Глава 10

18 ноября 2513 по ЕГК.

…Меня подняла Дайна. В восемь четырнадцать утра. И заявила, что, судя по изменению электрохимической активности мозга моей благоверной, она уже выдрыхлась и проснется в течение нескольких минут, а мы со Светой все еще в кровати. Я приложил себя бодрячком, обрадовался, что обнимаю не Олю, осторожно разбудил младшенькую и жестами объяснил, что нам пора вставать.

Она мгновенно пришла в себя, бесшумно выскользнула из-под одеяла и на цыпочках рванула на выход. Я выбрался из спальни по тому же маршруту, в темпе навестил санузел, умылся, оделся, забрал у андроида, дежурившего в коридоре, роскошнейший букет из темно-красных роз и, дождавшись Свету с Ирой, отправился будить жену.

Поздравительную речь толкали, веселясь и перебивая друг друга, а Оля улыбалась так радостно и открыто, что у меня то и дело екало сердце. Потом вручили цветы, дали имениннице зарыться в них носиком и… заявили, что подарок уже заждался свою хозяйку. «Хозяйка» заинтересовалась, в темпе натянула халат, затянула поясок и сказала, что готова. А я оглядел ее с головы до ног и отрицательно помотал головой:

— Солнце, подарок заждался НЕ В ДОМЕ. А снаружи продолжает лить…

Супруга удивилась, но сгоняла в гардеробную, оделась в нашем стиле, вышла в коридор и была подхвачена под локотки подругами. Я же изобразил лидера — спустил дамочек на первый этаж, вывел на пляж и повел в сторону входа в эллинг. Как и следовало ожидать, Ольга удивилась. Ибо гидроцикл у нее уже был, а покупать второй катер я бы точно не стал. Но, понимая, что по дороге мы ни за что не расколемся, держала в узде проснувшееся любопытство и раза четыре пробовала ускорить шаг. Но толку — я «никуда не торопился», а две вредные «гирьки», висящие на руках, мешали меня обогнать. В общем, в коридор мы вошли крайне неспешно, откинули капюшоны плащей, добрались до здоровенного помещения, в котором теоретически должны были храниться катера, загруженные на прицепы, и врубили свет. Там-то Оля и ахнула:

— Это «Монстр»⁈

— Да.

— Он самый!

— «Икс-Эс» этого модельного года… — одновременно ответили мы.

Следующий вопрос она задала, поймав мой взгляд:

— Мне⁈

— Ну да… — кивнул я. — Помнится, на стене твоей спальни висел плакат с «Монстром» прошлого модельного года…

— … и ты заметил, с какой болью я смотрела на отцовский мотоцикл, подло изуродованный Струковыми? — едва заметно помрачнев, спросила она.

Я утвердительно кивнул:

— Да, заметил. И до сих пор помню твой рассказ о том, что в хорошую погоду ты ездила на службу на том «Черусти».

— Игнат, «Черусти» был одним из самым дешевых дорожных мотоциклов с четырехтактным движком мощно— …

— Под присмотром нашего ангела-хранителя ты запросто освоишь и этот! — уверенно заявил я, тем самым, намекнув на то, что Дайна умеет управлять не только автомобилями.

Аргумент был не только услышан, но и понят — «заглянув в будущее», жена вернулась из прошлого в настоящее и метнулась к черному красавцу с ярко-фиолетовыми вставками. А после того, как ласково провела ладошкой по переднему обтекателю, наконец, дала волю чувствам. В смысле, задохнулась от восторга, пообещала «Монстру», что обязательно его укротит, прыгнула к нам и попробовала сгрести в объятия всех троих.

— Не-не-не! — заверещала младшенькая. — Благодари Игната — мотоцикл купил он. А встречи с нашими подарками еще впереди…

Поблагодарила… вернее, зацеловала от всей души. Потом вцепилась в ключ-карту, «внезапно возникшую» в моей руке, вернулась к сумасшедшей игрушке, завела движок, прикипела взглядом к экрану ИРЦ и влезла в меню. После того, как наткнулась взглядом на знакомую пиктограмму трехмерной системы визуализации программы обучения вождению, послала Иришке воздушный поцелуй, забралась на «Монстра» и минут пять погоняла по помещению в «детском» — по классификации Дайны, озвученной через гарнитуру — режиме. Тем не менее, удовольствия получила море. Так что, остановившись рядом с нами, опустила подставку, оставила мотоцикл в вертикальном положении и снова рванула обниматься.

Восторгами делилась почти всю обратную дорогу. Но стоило мне плавно повернуть ко второму коттеджу, как в ее глазах снова появилось любопытство. И правильно, ведь благодаря Дайне в комнате с игровыми капсулами возник тренажер для обучения вождению с полноразмерным муляжом мотоцикла!

— Обалдеть! — потрясенно выдохнула именинница, поймав взгляд Ирины и сообразив, что у этого подарка далеко не самое стандартное программное обеспечение.

Пока Ольга прописывалась в оболочке и тестировала игрушку, БИУС разбудил Максакову, ночевавшую в своем коттедже. Само собой, не лично, а отправив к ней «обычного» андроида и голосом Светланы озвучила ценные указания. Поэтому в тот момент, когда наша четверка вернулась домой, Лиза уже стояла в фойе первого этажа рядом с двумя коробками, украшенными яркими бантами, и улыбалась.

Поздравительную речь толкнула, сияя как бы не радостнее именинницы:

— Ольга Ивановна, от всей души поздравляю вас с днем рождения! Самое главное — беззаветно любящая и горячо любимая семья — у вас уже есть. Так что желаю взаимопонимания, благополучия, здоровья, достижения всех целей, которые вы считаете по-настоящему важными, удачи во всех начинаниях и счастья! А это — от меня. Правда, я пока не видела, к чему его носить, зато знаю, что цветовая гамма Та Самая…

Именинница шустренько содрала упаковочную пленку с ее подарка, достала шлем под «Монстра», растрогалась и от души расцеловала страшно довольную мелочь. Потом содрала пленку с последнего подарка, вытащила из коробки гоночный комбез все в той же цветовой гамме и повернулась к Свете:

— А это, как я понимаю, от тебя?

— Ага! — кивнула младшенькая и заключила ее в объятия: — Пользуйся в удовольствие и делись удовольствием со всеми нами…

…Ближе к половине десятого к нам заявился Валерий Константинович и подарил Оле очень красивый артефактный разделочный нож с зачарованием первого ранга.

Не забыл и про Лизу — вручил девочке коробку с определителем ранга, при виде которого меня пробило на хи-хи. Но это ярко-розовое нечто, украшенное гравировкой в виде улыбающихся котиков, работало именно так, как требовалось. Поэтому я от всей души поблагодарил мужчину за помощь и… выслушал неожиданное предложение:

— Игнат Данилович, в то, что вы не подарили пусть юной, но подруге Искру с защитным покровом, никто не поверит. Поэтому я сделал еще один артефакт — браслет, «режущий» это умение до все того же десятого ранга. Может, имеет смысл использовать и его?

Естественно, я согласился, подождал, пока браслет окажется на запястье Максаковой, и счастливая девочка поблагодарит Валерия Константиновича за подарок, привлек ее внимание и озвучил новое ценное указание:

— Лиз, добавляешь к списку официально имеющихся умений еще и это. И раскачиваешь, не снимая артефакта. Лады?

Она утвердительно кивнула, спрятала стильный аксессуар под рукав, затолкала определитель в бархатный чехол, вышитый все теми же котиками, прижала подарок к груди и подобралась, услышав переливы дверного звонка:

— Виктор Михайлович с Татьяной Тимофеевной?

— Наверное… — кивнул я, хотя видел «силуэты» и знал, что к нам пришла «сладкая парочка». Тем временем Иришка цапнула со стола МТ-шку и ткнула в нужную пиктограмму, так что, выйдя в фойе, мы чуть было не столкнулись с ребятами, поднявшимися по лестнице рывками. Пришлось возвращаться в гостиную и выслушивать их поздравительную речь там.

Только предложении на четвертом ожил телефон Воронецкого, и он, приняв вызов, вывел звук на внешний динамик.

Услышать голос Императрицы я не ожидал, так что, завис. А после того, как она закончила поздравлять мою жену и попросила внука вручить ей ИХ подарок, завис второй раз. Ибо Виктор вытащил из непрозрачного пакета… футляр с логотипом торгового дома Иоганна Креве, выпускающего самые дорогие и престижные механические часы! Но и это были еще цветочки — после того, как именинница открыла футляр и осторожно достала платиновый хронометр с бриллиантами, выяснилось, что вязь на его задней крышке складывается в дарственную надпись «Ольге Ивановне Беркутовой-Туманной с благодарностью от Владимира Первого, Воронецкого»!

— Часики выбрала я… — донеслось до меня, как сквозь толстый слой звукоизоляции. — Но по просьбе мужа: он в восторге от моей второй молодости и делится им в том числе и так.

— Так и есть… — подтвердил Император, пожелал моей благоверной всего наилучшего, извинился за то, что они с женой вынуждены отключиться, ибо очень заняты, и сбросил вызов.

Тут я, наконец, пришел в себя. Как оказалось, вовремя — Витя как раз сообщил, что их с Таней подарок прибудет часам к пяти вечера, но жрать они хотят уже сейчас.

— Верю! — кивнул я. — Но завтракать мы сядем минут через пятнадцать-двадцать, то есть, после приезда Нади, Ксении Станиславовны и Ульяны…

…С десяти утра и до трех часов дня Олю поздравили практически все абоненты моей телефонной книги, начиная с генерала Ляпишева и заканчивая Сергеем Сергеевичем Янковским, а отдельные личности присылала ей либо цветы, либо и цветы, и подарки, но удивляли разве что информированностью. Приезд Виталия с Юлей, Егора с Дашей и Антона с Ларисой тоже порадовал, скажем так, без перегибов — их подарки, вне всякого сомнения, выбирались с душой, но не выбивались из ряда вон. А в три двадцать пять ко мне подошел Витя и сообщил, что нам пора. Я, конечно же, поинтересовался, куда именно, был препровожден к окну, выглянул наружу и снова удивился: здоровенная белоснежная моторная яхта-катамаран, вроде как проходившая мимо бухты эдак в полукилометра от берега, вдруг повернула на нее и начала замедляться!

— Ты собрался в плавание? — в шутку спросил я, но парень ответил на полном серьезе:

— Нас много, Игнат, и мы не поместимся ни в одну комнату коттеджа. И на пляже, увы, не посидеть — льет, как из ведра. А на этой яхте имеется уютный ресторан, зал для любителей попеть, боулинг, бильярд и, что самое главное, танцпол… на котором сегодня будет выступать «Счастливый случай».

— Только для нас? — зачем-то уточнил я.

— Ну да… — кивнул он и весело ухмыльнулся: — Мы с Таней решили вас порадовать так же сильно, как вы радуете нас. В общем, гони народ надевать плащи, а я пока вызову катера.

В коттедже действительно было… хм… многолюдно, а в этом поступке Воронецкого и Ростопчиной точно не было второго дна, поэтому я задвинул куда подальше большую часть сомнений и немного покомандовал. А минут через двадцать, дотянувшись до яхты прозрением и обнаружив аж двенадцать знакомых энергетических «силуэтов» Дворцовых, убаюкал и паранойю. Так что какое-то время вместе со всей толпой высадился на подъемную платформу между корпусами катамарана, прокатился на лифте и оказался в роскошном фойе. А там нас «атаковала» рыжеволосая красотка лет тридцати пяти, судя по бейджику на пышной груди, по имени Анастасия, к слову, являвшаяся всего-навсего «девяткой», проводила в действительно уютный ресторан и подвела к столу, сервированному человек на двадцать.

Нас оказалось шестнадцать, поэтому расселись без проблем, разлили по бокалам напитки, кстати, в основном, безалкогольные, и я, как глава рода, сказал первый тост. Шуточный, ибо не хотел устраивать из празднования дня рождения супруги напрочь заорганизованное официальное мероприятие. И ведь был услышан: и Воронецкий, согласно статусу, высказавшийся вторым, и Света, как моя женщина, поднявшая бокал третьей, и весь остальной народ толкнули речи в предложенном ключе. Да и именинница в ответном слове тоже отшутилась. Так что компания развеселилась еще на этом этапе. А после того, как поняла, что с «обязательными» тостами я не перегибаю и никуда не тороплюсь, окончательно расслабилась.

Кстати, один «необязательный» тост я все-таки поднял. Эдак через час с небольшим после начала застолья. За новоявленного Новика, «уже сделавшего первые шаги по пути к становлению Князем». Из-за чего Лиза, плавившаяся от восторга с самого утра, аж задохнулась от восторга, вскочила на ноги, стоя выслушала остальные поздравления и приятно удивила, выдав чрезвычайно достойную ответную речь. А еще через несколько минут двое вышколенных официантов вкатили в зал тележку с огромным тортом, и Ольга, пересчитав горящие свечи, вопросительно уставилась на Витю:

— А почему восемнадцать?

Он «удивленно» захлопал ресницами и повернулся к Тане. А та весело заулыбалась:

— Это из-за меня: я как-то сказала ему, что настоящей женщине всегда восемнадцать, и доказала, что оспаривать этот тезис вредно для здоровья!

— Беру его на вооружение! — заявила моя благоверная, подождала, пока торт подкатят к столу, и с первого же выдоха погасила все язычки пламени. А после того, как ей отрезали и вручили первый кусок, посерьезнела и передала эту тарелку мне: — Я до сих пор жива, здорова и в состоянии праздновать день рождения только благодаря тебе: ты наткнулся на меня в Пятне, вытащил из абсолютно безвыходной ситуации, взял под крылышко, подарил семью, род и друзей, стал центром моей личной Вселенной и ведешь за руку из счастливого настоящего в еще более счастливое будущее. Поэтому Самый Вкусный Кусок — твой!

Последнее предложение озвучила с мягкой улыбкой, вот младшенькая и застрадала. Видимо, как-то почувствовав, что я не знаю, как ответить на этот монолог:

— … а самый невкусный — мой. Но я не жалуюсь, ибо беззаветно люблю обоих. А все почему? Да потому, что заслужили! Правда, Лиз?

— Ага!

— Могла спросить и нас с Витей! — притворно обиделась Таня, севшая на ту же волну. И торопливо исправилась: — Нет, не могла: я беззаветно люблю только своего благоверного. Зато Игната — как друга семьи.

— Народ, сегодня день рождения Оли! — напомнил я. — Так что хвалите ее, а не меня.

— Не получится… — притворно вздохнула… Ксения Станиславовна. — Она ж вросла в вас сердцем. А значит, является вашей неотъемлемой частью.

— Что ж… — усмехнулся я. — Значит, сегодня я поворачиваюсь так, чтобы эта часть была в фокусе вашего внимания.

И «повернулся», перебазировав всю толпу в зал для боулинга и попросив научить Олю в него играть. Света, Витя и Таня шустренько наложили на нее лапки — естественно, в переносном смысле — и заняли самую правую дорожку. Ко второй умчались Надя с Лизой. Фомин, Лемешев и Чирков с благоверными оккупировали три следующие. А к последней чинно направились Валерий Константинович, Иришка и… Ксения Станиславовна! Ну, а я побродил между компаниями, искренне порадовался за целительницу, нынешняя физическая форма которой позволяла не только смотреть, но и играть, взял с ближайшего столика бокал с минералкой, залюбовался женой и… подобрался, услышал ехиднейший смешок Дайны.

Она, естественно, заметила «недовольное» постукивание пальцами по подлокотнику и раскололась:

— Минут сорок тому назад Ульяна и четверка ветеранов, отправленные Недотрогой в гости к Богачевым, добрались до их особняка, представились, вежливо попросили о встрече с главой рода и были посланы лесом. Причем, как выяснилось чуть позже, не дедом Татьяны, а усиленно унижавшими его «шантажистами» — двумя представителями гордого рода Скарятиных, напрочь потерявших голову от осознания собственной крутизны.

— Так, стоп: тех самых Скарятиных? — взволнованно проартикулировал я в объектив ближайшей камеры, дождался утвердительного ответа, с трудом удержал злую улыбку и с удвоенным энтузиазмом вслушался в объяснения:

— Так вот, «боевая горничная» жутко обиделась, проконсультировалась со Львом Абрамовичем, с которым была на связи, и вломилась сначала на территорию владения, а затем и в само здание… там, где сочла нужным.

Само собой, не одна, а с не менее возмущенными подчиненными. Потом побродила по первому этажу в поисках вконец охамевшего купца, изредка создавая новые проходы там, где их не хватало, и предельно жестко, но несмертельно пресекая любые попытки ее остановить. А после того, как нашла хозяина, заставила его послушать запись телефонного разговора с внучкой, начала ломать прямо в присутствии охреневших аристократов, и вынудила их себя атаковать. В тот момент, когда купец понял, что промолчать не удастся, и запел. Но команда из двух городских Рынд и их чуть более опытных телохранителей-Гридней не выстояла против пятерки Бояр и тридцати секунд. В итоге в данный момент в кабинете деда Татьяны валяется три трупа, а «чудом выживший» Скарятин, захлебываясь соплями, поет в телефон Ульяны, отвечая на все вопросы Кота-Баюна. И еще: я взломала камеры особняка еще до начала активной фазы, так что видела, с какой гордостью «боевая горничная» представлялась Богачеву со товарищи, как оскорбились ее парни, когда их, Беркутовых-Туманных, не приняли всерьез, и с какой непоколебимой уверенностью эта пятерка ответила на акт агрессии. Поэтому со всей ответственностью заявляю, что род растет и развивается в нужную сторону…