32

Доброе утро, дочка, — ко мне в комнату заглянула радостная мадам Жени. Ее лицо просто лучилось счастьем, а мне в голову закрались страшные мысли о том, что матушка не настолько сильно любит меня, как говорит, раз просто в восторге от скорейшего освобождения от моего присутствия в родительском доме.

На сегодня была запланирована официальная помолвка с приглашением множества гостей. Мероприятие намечалось шикарным, для чего был снят один из огромнейших особняков, построенный несколько столетий назад и служивший музеем. Однако все те, кто могли себе позволить сорить деньгами были в состоянии арендовать его на некоторое время.

Мои родители не поскупились, решив устроить для меня настоящий праздник в мерцании настоящих свечей, установленных в канделябры и закрепленных по всему периметру залы. Приглашенные гости заранее предупреждались о необходимости выглядеть соответственно месту проведения торжества.

По мне так лучше бы позволили лишний раз пообщаться жениху с невестой, нежели устраивали это помпезное мероприятие. После ночного вояжа и появления в родительском доме через окно, меня посадили под домашний арест, дабы сомнений в моей непорочности не возникло. Мама как с цепи сорвалась, принявшись блюсти мою добродетель. Я не могла вначале понять с чем это все связано, но потом случайно подслушала ее разговор с отцом. В обществе кто-то отчаянно распространял слухи о моей нескромной персоне, якобы я чуть ли женщина легкого поведения, готовая на все ради нескольких дензнаков, причем очень часто фигурировало имя Вольфа. Теперь мне стал понятен интерес со стороны Вольги. Похоже своими вопросами она желала меня предупредить, но постеснялась в открытую делать заявления.

— Утро добрым не бывает, — высунула я голову из под одеяла и открыла один глаз. Второй, как назло, спал и не собирался просыпаться. — Разве ты не знаешь, мамочка?

Моя родительница легкой пташкой впорхнула в комнату и принялась деловито расшторивать окна, впуская максимум возможного света, даримого ярким веселым солнышком. Кажется, даже у небесного светила было хорошее настроение, раз с раннего утра оно решило нас порадовать таким количеством тепла.

— Дочка, тебе не идет бурчать. От этого прелестные губки заворачиваются наверх. В результате ты станешь похожа на маленькую буку и тогда милый Жоржик может разочароваться в своей красавице невесте.

— С твоей системой безопасности мой милый Жоржик забыл как я выгляжу, вконец. А ты говоришь тут непонятно что. Ты уверена, что он еще не отказался от меня?

— Разве от такого подарка судьбы можно отказаться? — ужаснулась мадам Жени.

— Это ты сейчас меня имеешь в виду или просто упражняешься в словоблудии? — поинтересовалась у родительницы.

— Тебе доставили огромный букет красных роз, — мурлыкающим тоном произнесла мамочка. — Заносить?

— Заноси, — с мамой лучше не спорить, потому как это себе дороже.

Мама похлопала в ладоши, видимо, этот знак был заранее обусловлен с прислугой, буквально втащившей огромнейший букет красных роз. Лично мне это произведение флористики напомнило какой-то веник, хоть, и цветов там было более сотни.

Я в ужасе смотрела на букет и не могла вымолвить ни слова, пораженная размахом. В голову пришла глупая мыслишка, что в доме вряд ли найдется хоть одна ваза способная вместить этого цветочного монстра.

— Ну что он там пишет? Там внутри конверт с карточкой. Запаянной, — немного разочарованно произнесла мама. Похоже, что она очень хотела заглянуть внутрь, но предохранитель в виде запечатанного конверта не позволил ей это сделать.

Я нехотя вылезла из под одеяла, пришлось даже открыть второй глаз, чтобы не промахнуться и попасть ногами в домашние тапочки. Поднялась с кровати, подошла к букету, стоящему на огромной толстой ноге из стеблей, перевязанных широкой атласной лентой и принялась искать где же находится сопроводительное письмо.

— Там еще был один букет из белых лилий, его доставили чуть раньше, но он такой небольшой по сравнению с этим и я приказала его поставить в гостиной. Наверное, кто-то из родственников Жоржа прислал, а может быть из гостей, — мимоходом сообщила мама, внимательно наблюдая за моими манипуляциями.

Я раздербанила конверт, откуда достала прямоугольный лист бумаги и непонимающе воззрилась на него.

— Что там? — мамино любопытство было велико. Она заглянула в содержимое письма.

«Обворожительной и любимой мною невесте Жоржа от любящего брата Вольфа», — было напечатано на карточке.