15

Дни потекли своим чередом. Елена видела, что терпение мужа уже на исходе. Ложась с ней в одну постель, он с трудом держал себя в руках. Его поцелуи становились более жадными, и всё сложнее получалось его остановить. Что за страсть такая у мужчин, что они на всё готовы ради власти над женщиной? Никогда княжна этого не понимала. Но сдаваться не намерена. На крайний случай у неё подготовлен сюрприз для одержимого пороками мужчины.

В поместье стал наведываться Павел. Он приехал в село. Князь так и не отдал выигранный приз в споре. Сегодня он решил, наконец, вернуть долги.

Мужчины сидели в кабинете Виктора, попивая бренди. На столе в футляре лежало красивое оружие для охоты. Одно из лучших оружий коллекции Павла Волконского.

— Поздравляю с победой! — поднял бокал вверх князь.

— Спасибо, — улыбнулся Виктор и пригубил янтарного напитка.

— Слушай, ну я был уверен, что ничего у тебя не выйдет.

Виктор лишь молча продолжал улыбаться, словно плут.

— Как ты так умудрился выиграть закладную именно на дом Орловых? — спросил его юный князь.

— А я и не выигрывал. Просто повезло. Оказался в нужном месте в нужное время.

— Как это?

— Обыкновенно. Орлов проиграл свой дом вовсе не мне. Я просто выкупил эту закладную, чтобы иметь возможность надавить на Елену. Сразу же это придумал. Очень хотелось выиграть.

— Мда, — хмыкнул Павел. — Интересно получилось. Если бы не эта закладная — тебе бы не удалось даже поцелуя получить от неё.

— О да. Убегала она от меня знатно, — потёр подбородок барон. — Но поцелуй я всё же получил ещё до свадьбы.

— Вот как? — поднял брови Волконский.

— У Вронской встретились на ужине.

— И Орлова позволила тебе?

— Да уж куда там… Такую затрещину за это подарила. Голова потом три дня болела.

Павел засмеялся. Узнал почерк Елены.

— Ну, а потом эта закладная прямо в руки мне упала. И вот, бегала — не бегала, а моя жена.

— Что ж… поздравляю!

— Благодарю, — Виктор поклонился князю.

— И как тебе семейная жизнь?

— Прекрасно. Дни веселее, а ночи… горячее, чем у холостяка.

Виктору показалось, или Павел напрягся? Барон наблюдал за его реакцией.

— Что ж… очень рад, что семейная жизнь тебе в радость.

Мужчины ещё говорили о чем-то, но напряжение, возникшее между ними после разговора о новоиспечённой баронессе, никуда не делось и потом. Павел пытался поддеть Виктора, хотел услышать, что ничего у него со строптивой девушкой не выходит, но молодой барон разбил о камни его домыслы. Чувствовал ли Виктор, что Павел продолжает проявлять нездоровый интерес к его теперь уже супруге? Возможно. Только мужчина считал себя победителем не только в споре, а потому неудачные провокации князя ему были смешны. Гинцбург уверен в себе. Виктору, скорее, эта ситуация льстила.

***

Елена.

Князь Волконский стал приезжать довольно часто. К тому же, решил вместе со своим отцом вложиться в проект Виктора и Альберта, и они стали проводить много вечеров в кабинете мужа.

Иногда Павел задерживался подольше, чтобы выпить с Виктором коньяка или бренди, и в эти вечера глаза мужа сверкали поистине дьявольским огнём под действием алкоголя. Он говорил со мной не словами, а прикосновениями, подарками, взглядами. Не знаю даже, когда ему уже надоест бороться со стеной по имени Елена? Я на всё оставалась холодна в ответ. Надеялась убить в муже эту страсть своим показным равнодушием. Но он не сдаётся!

В глазах Павла порой тоже мелькало нечто, что пугало меня, и чего не должно быть в сторону жены его друга. Неужели, он до сих пор не остыл ко мне? И как может Виктор этого не замечать? А может, ему это нравится? Он будто сидит и хвастается своим трофеем, дразнит князя.

Сидела напротив них в столовой, ловила взгляды то одного, то другого, полные вовсе не благодетели, и чувствовала себя как кролик среди волков. Аж еда поперёк горла вставала, а муж заботливо спрашивал, почему же я так плохо ела. Альберт с подозрением косился на князя, видимо, в отличии от мужа, заметил взгляды Волконского-младшего. А потом с удивлением смотрел на меня, пытаясь понять, что между нами всеми происходит. Если бы я знала!

Хотелось бы мне убежать отсюда, но один из волков неотступно следует за мной в спальню каждый вечер…

Вот и сегодня друзья-приятели поднабрались бренди, после чего муж пришёл ко мне с горящим взором. Не говоря ни слова, он поднял меня с кресла и припал к губам. Я почувствовала горечь алкоголя на его губах. Поцелуй был жёстким и требовательным. Я поняла — сегодня он больше не будет ждать.

Меня пробирал страх. Виктор выпил, но он вовсе не так пьян, и крепко стоит на ногах, ему вполне хватит сил побороть мои трепыхания снова. Он стал часто выпивать, после чего всегда был молчаливо-агрессивным.

Муж уже стянул с меня халат, и руки его заползли под мою тонкую сорочку. Горячие пальцы, скользящие по обнаженной коже, стали меня выбивать из седла. Я на время даже запрокинула голову, не в силах справиться с нахлынувшим желанием.

Но я больше не позволю ему.

Заставила себя вернуться в сознание. Пора действовать. Сам он уже не остановится.

Собралась и с силой пихнула нетрезвого и не ожидающего от меня подобного поступка мужчину. Он выпустил меня из рук и отступил на шаг. Мне этого хватило. Я пробежала к кровати. Муж только миг стоял на месте, а потом его глаза заволокло гневом. Он грузной поступью двинулся следом. Он почти настиг меня и протянул руки, как я вынула из-под подушки кинжал и направила на него. Виктор остановился и опустил взгляд на холодный и острый клинок. Потом поднял тяжёлый взгляд на меня.

— Не подходи, — сказала ему дрожащим голосом. — Не смей прикасаться.

— Отдай мне, — муж медленно протянул руку к кинжалу. — Если заберу я — будет хуже.

— Нет! — крикнула я. — Ты больше не будешь меня заставлять!

— А тебя заставлять и не надо. Ты только что стонала в моих руках. Я не слепой. И не дурак.

— Дурак. Раз не понимаешь, что я не хочу опять!

— Тогда почему поддалась тогда? Я же чувствовал — ты перестала со мной бороться.

— Догадайся, — гордо вскинула голову.

— Только из-за дома?

— Ну уж точно не из любви к тебе.

Глаза его сверкнули тёмным огнём. Я задела мужчину за живое. Он сделал ещё один осторожный шаг.

— Елена, хватит. Отдай его мне.

— Не подходи, сказала!

— Лена, — покачал он головой. — Отдай!

Мужчина не боялся, он шёл на пролом прямо на кинжал. Что ж, раз уж ты не боишься за свою жизнь, то, может, побоишься за мою? Быстро прижала лезвие к своей шее. Виктор остановился. В его глазах, наконец, мелькнул страх.

— Отойди, — почти рычала я ему.

Барон стоял на месте, не сводя глаз, широко расставив ноги.

— Ну? — для правдоподобности я слишком сильно надавила на шею острым кончиком кинажала, проткнув всё же тонкую кожу. Зашипела от боли. По шее потекла тонкая и тёплая алая струйка. На миг зажмурилась, и это стало фатальной ошибкой.

Почувствовала сильную боль в руке. Мужские пальцы сжали моё запястье так, что рука выпустила кинжал, который со стуком упал нам под ноги, а я оказалась прижата крепким телом к стене. Виктор отшвырнул ногой моё оружие. Мне не достать до него. Я перевела взгляд на гневное лицо мужа. Что теперь он сделает в ответ?

— Что ты вытворяешь, чёрт тебя возьми, женщина? — прорычал он мне в лицо. — Ты перешла все грани.

— Не нравится? Разведись! — крикнула ему, глядя с вызовом. Гнев подавлял мой страх.

Мужчина молчал, переваривая сказанное мной.

— Разведись со мной, Виктор. Отпусти меня.

— Вот к чему ты клонишь, — лицо его стало ещё более суровым и серьёзным. Я понял, — муж положил пальцы на мою шею и медленно начал сдавливать. Что это он делает, Господи?! Стало трудно дышать даже. — Хочешь развестись? А дальше? На что ты собираешься жить? Денег у вас нет. Что молчишь?

Я только нервно глотала, не отрывая взгляда от его глаз, полыхающих алым огнём.

— А я тебе скажу. Станешь куртизанкой. И будешь спать не с одним только мужем, а с многими желающими твоё юное тело. Елена, не буди лихо. Сейчас тебя спасает от моего гнева только то, что я схожу по тебе с ума. Но моё терпение на исходе. Если ты ещё раз позволишь себе фокус с кинжалом — я тебе устрою ад на земле. И сегодня я накажу тебя. Ты поняла меня? — мужчина тряхнул меня, как куклу.

— П-поняла, — ответила прилипшим от страха языком к нёбу.

— Я покажу тебе небольшой пример из жизни куртизанок. И ты выберешь сама — быть моей или… — он прошёлся взглядом по моей груди, а затем посмотрел на дрожащие и пересохшие губы.

— Раздевайся, — твёрдо сказал он мне, отойдя в сторону, и давая мне пространство.

Я так и продолжала тяжело дышать и мелко трястись под его взглядом. Мужчина начал терять остатки терпения и схватил в кулак кусок моей сорочки.

— Раздевайся, я сказал, — смотрел он мне в глаза, а ткань уже начала трещать и рваться в его сильной руке. Выждав ещё секунду, муж рыкнул и разорвал ткань окончательно, кинув ошмётки мне под ноги.

— Бельё снимай. Не заставляй меня рвать и его.

Под его тяжелым взглядом я стянула своё бельё и бросила на пол. Осталась перед ним обнаженной, и мужчина с наслаждением разглядывал моё тело взглядом, полным похоти.

— Теперь раздевай меня. Сама.

Я посмотрела в лицо мужу, не решаясь двинуться с места.

— Елена, делай, что я говорю. Я всё равно возьму. Только КАК это будет — сейчас зависит только от тебя, — он явно не шутит, и если я сейчас не буду подчиняться — всё будет гораздо хуже.

Неуверенно подошла к нему и неловко начала вытаскивать пуговицы из петлей его рубашки. Пальцы дрожали и плохо слушались. Я вздрагивала, когда муж касался меня, пользуюсь тем, что я стою очень близко к нему. Пока я снимала с него одежду, он водил пальцами по моему беззащитному без одежды телу.

Остановилась, когда на мужчине осталось только его бельё.

— Всё снимай, — поднял он брови.

Но как же? Я смутилась. Невозможно снять эту деталь одежды и не оказаться слишком близко к …

— Елена, — прорычал мужчина и я схватилась за ткань. Потянула вниз, стараясь не смотреть на те участки тела, которые уже не закрывались ей.

Мы оба остались нагими. Мужчина притянул меня к себе, заставляя кожей чувствовать всего его. В ногу мне упиралось что-то горячее и твёрдое, заставляя меня краснеть и не смотреть на мужа. А он хотел, чтобы смотрела. Поймав мой подбородок пальцами, он поднял его вверх, сверля меня своими голубыми глазами, которые сейчас довольно зло ждали моей реакции.

— Смотри на меня, — услышала над ухом его холодный низкий голос с хрипотцой от желания.

Подняла чёрные глаза на него, встретившись взглядом с холодным льдом. Появилось ощущение, что я куда-то падаю.

— Целуй. Сама.

Я боязливо протянула руку и положила пальцы на его щетину. Легко коснулась его жёстких губ. Мужчина, прикрыв глаза, наслаждался моей несмелой лаской.

Ощутимо сжав подбородок рукой, Виктор начал целовать меня сам. Пытки грубыми поцелуями. Он закусывал мои губы, мял их, и вовсе не так нежно ласкал тонкую чувствительную кожу, как раньше. Я ощущала его гнев, его наказание уже в поцелуях. А что же будет дальше?

Оставил мой рот в покое, подхватил меня и понёс к кровати, будто он хищник, а я — его добыча. Возле кровати муж снова поставил меня на ноги.

— Бери его в руки.

Я в нерешительности продолжала стоять, закусив губу. Тогда Виктор сам взял мою ладонь и вложил свою твёрдую плоть.

— Ну? — поднял он бровь, когда я так и продолжала стоять, тяжело дыша, не понимая, что мне нужно делать. — Хорошо, я покажу тебе.

Накрыв мои пальцы, он стал водить по стволу моей ладонью. Показав мне пару движений, муж отпустил руку:

— Продолжай.

Мне ничего не оставалось как несмело продолжить движения. Он смотрел в мои глаза, и я увидела, как его взгляд изменился, он задышал более глубоко и отрывисто. Ему это нравится?

Оказалось, погружение в мир похоти для меня только начиналось. Я напросилась сама и разбудила в нём ЭТО.

Схватив за руку, мужчина потянул меня за собой. Сам сел на постель.

— Садись, — показал он на ковёр между его ступней.

— Елена, не заставляй меня причинять тебе боль, — продолжил он, понимая, что я упорствую. — Делай всё сама до того, как я заставлю тебя.

Я подчинилась и села туда, куда он сказал. Слишком близко я видела то, что не могла себе представить и в с нах. Никогда я не видела мужчину ТАК близко и в таком ракурсе…

— Бери, — вкрадчиво сказал муж.

Я вновь протянула руку, но мужчина её перехватил:

— Не руками.

— А как? — я начала злиться тоже. Он что хочет, чтобы я целовала его … там?

— Губами. Языком, — говорил это и бессовестно смотрел в глаза, будто мы обсуждаем самые обычные вещи.

— Нет, — твёрдо ответила я, тяжело дыша и сверля взглядом узор ковра.

— Да, — наседал муж. — Потому что если я возьму твои губы сам — тебе не понравится. Я жду.

Я сделала это. Очень странные ощущения. А главное, я вовсе не ожидала, что мужчинам нравится такое. Невольно и у меня внизу стало всё тянуть и томиться от реакции мужа на мои неумелые ласки. Ему нравилось, и он не скрывал своего удовольствия.

Больше слов в этой комнате не было до утра.

Виктор решил, что сегодня с меня хватит новых ощущений, и потянув за руки закинул на кровать прямо на себя. Он целовал, будто душу пытался из меня вытянуть. Сминал губы до боли и стонов.

Мужчина как дикий впивался в кожу пальцами, будто если отпустит меня — я исчезну. Нежную грудь терзал губами, заставляя меня выгибаться и забыть о том, что я не должна наслаждаться этим безумством. Разве можно так хотеть женщину, что мужчина готов давить, но получить своё? Меня накрыло лавиной от ласк мужа, грубых и нежных одновременно, даже причиняющих боль. Я пропадала в плену его рук и губ на моём теле. Я отдалась этой волне ощущений, которая смыла меня, будто прибой, и унесла в океан эмоций. Моё тело предало меня. Оно желало Виктора, и он это понимал, победно рыкнув в тот момент, когда я вздрогнула и подарила ему пульсацию своей плоти вокруг него от мощных толчков. Я не сдержала крика. Не боли, нет. Крика удовольствия, разрывающего душу и сознания.

Мужчина словно зверь в ярости, и мучил меня опять и опять. А я каждый раз не могла скрыть своей истинной реакции.

Он получил, что хотел. Я больше не смогу сопротивляться. Тело моё он забрал. Но у меня ещё пока осталась душа. Её не отдам.