Глава 16

Машина въехала во двор и остановилась. Я открыла дверцу, выбралась наружу и направилась в дом, чувствуя на своих лопатках обжигающий взгляд Артура. Пока я шла к входной двери, все норовила обернуться, чтобы проверить свою догадку, но попытка выяснить, смотрел ли Артур мне вслед, изначально была обречена на провал, потому что стекла автомобиля были наглухо тонированы. И ничего кроме своего отражения я бы рассмотреть не смогла.

Стоило мне только подумать, что у мужчины имелось сердце в груди вместо черствого камня, и он мог испытывать к другим людям сострадание, как он тут же стирал все иллюзии одним взмахом руки, да что там — парой слов и одним самоуверенным взглядом. И это даже хорошо, что Артур уедет сейчас куда-то по делам, а у меня появится время, чтобы успокоиться и привести свои эмоции в порядок. Слишком большая роскошь давать ему одержать надо мной верх. Но никакой войны и противостояния не будет, — напомнила я себе, переступая порог гостиной. Я не за этим вернулась в его жизнь.

В просторной комнате я застала маленькую девочку лет трех, совсем крошку, она сидела на полу в окружении игрушек. Я уже и забыла, что дети бывают такими маленькими. Мне казалось Егор всегда был таким взрослым каким он был сейчас…

— Ох, Виктория Александровна! — я мельком взглянула в сторону Глаши, что находилась возле ребенка. — Артур Сергеевич говорил, что с вами приключилось несчастье, я рада что все обошлось! — женщина поднялась с дивана и сделала несколько шагов мне навстречу.

Я растерянно улыбнулась в ответ и снова перевела взгляд на девочку. Словно диковинный зверек она вызывала у меня интерес и я хотела рассмотреть ее поближе. Плевать мне было на слова Артура держаться от крохи подальше. Маленькая белокурая принцесса подняла голову. Чертами лица она явно походила не на отца, а вот глазами отдалённо напомнила мне Егора в детстве. Девочка смотрела на меня держа в руках одетого пупса. В течении минуты мы рассматривали друг друга, а потом она резко поднялась и бросилась ко мне, обнимая маленькими и тоненькими ручками за ноги.

— Мама! — горячо воскликнула она, а мое сердце пропустило удар и я ощутила приступ головокружения. В горле образовался комок, и мне снова захотелось ухватиться за какую-нибудь опору, чтобы устоять на ногах.

Тысячи разных мыслей пронеслись в моей голове, прежде чем я подняла руки и обняла девочку за плечи. Посмотрела недоуменным взглядом на Глашу, но та была удивлена не меньше моего. Она кивнула, мол все хорошо, но строгий мужской голос за моей спинной окликнул девочку и вернул меня с небес на землю:

— Катя, это не мама, — у меня сердце снова замерло, а потом помчалось вскачь, когда я поняла, что Артур никуда не уехал, а пошел за мной в дом и возможно стал свидетелем этой сцены.

Я растерялась и не знала, что делать. Артур ведь дал мне понять, чтобы я и близко не приближалась к его ребёнку. Но мое сердце сжималось от перспективы оттолкнуть эту беззащитную кроху, когда она подбежала ко мне и заключила в свои объятия. Он наверное все время был на работе, а девочка была на няньках… Или может быть изредка приезжала бабушка, мама Артура… А у меня было столько тепла и нежности внутри, что и на Катю бы хватило с лихвой, и для ее замкнутого и ожесточившегося отца еще бы осталось, если бы он сбавил тон и поверил, что я не причастна к афере наших родителей.

— Виктории Александровне нужно отдохнуть, — спокойным и уверенным голосом проговорил Артур. — Ты перепутала, Катя, это не мама, — повторил Артур, а мое горло сдавило от подступивших слез.

Конечно, девочку не стоило вводить в заблуждение, но ведь можно же сделать это как-то иначе? Но даже не знаю как бы поступила на месте Артура, застав подобную сцену со своим ребенком. Я отошла в сторону, а девочка продолжала смотреть на меня большими карими глазами.

— Папа, это мама! Я не хочу никуда уходить… Пожалуйста! Я очень хочу к маме… — капризно захныкала девочка.

— Катюша, мама уехала, а это Виктория, мой давний друг, ты можешь звать ее Вика. Она поживет с нами какое-то время, хорошо? — Артур взял девочку на руки, убрал светлый локон с ее лба и погладил ее по спине.

Столько боли было в его глазах и глазах ребенка, что я бы в эту минуту согласилась, чтобы меня звали Олей, как погибшую жену Артура, лишь бы эта крошка не была так несчастна. Но нельзя было идти на поводу у жалости, и отец этой девочки все же был Артур и ему решать, что говорить своему ребенку. Наверное, все же он был в кои-то времена прав — не стоит начинать знакомство с ребенком с обмана.

— Вика? — тихо и печально проговорила она тоненьким голоском, не спуская с меня глаз. — А у тебя есть дети? — вдруг спросила она.

— Есть, — я стояла в растерянности посреди гостиной. Окинула комнату взглядом, примечая, что Глаша ретировалась с опасной территории. Может быть она всегда так делала в присутствии Артура или после его появления?

— А почему они не с тобой? Ты тоже от них уехала?

Я взглянула на Артура, и впервые смотрела на него другими глазами. По его лицу ходили желваки, прищуренные глаза были непроницаемы и холодны: этот самый мужчина, которого я когда-то сильно любила, держал сейчас на руках свою дочь от другой женщины, которая предала его, если верить слухам. Как и я предала его несколько лет назад…

— Нет, я не уехала от них. Так… нужно, — запинающимся голосом ответила я, не в состоянии оторвать от них взгляда.

— Артур Сергеевич, Катя не спала днем, я никак не могу ее сегодня уложить. Девочка устала и ей пора отдохнуть… Я попробую уложить ее снова? — Глаша появилась в гостиной и уверенным шагом подошла к Артуру и взяла Катю из его рук. — Иначе вечером будет капризничать еще сильнее, — няня или помощница по дому, или кем она там была на самом деле, нисколько не боялась своего сурового и серьезного хозяина, как мне изначально показалось.

— Папа, я не хочу спать. Я не хочу, чтобы ты уходил… — большими глазами девочка смотрела на отца. Почти как на божество. И столько надежды было в этих наивных и детских глазах, что если бы я в следующую минуту услышала другой ответ от Артура, сильно бы в нем разочаровалась.

— Катя, идите с Глашей в детскую комнату, я сейчас приду, — я могла лишь догадываться, какие чувства испытывал мужчина в эту минуту. — Я отложу встречу и уложу дочь спать, — сказал он женщине и перевел на меня серьезный взгляд. — Через час я буду ждать тебя внизу, — он произнес последние слова для меня. Чтобы скрыть свою дрожь, я чуть отодвинулась от него, но он почувствовал это едва заметное движение, и его губы зловеще сжались. — У Кати довольно необычный способ выражать свои эмоции и чувства. Не воспринимай на свой счет и не принимай близко к сердцу. От матери она никогда не получала должной ласки, поэтому я попросил тебя не сближаться с ребенком, чтобы не травмировать ей психику лишний раз.

Ничего не ответив, я развернулась и поторопилась скрыться в своей комнате. Подошла к лестнице, снова ощущая жжение на своих лопатках. И сейчас мне ничто не мешало обернуться и проверить свою догадку. Я повернула голову, Артур стоял на том же месте и смотрел на меня темным взглядом, который не предвещал для меня ничего хорошего. Оказавшись за дверью комнаты, я прислонилась к ней спиной и закрыла глаза. Каждый день чем-то напоминал ужасную пытку, квест на выживание. И следующее задание предстояло мне пройти через час. А потом ещё возможно и позже, ведь я нарушила слова Артура и приблизилась к его дочери… Только это вышло не умышленно и в одном Артур просчитался: я не боялась его и не собиралась слушать его приказов! Почти не боялась, потому что видела и переживала в своей жизни вещи куда страшнее. А ему с его проблемами в бизнесе и угрозами жизни есть о чем подумать. Но я не позволю ему вмешаться в нашу жизнь с сыном и никогда не отдам ему детей! Если нужно уйду с работы и займу место Глаши. И для его дочери найду место в сердце. Пусть не думает, что напугает меня какими-то угрозами!

Присела на огромную кровать и окинула комнату ничего не выражающим взглядом. А затем взяла в руки телефон и набрала Лене. Мне важно было услышать хоть одного близкого человека. Хоть пару слов поддержки. Подруга ответила спустя два гудка.

— Лена, привет… — я немного чувствовала себя неловко, что столько дней не звонила подруге и не отвечала на ее звонки. Но мне прежде следовало разобраться самой во всех своих чувствах, а потом искать поддержки на стороне.

— Ну наконец-то! Ты куда пропала? Я тебе звоню, но ты словно в подполье ушла…

— Почти угадала. В аварию попала, — надеюсь это будет достаточным обоснованием, почему я абстрагировалась от реальности на несколько дней.

— Что? — воскликнула испуганно Лена.

— В общем, ничего страшного, я уже в строю, — тут же заверила ее бодрым голосом. — Как сама?

— А я что? У меня все как обычно. Зато я тут кое-что накопала на твоего Артура!

Я вспомнила о словах Багрова, что мой телефон теперь прослушивался, а за каждым моим шагом будут следить. Но плевать! Пусть хоть сутками напролёт сидит, смотрит и слушает о чем я иной раз веду беседы и в какие езжу места.

— Ты представляешь, когда случилась авария и его жена погибла, его закрывали за решёткой, как главного подозреваемого по наводке Волошина. Обвинения, конечно, потом сняли, но сама понимаешь — дыма без огня не бывает… — многозначительно протянула Лена. — Волошин сильно впрягается, чтобы создать бывшему зятю проблем. Представляешь, что будет, когда он узнает о вас с Егором?

Я потерла виски, ощущая снова болезненную пульсацию. Что же с учётом новых знаний об этом человеке я бы, наверное, даже поверила статье в желтой прессе что за личиной Артура Багрова скрываетя страшный террорист из Аль-Каида. Правда, недавняя сцена перед глазами, как он держал на руках маленькую белокурую девочку и нежно поглаживал ее по спине, не вязалась со страшным бородатым дядькой с гранатой в руке настроенного против целого мира.

— Откуда такая информация?

— Пресса, — выдохнула Лена. — Поэтому половина из этого скорее всего туфта. Как дела у Егора?

— Я пока лежала в больнице несколько дней не видела его, только общалась по телефону и видеосвязи. С ним была Катя, а по вечерам его навещал Артур…

— Хорошие подвижки! Пусть сын общается с отцом, им это полезно. Он у тебя мировой мальчишка и уверена твой Артурчик поплывет от Егорки. А что насчёт клиники и ЭКО? Или вы договорились о естественном зачатии? — не припомню ни одного раза, когда бы видела подругу без настроения. От ее позитива и колких шуточек у меня немного поднялось настроение.

— Будут готовить к подсадке эмбриона в следующем месяце. Анализы у меня отличные, шансы высокие. Только вот авария наверное внесет небольшие коррективы… Завтра поеду в клинику все узнавать. Не хочу даже думать ни о чем плохом! Всё в итоге и так оказалось даже хуже, чем я могла себе представить…

— Почему? — искренне удивилась Лена. — Артур ведь не против второго ребенка?

— Багров вынудил меня подписать договор, по которому он предоставляет мне биоматериал для спасения Егора взамен на сына и ребёнка, который у меня родится…

— И ты подписала? Это шантаж! Ты совсем там сдурела, да? Он же вышвырнет тебя из своей жизни сразу, как ты сыграешь роль наседки для еще одного ребёнка… Может быть, это он сам жену устранил, когда узнал про любовника, а газеты не врут? Подстроил аварию и готово! С такими-то заявочками…

— А что мне оставалось делать?

— Я вообще тебя не узнаю, Вик! Соберись, ты же боец! Что с тобой происходит?

— У меня… у меня больше нет сил. Я эмоционально выпотрошена, — тихо ответила я. — Он считает меня виноватой и ненавидит… и знаешь, я не оправдываю его, но будь на его месте ненавидела бы так же сильно…

— Черти что! Вы ведь взрослые люди…

— Все сложно на самом деле, Лен. Мама таких дел наворотила при жизни, что мне теперь никогда не отмыться в глазах Артура…

— Давай встретимся? Ты завтра будешь на работе? — Лена почувствовала, что я не хочу говорить по телефону.

— Планировала, но… Давай лучше созвонимся. Я уже не знаю, что меня будет ждать через час, а ты загадываешь так далеко, да к тому же еще и в завтрашний день, — с иронией заметила я.

— Давай. Держись там и покажи этому гавнюку кузькину мать! Детей он вздумал забрать… Пригрози ему яйца его стальные отрезать, если не одумается!

Лена положила трубку, а я взглянула на часы и отметила, что времени на сборы у меня было примерно полчаса. Необходимо немного прийти в себя. Я поднялась с кровати и направилась в ванную. Вся комната целиком больше походила на высококомфортабельный гостиничный номер. Я быстро умылась, переоделась, завязала волосы в высокий хвост и вышла из ванной.

После того спонтанного поцелуя с Артуром мне не хотелось, чтобы он переступал порог этой комнаты, а тем более моего личного пространства, чтобы не вызывать у меня внутри еще больших противоречий. Недавней сцены в гостиной мне вполне хватит, как новой пищи для размышлений. Я взглянула на часы и решила, что остававшиеся минуты подожду мужчину в гостиной, чем он снова войдет в эту комнату. Но только что его остановит, если он захочет снова переступить ее порог?