37

Может быть я опять сказала что-то не то?

Я перехватила одобряющий взгляд, брошенный в мою сторону Вольфом. Кажется, он меня поддерживал. Надо же. Хоть в чем-то я ему угодила, а то все время только недовольство в свой адрес слышала.

— Ну, вы это…тут. А я пойду… Там гости. Отец сказал надо с кем-то познакомиться. Оставляю вас, — и Вольф бочком стал совершать маневр по удалению. Лучше бы молчал, чем нес всякую чушь. А еще говорят, что я иной раз болтаю не по теме.

Когда мужчина оказался за спиной брата, то внезапно мне подмигнул и показал большой палец, свидетельствующий об отношении меченого к моему поведению.

— Что он там состроил за моей спиной? — глаза Жоржа потеплели и приобрели теплый ореховый оттенок.

— Сказал — так держать, — сдала Вольфа с потрохами.

— Нам, наверное, тоже пора, — напомни мне жених. — А то начнут с собаками искать.

— Уже есть одна, — я имела себя в виду. Хоть, я и не собака, но все же из-за примеси крови небольшое отношение к четвероногим друзьям половины человечества имела.

— Где? — Жорж явно не понял моего юмора, начав озираться по сторонам. Пришлось пояснить. Смеялись долго после того, как жених заметил: — Собака друг мышу.

Демонские крылья чем-то напоминали крылья летучих мышей, вот он провел не менее замысловатую аналогию.

Стоило мне положить руку на предложенный согнутый локоть мужчины, как я ощутила непонятное волнение и душевный трепет, вызванные близостью Жоржа. Он взглянул меня сверху вниз и я буквально была втянута в водоворот черных омутов. Отчего возникло дикое желание раствориться в другом существе. До остатка. До последней крупицы.

— Собаки летать не могут, а мыши бегать, — немного хрипло произнесла в ответ, непонятно какое время спустя.

Жорж погладил кончики моих пальцев, едва их касаясь.

— Мы непременно полетаем, — пообещал мне мужчина, увлекая к тому месту, где должна была состояться официальная часть церемонии.

От столь интимного обещания на моих щеках появился румянец. Он не покинул меня вплоть до того момента, когда мы оказались среди приглашенных.

— А вот и виновники нашего торжества, — услышали мы приятный мужской тембр, извещающий о своевременном появлении в зале, где собралось огромное количество гостей. Сотни глаз следили за каждым нашим движением.

Распорядитель праздника стоял на небольшом постаменте, дабы лучше было видно. Я предположила, что нас заставят туда же взобраться. И я оказалась права.

— Дорогие мои, поднимайтесь ко мне. Вас уже заждались, — поманил мужчина нас к себе.

Мне сразу как-то стало неуютно, хотя особой стеснительностью никогда не страдала. А тут меня накрыло с головой. Захотелось спрятаться за кого-нибудь большого. Большим был Жорж. Он заметил, как я пытаюсь исподволь сделаться меньше и незначительнее.

— Представь, что вокруг тебя не люди, а куклы, которых ты по собственной воле усадила кружком, играя у себя дома, на полу в комнате, — шепнул мне Жорж, когда мы медленно и размеренно приближались к конечной точки пути. — Мне всегда это помогало на первых порах, когда приходилось выступать перед большим скоплением народа.

— Ты играл в куклы? — я даже забыла, что стоит волноваться. Мужчина прыснул, стараясь не привлекать особого внимания к себе, правда, ему это не особо удалось.

— Мальчиковые, — пояснил он. — Их звали солдат Бил и старшина Чарли, ну и еще десятка два младших офицеров и более высоких чинов.

Я облегченно вздохнула, все же неприятно было бы узнать, что мой жених в детстве был больше девочкой, чем мальчиком. Хотя, в наше время сложно кого-то чем-то удивить.

— А ты о чем подумала? — шепнул мне вопрос Жорж.

Однако ответить мне не дали, потому как на сцену помимо нас поднялись наши с Жоржем родители и принялись с радостью в голосе вещать о неимоверной удаче, которая соединяла два дома, в результате чего образовывался новый союз, что должен был принести свои плоды, которые с огромной надеждой все ждут. Конечно, на несколько голосов родственники не вещали, предпочитая дать выступить вначале женщинам, а уж потом брали слово главы семейств, но для меня их речи слились в невообразимый гул, потому как в толпе я заметила одно знакомое лицо, которое меньше всего хотела бы видеть на своем празднике.

Кто ее пригласил?

Я не знала кто бы дал мне ответ на данный вопрос. Не ходить же и у половины присутствующих спрашивать интересующий меня факт.

Ощущение надвигающей опасности заставило подняться волоски на моем затылке. Этого еще не хватало. Обернуться на глазах у всех разрушит мою репутацию в обществе до основания. Ведь, среди приглашенных были и обычные люди, которым совершенно не следовало знать о наших способностях, а их раскрытие могло бы повлиять негативным образом на все наше общество в целом.

Мне жутко захотелось с кем-нибудь поговорить по поводу той, кого я только что увидела. Ну не Жоржу мне задавать вопрос — а что тут делает твоя любовница? Сомневаться в ее присутствии на нашем мероприятии не приходилось, хотя ее рыженькая головка, врезавшаяся мне в память после знаменательного видео, мелькнула в толпе и тут же пропала.

— Что-то случилось? — наклонился ко мне жених.

— С чего ты взял? — прошептала одними губами.

— Ты так напряглась.

— Сквозняком сзади потянуло, — не нашла ничего более подходящего чтобы ответить.

В толпе, ближе к краю, я заметила Вольфа. Он не пожелал быть в первых рядах у сцены. Похоже, что его нервировало всякое упоминание о женитьбе. Что же в его жизни произошло, заставившее с ненавистью относиться к самому институту брака? Пожалуй, чтобы получить ответ на этот вопрос следует задать его меченому. Между нами после всего произошедшего пропали любые условности и преграды. Доверять на сто процентов ему я бы не стала, но кое-что все же позволила открыть. Оставалось лишь каким-нибудь образом встретиться наедине и переговорить на интересующую меня тему.

Чутье мне подсказывало в скором времени, должно произойти кое-что такое, что мне не понравится, но как избежать этого я не знала.

Наши с Жоржем близкие родственнике все как один прошлись по нашему поводу, пожелали счастья не только нам, но и себе, и окружающим. Я с женихом являли собой восторженных болванчиков, улыбающихся на все тридцать два. Жорж поглаживал кончики моих пальцев под одобрительные взгляды мадам Жени. Кажется, мама от действий жениха была в неописуемом восторге. Наверное, все мамы похожи одна на другую, когда дело касается выдачи дочерей замуж, считая, что только законный союз в состоянии сделать счастливыми их маленьких принцесс. В чем-то они, пожалуй, правы.

Я бы была в разы более довольна, если не испытывала дискомфорта от предчувствия чего-то, что должно случится, если не с минуты на минуту, то в скором времени. Мне сейчас не хватало Вольгиных подначек и острых словечек. Подруга находилась далеко от меня, увлеченная каким-то молодым человеком, стоящим ко мне спиною. Все это так не вовремя.

— Тебе надо куда-то отлучиться? — я со второго раза расслышала, что ко мне обращается Жорж, намекая на посещение дамской комнаты. Зарделась, но делать было нечего. Пришлось кивнуть.

Пусть думает, что я слаба на передок.

Черт, чуть не рассмеялась в голос от мыслей, пришедших в голову. Подумают, что я сумасшедшая. Хотя, могут оказаться недалеко от истины. Все влюбленные — немного чокнутые. И я не была исключением.

Жених улыбнулся мне одними лишь глазами, сигнализируя, он все сейчас уладит. И, действительно, Жорж взял слово, в котором принялся благодарить от нашего с ним имени родителей за столь добрые пожелания, высказанные в наш адрес, а после чего прозрачно намекнул, что в торжественной части следует сделать перерыв, мол, все присутствующие устали и желают подкрепиться. Вдоль стен огромной залы были установлены фуршетные столы, ломившиеся от различного рода блюд. Кажется, предложение моего жениха было как раз кстати и ни у кого не возникло даже мысли в предумышленности перерыва. Все подумали что так и надо было. Лишь несколько человек знали о нарушении протокола мероприятия.

— Можешь идти, — шепнул мне Жорж, подталкивая в нужном направлении. Мне вдвойне стало неудобно за свое поведение. Чувствовала себя маленьким ребенком, которому захотелось в туалет посреди торжества.

— Я скоро, — не знаю почему пообещала мужчине, спускаясь с импровизированной сцены.

Зал гудел как растревоженный улей. Похоже, что все присутствующие были только рады прерваться, потому как то, с каким остервенением они набросились на предложенные угощения навевало на мысли о длительном голодании.

Я старалась вычленить в толпе Вольфа, а он словно под землю провалился. Я прошлась в одну сторону помещения, отчаянно вглядываясь в лица, в другую, все было без толку. Не хотелось бы столкнуться с Жоржем и попасться ему на глаза. И как назло это произошло.