Глава 17. Лабиринт Иллюзий

Первый этап Турнира Двух Стихий проходил на полигоне Преломлений — огромном, идеально ровном плато из черного базальта, в центре которого возвышался куб из туманного света — вход в лабиринт иллюзий. Команды выстраивались в очередь. Смех, бравада, последние напутствия. Амара и Дариан стояли в стороне, и на этот раз над ними не смеялись. Их просто игнорировали, словно досадную ошибку в списках участников, которая исправится сама собой в ближайшие полчаса. — Задача проста, — гремел магический голос судьи. — Пройти лабиринт. Он считает ваши души и покажет вам то, чего вы боитесь больше всего. Ваша цель — не сражаться с иллюзиями, а пройти сквозь них. Судья, суровый магистр-боевик, обвел толпу тяжелым взглядом. — Главное правило: вы — команда. Портал выхода откроется, только если вы оба дойдете до него. Один потерялся в своих страхах — проиграли оба. Второе: Лабиринт будет провоцировать вас. Применение магии против напарника — немедленная дисквалификация. Вы вошли вместе, вы выйдете вместе. Или не выйдете. Время — ваш главный враг. Команды, отставшие от лидера более чем на час, выбывают! Лея и Кайр стояли на наблюдательной вышке. Амара чувствовала на себе их взгляды — оценивающие, жесткие. А где-то в VIP-ложе, среди аристократов, наверняка ухмылялся Харви, предвкушая их публичное фиаско. — Готова, Торн? — тихо спросил Дариан. Его ладони слегка искрили — верный признак нервозности. — Нет, — так же тихо ответила она. — Ненавижу, когда мне лезут в голову. — В таком случае, у нас много общего. Подошла их очередь. Они шагнули в мерцающий туман. Мир исчез. Звуки толпы, ветер, запахи — все пропало. Вокруг них был только густой, молочный кисель и давящая на уши тишина. — Держись рядом, — голос Дариана прозвучал глухо, будто из-под воды. — Не знаю, что это... Стены лабиринта дрогнули, и туман рассеялся. Они стояли на стадионе для Скай-Дрифта. Солнце сияло, толпа ревела. Это был тот самый день. Тот самый матч. — Нет, — выдохнул Дариан, отступая на шаг. — Дариан! Сюда! — крикнул иллюзорный напарник. — Дариан, ты лучший! — крикнула с трибун Элиза Кассиан. — Спокойно, — Амара схватила его за рукав. — Это иллюзия. Мы знаем, что это не по-настоящему. — Знать — не значит не чувствовать, — процедил он. Он увидел себя, парящего в воздухе. Увидел, как его магия меняет цвет. Как из чистой лазури она превращается в серо-зеленый гной. — Смотри! — зашипел ему в ухо голос. — Смотри, кто ты на самом деле! Толпа на трибунах перестала кричать от восторга. Она начала вопить от ужаса. Дариан-иллюзия в центре поля взревел, и из него во все стороны ударили черные лезвия ветра. Они кромсали поле, защитные барьеры, живых людей. Он увидел, как его отец, Лорд Темпест, пытается возвести щит, но магия сына с легкостью разрывает его. Он увидел, как Элиза превращается в ледяную статую и рассыпается пылью. — Прекрати! — закричал настоящий Дариан, зажимая уши. — Ты — монстр, — шептал голос. — Ты разрушишь все, что любишь. Ты убьешь их всех. Ты дефектный. Иллюзорный Дариан медленно повернулся к ним. Его глаза были полностью черными, лишенными белков. Он поднял руку, целясь в Амару. — Дариан, это неправда! — крикнула она, вспоминая правило о дисквалификации. Если он поверит, что это реально, и атакует... Но он упал на колени, его тело билось в судорогах. Вокруг него по-настоящему начал вихриться холодный ветер. Его проклятие реагировало на его животный страх, и он был на грани магического выброса. — Тварь! — Амара поняла, что у нее нет выбора. Уговоры тут не помогут. Она подбежала к нему, впилась пальцами в его плечи и с силой встряхнула. — Темпест! Смотри на меня! Это не ты! Это твой страх! Он поднял на нее безумный взгляд. — Я... я... убью... — Нет! — она влепила ему пощечину. Звук был оглушительным в этой тишине. Это не было магией. Это было единственное, что она могла сделать, не нарушив правил. — Ты — Дариан Темпест! Ты — стихийник Воздуха, а не убийца! А я — твой партнер! И я не позволю нам проиграть из-за этой жалкой пародии! Ее голос, резкий, язвительный, настоящий, пробился сквозь пелену ужаса. Боль от пощечины, шок от ее слов... Иллюзия дрогнула. — Амара?.. — Я здесь. И я настоящая, — она не отпускала его плечи. — А это — ложь. Он глубоко, судорожно вздохнул. И мир стадиона растаял, снова сменившись молочным туманом. Он стоял на коленях, тяжело дыша. — Спасибо, — выдохнул он. — Вставай, — холодно бросила она, отряхивая руки. — Мы теряем время. И ты мне должен. Они пошли дальше. Теперь он держался ближе к ней, почти касаясь ее плечом. Она видела его самый большой страх, и она вытащила его. Туман рассеялся во второй раз. Теперь они стояли в тускло освещенном коридоре факультета Некромантии. — О нет, — прошептала Амара. Из кабинета в конце коридора вышел декан Мортейн. Он держал в руках свиток. — Мисс Торн, — промурлыкал он. — Вы ничтожество. Вы отчислены. — Это уже было, — сказала она себе под нос. — Это меня не пугает. — Ама! Из-за угла вышла ее сестра, Лиана. Но она не улыбалась. В ее глазах плескалось такое разочарование, что у Амары перехватило дыхание. — Как ты могла, Ама? Опозорить семью? Связаться с... тьмой? — Лиана, это не... — Она не стоит твоего времени, малышка, — раздался другой голос. Из тени вышел Харви Кассиан. Он подошел и властно обнял Лиану за талию. Лиана не оттолкнула его. Она прижалась к нему, глядя на сестру с презрением. — Харви прав. Ты всегда была... странной. Грязной. Ты нам не нужна. Это был удар под дых. Самый потаенный страх — быть отвергнутой единственным человеком, которого она любила. — Нет... Лиана... — Это правда, милая, — раздался смех Элизы. Она появилась рядом с Дарианом. Настоящим Дарианом. Иллюзорный Дариан рассмеялся — тем самым легким, обаятельным смехом, который она слышала, когда он говорил с Лианой. Он обнял Элизу и посмотрел на Амару с холодным презрением. — Ты серьезно думала, что я выберу тебя? «Могильную Мышь»? — хохотал он. — Ты была просто инструментом, Торн. Полезным, но одноразовым. А теперь ты бесполезна. Бесполезна. Никчемна. Одна против всего мира. Все ее страхи, вся ее неуверенность в себе, которую она так тщательно прятала за сарказмом и учебой, ударили по ней одновременно. Амара отшатнулась, закрывая лицо руками. Ей хотелось сжаться в комок, стать маленькой и незаметной. Она теряла связь с реальностью. — Амара. Голос был реальным. Она почувствовала, как сильные руки легли ей на плечи. — Амара, посмотри на меня. Она подняла голову. Настоящий Дариан стоял перед ней, заслоняя собой смеющихся призраков. Его лицо было серьезным, в глазах не было насмешки. — Это ложь, — твердо сказал он. — Но они... — Плевать, что они говорят! — он встряхнул ее, возвращая ей ее же пощечину, только в форме слов. — Ты не бесполезна. Ты — мой партнер. Ты — та, кто может усмирить тварь в моей голове одним словом. Ты... — он на мгновение запнулся, — ...ты самая умная из всех, кого я знаю. Он не отпускал ее. — Ты не инструмент, Амара. Ты — мой щит. И ты не позволишь нам проиграть. Мы договорились. А теперь — соберись! Его слова, его яростная, упрямая вера в нее — не в ее магию, а в нее саму — стали тем якорем, который был ей нужен. Амара выпрямилась. Она посмотрела через плечо Дариана на своего смеющегося двойника, на презрительную Лиану, на высокомерного Харви. — Вы все — ложь, — прошипела она. Мир треснул, как стекло, и рассыпался. Они снова стояли в тумане. Перед ними, в десяти шагах, сиял голубым светом портал выхода. Они вышли из него, пошатываясь, и едва устояли на ногах, ступив на твердые базальтовые плиты полигона. Толпа на трибунах на секунду затихла, осознавая, кто именно вышел первым, а затем взорвалась — не столько восторгом, сколько удивленным гулом. Амара и Дариан стояли плечом к плечу, бледные, взлохмаченные, но целые. Лея Арден на своей вышке опустила планшет и посмотрела на Кайра. — Лабиринт пытался сломать их поодиночке, — тихо сказала она. — Да, — так же тихо ответил Кайр, его янтарные глаза с интересом следили за странной парой. — Но они вытащили друг друга. Кажется, наша ставка была верной.