Глава 8. Входящее сообщение

Мне всегда было больно разочаровывать семью. И когда я сообщила сестрам о своей «болезни», практически огорошив их фактом, что нас ждут трудные времена. И когда сказала, что подумываю обратиться за помощью, предположительно, к демону, а они наперебой бросились отговаривать меня от рискованной затеи.

И теперь я снова не в силах была посмотреть им в глаза. Как объяснить, что я еле-еле вырвалась из опаснейшей ситуации и при этом вернулась домой ни с чем?

Когда я открыла дверь нашей старенькой трехкомнатной сталинки на первом этаже, в нос волшебно пахнуло ароматом свежей выпечки: наверняка Олеська постаралась, ей было шестнадцать. М-м, ежевичное варенье в слоеном тесте, объедение!

Двенадцатилетняя Сонечка, услышав хлопок двери, оставила компьютерную игру и кинулась обниматься.

Ласково прижав сестру к себе, я потрепала ее по огненно-золотистым волосам, ведь ей до сих пор нравилось представлять себя жар-птицей. Может, она ею и останется?

Хотя это вряд ли. Обязанность сохранять тайну накладывала отпечаток: мы неосознанно выбирали животное, делавшее нас неприметными, если нам вздумается «прогуляться» в ином облике. Вряд ли обычный человек воспримет «жар-птицу» как что-то нормальное.

Я ожидала, что ирбис в моей крови сменится на кого-то вроде уличной кошки. И когда этого не произошло, возможности для превращения сильно сократились. Это можно было делать только в месте, отдаленном от человеческих поселений.

Мы выезжали на пикники в лес примерно раз в месяц, где позволяли себе вдоволь налетаться и набегаться. После чего возвращались к обычной человеческой жизни в черте города.

Эх, насколько же проще было нашим предкам! Истории о необыкновенных сказочных существах сочиняли именно тогда.

- Принесла что-нибудь? – с любопытством заглянула Соня в мою сумку, но сегодня мне нечем было ее порадовать.

После встречи с демоном и пережитого в лифте страха у меня не осталось сил на поход в магазин. Да и денег лишних не водилось.

- Прости, нет.

Последние несколько месяцев я подрабатывала после пар в небольшой кафешке, чтобы покрыть расходы. Но мы все равно едва сводили концы с концами.

Арендованную бабушкой точку в подвале соседнего дома прикрыли «за мошенническую деятельность» по чьей-то идиотской жалобе еще год назад, с тех пор наше материальное положение резко ухудшилось.

Как-никак, а бабуле удавалось понемногу продавать свои красиво упакованные травяные сборы, давно уже не выдерживающие конкуренции с аптечными. Были даже постоянные клиенты, которые слились сразу после закрытия магазинчика.

Люди давно уже перестали верить в сверхъестественное, и зарабатывать своими способностями ведьмам становилось все сложнее.

Мы создали для бабули группы в соцсетях, раскидывали везде, где можно, объявления об услугах «потомственной ведьмы». Но увы, на подобное клевали теперь крайне редко и самые отбитые на голову люди, с которыми и встречаться-то было опасно.

Да еще и предупреждение можно было схлопотать от Совета, если «услуга» выглядела чересчур «настоящей».

Старейшины контролировали всех членов сверхъестественного сообщества, и если считали, что частная деятельность несет угрозу разоблачения, разбирались быстро. Если же доход становился заметным, отжимали бизнес себе или предлагали присоединиться к их сообществу в ультимативной форме.

Буквально палка о двух концах, тупик со всех сторон. Хочешь зарабатывать колдовством – или нанимайся через Совет, или делись доходом. Ну, или веди себя скромно, не привлекай внимания, и тебя не заметят.

Вот мы и довольствовались ролью простых людей, иногда помогая за деньги клиентам, в отчаянии ищущим магический способ разрешения своих проблем.

В последние лет сто остро встала еще и проблема медленного старения. Раз в двадцать-тридцать лет приходилось менять город и делать новые документы. Только тогда мы обращались к Совету, у них это было поставлено на поток.

Мы с сестрами еще ни разу не переезжали, эта квартира была нашим первым и единственным домом. Нам предстояло прожить в ней еще минимум десять лет, прежде чем соседи заметят странности. Примерно к двадцати пяти годам наша внешность застынет и перестанет меняться.

Сбросив уличную обувь, я прошла на кухню и устало опустилась на стул. Улыбающаяся Олеська тут же полезла проверять готовность слоёнок, а я ткнула кнопку на чайнике.

- Ты плохо выглядишь, - заметила Соня, устроившись напротив меня с детской кружкой, на которой были нарисованы персонажи любимого мультика.

- Трудный выдался денёк, - согласилась я, убирая длинные светлые волосы в хвост.

- Только не говори, что сходила к этому Викто́ру! – осудила меня строгая не по годам Олеся, хлопнув горячим противнем о плиту. – О нет, ты у него все-таки была?!

- Не волнуйся ты так, это ни к чему не привело, - отмахнулась я, раскрывая шуршащий чайный пакетик и опуская его в чашку. – Он мне отказал.

Подробности девочкам ни к чему. Пронесло – и слава тебе господи. Больше к этому вопросу я возвращаться не собиралась.

- Вот и славненько, - с облегчением выдохнула Леся и принесла на стол тарелку, полную ягодных слоёнок. Аж слюнки потекли.

- Ну, как сказать… - буркнула я себе под нос, наливая кипяток.

Наша проблема так и осталась нерешённой: старость никто не лечит, бабушка скоро умрет.

А еще теперь я знала, что моя «болезнь» неизлечима. Кто-то намеренно проклял меня, желая смерти. Как сообщить такое девочкам?!

Я чувствовала себя настолько измотанной, что набросилась на вкусняшки словно изголодавшийся зверь. Проклятый Азавель и злоключение в лифте вытянули из меня все соки.

- Все будет хорошо, - приободрила младшая, заметив скапливающиеся в моих глазах слезы.

Я проморгалась, притворившись, что просто соринка попала в глаз.

- Мы придумаем, как помочь и бабуле, и тебе, - уверенно пообещала Леся, приобняв меня прежде, чем уселась рядом. – Я сегодня три часа проторчала в Библиотеке Сверхов в поисках ответа, что с тобой происходит.

Я с трудом проглотила кусок слоёнки.

- Что ты там забыла? – забеспокоилась я. – Бабушка же просила нас не светиться лишний раз в Центре.

- Ой, да что случится-то, - беспечно отмахнулась сестра, и мне стало стыдно за то, что она заботилась обо мне и рисковала привлечь к себе излишнее внимание, в то время как это я должна была заботиться о ней. – Все равно у нас только два пути, и давно пора признать, что бабушкин устарел.

- Планируешь искать работу через Совет? – нахмурилась я, понимая, что сестра рассуждает здраво, пусть это и может обернуться боком.

- Ну, а что еще остается? – кивнула Леська, но я заметила в глубине ее карих глаз скрытый страх. – Мне скоро семнадцать, пора задумываться о будущем. Университет – это конечно здорово, но я хочу применять свои способности в деле. По крайней мере, себя смогу обеспечить. Ты сама-то не задумывалась о том, чтобы попробовать?

Воспоминание о предложении Викто́ра было еще слишком свежо. Все эти миллионеры – явно не нашего поля ягоды.

- Не вся работа, которую они предлагают, мерзкая, - напомнила Леся об очевидной возможности. - Можно же и в сам Центр устроиться сотрудником.

- Туда только по блату берут, - отнеслась я к ее идее скептически. – Мы для них – никто.

- Так может пора это изменить? – приняла Леська вызов с храброй улыбкой. – Сколько можно прятаться, Эль? Не хочу жить как бабушка и всего бояться. Хочу свободы. Нормальных денег.

- Т-с, - цыкнула я на сестру, чтобы не говорила при младшей глупостей и не забивала ей голову опасными идеями. – Хочешь кончить как мама?!

- И как мама – тоже не хочу, - легонько пожала Леся плечами, словно жизнь куда проще, чем я ее представляю. – Просто надоело из года в год выживать, понятно? Мы же даже «человеческую карьеру» построить не можем, потому что после универа сколько нам остается на поработать? Лет десять? А потом снова переезжать и начинать с нуля. Даже нельзя будет написать в резюме, что есть опыт. Кто это?..

На экране моего телефона высветилось входящее сообщение от Арля-из-лифта. Вот дура, почему я не проверила список контактов до возвращения домой?

Арль застал меня врасплох. Я была не в том состоянии, чтобы спорить. В фойе первого этажа, пока я забирала куртку из гардероба, он сам вытащил у меня из кармана телефон и ввел свои данные, вернув мне его с улыбкой.

Я не подумала даже, что он запомнил мой номер. Решила, что просто не стану ему звонить. И вот, сюрприз!

«Привет, моя хорошая, - прочитала я удивленно. - Надеюсь, ты нормально себя чувствуешь. Наше свидание в силе? Жду завтра в два пятнадцать. В фойе «Азафарм» или в два тридцать сразу в баре. Или могу заехать за тобой на машине, напиши адрес».

Я впала в ступор. Как реагировать?

Он все решил за меня. Но я не давала согласия встретиться. Арль просто воспользовался моей растерянностью.

- Так вот оно что? – воскликнула Леська обиженно, прочитав сообщение вместе со мной. – Мне, значит, нельзя жить свободно, а тебе можно?