Глава 11 · Под колпаком

Игнис замер, как изваяние. Всё его естество мгновенно напряглось, насторожилось. Его взгляд, только что тёплый и мягкий, стал острым, пронзительным, устремился ко входу. Он не двигался, но Майра почувствовала, как воздух вокруг него сгустился, стал тяжелее, заряженным невидимой силой. Он был похож на зверя, уловившего запах чужака на своей территории.

— Что?.. — начала Майра.

— Ничего, — отрезал он, но его голос звучал уже иначе — низко, властно, без тени рассеянного книжника. — Останься здесь.

Он шагнул к входу, двигаясь с той самой змеиной плавностью, которая иногда прорывалась сквозь маску Гаррета. Майра, повинуясь инстинкту, последовала за ним, но держалась позади.

У входа в пещеру, на площадке, никого не было. Но внизу, на тропе, метрах в пятидесяти, быстро удалялась в сторону леса всадница. Не Кэл. Женщина в тёмно-зелёном дорожном плаще, на крепкой гнедой лошади. Она не оглядывалась, но в её посадке, в том, как она уверенно правила лошадью по каменистой тропе, было что-то… профессиональное. Не крестьянка. Не случайная путница.

Игнис стоял, вглядываясь в удаляющуюся фигуру. Его лицо было каменным.

— Кто это? — спросила Майра, подходя к нему вплотную.

— Не знаю, — ответил он, но звучало это как «знаю, но не скажу». — Любопытная. Или… разведчица.

— Охотники? — выдохнула Майра, и сердце её упало.

— Возможно. — Он наконец перевёл на неё взгляд, и суровая маска немного дрогнула. — Не волнуйся. Она просто смотрела.

— А что она могла увидеть? — с вызовом спросила Майра, указывая на пещеру. — Сыроварню? Корова у загона? Мирных жителей?

Игнис взглянул на неё, и в его глазах мелькнула тень той самой древней, уставшей печали.

— Увидеть можно многое, Майра. Даже если ничего не видно. Само отсутствие ожидаемого — уже улика. — Он повернулся и пошёл обратно в пещеру, к столу, где лежал пергамент с тёмным, красивым оттиском дракона. Он взял лист, долго смотрел на него. — Возможно, пора быть осторожнее.

— Что это значит? — последовала она за ним.

— Это значит, — сказал он, аккуратно сворачивая пергамент, — что твой первый сыр с этим клеймом нужно будет прятать как можно дальше и глубже. Или не ставить его вовсе.

— Нет! — вырвалось у неё резко, неожиданно для неё самой. — Я буду ставить его. На каждый. На самый первый и на все последующие. Это мой знак. Наш знак.

Он обернулся, поражённый. В его глазах вспыхнуло что-то горячее и гордое.

— Это может быть опасно, — тихо предупредил он.

— Всё, что по-настоящему ценно, опасно, — парировала Майра, поднимая подбородок. Она переступила через страх. Через сомнения. Этот штамп, этот дар стал для ней чертой. Приняв его, она приняла и его. Со всеми тайнами. Со всем риском. — Мы будем осторожны. Но мы не будем прятаться.

Игнис (Гарри, теперь он Гарри в её мыслях) смотрел на неё, и постепенно суровость с его лица сошла, уступив место тому тёплому, бесконечно нежному выражению, которое заставляло её сердце биться чаще.

— Как прикажешь, хозяйка сыроварни, — сказал он, и в его голосе снова зазвучала лёгкая, почти шутливая интонация Гаррета. Но теперь она знала — под ней скрывалась сталь. И огонь.

Он протянул ей свёрнутый пергамент.

— Спрячь это. А штамп… используй, когда будешь готова.

Майра взяла пергамент, прижала его к груди, туда, где стучало сердце — громко, тревожно, но уверенно.

Вечером, когда пещера погрузилась в тишину, нарушаемую лишь потрескиванием углей и дыханием Беллы, Майра взяла штамп и маленькую баночку с безопасной, съедобной краской. Она подошла к первой, уже почти готовой головке сыра, которая лежала на полке в прохладном гроту. Сердце колотилось. Это был момент истины.

Она аккуратно, с любовью и решимостью, поставила клеймо. Тёмно-бордовый оттиск лег на бледно-кремовую корку идеально. Знак встал на своё место. Дракон охранял гору. Гору, которая была теперь её домом.

Когда она вернулась к очагу, Игнис сидел у огня и смотрел на неё. Он ничего не сказал. Просто кивнул. Один раз. И в этом кивке было больше понимания и благодарности, чем в тысяче слов.

А высоко в горах, в лагере, разбитом в старой каменной расщелине, женщина в зелёном плаще снимала с себя дорожную пыль. Она достала из седельной сумки небольшой, странного вида компас со стрелкой из чёрного камня. Стрелка беспокойно дёргалась, указывая в сторону пещеры, но не замирала, будто сила там была слишком хорошо скрыта или… слишком древняя, чтобы её можно было измерить простым артефактом.

Женщина хмуро убрала компас. Её отчёт будет простым: «Объект наблюдения — пещера. Жители: женщина (сыровар), мужчина (предположительно, отшельник Гаррет Вейл). Признаков магической активности или присутствия крупной нечисти не обнаружено. Однако… место обладает странным спокойствием. Слишком странным. Рекомендую продолжить наблюдение. Особый интерес представляет первый готовый продукт сыроварни. Необходимо получить образец.»

Она потушила светильник. В темноте её лицо оставалось невозмутимым и решительным. Охота только начиналась. А лучший способ поймать умного зверя — проявить терпение и наблюдать за тем, что он любит.