Глава 28

27 декабря 2513 по ЕГК.

…Ложу дуэльной арены покинули без десяти два. К этому времени дед Лизы, отец Полины и Боярин из Кочубеев о чем-то договорились, поэтому мы — то есть, Воронецкие, Ростопчина, мои девчата и я — со спокойной совестью оставили мелочь на старших родичей, одной компанией спустились в гараж и подвели Императрицу к ее любимому «Эскорту». Боковую дверь открыл один из телохранителей, но перед тем, как шагнуть в салон, женщина повернулась к нам и задала риторический вопрос:

— Вы сейчас за «Орланом»?

Я утвердительно кивнул, а Витя отрицательно помотал головой, поймал сразу несколько недоуменных взглядов и объяснился:

— Сообщение об этой дуэли выбило меня из колеи. Вот я на всякий случай и перестраховался: позвонил Мордвинову и распорядился к четырем часам дня отогнать машину для перелетов по Новомосковску на базу летного отряда, а там передать Ирине Сергеевне. Ну, а вторая машина, как и планировалось, сегодня в ночь уедет в Южный по железке.

— Значит, вы никуда не торопитесь, верно? — подытожила Воронецкая, выслушала два одинаковых ответа и повернулась ко мне: — Игнат Данилович, не подвезете меня до дворца на своем «Буране»?

Я, конечно же, заявил, что почту за честь, отвел Людмилу Евгеньевну к кроссоверу и был вынужден помочь ей забраться на правое переднее сидение, ибо садиться на заднее Императрица не захотела. Естественно, старший смены ее телохранителей ощутимо напрягся, но я жестами дал понять, что дурить не буду, выяснил, какое место в кортеже должен буду занять, коротко кивнул и в темпе загнал в машину Олю со Светой. Потом поймал взгляд Вити, виновато развел руками и в том же стиле «был послан куда подальше».

Вот и «пошел». В смысле, сел за руль и завел двигатель. А после того, как встроился в кортеж и вырулил на улицу, превратился в слух. Вовремя: как только мы набрали скорость, Воронецкая развернулась ко мне вполоборота и взяла быка за рога:

— Игнат Данилович, скажите, пожалуйста, вы описывали Лизе хоть что-то похожее на тактику, использованную в этой дуэли?

Завираться по мелочам я не собирался, поэтому сказал чистую правду:

— Нет. Это ее собственная наработка.

— А она уже демонстрировала творческий подход к чему-либо?

— Да. Скажу больше: у нее светлая голова, аналитический склад ума и практически отсутствуют шоры.

Женщина задумчиво постучала пальцами по своему бедру и негромко пробормотала:

— Светлая голова, аналитический склад ума и отсутствие шор, говорите?

— Да.

— В комплекте с недюжинный талантом к магии, жесткими принципами, редкой целеустремленностью и воистину стальным характером?

Я пожал плечами:

— Иначе мы бы в нее не вкладывались.

— Я пришла к такому же выводу. И, откровенно говоря, здорово удивлена тем, что вы фактически отдали настолько перспективную девочку Виктору и Татьяне.

— Любимых женщин мне хватает за глаза, разбивать сердце этой девочке я не готов, а с вашим внуком дружу в самом правильном смысле этого слова.

— Достойный ответ… — после недолгой паузы заключила она и лукаво прищурилась: — … и теперь мне хочется понять, чем вы руководствовались, отправляя Лизу и двух ее ровесников из рода Искрицких в противоположный угол «Приюта усталого гурмана». Ведь вы не могли не понимать, что эти мальчишки станут жертвами ее обаяния, а значит, теоретически смогут отбить Лизу у моего внука!

Тут я невольно усмехнулся:

— Людмила Евгеньевна, не смешите: Максакова поставила себе цель, ломится к ней с неудержимостью танка и равняется на нас. А вот с компанией, в которой можно расслабиться, у Лизы не очень: в школе ее рвут на части мальчишки-старшеклассники, выполняющие распоряжения старших родичей, а дома — завистливые родственники. Братья Искрицкие же вели себя более чем достойно. Даже после того, как пали жертвами ее обаяния. Ибо воспитаны в правильном ключе. Вот девочка и отдохнула.

— А как вам Полина Лаптева?

— На первый взгляд — очень неплохо. А для серьезных выводов мне не хватает информации.

— Информация будет — я уже озадачила аналитиков. И если она порадует, то я дам девочке шанс — на все зимние каникулы отправлю на какую-нибудь тренировочную заимку спецотдела. Скорее всего, вместе с Егором Искрицким.

— Хотите перетянуть его фокус внимания с Лизы на Полину?

— Не только: я рассчитываю правильно воспитать хотя бы часть будущей свиты Виктора и Тани, создать дополнительную связь между нами, то есть, Воронецкими, Искрицкими и Лаптевыми, намекнуть представителям других слабых родов Империи, что при достаточных усилиях с их стороны нынешний статус может измениться, и так далее.

Обдумав это объяснение, я пришел к выводу, что в планах Воронецкой наверняка имеется еще несколько слоев. Потом сообразил, что эта проблема — одна из самых незначительных из всех, которыми ей приходится заниматься, ужаснулся количеству нюансов, которую Императрица вынуждена учитывать при решении любых вопросов, и заставил себя вернуться к тому, который мы обсуждали:

— Что требуется от меня?

— В данный момент ничего. А в дальнейшем — сущие мелочи: уделять толику внимания Искрицким и Полине Лаптевой на мероприятиях высшего света, не мешать Лизе строить с ними отношения — само собой, если она этого захочет — и хоть раз в сто лет лично интересоваться их успехами. Тем самым, дополнительно мотивируя и демонстрируя приязнь.

Мнение Дайны, озвученное параллельно этому, порадовало значительно меньше, но звучало в разы логичнее и перспективнее. Поэтому я мысленно вздохнул и повесил на себя очередные обязательства:

— Людмила Евгеньевна, если ваши люди сочтут Егора, Тихона и Полину достойными кандидатами в свиту Виктора и Татьяны, то я не смогу остаться в стороне и тоже поучаствую в правильном воспитании этой троицы…

…Перед тем, как выбраться из остановившегося «Бурана», Императрица набрала секретаря своего супруга, выяснила, в какое время нам надо появиться во дворце, сообщила мне и посоветовала не приезжать, а прилетать. Потом пожелала хорошего дня, выпорхнула из салона, кивнула телохранителям и пошла к лифтам. А через несколько секунд к кроссоверу прискакала «сладкая парочка», нахально забралась внутрь и заявила, что поедет в наше поместье с нами.

Возражать я и не подумал — плавно тронул машину с места, убедился в том, что охрана Великого Князя не дремлет, и с набором скорости покатил к выезду из гаража. Витя, посмотрев на часы, немного пострадал из-за того, что «Орлан» еще не добрался даже до базы летного отряда Конвоя, а потом вдруг расплылся в ехидной улыбке:

— Чуть не забыл: пока вы общались с моей бабушкой, Татьяна зачитывала мне заглавия интересных тем, обсуждаемых на форумах фанатов автогонок. Как выяснилось, последние несколько дней народ ожесточеннее всего ломает копья на тему запрета свободной продажи «Эскортов»: народ, которому вдруг потребовались эти минивэны, с пеной у рта доказывает, что этот запрет, вроде как, попирает его права и свободы. А твои фанаты, Игнат, ухохатываются со страшной силой и интересуются, почему эти машины заинтересовали борцов за права и свободы только после того, как стали очередным символом рода Беркутовых-Туманных?

— На «Эскортах» катаемся не только мы… — напомнил я.

— Конвой пересел на них ПОСЛЕ вас! — хохотнул Воронецкий. — А Кота-Баюна народ считает твоим личным адвокатом, соответственно, не удивляется появлению «Эскорта» еще и у него.

— Самое забавное даже не это… — подала голос его зазнобушка. — Я нашла страничку, авторы которой знакомят «настоящих фанатов Черного Беркута и его стаи» с вашими вкусами. Так вот, там перечислены не только машины: в разделе «Техника» имеются фотографии и ТТХ вашего катера, гидроциклов и даже Олиного «Монстра»; в раздел «Недвижимость» залиты интерактивные видеоролики, позволяющие совершить виртуальную прогулку по коттеджам и самой Бухте Уединения, по городскому поместью и строящемуся родовому, по отремонтированным и проданным вами квартирам в «Акации», по клинике и по особняку, еще недавно принадлежавшему Валерию Константиновичу. А ведь и это далеко не все: там есть раздел, в котором подробно разбирается чуть ли не каждый наряд, в котором вы когда-либо появлялись в общественных местах — касание курсором любой отдельно взятой вещи высвечивает название компании-производителя, артикул, цену и ближайший магазин, торгующий этим товаром. А теперь внимание: под этой подборкой есть ссылки на статьи семи известных профессиональных стилистов, и во всех до единой ваши вкусы названы безупречными!

Я решил, что это — происки Дайны, нахмурился, уставился на верхний край зеркала заднего вида, на которое она любила сажать микродроны, и через миг услышал вожделенный комментарий:

— Страничку создала не я, а двое твоих вернейших фанатов. И материалы я им не подкидывала. А вот с посещаемостью, каюсь, помогла. Поэтому ребята уже преодолели планку в полмиллиона подписчиков и на позапрошлой неделе подписали первые рекламные контракты. Что радует, ибо такая известность нам не помешает. Да и в формирование вашего стиля я вкладывалась далеко не просто так…

Я мысленно обозвал ее интриганкой и вслушался во вторую половину предсказания моей младшенькой:

— … рождения Людмилы Евгеньевны накатит вторая волна интереса, в разы более сильная, чем эта!

— И почему?

— Увидите…

…Все оставшееся время пути до нашего поместья дамы провисели в Сети — инспектировали ту самую страничку, обсуждали фотографии, делились мнениями о шмотье, талантах фотографов и даже качестве света на некоторых фотографиях. Меня и Витю все вышеперечисленное не интересовало от слова «совсем», поэтому мы вполголоса обсуждали дуэль злобной мелочи. Вернее, он восхищался тактикой противодействия Дружиннику, придуманной Лизой, и радовался тому, что она сумела не показать свой «реальный уровень», а я, в основном, поддакивал. До тех пор, пока Ольга не зачитала всей компании сообщение злобной мелочи:

«Еще раз огромное спасибо за поддержку. Всем-всем-всем. Причем не только от меня, но и от Полинки. Кстати, она все еще в прострации — никак не поверит в то, что разговаривала с Императрицей и с Черным Беркутом, что получила в подарок аж две Искры третьего ранга и что Игнат Данилович пообещал добыть ей третью, с пеленой теневика. А еще она уже оценила тяжесть бремени 'известности» — ей уже названивают и пишут все подряд, начиная со старшеклассников, еще вчера считавших себя неизмеримо выше девочки из «столь никчемного рода», и заканчивая шапочными знакомыми. Что особенно приятно, зря: Полинка сходу отправляет все такие номера в черный список. Ибо далеко не дура и понимает, что им от нее нужно на самом деле. Мне, увы, тоже не до веселья — дед разослал запись моей дуэли всем родственникам, и абсолютное большинство задыхается от зависти. Ведь каждый из них, по определению, в разы умнее, талантливее и перспективнее меня, однако им вы почему-то не помогаете, не знакомите с Воронецкими и не выводите в свет. В общем, я расквасила нос троюродному брату, заперлась в своих покоях и вот-вот сяду делать уроки. Чтобы послезавтра наступило как можно быстрее…'

— Да уж, жесткая она особа… — грустно улыбнулся Воронецкий и тяжело вздохнул: — А завистников хватает во всех родах. За исключением, разве что, вашего…

…Мы поднялись на вертолетную площадку минут через пять-семь после звонка Иры и вгляделись в ту часть горизонта, на которой, по логике, должен был появиться подлетающий «Орлан». Да, разумом понимали, что торопимся, но изнывать от нетерпения в комнате релаксации до смерти надоело, а тут, на морозе и на ни разу не теплом ветерке, время, вроде как, текло чуть быстрее. Кстати, Воронецкий, дуревший еще и от опасения, что мы забракуем его вкус, решил меня разыграть и «осторожно спросил», как я отношусь к розовому и его оттенкам в оформлении интерьеров, но я не повелся. Не поверил и в то, что его заботами восьмиместный пассажирский салон стал четырехместным, зато вместо стандартных энергопоглощающих кресел появились невероятно комфортные и высокотехнологичные. Но отомстить не успел: «обидевшиеся» девчата затюкали его вопросами типа «А там есть стационарный термос для Искр?» и «А какого размера там душевая кабинка?»

В общем, оставшееся время ожидания мы провели в шуточной грызне и зевнули прилет мультикоптера: главная вредина компании намеренно описала приличную дугу, врубила малошумный режим и подошла к крыше со стороны центра. И пусть на характерное «гудение» воздуха мы все-таки отреагировали, но «самое главное» — «Орлан», летящий на полной скорости — не увидели. Вот и обиделись. Смертельнее не бывает. Но Кукла выжила — посадив машину в самый центр посадочного квадрата, подключилась к внешним динамикам и заявила, что не впустит нас в салон до тех пор, пока не получит прощение всех грехов!

Пришлось прощать. И надеяться на то, что новые не заставят себя ждать. Правда, стоило опуститься двери-трапу, как мы, по очереди влетев в проем и «продавив» тепловую завесу, резко захотели разуться. И пошли на поводу у этого желания, ибо не хотели пачкать белоснежное покрытие пола.

А потом Света посмотрела в ближайший иллюминатор и задала Воронецкому первый вопрос:

— Та-ак, а почему снаружи появились горы?

— Для того, чтобы продемонстрировать одну из возможностей ИРЦ!

— А почему в сумасшедшей машине с сумасшедшим пилотом кресла без подлокотников и привязных ремней?

— Это трансформеры — все необходимое включается по мере надобности.

— А что за консоль в конце салона?

— Это голограмма, за которой прячется дверь в отсек с мини-санузлом, багажным отделением и аварийным выходом.

— Забавно. А что тут с артефактной защитой?

— «Купол» работы твоего батюшки.

— Из февральской партии, небось?

— Честно говоря, не знаю… — виновато вздохнул Витя и на всякий случай напрягся: — А что?

— Он слегка устарел. В смысле, на первое время, конечно, сойдет, а потом надо будет доработать. Но это уже наша проблема, так что рассказывай, какая тут стоит акустика…

Пока большая часть компании изучала салон, я просочился в пилотскую кабину, огляделся и пришел к выводу, что она ничем не отличается от своего аналога в соответствующем программном обеспечении летного тренажера.

— Угу… — отвечая на мои мысли, весело ухмыльнулась Ира и продолжила Дайной. Через гарнитуру: — Машинка, конечно, примитивная и не сравнится ни со «Стрижом-4М», ни с «Носорогом», но летает. И пусть часть рефлексов, наработанных за время учебы в АПД, придется «перешивать», но на уровень среднестатистического пилота Конвоя ты поднимешься от силы месяца за два-три не особо добросовестных тренировок. Кстати, в этом «Орлане» есть один Очень Большой Плюс: он ТВОЙ, следовательно, летать на нем ты сможешь без оглядки на инструкторов и курсового офицера!

Я хотел признаться, что об этом уже думал, но отвлекся на «силуэт» Оли, качнувшийся в мою сторону, развернулся на месте и вопросительно мотнул головой.

— Салон оценили, Витю с Таней похвалили и готовы к экстремальному взлету. Но хотелось бы видеть не горы, а город.

— А куда летим? — спросил я и посмотрел на часы, хотя знал, что до аудиенции еще три с половиной часа.

— А куда нам можно? — выкрикнула младшенькая из салона и получила уверенный ответ от Воронецкого:

— Свет, не смеши: идентификатор этой машины залит даже в базу данных системы «свой-чужой» Императорского дворца! Да, для входа в его полетную зону требуется отправить соответствующий запрос, но в девяти случаях из десяти он будет удовлетворен автоматически. Вывод напрашивается сам собой: лететь можно куда угодно. Главное — успеть попасть на награждение…

— Какое награждение? — полюбопытствовала его благоверная.

Опростоволосившийся Великий Князь расстроенно вздохнул, немного поколебался и раскололся полностью:

— Дед собирается вручить ребятам ордена «За заслуги перед Империей». Игнату — третьей степени, а Оле со Светой — четвертой.

— За уничтожение элитных Одаренных боевой дружины Гладковых?

— Ага.

— Заслужили… — как-то уж очень серьезно заявила Ростопчина, а Света задала вопрос, крутившийся у меня на языке:

— Надеюсь, закрытым списком?

— Де-юре — да. Но информация о награждении будет слита на сторону уже сегодня. В общем, опаздывать на это мероприятие нельзя. Тем более, что один раз мы его уже перенесли. Так что предлагаю сгонять к Максаковым и повеселить Лизу…