Глава 11. Тая

Жизнь каждый день ставит нас перед выбором, но проблема в том, ты никогда не знаешь, к чему приведет выбранный тобой путь.

Сидя на лавочке в сквере напротив офиса, я и Стефи лакомились шоколадным эскимо, наблюдая за паникой офисного планктона издалека. Работа была полностью остановлена, народ эвакуировали и по высотке шныряли пожарники в поисках хоть малюсенького очага возгорания.

— Переходим к плану «Б»? — поинтересовалась я у Стефи.

— Давай. А у нас есть план «Б»? — лениво покосилась на меня авантюристка высшего сорта.

— Понадобится, когда Алекс расскажет, кто устроил этот не спрогнозированный синоптиками ливень и Никита Леонович выберет вариант с консалтингом.

— Ну, во-первых, Алекс ничего не расскажет. Мы с друзьями с детства его подставляли постоянно. И как бы ему ни доставалось, он никогда никого не сдавал. А во-вторых, у папы рациональное мышление и он не станет принимать во внимание всякую ерунду, — беспечно улыбаясь, ответила Стефания.

Со стороны посмотришь на неё — блондинка на всю голову. И только узнав получше, понимаешь, насколько её внешность обманчива.

— Зачем ты с ним так? С братом? Я его, конечно, не так хорошо знаю, но… я не понимаю, за что ты его так не любишь и затеяла эту войну.

— Ошибаешься, девочка-демон. Эту войну я затеяла как раз потому, что очень его люблю, — сменился бестолковый взгляд Стефи на глубоко серьезный. До жути. До холодка по затылку.

Я только раздула щеки и тяжело выдохнула. Эти истории, когда близкие люди творят добро тебе на благо, ещё никогда ничем хорошим не заканчивались. Сейчас я больше понимаю Алекса, чем Стефи. Я радостью унесла ноги из родительского дома и очень агрессивно реагирую на людей, сующих нос в мои дела.

— Ладно, что дальше? Ждем решения и всё? — мысленно отрезала я лишние мысли, не желая погружаться в семейные дебри Браунов.

— С ума сошла. Алекс и половину козырей еще не выложил. Сегодня он до ночи… хотя из-за ливня, может, и до утра, будет накидывать очень подробный план, что он хочет изменить в холдинге.

— И завтра убедит Никиту Леоновича, что одна вчерашняя студентка не потянет весь объем работ, — закончила я мысль Стефи, на что она утвердительно кивнула.

— Ага. Надеюсь, после того как он хотел тебя опозорить взяткой, ты не будешь против грязной игры? — замелькали черти с шальными улыбками в глазах принцессы.

Я не против грязной игры с того дня, как херр поливал меня ею, не вынимая из меня своего члена. Но при высшем эшелоне власти этой империи мне страшно.

— Стефи, может, найдешь другого эксперта? Ну не хочет человек со мной работать, к чему устраивать этот цирк? Я же не единственный грамотный специалист на планете.

— Ты права, не единственный, и я легко найду тебе замену. Пять миллионов за срыв контракта есть? — без капельки стыда спросила Стефи, мило улыбаясь.

— Надо было брать взятку и отдать тебе. И неустойку бы тебе выплатила, и посмотрела бы, идет ли тебе красный цвет лица, — буркнула я.

— Если ты закончила скорбеть по чемодану денег, то я продолжу. Итак, Алекс сейчас вынужден работать на бумаге, потому что с компа всю инфу тут же передадут мне. Поэтому придется украсть его бумаги прямо из под носа на встрече, — так легко предлагает Стефи, будто мы всего лишь конфеты из вазы тырить на ресепшене собрались.

— А не проще нам предупредить его шаг и сделать разбивку календарную? Показать, что все возможно и без оголтелой команды, за которой нужно еще все триста раз проверять, — поднялось у меня внутреннее сопротивление таким неординарным действиям.

— Делай. Только таких, как ты, скучных, Алекс проглотит и не заметит. Он не умеет противостоять внезапным нестандартным действиям, а на все твои плюсы он положит жирный минус, не моргнув глазом.

— Я не скучная! Я адекватная!

— Ну, разумеется, — с усмешкой посмотрев на меня, перевела взгляд Стефи на пиджачную толпу у офиса.

Из-за моей выходки всех разогнали по домам, приводя офис в порядок.

По пути до дома заскочила в пиццерию и, прихватив божественно пахнущую коробку, побежала домой через парк.

Квартиру я была вынуждена снять в дорогом доме, других вблизи офиса попросту нет. Зато у меня шикарный круглый балкон с красивой ротанговой мебелью под выдвижным навесным тентом «Маркиза».

Напарившись в горячем душе и замотавшись с головы до пят в махровые полотенце и халат, я развалилась на диванчике, закинув ноги на пуфик. Божественно!

Пицца «Четыре сыра» и бокальчик красненького быстро поправили мое настроение. Москва, как все знают, никогда не спит. Огни большого города сверкали, дороги разукрашены красными стопами машин в пробках, окна офисов потухли, и только в одном из кабинетов горит свет.

Трижды пересчитав этажи, я убедилась, что это окно нашего офиса. Догадываюсь, какой херр там задержался.

Женька, конечно, права. У Алекса, помимо привлекательной внешности, есть мозги и особый природный магнетизм, и именно этому противостоять сложнее всего.

Ранним утром я пришла в офис, когда еще во всем офисе был только тусклое ночное освещение. Приоткрытая дверь в кабинет Алекса до вчерашнего дня меня бы не заинтересовала, но в мозги просто ядовитым соком въелись слова Стефи, что я скучная.

Осторожно толкнув дверь в кабинет властелина, я с бешено колотящимся сердцем просочилась внутрь.

Белокурого перекуса в пещере вампира я не обнаружила, как и самого не сразу увидела. Мой грозный босс спал сном младенца на широком диване, вытянувшись во весь свой исполинский рост. Вьющиеся волосы растрепаны, лицо расслаблено и четко очерченные губы так и манят прикоснуться к ним своими.

Соблазнительный гад! Даже пока спит, мне покоя не дает, а запасных трусов у меня, между прочим, с собой нет!

Пиджак и галстук висят на спинке, рубашка расстегнута, и моему взору открыт его подтянутый торс. Он идеальный. Мощный, но очень просушенный, так и хочется дотронуться и снова почувствовать его горячую кожу на ощупь… блин! О чем я думаю!

Рядом с ним на полу кипа бумаг и пустой пузатый стакан. Диагноз ясен — трудоголик со стажем. Все-таки пришлось мне встать перед ним на колени, собирая ворох бумаг, уж больно любопытно было, что Алекса так утомило.

Среди всей макулатуры я обнаружила много информации, касающейся планируемых нами изменений. Но мерно вздымающиеся мускулы и породистый профиль не давали мне на них сосредоточиться. Глядя на спящего принца, я испытывала невыносимые угрызения совести, изучая волевые черты лица. Безусловно, он тоже виноват, что Стефи была вынуждена пойти на обман. Но изначально простая миссия обросла новыми обстоятельствами. Всё так сильно запуталось и усложнилось.

Так и не решившись ограбить его несносное высочество, я удалилась в кабинет Стефании. Шпионка из меня вышла до безобразия неэффективная и падкая на вражескую сексуальность!

Но отчитываться за свою некомпетентность в кражах чужого интеллектуального труда мне не пришлось, потому что Стефи огорошила меня своим звонком:

— Алекс, засранец! Позвонил моему Ромочке, и теперь я арестованная дома сижу!

Ну, слава богу, хоть кто-то на эту бестию управу нашел! Вот только мне одной идти на встречу совсем страшно!

— Ты не волнуйся, самое главное — не давай ему много болтать! Алекс может и черта лысого в мешке продать, если захочет, не то что отличную альтернативу тебе! — вместо слов поддержки еще больше пугала меня Стефания.

Я так разнервничалась, что в переговорку пришла раньше всех и сидела там филином с выпученными глазами.

Вошедший императорский павлин, уже начистивший перышки, заставил мои нервы трепетать еще больше. Ну зачем таким толстосумам как Алекс еще и вот это вот всё!

— Когда в следующий раз решишь постоять перед спящим боссом на коленях, займись чем-то более для него приятным, Тая. Я не против утреннего приветственного минета! — защекотал всех мурашек хриплый баритон похотливого пернатого, и нахальная улыбка тут же озарила лицо херра.

Заливаясь краской стыда, я только сейчас сообразила, что во всех кабинетах есть камеры! Как же хорошо, что я не стырила его бумаги! Этого бы точно хватило, чтобы Никита Леонович выгнал меня с позором!

— У меня во рту не такой проходной двор, как в твоих трусах! — едва не задохнулась я в возмущении на его предложение.

Улыбка херра сменилась хитрым прищуром, и мое кресло сделало резкий разворот. В нос ударил убойный концентрат умопомрачительного аромата Брауна. Взгляд уперся в его губы и отводиться не желал.

— Сегодня жду тебя в резиденции, будем праздновать чью-то победу. С твоими криками и моими салютами! — совсем неподобающе его высочеству озвучил Алекс, что не знает, чью сторону примет Никита.

— Доброе утро! — обозначился сам Леонович, и Алекс перешел на противоположную сторону, сел напротив меня, продолжая посылать мне свои красноречивые взгляды.

Внешне Алекс очень похож на своего отца. Та же фигура и стать, тот же идеальный профиль, тот же взгляд. Понятно, что всем, чем владеет мой херр, он обязан своему папе, но и без этой золотой жизни таким отцом можно гордиться. Импозантный, красивый, умный мужчина с безупречной репутацией бизнесмена и верного семьянина.

— Алекс, то, что у тебя намного больше обязанностей в холдинге, не отменяет того, что права на этот бизнес со Стефи у вас одинаковые. Поэтому в таких глобальных переменах ее слово равнозначно твоему. Так что задачу вы мне задали не из легких. Многие годы этот бизнес на тебе, Алекс. И у меня нет ни одной причины подвергать твои действия критике. Поддерживаю тебя и в решении создать единую систему управления и в том, что для такой глобальной задачи нужна команда, — начал говорить Никита Леонович.

Казалось, мне надо радоваться, что все так разрешилось. Против решения своего папы Стефания ничего не сможет сделать и просто отпустит меня без выплат и без штрафов. Но в груди неприятно пекло, сжималось от мысли, что всё закончилось для меня так по-дурацки.

— Я изучил оба предложения. Твой вариант, Алекс, более четкий и структурированный, однако у Таи уже полностью создана концепция именно под наш бизнес со всеми нюансами. Еще один минус найма сторонней компании — это большой риск утечки информации.

Залюбовавшись на главу семейства Браун, я невольно начала сравнивать его со своим отцом. Страшно подумать, насколько они далеки друг от друга, и как мужественно и благородно выглядит тот, у которого действительно огромная сила и власть в руках, и как мерзко и убого тот, кто показывает свою силу, вымещая неудачи и злость на своих близких.

У всех есть знакомые семьи, где процветает домашнее насилие. Члены таких ячеек общества всегда становятся объектами для сплетен и пересудов, снижая и без того растоптанное достоинство до нуля. Агрессора осуждают, а терпящих его побои и унижения презирают за то, что не умеют дать отпор.

Люди искренне не понимают, как можно спускать с рук скандалы с рукоприкладством и порчей имущества. А мне никогда не хватало смелости написать заявление на близкого человека.

Мой отец военный, и всю свою сознательную жизнь я прожила в закрытом режимном городке, в который нельзя ни попасть, ни уехать оттуда без специального разрешения, которое получить очень непросто.

Всю жизнь я испытывала чувство стыда перед соседями и друзьями за то, что происходило у нас дома, когда папа был сильно пьян. И вроде бы стыдно должно было быть ему за то, что бил меня, сестру и маму, но мой отец считал это допустимым, а я боялась посмотреть в глаза соседям. Сгорая со стыда за ту брань, что они слышали, за то, что они понимали, что нас регулярно избивает отец.

В дни его запоев по дому летало все — от сковородок с жирными котлетами до ни в чем неповинных горшков с цветами. Папа придирался ко всему, а если не находил новых причин для побоев, то вспоминал старые. Избитые и зареванные, мы отмывали и убирали квартиру зачастую до утра.

В детстве я не понимала, что мама могла изменить это. Уйти, развестись, уехать. Но она этого не сделала ни ради нас, ни ради себя. Оправдывала его поведение отпечатком профессии. Только повзрослев, поняла, что и у нее была возможность нас защитить, и что человек, обязанный долгом службы защищать народ, обижает самых родных для него людей, считая это воспитанием.

Странно, но я люблю своих родителей. За те дни, когда мы были счастливой семьей, за все хорошее, что они мне дали. Папа нас полностью обеспечивал, мы ни в чем не нуждались, но и за все блага он часто нас упрекал, называя неблагодарными свиньями. Разве ребенок должен благодарить родителей за купленную одежду или стаканчик мороженого? Простого спасибо папе было мало, он считал, что за то, что он нас содержит, мы должны валяться у него в ногах.

Как я умудрилась настолько провалиться в воспоминания, что прослушала большую часть разговора, не представляю, но опомнилась, только услышав свое имя из уст наглого и беспощадного.

— …у Таи недостаточно для такой работы знаний и тем более нет опыта работы во всех нужных нам странах, — вещало генеральное зло холдинга.

Я все прослушала! Стефи ведь предупреждала, что нельзя давать ему много болтать! Но что я могу сделать? Не перебивать же его!

Какие нестандартные приемы применять? Я не знаю! Быстро оглядев всех присутствующих, я расстегнула пуговицу на блузке, глубоко вдохнув.

На долю секунды застыв с обескураженным взглядом и открытым ртом, Алекс прикрыл свой похотливый блеск прищуром и продолжил говорить:

— …таким образом, работа Таи будет неполноцен… — оборвалась речь Алекса, когда пальцы моей ноги заскользили по стальным икрам, поглаживая через приятную ткань брюк бедра и добрались до паха.

Сама не верю, что я это делаю, но способ сработал. Взгляд Алекса мечется от моей груди к бумагам на столе, в глаза отца мой херр смотреть не может. Для Алекса потерять зрительный контакт с собеседником уже проблема, а поднимающаяся и крепчающая мачта в штанах — катастрофа.

Замолчав, Алекс потянулся за стаканом воды, придвинувшись к столу вплотную, и едва не спалил меня до скелета своим жгучим потемневшим взглядом.

— Поэтому я и считаю идеальным вариантом объединить твой опыт и знание специфики каждого отеля и новые бизнес-методики, которыми владеет в совершенстве Тая, ну и чтобы мне было с кого спросить, ты лично будешь отвечать за эту работу, Алекс. Как считаешь, не хуже, чем у твоего консалтинга, команда из вас выйдет?

Каким-то фоном слышу голос Брауна-старшего, сгорая от стыда и желания одновременно. Под моими пальцами твердость уже такая, что можно орехи колоть этим раскаленным скипетром.

— Ага! Дрим-тим, не иначе, — прохрипел мой босс, раздувая грудную клетку до треска ткани пиджака.

К совместному труду со мной Алекс не готов, лень ему мои горизонты раздвигать. То, что сейчас он готов раздвинуть, находится прямо на его бедрах.

— Ничего, ты же мастер увольнений! — мило улыбнулась я.

— Напрасно ты рассчитываешь на мою доброту, Тая! В этот раз ты сама будешь умолять меня… уволить! — разбушевались черные вихри в глазах высочества.

— Нисколечко не удивлена, постоянство же не твой конек! — язвлю я, моментально откликаясь на его заведенное настроение.

— Зато тебе постоянства не занимать! Ты постоянно меня бесишь! — поджаривает меня взглядом Алекс, неуловимым для посторонних движением потершись о мою стопу своим стояком.

Как так вышло, что мы забыли о том, где находимся, я не понимаю! Голос Алены Браун отрезвляет как ледяной водопад посреди жарких тропиков, иронично произнося:

— Поддерживаю твоё решение, Ник. Очень хочу досмотреть, чем закончится этот сериал! — весело произносит мама Алекса.

На пару с херром мы растерянно таращимся на находящихся в переговорке людей. Метод Стефи не только её брата вырубил, но и мне мозги набекрень свернул!

— Решено. Алекс, бери Таю и отправляйтесь колесить по отелям. Лично внедрите и обучите управленцев, потом Тая займется сбором и обработкой по результатам, а ты предоставишь мне полный анализ… — с каждым словом все глуше звучит голос Никиты Леоновича.

Мои уши заложило от переизбытка волнения, руки дрожат, и я на грани обморока. Я не понимаю, кто из наследничков победил, но одно я знаю точно — для меня наступили смутные времена! Херр Алекс снова мой босс!

Ни у Алекса, ни у меня не было ответа на такое решение, равно как и оба мы сейчас думать могли только об одном деле.

Вернув свои конечности обратно, я тихо радовалась, что Алекс с таким парусом в штанах встать не сможет следом за всеми.

Быстро собрав папки, я торопилась смыться вместе со всеми, но успела переступить порог только одной ногой.

— Задержись, Тая Ядовна! — мурашистыми искрами пронеслось по спине, и на талию легла широкая ладонь Алекса, затаскивая меня обратно в переговорку.

С напором слетевшего с тормозов бульдозера Алекс схватил мое обескураженное тело и толкнул к стене, уткнув мне в живот свой каменный член.

— Раззадорила зверя и бежать собралась, Тая? — прохрипел мне лицо босс, стискивая мою талию как хищник лапами лакомую добычу, за которой он полдня гонялся.

В потемневших синих озерах плещутся всполохи желания, горячее дыхание обжигает мои губы, сбивая мой мыслительный процесс. Снова его аромат проникает в мозг, затуманивает его и травит острым желанием снова почувствовать его обнаженную кожу своей.

На задворках мозга пытается подать голос задетая женская гордость. Нужно отпихнуть похотливого козла и с гордо задранной головой идти выжимать трусы в туалет. Губы босса стремительно приближаются к моим, грозя испепелить остатки здравого смысла. Изворачиваюсь от поцелуя, упирая ладони в широкие плечи босса.

— Пусти, а то закричу! — угрожаю я боссу, словно кто-то в том офисе посмеет ему помешать.

Тихий хриплый выдох тут же щекочет шею, руки Алекса поднимаются с моей талии и жадно сжимают потяжелевшую грудь.

— Кричи, сладкая, так даже интереснее, — сжимает пальцами твердые вершинки офисный маньячина в короне и, оттягивая, заставляет меня, вздрогнув, выгнуться вперед.

Тонкая блузка и кружевное бра без чашечек очень ненадежный товарищ, и я, и Алекс прекрасно видим не только очертания груди под ними, но и призывно торчащие соски. Козел элитный! Застал врасплох и тут же расплющил по стене!

— Раз ты снова моя напарница, возобновим традиции! — дернулся в довольной ухмылке уголок рта гадкого босса, и его горячая ладонь опустилась на мое бедро, задирая юбку.

— Не смей! Тут камеры! — перепуганно запищала я, впившись ногтями в его рукава.

Зависнув на секунду, Алекс задрал голову вверх, посмотрев на черный глаз в потолке.

— Как мы работать будем, Тая? — с нотками разочарования в голосе рычит босс. — У меня непрекращающаяся эрекция из-за тебя, а это паршиво сказывается на рабочем процессе.

Об этом я подумала, едва услышала решение Никиты Леоновича. Но не из-за эрекции императора, а потому что со мной он работать не хочет. Привычка быстро находить оптимальные решения иногда так мешает!

— Разделим отели поровну и разъедемся в разные стороны. Встретимся, как закончим, и сделаем общий отчет, — озвучиваю я, сама же чувствуя, как начинает давить в груди.

Даже недовольного Алекса мне хочется видеть рядом, а не думать о нём постоянно, мучая себя ревностью к его многочисленным любовницам. Скучать по нему ночами и сожалеть, что не могу с ним поцапаться.

Несносный босс застывает, глядя на меня, будто увидел инопланетянку. Осторожно перемещает ладонь мне на шею, нежно поглаживая пальцем истерично бьющуюся жилку.

— Нет, такой вариант меня не устраивает. Ты вообще слушала, какие задачи нам поставили? — снисходительно посмотрел на меня Алекс.

— Если честно, то не очень, — созналась я, теряясь от тонны тепла в его глазах.

Если это его контрметод на мои генитальные техники переговоров, то я сдаюсь. Против этой улыбки и нежности я безоружна.