Глава 14

Я стояла посреди центральной площади своего родного города и смотрела на огромную, переливающуюся золотыми огоньками, новогоднюю ёлку. Вокруг неё, весело подпрыгивая, бегали разноцветные щенки. Целая свора! Как они все здесь оказались? Но всё изменилось, и вот я уже стою среди толпы и смотрю на сцену, на которой выступает неизвестный мне ансамбль русских плясок. Внезапно, я слышу громкий звук разорвавшейся, прямо под моими ногами, петарды. Кто-то дёргает меня на себя и подхватывает на руки. Я начинаю сопротивляться, но сознание уже подсказывает мне — я сплю. Это сон.

Обхватываю поудобнее шею мужчины и прижимаюсь щекой к его груди. Запах чёрного перца и мяты окутывает меня. Я наслаждаюсь. Глубоко вдыхаю его, ммм… Чувствую щекой вибрацию груди от смеха. Последнее я, по всей видимости, произнесла вслух. В тот момент, когда я оказываюсь на кровати, сознание полностью ко мне возвращается. Приоткрыв глаза, я немного теряюсь.

Комнату освещает тусклый свет ночника. Рядом с кроватью, надо мной, стоит Игорь. Вспоминаю, я в доме Лома, и он хочет меня на три дня. Эта осознание придаёт мне сил и уверенности.

Видимо Игорь заметил, что я пришла в себя, и строго произнёс:

— Останешься у меня.

— Э, нет! — начала подниматься я.

— Я понял. По-хорошему ты не понимаешь.

Встав с кровати, покачнулась ото сна и поправила топ. Провела рукой по волосам, приводя их, хоть немного, в порядок. Представляю, какой у меня сейчас вид. В отличие от Лома — он всё так же опрятен и в костюме.

— Ты серьёзно? Ты позвонил и просто сказал, что хочешь меня на три дня! Это по-хорошему? — возмутилась я.

— А ты бы хотела побыть дольше? — вкрадчиво и с усмешкой спросил Лом, подходя ближе.

— Сейчас речь не обо мне, — припомнила я его слова, — Речь о том, что ТЕБЕ нужно?

— Я озвучил, что мне нужно, — с раздражением сказал Игорь.

— Да, но ничего не объяснил, — не унималась я.

— А я и не должен! — со злостью ответил он.

Я не понимала его бешенства. Неужели так трудно — внести ясность в эту ситуацию.

— Когда ты давала мне слово, тебя не интересовало, что именно я попрошу. Да и дать ты его была готова любому мужику на том вечере.

От удивления мои брови поползли вверх. Сама подошла к нему вплотную и запрокинула голову, чтобы посмотреть ему прямо в глаза. Он напряженно смотрел на меня. Плохое освещение придавало его лицу хмурость, и какую-то особую загадочность.

— Ты меня хочешь проучить? — тихо спросила.

— Очень…, — выдохнул он и подхватил меня за талию.

Охнув, непроизвольно схватилась за его плечи. Игорь развернулся к окну и, не отпуская меня, одной рукой, резко сдвинул тюль со шторой в сторону. Посадив меня на подоконник, решительно развёл мои ноги и устроился между ними. Я с необъяснимым трепетом предвкушала продолжение. Опершись руками по обе стороны, он несколько долгих секунд неотрывно смотрел на меня. Будто давал время мне… или себе… Его глаза блеснули и отправились в путешествие. Приласкали грудь, обтянутую топом, лизнули шею и остановились на моих губах. Эти секунды были настолько волнительными, что я, не выдержав напряжения, до боли закусила нижнюю губу. Игорь обхватил ладонью моё лицо. Подушечкой большого пальца лениво провёл по закушенной губе, освободив её из захвата. Наклонился и обхватил её губами. Втянул в рот, немного посасывая.

Мои руки обхватили его шею и слегка помассировали её у основания. Он тяжело задышал. Не трудно догадаться — он на грани. Мою догадку подтвердил последующий несдержанный поцелуй. Как и всегда напористый. Жадный. Потрясающий. Я приняла его таким. Осторожно ответила и растворилась в нём.

Руки Игоря были везде. Сжимали бёдра, грудь, зарывались в волосы. Оторвавшись от губ, он прикусил нежную кожу на шее. Запустила пальцы в его волосы и откинула голову назад, открывая ему ещё лучший доступ к шее.

Его прикосновений стало мало, и я почувствовала, как Игорь принялся нервно расстёгивать мои джинсы. Достаточно быстро справившись с задачей, он нарочито медленно погладил своей большой холодной ладонью мой живот. Я выгнулась. Долго не задерживаясь, он спустился ниже и грубовато протиснулся в трусики.

— Горячая…, — прохрипел Игорь мне в шею, обдавая жарким дыханием.

Он прижал свою руку к сосредоточию моего возбуждения. Я заскулила, моля о продолжении, но мучитель не сдвинулся ни на сантиметр. Не выдержав, я обхватила его руку и сильнее прижала к себе, немного двигая ею вперёд-назад. Игорь как будто этого и ждал. Скользнул глубже и безошибочно нашёл чувствительную точку. Его пальцы начали свой танец. Я задыхалась. Желания путались. То пыталась вытащить его руку, то просила не останавливаться. Игорь продолжал ласкать шею. Лизал. Посасывал. Кусал. Мне стало нестерпимо щекотно. Затаила дыхание и рассмеялась. Но смех быстро перешёл в громкие стоны.

Содрогаясь, я повисла одной рукой на его шее, а второй вцепилась в рубашку. Услышала, как по полу покатились несколько пуговиц. Но в этот момент меня это мало волновало. Хотелось избавиться от пытки, но Лом не отпускал, продолжая крепко прижимать и мучить меня. Что-то шептал, но я не слышала ни слова, продолжая дёргаться в его руках от повторного яркого оргазма.

— Чёртов Лом, — обмякнув в его руках, прошипела я, а он тихо рассмеялся.

Некоторое время мы неподвижно прижимались друг к другу и наслаждались близостью. Но, к сожалению, сидеть так вечно мы не могли, и Игорь, подхватив меня на руки, вынес из спальни. Оказавшись в ванной комнате, он поставил меня на мои дрожащие, непослушные ноги. Но не отпустил, мягко придерживая за спину.

— Что тебе принести? Футболку или рубашку? Халат не предлагаю, в нём тебе будет неудобно спать, — уточнил он, заглядывая мне в глаза.

— Футболку, — промямлила я, пряча взгляд.

Игорь прислонил меня спиной к стене и вышел. А я откинула голову назад, упираясь затылком в прохладную плитку. В голове было пусто. Совсем ничего. Взгляд упёрся в сверкающую хрустальную люстру со свечами. Окинула взглядом ванную. Как и весь дом, она была выполнена в классическом стиле. Просторная и светлая.

Довольно быстро Игорь вернулся и водрузил на столешницу несколько футболок. Я молча за ним наблюдала. Рукава рубашки были привычно закатаны. Двух верхних пуговиц не было. Конечно, они валяются на полу в комнате. Сейчас при хорошем освещении я разглядела уставший вид Игоря.

Перед выходом он улыбнулся и спросил:

— Сама справишься?

Я кивнула, и он вышел.

Стоя под струями воды в душевой, я размышляла. Игорь мне не доверяет. Пожалуй, это обидно. Я не давала повода во мне сомневаться. Хотя, возможно, ему он и не нужен. Дело не во мне, и он не доверяет никому? При таком раскладе он навряд ли откроется мне хоть когда-то. Ни сейчас, ни завтра, никогда. Нужно ли мне его доверие? Определённо, да. Зачем? Сложный вопрос, ответ на который я не решаюсь дать даже самой себе. Но совершенно точно, меня злит его постоянная мнительность и недоверие.

Налила на ладонь ароматный гель для душа. Это было… Необычно. Вот так просто, мыться мужским гелем и потом им пахнуть. Представила, что его ежедневно использует Игорь, и кожа сразу покрылась мурашками. Не думать… не думать… не думать.

После душа, из всех, принесённых Игорем футболок, выбрала чёрную. На мой взгляд, она наименее компрометирующая и выглядит на мне вполне прилично. Широкая, и длина чуть выше колена скрывает всё, что необходимо. Она явно не новая, потому что я чувствовала на ней его запах. Пожалела, что не попросила принести тапочки из спальни. Теперь придётся идти босиком.

Осторожно вышла из ванной и на носочках миновала коридор. Неслышно вошла в спальню. Игорь сидел на одной стороне широкой кровати, с телефоном в руках и, хмурясь, набирал кому-то сообщение. Меня даже не заметил.

— А где малышня? — спросила я, останавливаясь посередине комнаты.

Он оторвался от экрана и положил телефон на тумбочку рядом с кроватью:

— Я их оставил внизу. Пусть спят.

Этот разговор напоминал семейную беседу между мужем и женой о детях. Я хмыкнула.

— Что? — заметил Игорь.

— Ничего, — улыбнулась в ответ.

— Ложись и рассказывай, — пригласил он, указывая взглядом на вторую половину кровати.

— А что здесь только одна спальня? — ехидно усмехнулась я.

— Спален много, но ты будешь спать здесь. Со мной, — как всегда уверенно произнёс Лом.

Когда он становился таким самоуверенным и властным, я про себя называла его Ломом. Это прозвище ему очень подходило.

Я никак не прокомментировала его слова. Молча обошла кровать и улеглась на живот. Поправила футболку и, подперев руками подбородок, посмотрела на Игоря. Он с интересом следил за каждым моим движением. Его взгляд прошёлся по моему телу, задержался в районе бёдер и поднялся к моим глазам.

— Я не надеюсь, но всё же… может у тебя на кухне есть горячий шоколад? — с надеждой спросила я.

— К сожалению, нет.

— Печально, — расстроилась я.

— Ты совсем не подготовился к моему приезду! — возмутилась.

— Не заговаривай мне зубы, — тихо рассмеялся Игорь, — рассказывай.

— Нечего рассказывать. Глупости, — отмахнулась я и задумалась.

Думаю лучшего момента не представится. Ближе и спокойнее, чем сейчас, мы не были с ним никогда. И я решилась в последний раз попытать счастье.

— Может… Ты мне что-нибудь расскажешь? — несмело предложила я.

Улыбаться он перестал. Стиснул зубы и посмотрел на меня цепким взглядом. Я понимала, сейчас лучше молчать. Дать ему время принять решение. Но я не видела в нём сомнений. Игорь смотрел уверенно, будто давно для себя всё решил. Он молчал, казалось, целую вечность, а я ждала.

— Моё настоящее имя — Ломов Владислав Борисович.

Я очень старалась оставаться невозмутимой. Правда. Но это было невероятно трудно. А ещё невыносимее было молчать.

— Значит Влад?

Он кивнул.

— А отчество оставил прежним.

— Да, я не мог предать своего отца, — твёрдо сказал Лом.

— Но что произошло? — опасливо спросила.

Он не спешил рассказывать. Его взгляд стал отрешённым. Будто он уже не здесь, не со мной. Его мысли устремились в прошлое, которое меня пугало. Игорь встал и, обойдя кровать, направился к окну. Сев на кровати и скрестив ноги, я наблюдала за ним. Он засунул руки в карманы и несколько минут молча смотрел на улицу. Может, решал с чего начать, а может, размышлял, стоит ли вообще мне рассказывать.

Я не выдержала:

— Игорь, я …

— Отец всегда учил меня быть настойчивым и идти напролом, — Игорь с силой провёл рукой по волосам, — Сука! И это всегда работало!

Он развернулся и опёрся на подоконник:

— Меня всегда тормозил Саня. Предупреждал. Не спеши. Остановись. Осмотрись. Но разогнавшись — это уже невозможно. Я привык действовать жёстко и быстро. И это всегда давало мне преимущество перед другими, — он опустил голову и уже спокойнее продолжил, — В этой гонке я не заметил главного. Своего врага, который подобрался ко мне слишком близко. Я был уверен, что всесилен. Думал, что ещё не родился тот, кто рискнёт меня сломить. По большому счёту, я вообще об этом не думал.

Не поднимая головы, он посмотрел на меня и злобно, с горечью произнёс:

— Потеря чувства опасности и иллюзия неуязвимости привели к трагедии, которая коснулась не только меня, но и моих близких. Всех, кто был мне дорог.

Свет от ночника падал прямо на его лицо. Что я видела в его глазах? Дикую злобу и чёрную ненависть. Но к кому? Он выглядел сумасшедшим. Таким безумным был его взгляд. Он напомнил Сашу. Тогда, в баре. Стало жутко.

От него не укрылось моё состояние, и он замолчал. Зажмурился и упёрся затылком в стекло. Не знала, что именно произошло, но мне уже было безумно жаль. Я не смогла сдержать порыв. Встала с кровати, подошла к Игорю и крепко его обняла. Он дёрнулся, явно не ожидая от меня такой реакции. Секундная заминка, и я почувствовала, как Игорь с силой прижал меня в ответ.

— Расскажи, — тихо попросила я.

Он медлил. Оттолкнулся от подоконника и, взяв за руку, утянул меня на кровать. Притянул к себе, обнял, а я удобно пристроила свою голову у него на плече.

Рассказ вышел долгий и напряжённый. Я не перебивала, боясь спугнуть мужскую откровенность. Такие истории я слышала разве что в передаче «Человек и закон». То, что произошло — было чудовищно! Не справившись со своими эмоциями, я тихо плакала в рубашку Игоря. От несправедливости и от ТАКОЙ горькой правды.

— Она предала меня. Дура, — выплюнул он, — Была уверена, что нужна Шалиму, и он оставит её в живых.

Я всхлипнула и ошарашено уставилась на Игоря:

— Кто?

— Жанна.

Выходит, Игоря предала его женщина? Внимательно посмотрела на Игоря. Стиснутые зубы и его отрешённый взгляд говорили о раздражительность и злости. Он опять закрылся. А во мне кипела буря! Голова разрывалась от вопросов, роящихся в моей голове. Если не задам вопрос, который меня мучает больше всего, то попросту не усну!

Не отрывая от Игоря взгляда, я спросила:

— Кто-то остался жив? Игорюш, скажи! Сын Саши жив? — прошептала с безумной надеждой, пытаясь найти ответ в его глазах.

Но он не повернул головы:

— Я тоже умею хранить секреты, Настён.

Боже! Я с облегчением выдохнула! Сын Саши жив, я была уверенна. Ведь будь по-другому, он бы так прямо и сказал. Ведь так?…