Глава 31

30 декабря 2513 по ЕГК.

…Из-за очень позднего отбоя субботнее утро началось для меня без пяти минут полдень. И отнюдь не потому, что я выспался. Просто спящее сознание среагировала на слишком уж ехидные смешки, раздавшиеся слева, и заставило приоткрыть один глаз. Да, в поле зрения никого не оказалось, зато прозрение зацепило две энергетические структуры, изученные вдоль и поперек, и я со спокойной душой задал напрашивавшийся вопрос:

— Доброе утро, красотки! Что вас так рассмешило?

— Твой новый вечный рекорд! — хором ответили «красотки», в мгновение ока перевернули мою тушку на другой бок и снова нависли над мобильным терминалом, лежавшим у Иры на коленях. Ну, а та вроде как смилостивилась, но начала уж очень издалека:

— Я продрала глаза в девятом часу. Вставать с кровати было лениво, а МТ-ка почему-то обнаружилась на второй половине кровати, поэтому я влезла в Сеть, обнаружила, что все новостные порталы Империи обсуждают твой новый «вечный» рекорд, и сначала смертельно обиделась. Ибо точно помнила, что «Орланом» управляла сама, а на обратном пути особо не хамила. Однако стоило вчитаться в первую же попавшуюся на глаза статью, как стало ясно, что обозревателям светской хроники было не до моих талантов — они заметили Самое Важное…

— Ох, кто-то у меня сейчас довредничается… — предупредил я, и Кукла, «страшно испугавшись», перестала валять дурака:

— Я и не вредничаю. Честно-честно! Вот, даже цитирую первоисточник: «Новый „вечный“ рекорд Черного Беркута: парадно-выходная статусная и, в то же время, умопомрачительно стильная одежда… из собственноручно добытой кожи змеи-теневика… первого Кошмарного ранга… выделанной по незаслуженно забытым технологиям наших предков и… на всей команде! Ну, и кто сможет это повторить?»

— Че-е-ерт!!! — расстроено воскликнул я, представив себе реакцию особо самолюбивых аристократов на подобный вызов.

— Ага! — хором хихикнули дамы и нанесли по добивающему удару:

— Только первоисточник прочитан аж шестнадцать с лишним миллионов раз…

— Под каждой из сорока четырех фотографий в среднем по двенадцать миллионов сердечек…

— А количество скачиваний наших даже страшно озвучивать — вдруг ты решишь пройтись по несчастным влюбленным огнем, мечом и магией?

— Как это «вдруг»? — притворно нахмурился я, решив «с горя» немного подурачиться. — Я самый ревнивый мужчина во Вселенной!!!

— Тогда мы, пожалуй, не будем зачитывать самые волнующие признания в любви… — преувеличенно серьезно заявила Света, сделала небольшую паузу и злобно добавила: — А особо размечтавшихся уродов найдем и грохнем сами!

— Кажется, наша воительница завелась… — пробормотал я, почувствовав, что в этом утверждении имеется и толика настоящей злости. — И на что бы перенаправить проснувшийся энтузиазм?

— А давайте улетим в Южный и натравим младшенькую на строителей? — Они были готовы сдать родовое поместье еще вчера, но мы были заняты… — предложила Ира, Оля заявила, что идея великолепна, ибо позволит переждать вспышку нездорового интереса к нашему роду, я задумался, а Дайна загрузила еще одной проблемой. Через гарнитуру:

— Принять поместье желательно именно сегодня: строители — тоже люди, а завтра, между прочим, тридцать первое декабря. Но перед тем, как улететь, стоит наведаться к Лаптевым…

Я навелся на потолочную камеру и вопросительно выгнул бровь.

— Их глава прочитал десяток статей доморощенных экспертов по всему и вся про наиболее вероятные последствия внезапного усиления нашего рода, понял, что конфиденциальную информацию о нас можно продавать задорого, и вот уже сорок две минуты убеждает внучку превратиться в ее неиссякаемый источник…

Мой правый кулак сжался сам собой, и БИУС, заметив это, мгновенно дал ответ на незаданный вопрос:

— Полина уперлась. Напрочь. И сдаваться не собирается.

Поэтому успела лишиться доступа к личному счету и права покидать комнату… до десяти утра второго января и с вечера двенадцатого января по конец учебного года. Да, кстати, в данный момент она смотрит на деда с таким презрением во взгляде, что не передать словами!

Следующие пару-тройку секунд я давил проснувшуюся ярость. А после того, как справился с этой нелегкой задачей, спросил девчат, не в курсе ли они, чем занимаются наши гости.

— Витя с Таней, вероятнее всего, дрыхнут… — сообщила Ира. — А злобная мелочь тренируется под присмотром Недотроги.

— Минут через десять вруби, пожалуйста, засоням что-нибудь забойное в качестве намека на то, что столько спать нельзя… — распорядился я, взлетел, скинул с себя одеяло и переместился к двери. — А я сейчас быстренько приведу себя в порядок, и мы с вами отправимся терроризировать Лизу…

…Как я и предполагал, Максакова оказалась в курсе проблем подруги, так что я в темпе «придумал» и изложил перспективную идейку. Ее приняли влет. Сначала Лиза, а затем Воронецкий и Ростопчина. Подготовка заняла не так уж и много времени, поэтому в уже тринадцать десять мы загрузились в «Орлан», и Кукла бросила мультикоптер к низким серым облакам. А Виктор, пребывавший в злобном настроении, с полпинка сел на нужную волну, набрал номер, добытый при помощи начальника охраны, дождался ответа и включил режим Великого Князя:

— Добрый день, Антон Андреевич. Это Воронецкий Виктор Михайлович. Мы с Игнатом Даниловичем Беркутовым-Туманным прибудем за Полиной Сергеевной через девять минут. Посадочной площадки под вертолеты у вас нет, поэтому приземлимся на пересечении улицы Петренко и Кипарисовой аллеи. Оденьте внучку так, чтобы дошла до «Орлана» и не обморозилась, а все остальное ей выделят специально обученные люди. Далее, мы забираем ее на празднование Нового года. Вернем домой первого января после двадцати двух часов, чтобы она успела подготовиться к выезду в Пятно. И последнее: Конвой перекроет движение на вышеупомянутом перекрестке за тридцать секунд до приземления мультикоптера, что создаст неудобства участникам дорожного движения. Не заставляйте ждать ни нас, ни горожан…

Как и предсказывала Дайна, Лаптев побоялся вызвать неудовольствие Великого Князя, поэтому клятвенно пообещал успеть и попросил разрешения отключиться. И ведь успел: в тот момент, когда наш мультикоптер спикировал к самому центру перекрестка, «Урал» с гербами этого рода как раз взбирался на тротуар. И пусть старый дурень вытащил внучку из машины еще до того, как Ира вырубила движки, мы с Виктором удовлетворенно переглянулись и чинно вышли на мороз. Кстати, антимонии не разводили — поздоровались со взъерошенным и страшно потеющим Антоном Андреевичем, сообщили, что торопимся, пожелали всего доброго и увели растерянную девочку в тепло. Там Воронецкий вернулся в облюбованное кресло и на время превратился в слух, дамы весело поздоровались с «похищенной», Ира подняла «Орлан» в воздух, а я изучил энергетический «силуэт» Лаптевой, немного прибавивший в яркости, дождался относительной тишины и взял власть в свои руки:

— О-о-оль…

Жена молча протянула единственному Новику в нашей компании самую обычную флягу, а я дал команду выпить «болтушку», подождал эдак секунд двадцать и перешел к делу:

— Полина Сергеевна, Лиза считает вас достойнейшей личностью, и в данный момент мы руководствуемся мнением пусть младшей, но подруги. То есть, уважаем вас по умолчанию и помогаем делать первые шаги в развитии Дара так, как развивали бы свой собственный. Поэтому «болтушка», которую вы только что выпили, гарантированно приживит почти все умения, которые жизненно необходимы для выживания в Пятне — жар, сумеречное зрение, блокировку запахов, регенерацию, воздушное лезвие, окаменение, водомерку, наледь и тонус. Рекомендации по оптимальным алгоритмам раскачки всего вышеперечисленного моя жена скинет вам чуть позже, и она же будет отвечать на вопросы, которые не могут не появиться. Кстати, задавать вопросы надо: чем лучше вы поймете логику каждого упражнения, тем быстрее преодолеете пропасть, в которую вас загнали бездарной инициацией. Далее, мы считаем, что так называемый «стандартный график посещения тренировочных заимок» придуман городскими Одаренными для оправдания собственной лени, и после каждого прорыва сосредотачиваемся на подъеме всех имеющихся умений до насыщения. Ибо воюем не со слабосилками, а со зверьем, сражающимся с себе подобными не на жизнь, а на смерть каждый божий день. В общем, возьмете этот принцип на вооружение и докажете нам, что на самом деле заслуживаете уважения — продолжим помогать и дальше. Нет — сочтем, что Лиза ошиблась, и перестанем тратить время впустую.

— Кстати, о помощи… — начал Виктор, следуя нашим договоренностям. — Мы с Игнатом Даниловичем не умеем дружить наполовину, точно знаем, что вас ждет на тренировочной заимке спецотдела, и, мягко выражаясь, крайне разочарованы отношением ваших родичей к развитию вашего Дара. Поэтому все необходимое для комфортного пребывания в Пятне и в родовом имении Беркутовых-Туманных вам оплачу я. Сразу после того, как Ирина Сергеевна подготовит и пришлет мне соответствующий список. Экономить на друзьях и подругах я не умею, так что вещи будут качественными и дорогими. Что, вне всякого сомнения, не останется незамеченным. Обычную зависть вы, думаю, переживете, а с попытками что-либо отнять можете и не справиться. Поэтому настоятельно рекомендую незамедлительно сообщать об этом либо Игнату Даниловичу, либо мне. И последнее: мы — то есть, Беркутовы-Туманные, Лиза, моя невеста и я — дружим по-настоящему. Поэтому привыкайте обращаться ко мне по имени-отчеству, не вздумайте ждать разрешения, чтобы к кому-либо обратиться, и постарайтесь быть самой собой…

…После возвращения домой мы развили бурную деятельность. Виктор с Татьяной унеслись в их персональные покои и повисли на телефонах, Кукла вытрясла из Полины все требуемые размеры и выпросила у меня разрешение оккупировать кабинет, дабы «в тишине и спокойствии прошерстить сетевые странички нужных магазинов», Оля ушла строить прислугу и организовывать обед, а я отловил Надю с Ульяной и поставил им боевую задачу, затем почти в том же ключе озадачил Валерия Константиновича и отправился в гости к целительнице. А там застрял. Минут на пятнадцать — Ксения Станиславовна, накануне вечером «развлекавшаяся» в Императорском дворце в компании Ольги Максимовны и ее супруга, жаждала поделиться своими восторгами и затерроризировала меня напрочь.

Нет, о цели своего прихода я, естественно, не забыл. Однако предложил встретить Новый Год в нашем родовом поместье только потому, что был обязан. Ибо был уверен, что целительница предпочтет отметить этот праздник с детьми. Ан нет — не успел я договорить, как она заулыбалась, заявила, что едет, и спросила, сколько у нее времени на сборы.

— «Антей» будет готов подняться в воздух в шестнадцать тридцать. Так что вы, Валерий Константинович, Надежда, Ульяна, Соня, Татьяна, шестеро ветеранов и два повара выедете из поместья в пятнадцать сорок. На «Буране» Недотроги и двух «Эскортах». А мы доберемся до аэродрома на «Орлане». Кстати, об Ульяне и ее отделении: вчера мне было не до них, но я помню, что вы погнали народ на медосмотр прямо из гаража. Результатами не поделитесь?

— Поделюсь, конечно! В данный момент все абсолютно здоровы. Ранение Плута было залечено на восемь баллов из десяти возможных, что для Иного и Четвертака — нынешний потолок возможностей. Далее, судя по разнице между прошлыми и нынешними показаниями определителя рангов, все шесть дней пребывания на заимке отделение выкладывалось до предела. В том числе и за счет сна. Что, на мой взгляд, некоторый перебор. Моральное состояние радует не меньше: народ доволен и динамикой развития, и перспективами, и добычей, жаждет побыстрее отправиться в новый рейд и абсолютно уверен, что к лету родовая дружина нашего рода будет состоять из одних Богатырей…

Я поблагодарил ее за помощь, мысленно пообещал себе разобраться, что за Искры притащили вояки, и выкупить все не мусорные, оставил женщину собираться и умотал в кабинет. А там плюхнулся в кресло рядом с Куклой и вопросительно мотнул головой.

— Шмотье со снарягой для Полины и недостающие подарки прибудут в течение сорока минут. Машины служб доставки встретит Прибой и загрузит все добро в «Эскорт», в который мы пересядем на аэродроме. Далее, Ветер, остающийся за старшего, уже заинструктирован, получил требуемый уровень доступа к защитным системам и в данный момент заканчивает подминать под себя остальных вояк. Виктора с Татьяной, конечно же, отпустили. Причем без охраны. Правда, переговорив с сыном, Цесаревич набрал начальника его охраны и приказал перебазировать две смены телохранителей в Южный. Но дежурная будет ошиваться не у нас, а на авиабазе. В пятиминутной готовности к вылету. И последнее: со строителями я созвонилась и предупредила, что мы будем в поместье к девяти вечера. Они страшно обрадовались и отправились в очередной Большой Обход. Исправить недочеты, если таковые обнаружатся. Чтобы сдать объект хотя бы к утру.

— Это реально?

— Конечно: более-менее серьезных недочетов всего два — люфт в одном из креплений двигателя аэротрубы и сбой программного обеспечения душевой кабинки в одной из гостевых спален третьего этажа. Первый можно устранить за пять минут, а второй уберет самая обычная перезагрузка.

— Так, стоп: какая, к этой самой матери, аэротруба? — воскликнул я.

— Закрытого типа. С «колбой» диаметром в пять и высотой в двенадцать метров. Скорость потока регулируется в пределах от шестидесяти до трехсот километров в час. Полуавтоматическое управление с защитой даже от полных имбеци— …

— Дайна, в первоначальном проекте ее не было!

— В первоначальном проекте не было многого… — весело хохотнула она. — Но появилось. И теперь имеется в реальности!

— И зачем нам труба? — раздраженно спросил я. — Для развлечения?

Ерничать она, конечно же, не перестала. Но от раздражения избавила. Одной-единственной фразой:

— Для того же, для чего я посоветовала намекнуть Орлову на желание пообщаться тет-а-тет…

Трудно сказать, почему, но ассоциативная цепочка, активировавшаяся в момент упоминания фамилии оружейного магната, заставила вспомнить всех троих «Кошмариков», обнаруженных и идентифицированных на приеме. Вот я с обсуждаемой темы и съехал:

— Солнце, а ты нарыла что-нибудь интересное или важное о Николае Гордееве, Марке Кавелине и Олеге Кравцове?

— Кравцов, судя по разговорам домочадцев, уже лет шесть как сорвался с нарезки и наслаждается второй молодостью так, что шум стоит. Не изменил себе и вчера — обаял бойкую вдовушку из Кропотовых, привез в свое городское поместье и впечатлил. Как неутомимостью в постели, так и способностью пить, не пьянея. Кавелин является убежденным сторонником Воронецких, но не удовлетворен своим нынешним политическим весом и без особой спешки создает паутину возможностей, которая лет через восемь-десять вознесет его в кресло министра финансов. Ну, а Гордеев тщеславен, болезненно самолюбив и подловат. Де-юре держит нейтралитет и изображает молодого вспыльчивого повесу, а де факто дерется на дуэлях и убивает только тех, кто так или иначе мешает развитию родового дела, за последние три года подмял или разорил четыре крупных агропромышленных объединения, опосредованно оболгал еще два и не собирается останавливаться. К добытчикам раньше относился индифферентно, а членов Совета Десяти считает напыщенными клоунами. Но тобою заинтересовался и еще ночью приказал начальнику СБ собрать о тебе всю возможную информацию. В общем, этот Кошмар опасен, и мне нужна твоя санкция для начала его полноценной разработки.

— Делай все, что сочтешь необходимым! — без тени сомнений заявил я, поймал за хвост мысль, болтавшуюся на краю сознания, и добавил: — Кстати, а что у спецотдела с поисками «бегунков»?

— О том, что Скарятиных нашли, ты знаешь. А самый опасный тип из тех, кто все еще на свободе — Нестор Гладков — как сквозь землю провалился. И это не радует. Поэтому я приняла кое-какие меры. Но о них мы поговорим ближе к вечеру, ибо сюда вот-вот заявится твоя младшенькая…