Глава 15

Уровень материальных притязаний проживающего в этих стенах монарха можно было определить уже даже по винтовой лестнице, ведущей с крыши в жилые апартамента дворца. Ибо эта чердачная лестница, не в пример, многим её сотоваркам, была позолоченной и инкрустированной драгоценными камнями.

А когда Элизабет и Эдвард спустились на третий этаж (он же королевский) и оказались в галерее, проходящей по периметру внутреннего двора, то здесь от царившей вокруг роскоши у Элизабет просто-напросто уже зарябило в глазах. И это несмотря на то, что и сама она выросла отнюдь не в бедности.

Между тем, они продолжили свой путь, который лежал через небольшой Придворный театр. Основной достопримечательностью которого оказались мраморные пристенные скульптуры богини Мары и Владледвига, которые, как и остальные многочисленные члены нескольких десятков поколений Мараледвигов, были изваяны так, словно они наблюдали за действием на сцене.

Владледвиг, как читатель, наверное, уже догадался - это тот самый легендарный король, муж богини Мары, основоположник как королевской династии Мараледвигов, так и маранского королевства.

Само собой разумеется, что выглядело отлитое в мраморе семейство более чем впечатляюще. У Элизабет даже холодок благоговейного ужаса по позвоночнику пробежал.

«Это ж надо было додуматься превратить театр в семейный склеп, - мысленно содрогнулась она. - И что-то мне подсказывает: то ли ещё будет!»

И она оказалась права. За придворным театром-склепом последовали три предваряющие вход в Тронный зал аванзалы[1], стены двух из которых были завешаны картинами известнейших маранских художников, а всё свободное пространство заставлено скульптурами, изображающими бибмаралейские, религиозные сюжеты (Бибмаралия - это священное писание, содержащее в себе мифы и догматы маранской религии).

Третья аванзала была полностью увешана гобеленами, на которых были изображены зимние сюжеты: заснеженные горы, леса, дети и взрослые, играющие в снежки, катающиеся на санках, лыжах и коньках.

Кругом куда глаз не кинь, стояли коньки, лыжи, сани, клюшки, шайбы и даже каски, изготовленные из драгоценных материалов.

Так как комната просто искрилась от переполнявшей её магической энергии, то Элизабет догадалась, что весь этот спортинвентарь - помимо своего прямого предназначения, является также ещё и мощнейшими защитными артефактами.

Несмотря на то, что для полноты впечатления Элизабет не терпелось увидеть Тронный зал, она все же вздохнула с облегчением, когда узнала, что встреча с королем будет проходить не в Тронном зале, а в примыкающем к нему будуаре.

Но попав в будуар, сплошь и рядом завешанный портретами тех самых предков, скульптуры которых она совсем недавно видела пялящимися на пустующую сцену театра, девушка вздохнула с ещё большим облегчением, узнав, что и здесь они тоже не задержатся, а направятся в личный кабинет Ледриха IV.

- Эди, сынок! Я так волновалась! - к Эдварду с объятиями бросилась женщина в обтекающем её стройную фигуру небесно-голубом платье саронг. - Мара, благодарю тебя, что защитила его! - женщина возвела взор к потолку. Её коса цвета ночи контрастировала с нежностью наряда, точно также как колючие, черные глаза с обманчивой нежностью её образа, когда та окинула холодным, надменно-оценивающим взглядом спутницу своего сына. - Эди, а что ЭТА здесь делает?! - синие глаза женщины метнули в «эту» обильно смазанные ядом дротики-взоры, а улыбка превратилась в звериный оскал.

«Точь-в-точь такой же оскал был у акуло-завры, которая нас чуть не сожрала!» -мысленно прокомментировала улыбку Снежаны Мараледвиг Элизабет.

Девушка мысленно застонала. О маниакальности и свирепости материнской любви Снежанны Мараледвиг к своим детям по королевству ходили не просто анекдоты, но страшные истории. А Элизабет, она и с дядей -то Эдварда не особо была готова встретиться, так что уже говорить о мамазавре...

Эдвард Марано клюнув мать в щеку, нежно, но настойчиво вырвался из её объятий. -Мама, дядя! Элизабет здесь со мной, потому что она часть моего плана по установлению ловушки на крота, который завелся то ли в прокурорской, то ли в судейской, то ли в уголовной магистратуре, а возможно и во всех трех, - спокойно объяснил он и дальше изложил для них суть дела во всех подробностях.

Однако мамазавра, кроме того, что не была милой и пушистой, не была также и наивной, и поэтому сразу же предположила: - Я уверена, что идея стать королевским генеральным подрядчиком принадлежит ей и только ей! - она провозгласила это так, словно уличала в злодеянии, страшнее которого нет.

- Мама, идея от начала и до конца моя. Меня только что пытались убить. -одновременно спокойно и очень весомо возразил королевский прокурор.

- Магобиль был её, значит, это её только что пытались убить! - мамазавра ненавидяще уставилась на ту, из -за которой она чуть не лишилась единственного сына. - И да, кстати, Эдвард, объясни мне, что ТЫ делал в ЕЁ магобиле?!

- Мама, мне тридцать четыре года! - праведно возмутился совершеннолетний сын. - Так что делаю всё что хочу, с кем хочу и где хочу! - в его голосе зазвучали раздраженноупрямые нотки.

Но мамазавру, воспитавшую королевского прокурора, не так уж и легко было сбить со следа. С уверенностью опытной ищейки она мертвой хваткой вцепилась в более слабое звено в паре подследственных:

- Что мой сын делал в вашем магобиле в то же утро, когда вас пытались убить?! -Снежанна Мараледвиг задала вопрос таким надменно-обвинительным тоном, что Элизабет даже в голову не пришло возмутиться уже самой постановкой вопроса, не говоря уже о тоне.

- Он сам! Он навязался мне! - поспешила начать оправдываться она под обвиняющим взглядом мамазавры. - Я была против, чтобы он ехал со мной в одном магобиле! Очень, очень против!

Элизабет ненавидела себя за то, что оправдывается, но ничего не могла с собой поделать. Это женщина действовала на неё как удав на кролика. - Я имею в виду, - продолжила объяснять она, - что я настоятельно рекомендовала ему сесть в его собственный магобиль. Более того, хотите - верьте, хотите - нет, но я сделала всё от себя зависящее, чтобы избавиться от него! - под конец фразы ей всё-таки удалось взять себя в руки и сделать так, чтобы голос её не просто перестал дрожать, а зазвучал уверено.

- Вы хотите сказать, что пытались избавиться от моего сына? - ледяным тоном уточнила Снежанна Мараледвиг, приподняв в изумлении идеально очерченную правую бровь.

- Не хочу сказать, а говорю! Я пыталась избавиться от него! - запальчиво выпалила Элизабет, решив, что если она не спасовала перед исполинской акуло -заврой, то мамазавры, которая, как минимум, в сотню раз меньшего размера, она и подавно не должна была бояться.

В ответ на столь страстное признание подследственной явно опешившая мамазавра часто заморгала, а Эдвард Марано не выдержав, хрюкнул от смеха. Впрочем, он тут же поднёс к своим губам сжатую в кулак ладонь и сделал вид, что его неожиданно атаковал приступ сильного кашля.

- Ой! - прижала раскрытую ладонь к своим губам Элизабет, поняв вдруг, как могло быть истолковано её последнее заявление. От её уверенности в себе в тот же миг снова не осталось и следа. - Нет, нет! Вы не правильно меня поняли! Я не пыталась избавиться от вашего сына! В том смысле, что не пыталась избавиться насовсем! Я просто хотела избавиться от его присутствия, в смысле, непосредственного присутствия! То есть, времен...

- Ледрих, ты её слышишь? - нарочито потрясенно поинтересовалась женщина у брата. -Да она же опасна для моего сына!!! - решила и постановила мамазавра.

- Ма-а-ама! - возмутился поведением и заявлением матери Эдвард. - Ты введешь себя в высшей степени предвзято!

- Моя материнская интуиция ещё никогда меня не подводила, - вздёрнув подбородок возвестила мамазавра. - И сейчас она мне говорит, что эта девушка желает тебе зла.

- Ма-а! Совсем недавно я добивался для этой девушки смертной казни, а теперь я эту девушку использую в своих целях! Разумеется, она не может быть счастлива по этому поводу! - процедил Марано сквозь зубы.

- Я всё сказала! - в голосе мамазавры отчетливо прозвенели льдинки.

- Мама, прости за прямоту, я, конечно же, очень уважаю твоё мнение, но решать не тебе, а.

- Стоп, Эди, потом! - резко и отрывисто перебила сына мать. - Сейчас у меня маникюр, на который я и так уже опаздываю! Но не забудь, пожалуйста, ужин сегодня в семь.

- Но мы с тобой ужинаем по пятницам, а сегодня среда, ма -ама?.. - недоуменно возразил сын.

- Сегодня. У меня. В семь! - отчеканила мамазавра и закрыла за собой дверь.

- Дядя. - Эдвард перевел взгляд с закрытой двери, за которой исчезла его мать, на короля. - Я очень надеюсь, на твою мудрость!

Ярко-синие, такие же как у Эдварда и его матери, глаза недобро сверкнули. Губы монарха растянулись в нарочито-покровительственной улыбке доброго дядюшки. Однако смотрел король при этом не на своего племянника, а на его спутницу.

- Так и быть открою вам маленькую тайну, госпожа Норфлок, - произнес король тоном заговорщика, сообщающего своим подельникам сверхсекретную информацию. - Я весьма заинтересовался вашей персоной ещё тогда, когда вы в первый раз вышли на мой секретариат с вашим, мягко говоря, гммм. амбиционным предложением.

Сказав это Его Величество подчеркнуто-театральным жестом фокусника-иллюзиониста, выступающего перед публикой, вытащил из открывшегося окошка -портала увесистую папку и раскрыл. - Ву-а-ля! - с довольным видом прокомментировал он это своё довольно посредственное представление.

Эдвард закатил глаза и скептически хмыкнул. Элизабет же решив, что неплохо бы подыграть человеку, от которого зависят её профессиональная репутация и реинкарнация финансового благополучия, улыбнулась не просто вежливо, но восхищенно.

- Итак, - причмокнув губами, продолжил Его Величество, - если коротко, то Элизабет Норфлок, возраст 28 лет, не замужем. Владелица компании «Охранные Системы Норфлок», ещё полгода назад была одной из самых богатых и влиятельных женщин королевства. Всего добилась сама, вернув родителям все до последнего позёмка[2], и даже с процентами. Защитила диссертацию по магическому плетению. Написала научную работу по формированию и трансформации щитов, способных защитить своего владельца от воздействия любого вида магии. Вторая специальность - общая криминалистика с упором на внутренние и внешние детерминанты преступных деяний. Хмм.? Как занятно! Не правда ли, Эдвард? - король многозначительно посмотрел на племянника.

- Для того, чтобы создать неуязвимую систему защиты мне нужно было понимать не только как действуют преступники-одиночки и преступные группы, но и понимать особенности преступного мышления и поведения, а также какие существуют разновидности криминальных талантов. - невозмутимо объяснила девушка.

- Привыкла получать всё, что хочет, любой ценой. - перебив Элизабет на полуфразе, всё тем же нарочито менторским тоном продолжил читать Ледрих IV. - Хмм. как интересно! - взгляд монарха, направленный на девушку из насмешливо-лукавого, стал препарирующе-изучающим. - И. - перевел он свой прожигающий насквозь взгляд на племенника, - если я не ошибаюсь, Эди, она единственная, чьё дело ты проиграл в суде?..

- Ты хочешь этим что-то мне сказать. дядя? - с вызовом поинтересовался племянник, процедив каждую букву сквозь зубы.

- Разве я не ясно выразился? - сузил глаза монарх. Тон его стал не просто холодным, но вымораживающе ледяным. - Я задал вопрос, Эди и хотел бы услышать ответ.

- Да, - с явными одолжением и досадой в тоне изрёк Марано, - дело Элизабет - на данный момент единственное проигранное мной дело. Но не потому, что я его слил, если ты на это намекаешь?! А потому что, выступая против лучшего в королевстве адвоката, которая абсолютно верила в невиновность своей клиентки, я не смог предъявить присяжным ни одного неопровержимого доказательства вины той, которую обвиняю. И ты это прекрасно знаешь, потому что сам лично предупреждал меня, что такое дело будет сложно выиграть, - племянник объяснял это своему дяде столь спокойно и настолько как само собой разумеющееся, что того даже передернуло от такой уверенности.

- Да предупреждал. Как и предупреждал о том, что ты поступаешь опрометчиво, позволяя её адвокату вывести из состава жюри всех до единой женщин! - упрямо заметил монарх, кинув в сторону девушки неодобрительный взгляд.

- Дядя, но я же уже объяснял тебе ранее, что ошибочно верил в силу мужской логики и потому не сомневался в способности умных и образованных мужчин в нужный момент принять взвешенное и основанное на фактах решение! И даже согласился с тобой, что я

проявил излишнюю самоуверенность, недооценив тактику Лесли Монтгомери представить свою подзащитную этаким невинным ангелочком! Но я действительно ни секунды не верил, что это может сработать! Кроме того, я не исключаю также и вероятность того, что Галлезе мог подкупить жюри...

- Э-эди-ии, - вкрадчиво протянул монарх, меняя позу. Ранее у него была закинута правая нога на левую, теперь он закинул левую на правую, вслед за ногами он также поменял местами скрещенные руки. - Давай предположим, что я гораздо проницательнее и дальновиднее, чем ты это когда-либо предполагал. Причем настолько проницательнее и дальновиднее, что проанализировав всё, на что способен Галлезе, был абсолютно уверен, что этот судебный процесс ты проиграешь. Более того, я был лично заинтересован в том, чтобы ты его проиграл.

- Что-о? О чём ты?.. - одними губами выдохнул Эдвард, и вид у него при этом был такой, словно ему только что заехали пудовым кулачищем в солнечное сплетение.

Седовласый монарх не смог сдержать торжествующей ухмылки: - Ты до неприличия популярен, Эди. - изрёк он, покачивая головой. - Настолько популярен и любим, что мои собственные доверенные советники предлагали мне отречься от престола и передать тебе Корону.

- Но я бы никогда. - искренне открестился молодой человек.

- Ты проиграл дело, так что на данный момент вопрос снят с повестки дня, - ухмыльнулся Его Величество. - И дабы снять его и вовсе, я готов проявить, как ты выражаешься, мудрость и поддержать твою безумную идею под твою ОТВЕТСТВЕННОСТЬ! С одним маленьким условием. - Ледрих кинул хитрый взгляд в сторону Элизабет. - Она должна сблизиться с Галлезе. Войти к нему в доверие и шпионить для нас, вернее для меня, поскольку командование этой операцией я беру на себя лично.

Элизабет от неожиданности выдохнула изумленно -вопросительное: - Аа-аа?.. - и так и застыла с открытым ртом, потому что Марано оказался сообразительнее и потому красноречивее её: - Но это же не логично! - возмутился он, сбив её с мысли. - Дядя, как? Мары ради! Скажи мне, как я смогу её контролировать, если она будет с Галлезе?!

- Не мои проблемы. - равнодушно пожал плечами монарх.

- Но это твоё условие ставит под удар безопасность всех королевских ведомств! -молодой человека не сдержался и схватился руками за голову.

- Нет, - монарх, хитро улыбаясь, покачал головой. - Безопасность под удар ставит не моё условие, а ТВОЯ идея сделать её генеральным подрядчиком!

[1] Аванзала - это небольшой зал, комната перед главным залом.

[2] Позёмок - самая мелкая разменная монета маранского королевства.