ГЛАВА 16

Ирина

Просыпаться категорически не хотелось, а тело, будто пропущенное через мясорубку, сладко ныло во всех местах, включая незагорелые. Непривычно короткие волосы превратились в спутанную мочалку, а кожа в некоторых местах была стянута либо беспощадными засосами, либо биологическими жидкостями одного наглого объекта.

Лёжа на спине, Вася мирно сопел и, приобняв меня за талию, второй рукой держался мёртвой хваткой за мою коленку, лежащую у него на кхм-м… самом ценном.

Чуть приподнявшись, я подпёрла щёку рукой и, облизнув припухшие губы, начала разглядывать свой грузовик со счастьем. Привалило так привалило… Этот бульдозер утюжил мою полудохлую тушку почти до утра.

В перерыве, когда, прося пощады, я уже сорвала голос и покрылась несколькими слоями пота, мы доели торт. Причём прямо из коробки и прямо руками. Ужас! Кошмар! Было вкусно, и во время еды, и сразу после. Вдрызг измазав угловой кухонный диванчик, мы вернулись в спальню.

О диете я так и не вспомнила, чуток переборщив с белками, но Вася в долгу не остался. Извазюкал меня остатками крема и дотошно слизал, доведя до черт знает какого по счёту оргазма.

Монстр, а не мужик. Илюша на его фоне померк, а моя совесть даже не колыхнулась. И дело не в желании отомстить или сделать почти бывшему мужу больно. Ночь с Васей стала чем-то… Даже выразить не могла, что теперь ощущала. Меня перезагрузили, обнулили и зарядили новой энергией.

Лежит, сопит, зараза! И что мне теперь с этим нежданчиком делать. Впереди сложный развод, битва за бизнес, имущество и детей, а я влипла в таксиста. В единорогов, исполняющих желания и какающих зефирками, я давно не верила и прекрасно понимала, что Вася мне ничем не поможет. Скорей всего даже усугубит ситуацию.

Попробуй докажи этому темпераментному самцу, что я не просто дама с прицепом, но и особа, под завязку нашпигованная всевозможными проблемами и комплексами. В перспективе ещё и бесприданница.

Васька дрых, не замечая моих протяжных вздохов, а я, пользуясь перерывом, любовалась этим невозможным мужиком. Даже в коматозном состоянии он был великолепен.

Высокий лоб, прямой нос, густые брови, чётко очерченные и в меру пухлые губы, волевой подбородок, широкие плечи. Он не напоминал массивного качка. Высокий, крепкий и поджарый, такой сильный и напористый. Грудь слегка покрыта короткими волосками, а на ней…

Так, стоп! А это что за лужица?

Это ж надо было так засмотреться, что умудриться залить спящего мужика слюнями. Прерывисто вздохнув, я встряхнулась и, отколупав Васины пальцы от своей коленки, попыталась отползти в сторону.

Вася вздрогнул и, открыв глаза, вздёрнул брови. Перекатил меня на спину и, нависнув мрачной тучей, пророкотал:

– Куда собралась? Всю ночь не спала, лежи давай.

– Мне бы помыться и переодеться и… – плавясь под его жадным взглядом, пролепетала я и, запоздало вспомнив, что я, вообще-то, совсем голая, стыдливо прикрыла грудь руками.

– Это что за новости? – заметив мой жест, усмехнулся Вася и, прищурившись, напомнил: – Что я там не видел? Где я только ни кусал, ни целовал, и ни лизал. Самое время стесняться, да?

От его фразы у меня аж пальчики на ногах подогнулись, а вся краска прилила к лицу и ещё кое-куда. Ночью было не до смущений, но мой странный захватчик лапал меня везде и про целлюлит или обвисшую грудь ни разу не заикнулся, а его несгибаемый и неутомимый маятник не оставлял сомнений, что его владелец меня хочет. Нет, не так. ХОЧЕТ!!!

Вася потёрся о моё бедро своей боеголовкой, а я ойкнула и инстинктивно свела ноги. У меня там всё болит, и мозоль на мозоли, а ему неймётся. Как отвлечь мужика? Правильно! Едой.

– Я есть хочу, – надув губы, фыркнула я и, похлопав ресницами, добавила: – А ты тем более. Пусти, я хоть завтрак приготовлю.

– Сейчас закажу что-нибудь сытное и вкусное, – не растерялся Вася и, встав с кровати, начал озираться в поисках своей одежды или телефона, или…

Боже, вот это задница! На фоне этого Геракла мне стало стыдно за свои рыхлые телеса. Закутавшись в простыню, превратившуюся в мятую тряпку, я села и, гулко сглотнув, тоже начала озираться, мысленно охреневая от разгрома, устроенного нами в Веркиной комнате.

Вася нашёл пропажу и, нагнувшись, предстал во всей своей нагой красе. Илюша потерял ещё пару сотен очков, а я мотнула головой, пытаясь вернуть себе хоть крупицу адекватности.

– Что будешь? – набирая чей-то номер, уточнил мой властный захватчик и, немного подумав, перечислил: – Шашлык, роллы, а может, что-то из итальянской кухни.

– Я на диете, – чуть не захлебнувшись слюной, буркнула я и, поймав на себе шокированный взгляд, смущённо пояснила: – Худею я. Кость широкая, телосложение неудачное и…

– Сладкая, да ты сдурела, – констатировал Вася и, покачав головой, предупредил: – Если будешь маяться дурью и заниматься тело-вычитанием, изощрённо накажу. Всё у тебя шикарно. Не выдумывай.

– А ты кто такой, чтобы мне такие условия ставить? – насупившись, зашипела я. Скрестив руки на груди, вздёрнула подбородок и, указав на дверь, отчеканила: – Собирайся и вали. Я тебя знаю всего ничего, а ты…

Договорить я не успела… Телефон полетел в одну сторону, возбуждённый Вася в другую, то есть на меня. Я взвизгнула и дёрнулась в сторону, но была сцапана в полёте, перевёрнута на живот и прижата к кровати.

Простынь испарилась в неизвестном направлении, а бешеный котяра сжал мою попу пятернёй, немного потискал и, склонившись, вцепился в неё зубами. Порычал под аккомпанемент моего возмущённого визга и, отпустив добычу, отвесил смачный шлепок по моей опороченной булке.

Я дёрнулась, кровать скрипнула, а одна из угловых ножек подломилась, наше лежбище перекосило, и мы скатились на пол. Вместо того чтобы отчитать бесцеремонного терминатора, я хрипло расхохоталась, но в дверь позвонили, и Вася тут же нахмурился.

– Мы кого-то ждём? Завтрак я заказать не успел. Может, не будем открывать?

– Да ну. А вдруг соседи пришли проверять, кого тут убивают? Ещё полицию вызовут, – продолжая истерично хихикать, предположила я, а Вася медленно поднялся и, подхватив с кресла Веркин халат в розочках и сердечках, нацепил на себя.

– Ща я быстро отважу любителей лезть в чужую личную жизнь, – завязывая пояс, проурчал Вася и, подмигнув, отправился в прихожую, нарочно виляя попой.

Раздался скрип открывающейся входной двери, а потом последовала короткая, приглушённая перепалка, больше напоминающая рычание двух недовольных самцов. Я так и валялась на полу в ворохе раскиданных подушек, пока в коридоре не раздались возмущённые вопли:

– Вот ведь шалава! Я к ней со всей душой, а она!..