Глава 15

Спустя четыре дня врач начал заговаривать о выписке домой. Но где он был теперь мой дом? Осознание, что столько лет я жила во лжи и получила в самый трудный момент клинок в сердце от близкого и родного человека душевных сил не прибавляло. Мамы уже не было в живых, чтобы задать всего один единственный вопрос — за что? Она часто говорила, что Артур не для меня, отговаривала рассказывать ему о ребенке, говорила, что его семья раздавит меня в мелкую крошку, просила терпеть все трудности и заверяла, что со временем у нас все наладится, а я еще встречу хорошего человека… Может быть Багров-старший угрожал ей как и мне, заставил взять эти деньги шантажом? Или никто никому не угрожал, а они вдвоем за нашими спинами с Артуром провернули этот чудовищный план? Договорились сдерживать своих детей друг от друга по разные стороны баррикад? Другого объяснения я не могла найти этому ужасному поступку с ее стороны. А мне теперь что делать, чтобы отмыться от всей грязи в какой она вываляла нас обеих, согласившись на условия Багрова-старшего? И как окончательно не сойти с ума в водовороте жизни, которая только и делала, что ломала меня пополам?

Артур приходил каждый день, но его визиты больше напоминали обходы врача. Словно по заранее обговоренному графику, вместе с ним он появлялся на пороге моей палаты в десять утра. Высокий, строгий, молчаливый и такой красивый… Артур вел себя со мной вежливо и сдержанно, как с посторонним человеком. И лишь глаза иной раз выдавали его настоящие чувства. В такие моменты мне казалось, что он что-то ко мне чувствовал, что-то кроме ненависти и разочарования. После того разговора я была уверена, что он и вовсе не придёт ко мне, потому что у меня не было доказательств своей невиновности, кроме слов, которым он не поверил. Никто бы не поверил, и даже я, хотя должна признать, я всегда снисходительно и с пониманием относилась к людям. И подумав, решила, что пока лично во всем не удостоверюсь сама, поднимать эту тему с деньгами бессмысленно. Ни к чему новому, как к новому витку взаимных упреков, этот разговор не приведет.

Все свежие новости об Артуре я узнавала от сына. Мы общались с ним по телефону и видеосвязи. Я знала, что четвертый вечер подряд он приходит к нему… Мой папа — он так и назвал его сегодня… И если после первой встречи Егор с опаской отнесся к Артуру и без энтузиазма отвечал мне на вопросы о том, как они провели время и чем занимались, о чем говорили, то сейчас я слышала неподдельную радость в голосе сына. А сама испытывала непонятное чувство трепета смешанного с горьким разочарованием. Всего четыре дня понадобилось Артуру, чтобы войти в жизнь нашего сына и одна встреча в его офисе, чтобы перевернуть все мои устои с ног на голову и разрушить прочно возведенные стены. С того дождливого утра, когда я пришла к нему в офис, прошло совсем немного времени, а на деле казалось, что целая вечность.

— Ну что же, Виктория Александровна… Берегите плечо и голову, — сказал напоследок врач, улыбаясь мне искренней и дружелюбной улыбкой. За эти дни у меня ни разу не возникло ощущения, что я находилась в больнице. Просторная и светлая палата, отзывчивый персонал, вкусная еда, чувство было таким, словно я побывала в санатории.

— Артур Сергеевич обещался подъехать за вами в районе пяти вечера и попросил быть готовой к этому времени, — после упоминания об Артуре, к словам врача захотелось добавить: берегите еще и сердце.

От мысли, что сейчас снова увижу Артура в груди все болезненно сжалось и мурашки выступили на коже. Я и не сомневалась, что он сам приедет за мной. Но за эти дни его холодной сдержанности и приоткрывшейся правдой общего прошлого, я видела все под другим углом.

Врач попрощался и вышел из палаты, оставив выписку и назначения. Я поднялась с постели и подошла к окну. Столько противоречий сколько я испытала за последние дни на счет Артура, я переживала разве что в те дни, когда Багров-старший поставил передо мной ультиматум. Завтра я собиралась вернуться к работе и доехать до банка. Выяснить что же за счета такие были у матери о каких я не знала? Точнее знала наверняка, но о суммах на тех ни сном ни духом. Даже представить сложно, что она была способна на подобного рода предательство. Уж она как никто понимала, как я любила Артура! И тем не менее отчаялась на такой шаг за моей спиной? В моей голове не укладывалось подобной циничности. Это самая настоящая дорога в ад с подачи ее благих намерений отгородить меня от семьи Багровых. Если бы она только знала через что мне предстоит теперь пройти, чтобы добиться хоть капли доверия со стороны Артура! А мне оно было жизненно необходимо. Все моя женская сущность тянулась к этому мужчине.

Ровно в пять вечера дверь в палату открылась и на пороге появился Артур. В тёмном классическом костюме, ворот белоснежной рубашки выглядывал из застегнутого пиджака. На лице как всегда ни единой лишней эмоции, словно ему за эти дни провели пластическую операцию и случайно повредили нерв на лице, парализуя любые ненужные движения в области рта. Он сузил глаза, окинув меня пристальным взглядом. Я задержала дыхание, а сердце пропустили удар. Что за странная реакция? У меня сын болен. Серьезно болен и я не должна думать ни о каких глупостях и тем более ощущать этого странного трепета в груди при виде Артура.

— Готова? — спросил он. — Как себя чувствуешь?

— Добрый вечер, — отозвалась я, демонстрируя исключительную выдержку. А на деле чувствовала, как меня раздирало на части от эмоций, но показывать ему их я не собиралась. Буду играть по его правилам и в отличие от него и его образа стального терминатора мне придется строить из себя лишь жалкое подобие бездушной железяки.

— Все хорошо, — ровным голосом произнесла я. — Плечо и голова почти не болят.

Он взял в руки мою небольшую сумку и кивнул в сторону выхода. Внезапно появившаяся в его взгляде нежность повергла меня в сильное смятение.

— Идем? — от его низкого голоса и такого мужественного вида я снова поймала себя на мысли, что жить с ним под одной крышей не самая лучшая идея.

Я прошла мимо Артура, улавливая его аромат. Я ощущала физически его тяжёлую энергетику. Мне словно кто-то давил на грудную клетку в его присутствии и я не могла сделать полноценного и глубокого вздоха. Господи, за что такая мука и почему сколько испытаний выпало на нашу долю? Я бы с радостью отмотала время назад и постаралась что-либо изменить.

Мы спустилась вниз, а я оказавшись на свежем воздухе, глубоко втянула в себя воздух. Ноги задрожали от слабости, у меня резко закружилась голова и я инстинктивно подняла руку вверх ища опору.

— Глаза не закрывай, держись за меня и глубоко дыши, — почувствовала на своей талии сильные руки. — Голова еще кружится? — я открыла глаза, сфокусировав на мужчине взгляд и сдержанно кивнула в ответ.

— Мне уже лучше.

Артур отстранился и помог забраться мне в машину. Сегодня он был с водителем и тот вышел нам навстречу, взял из рук Артура сумку. Я смотрела перед собой, когда он открыл дверцу и забрался в салон. Сел рядом, но между нами казалось простиралась огромная пропасть. Машина плавно тронулась с места, а я вспомнила об аварии… Всячески старалась блокировать эти воспоминания, но у меня ничего не получалось и картинки то и дело сменялись перед глазами ужасными сценами.

Спустя несколько минут езды, набравшись смелости и духу, я сказала Артуру:

— Я бы хотела увидеться с Егором, — я не знала куда мы едем, предполагала к Артуру домой. Но с радостью бы отправилась к сыну прямо сейчас и осталась с ним ночевать.

— Сейчас мы едем домой, — подтвердил мои догадки Артур. — У меня ещё одна встреча, через час я освобожусь и мы съездим к нему.

— Мы теперь всегда будем ездить к нему вдвоем и ты больше не позволишь нам видеться с сыном в свое отсутствие? — я морально была уже готова ко всему.

— Что за глупости? Егор ждет тебя. Я не запрещал встреч с сыном. Но твое состояние еще не предполагает совершать подвигов. И недавняя сцена на улице лишнее тому подтверждение. Будет лучше если эти дни ты побудешь в постели. Но еще утром я пообещал Егору, что мы вдвоем придем его навестить.

— Постельный режим исключен. Я чувствую себя хорошо, — возразила я, испытывая облегчение, что новых подводных камней в его договоре не появилось после знакомства с сыном.

— С завтрашнего дня у тебя будет новый водитель. В твоём телефоне установлены жучки в том числе и прослушивающие…

— Это все похоже на…

— Это ни на что не похоже, Виктория, — перебил меня Артур и смерил серьезным взглядом. — Не стоит все воспринимать на свой счёт и что я таким образом пытаюсь уличить тебя в новой лжи. Это всего лишь меры безопасности и предосторожности. Не более того, — его голос звенел, как сталь, и это не ускользнуло от моего слуха.

— А что с предыдущим водителем? — тихо спросила, подсознательно, зная ответ на этот вопрос.

— Я выплатил большую сумму компенсации его семье, — сухо ответил Артур, а у меня прошёл холод по позвоночнику. Это означало… что мужчина взял весь удар на себя? А ведь на его месте мог быть Артур…

— Как ты можешь быть таким циничным и так спокойно об этом говорить? — Артур отбросил со лба черные волосы, и я впервые заметила, каким усталым он выглядит.

— На его месте должен был оказаться я, — бросила на него испуганный взгляд. — Это второе покушение на мою жизнь. В прошлом месяце был подорван мой внедорожник. Тогда к счастью никто не погиб. Это было предупреждением.

— Что все это значит? — к горлу подкатил комок и я въелась глазами в Артура. В кого он превратился, он подался в криминал? Кто хотел его устранить? Или он кому-то перешел дорогу?

— Это ничего не значит. Полтора года назад я стал одним из акционеров огромной компании, выкупив пакет акций. А полгода назад мой компаньон погиб. Нет, — заверил меня Артур, заметив как я побледнела, — умер своей смертью от старости, но контрольный пакет акций по завещанию оставил мне. Конкуренты ищут лазейки. Какое-то время придётся потерпеть, возможно усилить охрану, чтобы я мог дожить до вступления в наследство, — он ехидно усмехнулся, заметив, как я закусила губу и сцепила руки в замок. — К тому же бывший свекор затеял вендетту, он обвиняет меня в смерти единственной дочери. Вы с сыном появились в довольно напряженные времена, но я постараюсь, чтобы на вас с Егором мои проблемы больше не отразились.

— Ты знаешь кто хочет тебя устранить? Но почему ты не заявишь в полицию? — видимо, Артур решил, что честность в маленьких дозах мне не повредит.

— Итак, встречный вопрос, почему же ты не обратились в полицию, когда я потребовал тебя отдать мне детей?

Повисла пауза, пока я пыталась уложить в голове всю информацию и найти подходящий ответ, но все мысли путались, а время шло…

— Не надо на меня смотреть так, словно я одно из твоих кошмарных сновидений.

— Я… — опустила взгляд на его чувственные губы. — Это не одно и то же… Ты отец Егора и от тебя сейчас зависит появится ли у него шанс стать здоровым или нет.

— Я знаю кто за этим стоит, — спокойно ответил Артур. — И не собираюсь заявлять в полицию, потому что таким способом моих проблем, увы, не решить.

— И что ты собираешься делать? — я настороженно на него посмотрела.

— Мне ни к чему лишние слухи и пересуды. С недавних пор я публичный человек. И стараюсь максимально ограничивать о себе всю информацию. Но в этот раз произошла утечка. СМИ уже опубликовало снимки недавней аварии. Не вижу препятствий пасовать перед трудностями и прятать голову в песок, я не из таких людей. Но как уже сказал, ты можешь не беспокоиться за свою безопасность. В случае чего я возьму удар на себя. Все, чего я от тебя жду — это, чтобы ты вела себя скромно, занималась сыном и берегла свое здоровье. В мои дела лезть не нужно.

— Ты подставляешь под удар не только себя, но меня, Егора и свою дочь… — Артур смерил меня негодующим взглядом, но тут же взял себя в руки.

— Могу повторить последние слова еще раз. Я рассказал тебе больше чем следовало, чтобы впоследствии ты не строила себе никаких иллюзий на мой счёт. Я далек от идеала и уже совсем не тот Артур, какого ты знала много лет назад. Но я по-прежнему надежный человек, можешь в этом не сомневаться. И как юрист и адвокат, надеюсь, ты понимаешь, что у любого поступка есть логическое обоснование. Я всегда просчитываю свои шаги наперед.

— Я… мне все равно каким ты стал. Мне лишь важно быть рядом с сыном и чтобы с ним все было хорошо. О тебе я думать не собираюсь! И логических цепочек строить тем более! Как и просчитывать твои шаги наперед…

— Обман, — на его губах отразилось наглая усмешка. — Но кажется за эти года ты только наработала практику в этом направлении? Как возможно и в юридическом. Твои дела весьма успешны… Будет очень жаль бросать работу, да Вика? — мне захотелось дать ему пощечину, чтобы стереть эту самодовольную усмешку с лица, но я взяла себя в руки.

О чем он думал, когда вот так смотрел на меня? Его зрачки расширились, так что янтарные глаза стали почти черными. Я выдержала его взгляд и отвернулась к окну, чувствуя, как чёрная воронка в груди засасывала все мои чувства без разбора. Чем больше я узнавала этого нового Артура, тем сильнее меня накрывало лавиной осознания, что мне не выбраться из этой связи, из его стальной хватки, невредимой. И если я была уверена, что он не причинит мне физической боли, то душевной хватит мне до конца моих дней.