Глава 51

Лейла Я так сильно прижимаю Мелису к себе, что она начинает капризничать. Я смотрю на букет, не мигая. Не могу поднять глаза. В голове флэшбеки, которые едва не заставляют упасть на колени. Нет, нет, нет. Это слишком жестоко. Подсознание играет со мной. Душа в ошметки, я вся похолодела, оцепенела. Дыхание стало частым-частым, а потом оцепенение разлетелось на осколки, я резко вскинула голову. Время замерло, такое ощущение, что просто зависло на острие бритвы. Это он… ОН! Я смотрю на него и не могу пошевелиться, просто не могу. Я хотела кричать, подбежать к нему, требовать ответов, но не могу сделать ничего. Просто смотрю, глаза печет, а сердце то замирает и не бьется вовсе, то заходится бешеным стуком о ребра. А мне вдруг невыносимо страшно стало, что это мираж, что я схожу с ума, и сейчас все исчезнет. Встречаюсь взглядом с мужчиной, и меня словно молнией ударило, он физически ощущался, проникал в самое нутро. Это он. Адам. Он живой. Настоящий. Вернулся ко мне. К нам. Стал старше, новые морщины появилась, а глаза горят. Зрение размывает от слез. Я просто не верю в это. Я же смирилась с его смертью, я пережила, стала жить дальше… Он все это время был жив? Пока я каждый день умирала? Пока была одна с ребенком, без поддержки. – Здравствуй, принцесса, – я вздрагиваю от звука его голоса. Закрываю глаза и всхлипываю. Сколько раз я мечтала об этом? Надеялась, что он жив… Но он не мог выжить! Я смотрела кадры с места происшествия, все видела своими глазами. Я похоронила его! Я дочери рассказала, что ее папа на небесах! Делаю шаг назад. Я не могу, не могу. Лиска чувствует мое состояние, она притихла, замерла, обнимает за шею меня. Мое сокровище. Я больше не смотрю на Адама, на бывшего мужа. Я крепче сжимаю ребенка и бегу в сторону дома. Оставляю коляску, вещи, на все плевать, лишь бы от него подальше. Я даже не поняла, как дома оказалась. Малышка все понимала, не капризничила, сидела тихо и играла с игрушками. Меня так крыло от эмоций, не передать словами. Я позвонила няне и попросила прийти. Лиса хорошо знает женщину и не боится с ней оставаться. Я в прострации, мне реально страшно оставаться одной с малой, боюсь, что не досмотрю. Дочь с няней ушли в квартиру напротив, к охране. И как только я закрыла за ними дверь, села на диван и начала рыдать. Я закрыла лицо руками и согнулась пополам, меня раздирало просто от боли и… от счастья. Оказывается, радость тоже болит – это мучительно. В голове лишь одна мысль: как он мог? Дверь я не закрыла, знала, что придет. Такой он меня и застал, скорчившейся на полу от агонии, задыхающейся. Посадил к себе на колени, обнял. А меня тряхнуло, я в его объятиях! В легкие забился его запах. Как же я скучала. Я всхлипнула и вцепилась в его плечи и рыдаю. Это он! Каждый миллиметр тела помнит своего хозяина. Родной мой, хороший… Что же ты натворил, Адам, что ты с нами сделал. Адам наклонился и прижался лбом к моему лбу. Я закрыла глаза, впитывая его прикосновения, воскрешая в памяти. Тело помнит, все помнит. Он потерся колючей щекой о мою, меня мурашить начало, по венам такая неконтролируемая, сумасшедшая любовь понеслась, словно мне опять восемнадцать. А я ведь гасила ее в себе, думала, что она исчезла, ни хрена. Внутри так тепло стало! Я начала отогреваться, мрак и холод отступили. Мне мало таких касаний, сердце разрывается от жажды большего. Я сильнее цепляюсь за него. – Я дышать без тебя не могла. – Дыши. Дыши мной, принцесса, я здесь. Здесь… Я отодвигаюсь от него, смотрю в лицо. Поднимаю пальцы и трогаю. Вожу по таким знакомым чертам. Я до сих пор не верю… Не могу. Страшно. Он тоже меня трогает. Чувствую, как его трясет всего. – Как ты мог… Как… – Все в прошлом, Лейла, я вернулся, я обещал. Я не верю. Ни единому слову. Он и до этого обещал, что никогда не бросит. Два года я была без него. Родила дочь. А теперь он говорит, что вернулся. Где же ты раньше был? Почему не вернулся? Хоть бы весточку послал, хоть что-то… А теперь думает, что все будет, как прежде? – Когда узнала, что ты умер, то моя душа разлетелась на части. Я кровью харкала от боли… Я… Ты умер… – я снова вспоминаю тот ужас, который пережила. Ту боль. Я же заперла ее в себе, ради Мелисы, о ней думала, а сейчас все уродливое вылезает наружу. Я даю себе еще несколько секунд. Только несколько секунд, чтобы насладиться им. Его близостью, запахом. Запомнить. А потом убираю руки от бывшего мужа и встаю на ноги. Отхожу от него подальше. Адам встает следом. Он стал еще больше, раздался в плечах, а аура все такая же подавляющая. Как же сильно я его любила однажды. – Я сам через ад прошел, чтобы вернуться к тебе и к Мелисе. – Не смей! – кричу я. Меня просто огнем обдает, стоит упомянуть имя ребенка. Она только моя. – Не говори о ней! Ты не имеешь права! – Она моя дочь, – смотрит в глаза, я вижу, что он злится. Пошел на хрен! – Твоя? – я невесело смеюсь. – Она была твоей, пока ты от меня не отказался, не отдал, как вещь. – Так было нужно, – вот и все объяснение с его стороны. – Кому нужно? – кричу я. – Мне? Ты меня оставил! Хоть и обещал этого не делать. Твои обещания ничего не значат. – Я хочу познакомиться с Мелисой. – Нет. – Лейла. – Я сказала – НЕТ! – меня начало накрывать эмоциями. Воспоминаниями. Болью. Отчаянием. Страхом. – Никто не хотел ее, никто! Моего ребенка, ее… От нее предлагали избавиться! Каждый, сука, день. Мне говорили, что так будет легче, что я молодая, рожу еще, – я говорила и не могла остановиться, меня прорвало, слезы катились градом из глаз. – Беременность такая тяжелая была, и никто не поддерживал… Я была одна, Адам. Совсем одна, без тебя, без поддержки. Я дралась за СВОЕГО ребенка. Я готова была горло перегрызть каждому… Я закрываю лицо руками и трясу головой, отгоняя воспоминания. Никто не знает, как мне тяжело было. Снова чувствую его руки на себе. Целует скулы, глаза, нос. – Сильная моя. Теперь я буду за вас драться. Никто не посмеет даже посмотреть косо. – Уйди, – отталкиваю его от себя. – Уйди, Адам! Я не могу… Не хочу… Смотрит, злится, но отходит. Раньше бы взял за волосы и заставил себя слушать. И я бы слушала. В рот бы ему заглядывала и млела. Но не сейчас. Я изменилась, я другая. Я больше не его. – Не воюй с собой, принцесса. Проиграешь. Сдайся мне, – с этими словами он выходит из квартиры.