Глава 18

Предупреждение о приезде родственников сработало. Ещё не рассвело, а в холле “Цветника” начали собираться адептки изящной магии. Бодрые, свежие, энергичные, особыми снадобьями упитые и резко полюбившие штаны, простые прически и удобную обувь. Даже Кларисса где-то откопала брючный костюм для верховой езды.

— Готова к пробежке? — поддела я жрицу света, выплывшую в коридор.

— Готова продемонстрировать отцу, что я сделала все для поддержания престижа рода Тель-Красс. Хотя у меня уже есть жених и мне не нужно из кожи лезть, чтобы доказать собственную привлекательность на брачном рынке, сегодня я поддержу подруг.

— Кларисса Тель-Красс влезла в штаны из солидарности? — фыркнула я.

— Именно так. Я приму участие в показательном выступлении, а потом попрошу отца остановить все это безобразие.

Не поняла? Это что она еще задумала?

— Поясни, — потребовала я.

На кукольном лице Клариссы возникла противная улыбка.

— События последних дней повлияли на всех нас. Я и сама поддалась всеобщей эйфории и желанию что-то доказать магам Серого дольмена, однако, хорошенько поразмыслив, осознала, насколько глупым было мое поведение. Поэтому после утренней тренировки я сделаю официальное заявление…

Внезапно Кларисса резко замолчала и уставилась мне за спину.

— Фейна, почему тебя теперь две?

— Потому что ты не выспалась, — с издевкой ответила настоящая Фейна и подула на клочок бумаги, зажатый в руке.

Сорвавшийся с нее магический символ подлетел к Клариссе, с громким шипением пробился сквозь ее щит и развеялся мельчайшим сонным порошком.

— Ты не имеешь права. Я буду жалов…

Подоспевшие Тина и Дара подхватили отрубившуюся Клариссу под руки и втащили в нашу комнату.

— И что это значит? — с негодованием спросила я у Фейны.

— Это значит, что сегодня ты Кларисса. Скажи  же, приятное разнообразие.

Безобразие это! Причем незапланированное!

Я крутилась перед зеркалом и пыталась застегнуть жакет, снятый со спящей Клариссы. Если иллюзия сидела на мне великолепно, то настоящие пуговицы сдавливали грудь, а брюки обтягивали бедра. Надеюсь, бег через барьеры Сартарэн нам не устроит. На тренировке ожидались зрители, а раз так, то серые маги будут обязаны соблюсти приличия.

Я надеялась на это, пока не спустилась в холл, на стене которого была намалевана знакомая карикатура бегающего куста.

— Не понимаю. У серых магов проблемы с фантазией или нехватка вдохновения? — капризно протянула я, копируя интонацию Клариссы.

Создатель художества как раз стоял на посту возле входа в общежитие и с невозмутимым видом наблюдал за нами. Когда под потолком раздался голос Сартарэна, приглашающий всех на утреннюю тренировку, и мы потянулись к выходу, Ашар дождался, когда я и Дара будем проходить мимо, после чего произнес:

— С вдохновением у нас порядок. Как и с логикой.

— И о чем же нашептывает ваша мужская логика? — едко поинтересовалась Дара у кузена.

— Она напоминает, что ночью у ворот задержали мужчину под маскировочной иллюзией. Поверьте, у артефактора Торда недостаточно привлекательные ноги.

— Мне жаль, что они тебя разочаровали, — с наигранным сочувствием произнесла я. — Но не переживай, я уверена, ты еще встретишь ножки своей мечты.

— Главное, чтобы они не пробежали мимо, — подхватила Дара и, задрав нос, прошла мимо Ашара.

Блондин проводил девушку напряженным взглядом.

— Маги Серого дольмена не женятся, не встречаются и не влюбляются, — ехидно напомнила я.

— Стерва… — донеслось предельно злое в спину.

Это да. Умею и практикую.

 

***

 

Иллюзионисты обожают неожиданности и импровизации. Наверное, я все-таки неправильный иллюзионист, потому что ценю покой и предсказуемость. Я всегда стараюсь предчувствовать проблему и заранее намечать пути решения, чтобы «времени вагон» не превратилось в «поезд ушел».

Личина Клариссы была мне знакома. Я давно перемерила иллюзии всех девчонок. Чувствовала, что пригодятся. А вот со сбором личной информации имелись серьезные сложности. Впервые я взялась играть роль девушки, о которой знала не так уж и много.

И это нервировало. Особенно настораживал шатер, появившийся рядом с тренировочным полигоном. Скамьи для зрителей я тоже заметила издалека и в очередной раз мысленно выругалась. Нет, Кларисса, конечно, собиралась подложить нам всем свинью, но не обязательно же было ее устранять! Что мне делать, если родные Клариссы пожелают поговорить с глазу на глаз?

— Леди Тель-Красс, вы сегодня великолепно выглядите.

Подкарауливший меня Ферран, хитро подмигнул, намекая, что в курсе, кто сегодня изображает Клариссу. Соблазн пройти мимо и посмотреть, как он будет выкручиваться, был велик, но впереди маячил шатер, поэтому я позволила себе улыбнуться.

— Благодарю, лорд Тель-Эрн. Мы все держимся изо всех сил. И рады, что сегодня наконец-то увидим родных…

— Увы, леди Красс, у вас не получится обнять отца.

Я замерла, уставившись на шатер. Как это не получится? Неужели и лорда Красса устранили?

— Ваш родитель не пожелал принять приглашение лорда Сартарэна.

— Я… Я не знаю, что сказать.

— Скажите, что рады такому сопровождающему, как я, — хитро улыбнулся Ферран.

— Надеюсь, сегодняшняя тренировка пройдет без лишних сложностей.

Я уже убедилась, что на площадке нет ни железного голема, ни статуй. Значит, и стихийных порталов не предвидится. Понять бы еще, чем мы должны будем впечатлить зрителей, среди которых я заметила и госпожу Альярд, и магистра Сларуса, и целителя Зилина с куратором Лаксом.

— Как Лакс? — тихо шепнула я, потому что мы почти что прибыли на место.

— Ночевал в лазарете и…

— Вот зараза… — прошептала я, однако мой возмущенный шепот не имел никакого отношения к куратору Лаксу.

Я наконец-то поняла, что за пакость придумал Сартарэн: он приказал принести летучки.

 

***

 

Прежде чем пригласить нас на тренировочную площадку, глава Серого дольмена произнес речь для родителей адепток. Думала, он хоть как-то пояснит, что у нас тут творится, но хитрый Серый Волк сосредоточился сугубо на планах и перспективах ближайшего часа. Именно столько и должна была продолжаться наша демонстрационная тренировка.

— Мне не нравится эта доска. На ней трещина.

Я ткнула пальцем в место дефекта, заставив Сногга покраснеть от злости. Бедный темный мне уже третью доску приволок, и каждую я безжалостно забраковала. Первая была покрыта загадочной белой плесенью, на второй отложили яйца противные слизни. Мерзкие, серо-зеленые, похожие на опарышей. Короче, какие захотела — такие и создала. Сногг, как настоящий рыцарь, стер пакость собственным платком, но на его беду Кларисса Тель-Красс оказалась девушкой брезгливой.

— Это не трещина. Это часть рунического знака! — попытался нагло обмануть меня Сногг.

Совсем за дурочку держал. Да я эту трещину собственноручно наколдовала! Другие адептки давно разобрали доски, на которых им предстояло продемонстрировать магический потенциал. Даже не думала, что буду тосковать по железному голему или статуям.

Первой на летучку запрыгнула Фейна. Притопнув, огненная ведьма зажгла настоящее пламя, которое тут же было поглощено доской. Артефакт медленно заскользил по магическому потоку. Дара тоже знала толк в экстремальном спорте. Её холод позволил разогнать летучку и перебросить ее на пару метров выше. Ашар едва догнать успел и теперь что-то яростно высказывал своей подопечной. Тина решила, что земля ей ближе, и нагло обматывала свою доску лианой. Видимо, надеялась, что зеленый якорь избавит ее от необходимости взлететь.

— Адептка Тель-Красс, какие-то проблемы?

Вкрадчивый голос лорда Сартарэна обозначил, что валять дурака бесконечно не получится.

— Мои родные так и не прибыли на просмотр. Я в печали, — скорбно объявила я.

Сногг уже не раз говорил мне, что никто не будет ждать моих родных, но лично я не видела необходимости что-то демонстрировать, раз некому и похвалить.

— Адепт Сногг, вы не оставите нас? Через несколько минут ваша напарница будет готова к полету, — уверенно объявил Серый Волк.

А он оптимист. Да ноги моей не будет на этой летучке! Что, если она вообще с места не сдвинется? В прошлый раз артефактом управлял Сартарэн, он же заставлял доску перемещаться между потоками магии. Жрица света Кларисса наверняка смогла бы влить силу в артефакт. Но я-то не Кларисса!

— Леди Тель-Красс, мне жаль, что ваши родные отказались прибыть в Ревинтор.

— В нашей долине в последнее время неспокойно, — тихо произнесла я, радуясь, что хотя бы знаю, откуда Кларисса родом.

— Причина не в этом, — несколько отрывисто и сухо бросил Сартарэн.

Я вскинула голову и обнаружила, что легкая неуверенность, промелькнувшая в его голосе мне не показалась. Мужчина смотрел куда-то вдаль и явно размышлял, стоит ли продолжать разговор.

— С моим отцом что-то случилось? — испуганно прошептала я.

Мне и в самом деле было нехорошо. Мало того что мы вырубили Клариссу, еще и неприятные новости придется ей сообщить.

— Ваш отец в здравии, как и ваш жених лорд Тарс. Леди Тель-Красс, после сегодняшней демонстрации наверняка многие адептки захотят вернуться домой или сменить академию…

— Вернусь домой! — твердо озвучила я желание настоящей Клариссы.

Мне оно было поперек горла, но я была должна вести себя как настоящая леди Тель-Красс.

Сартарэн пристально посмотрел на меня и кивнул.

— Я приму любое ваше решение, пока же…

Внезапно Серый Волк нахмурился, как если бы к чему-то прислушался и вскинул руку. Крошечное окошко портала, появившееся рядом, было похоже на сгусток серого тумана, и из него выпал конверт.

— Срочная почта, леди Тель-Красс, — пояснил Сартарэн и, прочитав руны на конверте, добавил: — Для вас.

— Благодарю. Я должна ознакомиться с содержимым прямо сейчас?

— Если вам так будет угодно.

— Лучше потом, — смущенно произнесла я.

Совать нос в почту Клариссы не хотелось. Она и так, когда очнется, будет скандалить, а если узнает, что я читала ее письмо, убедить жрицу света, что мы действовали ради общего блага, уже не получится.

— Раз так, то прошу! — Сартарэн указал на летучку. —  Ваш артефакт в идеальном состоянии. Адепт Сногг, ваша подопечная готова к тренировке!

Я же с надеждой посмотрела на спешащего к нам Сногга. Вчера парень выглядел менее воинственно, чем сейчас. Видимо, Кларисса в самом деле не пожалела запасов, чтобы избавить его от последствий случайного ослепления и последующей хромоты. Судя по поведению пациента, лечение не пришлось ему по вкусу.

Сногг с первых минут разговаривал со мной предельно вежливо сквозь крепко стиснутые зубы. Не хамил, но и дружелюбным его поведение назвать было сложно.

— А может, мы сначала попробуем вместе? Я… Я боюсь высоты.

Играла убедительно, но на лице Сногга не было и намека на сочувствие.

— Как пожелаете, леди Красс. — Темный ступил на летучку, и под его ногами заклубилась серая дымка.

Поглощенная доской, магия Сногга заставила наш артефакт медленно и печально двинуться с места.

— Леди Красс, поверьте, он не стоит того, чтобы о нем печалиться.

— Это ты сейчас о чем? — Забыв, что должна изображать боязно высоты, я резко повернулась к Сноггу лицом.

Маг нахмурился, а потом робко уточнил:

— Разве лорд Лин не сообщил вам вести из дома?

— Если ты сейчас о письме, то я его не открывала.

— Бездна! — с чувством выругался Сногг.

Бывший темный явно что-то знал о Клариссе, знал, почему ее родители не прибыли в Ревинтор.

— Так что случилось?

— Мне не хочется быть вестником плохих новостей. — Сногг отвел взгляд.

— А откуда мне знать, что вы не придумали эти плохие новости?

— Земли вашего жениха лорда Тарса граничат с землями моего бывшего клана.

Бывшего. Я знала, что, вступив с Серый дольмен, маги отрекались от семьи, но все равно слышать такое было жутковато. Впрочем, не так страшно, как думать о том, что Сногг мог знать Клариссу лучше, чем я себе это представляла. Вон даже с ее женихом был знаком.

— Понимаю. Но какое это имеет отношение ко мне? — Я вытащила из кармана конверт. — Всё есть в этом письме?

— Не читайте! — Сногг перехватил мою руку. — Вам не стоит верить всему, что он написал!

Он — это лорд Тарс. Я успела рассмотреть, от кого было письмо, прежде чем снова спрятать его в карман штанов.

— И чему же я не должна верить?

— Что ваш жених разорвал помолвку, потому что счел вас магической пустышкой. Осторожнее! — Сногг превентивно обхватил меня за талию.

Не иначе как счел, что тонкая девичья натура упадет в обморок.

— Вот козел! — яростно выругалась совсем не чувствительная натура иллюзиониста.

— Прошу прощения? — опешил Сногг.

Да, я переволновалась и вышла из образа. Пришлось срочно изображать глубоко растерянную деву в беде.

— Не понимаю. Всё же было оговорено. Лорд Тарс ждал, пока мой дар раскроется, после чего мы сразу бы пошли в храм и провели брачный обряд… Он не захотел ждать? Да? Решил, что моя магия не пробуждается слишком долго?

Хотела изобразить растерянную Клариссу на грани истерики, а вместо этого почувствовала, как внутри просыпается злость. Временами мне казалось, что старшие дочери в роду — самые несчастные. Они заочно всем должны: роду, стране, Элькрасу. С самого рождения их судьба предопределена, а некоторые еще и носом крутят! Да этот лорд Тарс даже не соизволил поинтересоваться, отчего у его нареченной не просыпается магия. Жених года даже не учел, что Кларисса не одна такая неумеха во всем Ревинторе.

Бесит! И Сногг этот злит. Вот чего он на меня смотрит, как преданный щенок?

— Если хорошенько разозлишься — сможешь победить летучку.

На тебя, что ли, злиться? Это сложно, учитывая, что я наконец-то поняла, чем закончилось косметическое лечение серого зайки. Вон как преданно смотрит. Надеюсь, это временное помешательство. Иначе Кларисса его сожрет и не подавится. А учитывая последние новости, ей точно захочется на ком-то отыграться.

Бедный Сногг. Обнять и плакать.

— В бою победа не главное. Главное — в нем вообще не участвовать, — тихо фыркнула я.

— Боюсь, у тебя нет выбора. Это идея лорда Лина.

— Да кто бы сомневался!

Я уставилась себе под ноги. Интересно, все сильно испугаются, если я окружу летучку иллюзией света?

— Ты просто направь магию света в артефакт…

— Как в прошлый раз? — нервно бросила я.

— Как в прошлый раз не будет. Если твой свет выйдет из-под контроля, у меня наготове тьма.

То есть гасить меня будут быстро и без лишних сантиментов. Прелесть, а не тренировка! Так это поэтому Сногг так на меня смотрел? Ему меня заранее было жалко? А я, девочка, любовь-морковь уже себе навоображала.

Ха! Ладно. Сейчас поиграем.

Превратить доску для воздушного серфинга в наполненное светом облако было несложно, а вот то, что оно всё-таки дрогнуло, заставило и меня дернуться. Неужели получилось? Я-то думала, что иллюзии не оставляют следов, а летучка смогла поглотить мою магию как топливо. Значит, все-таки и иллюзии разновидность магической энергии.

— Адепт Сногг, секунду! Произведем рокировку!

Да что еще за на фиг?!

Предложение лорда Сартарэна заставило меня сжать кулаки. Сартарэн, уже успевший подняться в воздух вместе с Тиной, спрыгнул с доски. На лице девушки отразилось такое облегчение, что я от души ей позавидовала. И что ему с Тиной не леталось? Почему он возжелал покататься со мной?

Настоящая Кларисса была бы в восторге от того, что ее выделил сам серый кардинал Теневого королевства. Как истинная леди, она ценила знаки внимания и всегда просчитывала их важность. У меня же были другие приоритеты.

— Рокировка? Не люблю шахматы.

—  Не любите внезапные перемены, леди?.. — На губах Серого Волка возникла хищная улыбка. Того и гляди клыки полезут.

—  У нас есть регламент тренировки. Мы должны продемонстрировать способности под присмотром своих напарников. Вот мой: Сногг.

Я взяла мага под руку, словно собиралась с ним на прогулку по парку, а не стояла на узкой доске, которой предстояло прокатить нас по воздуху. Сногг от такого обращения нервно заморгал, открыл рот и… не нашел, что сказать. Зато глава Серого дольмена за словом в карман не лез:

—  Поверьте, леди, я — лучший. Вам несказанно повезло, что я решил уделить вам особое внимание. Считайте это моральной поддержкой.

Да после такой поддержки никакой магии не захочется. Прямо-таки не рокировочка, а шах и мат!

Я и так нервничала из-за того, как летучка примет мою магию, а проделывать такое под тактильным присмотром чуть ли не самого крутого мага Элькраса — это ж никаких нервов не хватит.

Летучка была со мной согласна: растеряв иллюзорный свет, она уныло шлепнулась на землю.

— Соберись. Ты справишься, — бросил напоследок Сногг.

Доску он покидал неохотно, чем все-таки подтвердил справедливость моих подозрений. Зато Сартарэн занял его место с грацией танцора, которую сложно представить у мужчины его габаритов.

— Если вы сейчас заявите, что растратили весь резерв, я приглашу целителя, который задействует глубинную диагностику и докажет, что вы меня обманываете.

Мягкий голос Сартарэна ничуть меня не обманул. Я не сомневалась, что он что-то задумал и от своего не отступится. Причем возникло ощущение, что рокировка не импровизация. Как и во время тренировки с големом, Сартарэн что-то подозревал…

От волнения ладони взмокли, сердце билось в груди так отчаянно, словно я только что совершила бег на длинную дистанцию.

Внезапно я увидела у ограждения Феррана. Рыжик покинул зрительский шатер и смотрел на меня: спокойно, уверенно, внимательно. Зачем же так рисковать?! Если я и дальше буду медлить, у Феррана может проснуться совершенно неуместное желание спасти меня. Нет, так не пойдет. Никто не должен заметить, что Ферран переживает из-за Клариссы.

Прикрыв глаза, я сосредоточилась на том, что знала.

Эмоции — помеха для иллюзиониста, но они же могут выступить катализатором. Я направила свою тревогу в доску, представляя, что стою на облаке, в глубине которого притаилась шаровая молния.

И получилось! Сотворенная иллюзия искрила не хуже фейерверка и казалась бомбой, которая вот-вот рванет. Выглядело прелесть до чего  жутко. Летучки девчонок разметало во все стороны, даже у сомневающихся и самых боязливых открылось второе дыхание. Вскинув голову, обнаружила, что Тина умудрилась запрыгнуть на вышетекущий поток. Мимо пронеслась огненная доска Фейны, за ее спиной причитал Дорс и уговаривал держаться подальше от ненормальной жрицы, которая уже один раз всех ослепила.

С моих губ сорвался смешок. Вот что иллюзии животворящие творят и вытворяют!

— Продолжайте, адептка. У вас неплохо получается, — потребовал Сартарэн.

Получалось. Понять бы еще что! Не намекает ли он, что я загубила всю конспирацию?!

— Думаете, стоит? Сегодня мне некого впечатлять своими достижениями.

— А как же я? Насколько я помню, все адептки этой академии жаждут впечатлить меня лично.

Верно. Именно это мы и заявили, когда бросили вызов лорду Сартарэну. И, на мой взгляд, у нас получилось! Все в той или иной степени "приручили" летучки. Еще несколько дней назад старшие дочери родов ни о чем более сложном, чем освоение нового бытового заклинания, даже не помышляли. А сейчас глаза адепток Ревинтора сияли. И магия тут была ни при чем. Девчонки кайфовали от полёта, от осознания, что смогли победить незнакомые артефакты.

— Хорошо летят, — с гордостью констатировала я.

— Никогда не думал, что смогу отыскать в такой глуши, вдали от мощных источников силы, настолько виртуозного иллюзиониста.

Признание, озвученное низким вкрадчивым голосом, заставило меня замереть соляным столбом. Доска подо мной тоже остановилась, словно я надавила на невидимый тормоз. Справившись с первым шоком, отправила ее в свободное плавание по самой низкой “магической трассе”.

— Рада, что артефактор Торд заслужил вашу похвалу.

Тихий смех за спиной обозначил, что мою изворотливость оценили. И снова наступила гнетущая тишина. Я не понимала, чего от меня хотят. И почему до сих пор не взяли под стражу. А может, Серый Волк только предполагал, что напал на след неуловимого мага? И теперь ждал, что я запаникую и подтвержу его правоту.

— Боюсь, что сейчас мы говорим не об артефакторе Торде.

— Боитесь? Этот иллюзионист настолько опасен?

— Скорее, непредсказуем. Мне непонятны ни его мотивы, ни на кого он работает.

— А разве это обязательно? Будучи сильным магом, нужно кому-то прислуживать?

— Сотрудничать, адептка. Речь идет о взаимовыгодном сотрудничестве.

— Или?.. — еле слышно выдохнула я.

— Предпочитаю начинать переговоры с приятных предложений.

— Занятный подход, — пробормотала я, просто чтобы что-то сказать.

— Эффективный. Можете спускаться, адептка.

Я вернула летучку на землю на автопилоте, а развеяв иллюзию, направилась к ограждению. Только прислонившись к опоре, я поняла, что дрожу. Да так сильно, что зуб на зуб не попадает. До меня дошло, что во время полета Сартарэн ни разу не назвал меня Клариссой Тель-Красс.