Глава 4

– Серьезно, Лизз?! Ты никогда не была на свидании?! – пораженно поинтересовалась одна из иллюзорных копий Эйдана. Или неповторимый оригинал, дракон его побери.

Методы преподавания Дана оставляли желать лучшего. С того момента, как мы заключили сделку, прошло две недели, и все это время Эйдан бессовестно меня (м)учил.

На утренних тренировках мне предстояло удерживать концентрацию на трех простеньких светляках, зажигать и гасить магическое пламя на свече и гонять по выставленному прямо на траву огромному зеркалу капли воды в определенной последовательности. Все это, разумеется, одновременно.

Если именно такие умения требовались для поступления в САМИ, я вылечу на первой же неделе, потому что помимо таких базовых задач у меня еще была та, что со звездочкой. До конца так называемой разминочной части мне предстояло опознать, и «осалить», как в детской игре, настоящего Эйдана, развеяв его иллюзорные копии.

С такими тренировками совсем скоро мне придется бежать за помощью к Шуанетт и громить лавку одной из «Заноз». Теперь я хотя бы понимаю, почему у ее пациентов возникает подобное желание. Если уж после разминки с крохотными каплями стихий я отчетливо слышала, как в черепушке подкукукивает неопознанная птица, настоящие студенты, видимо, оформляют у нее постоянный билет по системе «все включено».

– А как, по-твоему, я должна была с кем-то встречаться, если вообще не выбиралась из дома?! – огрызнулась я, в который раз теряя концентрацию.

– То есть весь опыт для исполнения роли лучшей худшей невесты ты планировала брать из книг?

– Во-первых, я очень начитанная. А во-вторых, я с самого начала говорила, что не справлюсь!

– Ладно, я дам тебе подробную инструкцию, как следует себя вести на нашем свидании, – произнесла копия Дана, отыгрывающая роль занудного умника в круглых очках без стекол.

– У меня ни джа'арса не получается! – выругалась я, в бессилии откинувшись на траву и положив руки под голову.

Перед этим, к слову, мне удалось каплями вывести на зеркале фразу «Эйдан Фридс худший (м)учитель». Ответом мне стало мгновенное «Лизз Эй – худшая (м)ученица». При этом Дан даже не напрягся, даже пальцами не щелкнул! Я так и знала, что все его игры пальцами и запястьями – всего лишь фарс.

Свеча уже давно потухла и не желала зажигаться после сотни предыдущих почти успешных попыток, а отыскать настоящего дракона я могла только ткнув пальцем в небо.

Я и правда бездарна.

– Фу, какие плохие слова ты знаешь! – шутливо отозвалась та копия, что расхаживала по площадке на заднем дворе в дурацком ярко-оранжевом котелке.

– Я тебя такому не учил! – добавила вторая копия, в полосатой рубашке с завернутыми рукавами.

– Кажется, я потребовала невозможное, – пробормотала я, почти отчаявшись. – Даже если я поступлю в САМИ, вылечу с первой же неделе.

– Невозможное? Пф-ф-ф, тут некоторые умудряются луну с неба попросить, и ничего, получают, – хмыкнул Дан. – Да и далось тебе это САМИ. Там далеко не самый лучший факультет прикладной магии, тебе бы в специализированную академию. С углубленным изучением.

– Я хочу в САМИ! Мне девчонки столько рассказывали… – я осеклась. – И вообще, какое мне углубленное изучение, если я с программой для поступления в САМИ не справляюсь?!

Возле меня на плед уселось сразу три копии – странный в шляпе, умник и в полосатой рубашке.

– Только не бей, – вдруг произнес тот, что в котелке. – Но мы уже начали штудировать второй курс. Это если в САМИ. Базу ты и без меня знаешь, я тебя просто по билетам гоняю, с повышенным уровнем сложности. А вот для специализированной академии с углубленным изучением стоит еще позаниматься.

– Что? – я вновь уселась, неверяще заглядывая в серо-голубые глаза.

– Прикладная магия, Лизз! Прикладная, понимаешь? Это не факультет дизайна и интерьера, не архитектурная магия, не зельеварение, не языки, в конце концов! В этом САМИ и правда лучшие, тут даже спорить не буду. Но ты хочешь общую. Прикладную. Магию.

– В смысле второй курс?

– Повторяю! – Эйдан поправил сползающий котелок. – Твоего чувства магии и знаний достаточно для поступления в САМИ. Но их мало, если ты хочешь изучать прикладную магию на серьезном уровне. Ты умница и схватываешь на лету. Если бы я так не думал, не предлагал бы тебе переиграть свое поступление.

В горле вдруг образовался комок. И впервые в жизни не из-за жалости к себе, а из-за гордости. Значит, я не зря таскала старые учебники у сестер, не зря захаживала в особые секции в библиотеке, когда ждала «Заноз». Не зря… Все не зря!

А приходящие преподаватели были лгунами, потворствующими моей мачехе. Дану я верю намного больше, чем им – не просто же так две недели подряд он со мной возится?

– Я тебя нашла, Эйдан, – вместо слов благодарности я чуть подалась вперед и тыкнула указательным пальцем в лоб того Фридса, что был в дурацкой шляпе. Палец столкнулся с теплым препятствием. Угадала. Впервые за все это время.

– И как? – дракон сперва непонимающе нахмурился, а потом довольно улыбнулся.

– Твои иллюзии настолько бесподобны, что у них не сползают котелки, – я рывком встала на ноги. – Пойдем обедать?

– Учту на будущее, хитрая юная мисс. С тебя мытье посуды! Без рук, разумеется, только с помощью магии.

– Почему у тебя нет постоянных слуг?

Я спрашивала не потому, что мне не хотелось мыть посуду – наоборот, такая внезапная похвала окрылила настолько, что я половину огромного поместья была готова с помощью магии начистить.

– Некоторые драконы слишком привыкают к запахам. Мне сложно прощаться с тем, к чему я уже привык.

– А мой запах? Ну… Тебе потом будет нормально? – сама же с ужасом думала про аромат, что возникает после вечерней тренировки, где Эйдан гоняет меня по импровизированной пересеченной местности.

– Не переживай, Лизз. Все ради великого дела по избавлению меня от тяжеленных оков брака, – в привычной шутливой манере произнес Дан, стягивая с головы котелок. – Ради такого я переживу эту невыносимую муку расставания!

Он замахнулся и подкинул ярко-оранжевое безумие, зачем-то причисляющее себя к благородному семейству шляп, в воздух, чтобы в следующую секунду оно осыпалось на нас сотней крохотных искорок.

Вот… ДРАКОНЬЯ ЯГОДА!

У Эйдана Фридса даже иллюзии до идеального неидеальны!

* * *

На сегодняшний вечер было запланировано мое первое в жизни свидание. Настроение даже не портил тот факт, что ему надлежало быть всего лишь спектаклем.

Мне до одури хотелось выбраться из дома и развеяться.

Постоянные тренировки и правда сводили с ума, но Дан сразу обозначил, что перед тем, как «выступать на публике» нам стоит привыкнуть друг к другу. А привыкать друг к другу следует с пользой, чтобы не терять время даром.

Вот только после обеда я все же позволила себе небольшую передышку, засев в комнате. Я разместилась у зеркала, перебирая свои скромные пожитки. Распахнув шкатулку, я нахмурилась.

Это еще что такое?

В руках оказалась плотная картонка с мутной блестящей рубашкой с каким-то странным зеркальным напылением. На обратной стороне была изображена странная двойная иллюстрация: семь пляшущих шутов на верхней половине и задумчивый мужчина с пылающим огненным сердцем в нижней. Странная. Даже пугающая, словно эти шуты взяли мужчину в плен.

Надо будет потом спросить у девчонок, вдруг чья-то закладка, которую я по ошибке забрала.

Ближе к вечеру Дан преподнес мне сразу две коробки. Одна с платьем, вторая с туфлями. Сказал, что его лучшая худшая невеста должна выглядеть поистине эпатажно.

Спорить я не стала: кто устраивает мое поступление в САМИ, тот и наряды диктует. Правда эта уверенность начала сходить на нет, когда я все-таки распахнула первую коробку и померила наряд.

Во-первых, он был впору. Это и радовало, и смущало. Радовало, потому что открытое платье без бретелек попросту свалилось бы, окажись хоть на размер больше. А смущало, потому что наряд был непозволительно открытым. Плечи, ключица, декольте – никакого простора для фантазии! Или наоборот.

Во-вторых, платье было ярко-алого цвета. Настолько яркого, что окажись я в розарии со знаменитыми императорскими «Красными Шапочками», все равно сразу бы бросилась в глаза.

В-третьих, по окантовке лифа и посередке до линии талии поблескивали камни, недвусмысленно намекая, что никакого отношения ни к иллюзиям, ни к простеньким стекляшкам не имеют.

Платье и правда было эпатажным. Настолько, что я сама казалась себе блеклой молью, пустой и ничем не примечательной вешалкой, на которую по ошибке повесили это великолепие.

Дернув за заколку, я постаралась хоть как-то исправить ситуацию с открытостью верха. Волосы волной спустились на грудь и плечи. Стало чуть лучше, но себе я не нравилась совершенно.

Две недели из-за усталости и постоянных тренировок я почти не вспоминала Фиону, но теперь ее голос жужжал в голове назойливым комаром.

«Ну и куда тебе такое?»

«Ты совершенно не умеешь носить подобные вещи»

«А ты точно сможешь не сутулиться? Платью надо соответствовать, как-никак!»

Все эти слова всплывали воспоминаниями, когда мы с ней один единственный раз ходили в ателье, чтобы подобрать наряд к юбилею отца. Тогда «наш» выбор остановился на закрытом атласном бежевом платье с дурацким, постоянно отваливающимся ажурным воротником. Из-за ткани платье постоянно мялось, и мачеха отправила меня в комнату еще до появления гостей.

«Нельзя перед приличными людьми показываться в таком виде. Это расстроит отца».

Стук в дверь застал меня врасплох, ровно в тот момент, когда глаза уже почти налились слезами. Спешно прокашлявшись и пройдясь по нижнему веку пальцами, я повернулась к двери и сдавленно отозвалась:

– Входи.

– Оу… – задумчиво выдохнул Дан, замерев у входа и разглядывая меня с ног до головы.

Его странное выражение лица нервировало. Я ни разу в жизни не надевала подобное, чувствовала неуверенность и вообще… Что, так сложно хотя бы маленьким комплиментом подбодрить?! С него не убудет.

– У этого твоего «оу» все больше значений. Попробуй дополнить его хоть какими-то эпитетами, – раздраженно буркнула я.

– Это «оу» категорически восхищенное. Платье село безупречно, и я просто в восторге от своего глазомера.

– Ну спасибо, – бесцветно отозвалась я.

Еще бы, «идеальный и восхитительный Дан снова оказался прав», почему бы не повосхищаться своей собственной находкой, а не тем, кто эту находку примерил.

– Теперь туфли! – скомандовал он.

Держать лицо, держать лицо, держать лицо… Не показывать, что такая реакция меня задела.

Я послушно открыла вторую коробку.

– Дан, тут каблук! – совсем упавшим голосом сообщила я. – Сантиметров восемь, не меньше.

– И что?

– Ты мой рост видел? Я буду дверные косяки сшибать! На подлете.

– Ну я же не сшибаю, – дракон дернул широкими плечами, поторапливая, чтобы я примерила обувь. – Просто попробуй. Продавщица убедила, что они крайне удобные. Проверять, уж прости, не стал, поверил на слово.

Это всего лишь спектакль. Всего лишь спектакль…

Какая разница, как я вообще буду выглядеть, если никто даже не поймет, кто я. Да даже если бы поняли, какая разница – совсем скоро Лиззабет Эйвери перестанет существовать.

Настанет время для Элисы Верэй. Да, я даже придумала себе новое имя. И то, как буду заново знакомиться с «Занозами». Правду расскажу, наверное, только Кассандре и Дарине. Первая не из болтливых, а вторая с таким женихом всегда сможет выяснить, куда запропастилась ее подруга Лиззабет.

За это время я многое успела нафантазировать. Даже поверить в парочку своих фантазий.

Подгоняя себя мечтами, обулась. Сделала пару шагов туда-сюда, проверяя, насколько удобные туфли. Продавщица не обманула.

– У тебя лицо, будто ты траур десятилетний приняла, а не самые модные туфли в этом сезоне примерила, – цокнул языком Эйдан.

– К чему вообще это все? Может, ограничимся иллюзиями?

– А в «Небосклон» ты в костюме для тренировок пойдешь? Нет, мои иллюзии, конечно, великолепные, но не стоили бы ни гроша, если ты пойдешь в таком настроении. А там хоть в костюме для тренировок, хоть в мешке из-под картошки. Смотри!

В начале своего внезапно эмоционального монолога он взял меня за руку, к «смотри» подвел меня к зеркалу и встал рядом. Простой домашний наряд – Эйдан еще не переоделся к ужину – сидел на нем до одури хорошо. Свободная рубашка охватывала крепкие плечи, завороты обнажали красивую линию рук. Привычная легкая растрепанность накидывала шарма.

– Не на меня смотри, на себя! И что с твоим ростом не так? Я все равно выше тебя почти на голову, – явно красуясь, произнес Эйдан.

Клоун и шут.

– Хочешь туфли, будут тебе туфли, – я затолкала все чувства и эмоции куда подальше.

Это просто сделка. Просто сделка.

– А теперь короткая тренировка, раз уж вечерняя откладывается, – сообщил Эйдан и щелкнул пальцами. Воздух зарябил, и через мгновение передо мной появилось сразу семь Фридсов. Такие фокусы он выкидывал по нескольку раз на дню, потому я даже не удивилась.

Все та же полосатая Рубашка, яркий Котелок, очки Умника и далее по списку.

– Угадаешь, где я настоящий, от меня будет подарок! – хором произнесли все семеро.

Хватит с меня сюрпризов на сегодня. Даже особо не задумываясь, ткнула наугад. Попала в обычно самого молчаливого Фридса и тут же наткнулась на крепкую мужскую грудь. Удивилась не меньше Эйдана.

– Повезло, – вполголоса пробормотал он. И следом уже мне: – Так, это не считается, ты сжульничала. Закрой глаза!

На споры и доказывания, что не жульничала, а просто случайно угадала, а это правилами не запрещено, сил не было, потому я послушно исполнила требуемое.

– А теперь? – в этот раз Фридсы говорили не так синхронно.

И мне бы приглядеться, поразмышлять, но хотелось подкопить язвительности перед своим первым свиданием. Интеллектуальный труд напрочь выжигал все эмоции, а слишком много эмоций убивали желание думать, потому я вновь ткнула пальцем в небо.

Попала в Дана. Настоящего.

– Как ты это сделала? – уже серьезным тоном поинтересовался дракон.

– Да не знаю я! – выдохнула резко. – Я просто угадываю. Я даже не уверена, что твои иллюзии всегда бесплотны. Та же шляпа выглядела на редкость натурально.

– Если бы я хотел, чтобы ты не угадала, ты бы не угадала, – фыркнул Эйдан. – Нет, давай еще раз. Отвернись! И покрутись, да. Еще раз. Удобно, я надеюсь. Продавщица была очень убедительна.

Я послушно выполнила инструкции. И вновь наткнулась на крепко сложенного Эйдана Фридса.

– У тебя на редкость мощная интуиция! Если я когда-нибудь отправлюсь на поиски сокровища лепреконов, я возьму тебя с собой.

– Сокровища это еще ладно, главное, чтобы ты не отобрал у них все шляпы, – огрызнулась я.

– На сюрприз ты все равно наугадывала, – признал Эйдан, извлекая непонятно откуда еще одну коробочку. В этот раз маленькую.

То, что там были украшения, я догадалась сразу. Дополнение к и без того яркому наряду было непозволительно роскошным, это я определила глянув лишь на название, выгравированном на коробке. У мачехи было много гарнитуров этого ювелирного дома.

Колье Эйдан решил надеть сам. Отнекиваться не стала, хотя от прикосновения его пальцев к обнаженной шее стало по-особенному неловко, захотелось сжаться в комок, испуганно забиться под одеяло и никуда не идти.

Закончив с застежкой, Эйдан сделал шаг назад и вновь окинул меня внимательным взглядом с ног до головы.

– Да что опять?!

– Меня разрывает от желания либо навесить еще каких-то цацок, либо переодеть тебя в мешок из-под картошки.

– Так плохо?

– Слишком хорошо. Ни платье, ни украшения не смогли перевесить твою природную красоту. Моя невеста должна быть эпатажной, а не восхитительно красивой. Э-па-таж-ной! Из тебя худшая лучшая невеста!

– Разве не это требовалось? – сухо поинтересовалась я, не понимая, как реагировать.

Восхитительно красивая? Он издевается?

– Требовалась лучшая худшая, а ты… Тьфу, запутала меня, – задумчиво выдал он. И затем добавил куда тише: – Ты и в костюме для тренировок дашь фору любой принцессе, но в платье выглядишь совершенно бесподобно. Правда, Лизз.

Я настолько поразилась сказанному, но ненароком вступила в битву взглядов. Он смотрел внимательно, но в то же время настолько обжигающе, что стало жарко.

– Я не поспеваю за твоими перепадами настроения, – хрипло призналась, первой отводя глаза.

– Именно поэтому мне и нельзя жениться. Я доведу даже самую святую женщину, – совершенно серьезно ответил Дан, вновь ставя меня в ступор.