись, госпожа Шарлотта? Леди Гвендолин не велела вас будить, сказала, что вы почитай всю ночь на кухне провели, торт праздничный делали.

— Уже очень поздно, Агата? Мне нужно собираться поскорее.

— Первые гости из ближайших мест уже прибыли, не переживайте начало приёма часа через три только, вы всё успеете. А воды я уже наносила, ванну принять желаете?

— Всё желаю, и ванну и чудо, которое сделает меня прекрасной!

— Ох, госпожа, вам-то чего желать, вы же как ангел небесный, одни глаза и волосы чего стоят! — Агата интенсивно натирала меня, а я принимала комплименты, как дозу психотерапии. Сейчас мне необходимо было чувствовать уверенность в себе, прежняя невзрачная Анечка пыталась прорваться наружу, но теперь я была прекрасной и необыкновенной Шарлоттой, которая была достойна своего загадочного благородного жениха. Я с жалостью и презрением подумала вскользь о Михаиле — какое ничтожество. Как же я сразу не разглядела в нем его подлой сущности.

После ванны Агата долго сушила и укладывала мои волосы, в итоге они лежали густыми блестящими шелковистыми волнами. Я выбрала гребень с эмалевыми подснежниками, символизирующими надежду почти бессознательно, и заколола волосы с одной стороны.

Тунику я заранее выбрала синюю из плотного тяжелого шелка, одолжив под нее у Гвен тяжелую золотую цепь с подвеской в виде диска, на котором был изображен сложный узор. Также Гвен заставила меня взять из её сокровищницы два широких золотых браслета. Теперь они охватывали оба моих запястья. Все вместе выглядело очень величественно.

Хотя я, конечно, понимала, что герцогу было не важно, что на мне надето и как лежат мои волосы. Если я испортила наши отношения в прошлом, то безупречный внешний вид этого не исправит.

Господи, он же возможно уже приехал! Я охнула и вырвавшись из рук Агаты, которая поправляла мой наряд, кинулась к двери.

— Я должна идти. Агата, милая, пожелай мне удачи!

Агата поняла меня по-своему.

— Госпожа Шарлотта, что ж вы так волнуетесь. Когда это ваши торты кому не нравились? Да все в восторге будут! Идите, хорошо вам отпраздновать.

В большом зале находились несколько незнакомых мне пар, которые стояли в небольшой очереди, чтобы поприветствовать будущих родителей — сэр Дилвин и Гвендолин уже принимали гостей. Еще несколько человек рассредоточились по комнате, в основном мужчины. В одном из них я узнала Мэбона. Черт, я как-то не подумала, что сэр Лливелин с сыном тоже будут присутствовать на празднике, что было вполне естественно. Впрочем, сейчас по большому счету мне было на это наплевать. Я поймала взгляд Мэбона и мы обменялись короткими церемонными кивками. Я отвернулась.

Тем временем Гвен с Дилвином освободились и я подошла к ним.

— Доброе утро, леди Шарлотта, — Дилвин поцеловал мне руку, а Гвен покачала головой на мой вопросительный взгляд, давая понять, что герцог Корнуолл еще не прибыл.

Я немного выдохнула и сказала, что пойду на кухню глянуть на торт свежим взглядом.

— Неугомонная! — нежно упрекнула меня Гвен, — конечно иди, но не задерживайся, ты нужна мне здесь. Ваши с герцогом места рядом с нами.

Кивнув, я направилась на кухню. Меня догнала Ния.

— Можно мне тоже посмотреть торт? — застенчиво спросила она.

— Конечно, крошка, пойдём. Скажешь как он тебе, нравится или может придется сейчас новый делать, — я обняла Нию за плечики и мы побежали в сторону кухни.

— Если придется делать новый, я тебе помогу, — серьёзно сказала Ния.

— Спасибо, радость моя, — рассмеялась я.

Торт стоял на отдельном столике, блюдо было обложено колотым льдом. Умница, Буль, всё предусмотрел.

— Шарлотта, какой он красивый! Какие птички! — Ния восторженно обошла столик, — ничего заново делать не надо, этот просто даже есть будет жалко.

— Спасибо, милая, ты меня успокоила, — я тоже обошла стол, придирчиво разглядывая роспись. Мне не хотелось чего-то пафосного. Я пыталась изобразить любовь, нежность, птиц, вьющих семейное гнездо, в котором очень скоро появятся горластые птенцы.

Мне кажется, у меня получилось. Можно было возвращаться.

Мы с Нией вернулись как раз вовремя — сэр Дилвин вел Гвендолин под руку к их почетному месту за столом. За ними двинулись сэр Лливелин и Мэбон.

Дальше должны были идти занимать свои места я и герцог Корнуолл.

Внезапно, я почувствовала, что кто-то взял меня под локоть.

— Рад приветствовать вас, маркиза. Позвольте проводить вас к столу.

Я подняла голову и увидела над собой непроницаемое лицо своего будущего супруга. Впервые так близко. Темно-серые глаза в густых ресницах смотрели на меня не мигая, черные волосы с благородной проседью обрамляли лицо с твердыми чертами. Алый шрам начинался над левой бровью, пересекал лоб, затем спускался по щеке, заканчиваясь в уголке темных, словно припеченных губ. Я смотрела на него, не отрываясь, забыв, где и для чего мы находимся.

Герцог легонько встряхнул меня и мы двинулись к своим местам. Нужно было ответить что-нибудь ему.

— Счастлива встрече в вами, ваша светлость, — произнесла я непослушными губами.