Глава 9: Когда сила – оружие

Барон Алемин в то тёплое летнее утро объезжал свои владения. Земли Шагрода лежали севернее от Кэймора. Мужчина как раз выехал из деревни, что прилегала к его небольшому поместью, которое он собирался значительно увеличить. Да и количество земель барона не радовала, и он уже начинал поглядывать на владения соседа. Соседки.

Баронесса Дехасти уже ждала его в гости. Она всегда ждала его.

Новый быстроногий молабу мчал со скоростью ураганного ветра и главе Ордена очень хотелось обозвать лошадь именно там, но останавливало только одно. Он знал кличку коня Гилиама.

По правую сторону от вытоптанной тропинки тянулся лес, в котором некогда одному из преступников удалось обезвредить шайку людоедов. Но увы, никто об этом не узнает. А по левую – блестело синим цветом озеро, по нему плавали белые птицы, время от времени из воды выпрыгивала жирная красночешуйная рыба, дрейфовали лодки рыбаков.

До поместья Дехасти оставалось ехать не больше часа.

Фецилла сидела у большого зеркала. Баронесса собственноручно заплетала волосы и наносила макияж, не доверяла она этого служанкам.

Но сегодня руки женщины дрожали. Она не могла понять в чём дело, а помада то и дело ложилась неровным слоем, что очень раздражало Фециллу. Откинув от себя тюбик и вскочив с мягкого пуфа, баронесса подошла к окну и распахнула двустворчатые витражи. Летный тёплый ветер прикоснулся к её лицу, зашевелил светлые локоны у лица, поцеловал в розовые губы.

– Всё хорошо, – прошептала женщина, вдыхая запах цветения киел, которыми была усеяна лужайка под окном её покоев. – Он скоро приедет, нет причин для паники.

Они не виделись всего несколько дней, но ей казалось, что прошли года. Иногда она спохватывалась, пытаясь понять, что происходит, но потом все мысли вновь занимал этот мужчина. Перед внутренним взором стояло его улыбчивое лицо и зелёные с жёлтыми крапинками глаза, которые завораживали.

По камням дороги зацокали копыта. Фецилла упёрлась руками в подоконник, стараясь выглянуть как можно дальше. К поместью на всех порах летела серая кобыла с мохнатыми ногами и длинной изогнутой шеей. Молабу заржал и замедлил шаг уже на каменной дорожке, ведущей к главному входу.

Баронесса увидела всадника, сердце предательски ёкнуло.

«Он приехал, – колоколом бились мысли в голове. – Он тут.»

Женщина кинулась к зеркалу, пытаясь оправить светло-коричневое платье так, чтобы оно подчёркивало все достоинства фигуры и скрывало недостатки. Стараясь успокоить дыхание, она степенно вышла из покоев и медленно двинулась к лестнице. Знала, что гостя встретят слуги и ей спешить некуда, но с каждым шагом неосознанно ускорялась.

Они встретились в холле. Шагрод поправлял пятерней растрепавшиеся во время езды тёмные волосы, когда баронесса бросилась к нему на шею. Тогда её не волновало, что она ведёт себя не так, как положено по статусу. Не беспокоили косые взгляды прислуги.

Мужчина не смутился, не оттолкнул. Его руки сомкнулись на женской талии, он вдохнул аромат её духов и шепнул на ухо:

– Радуйся мне.

Она рассмеялась.

Так радостно и звонко она хохотала только в детстве, когда ещё были живы родители. Когда мама заказывала у модистки для неё новое платье и когда отец брал ей на охоту. Она чувствовала себя лучше, чем когда-либо за всю жизнь.

Он делал ей счастливой.

А Шагрод отстранился, отстегнул плащ и передал его одному из слуг. Меч не отдал, хотя следовало бы, и проследовал вместе с Фециллой на второй этаж.

Бадья уже была наполнена водой, рядом стоял столик с множеством флаконов и пузырьков. Баронесса помогла раздеться мужчине.

Шагрод погрузился в тёплую воду и прикрыл глаза от удовольствия. Он уже не помнил, когда в последний раз удавалось так расслабиться, ведь обычно все процедуры приходилось делать или быстро, или в ледяной воде.

Все же статус барона и главы Ордена Теневых ему пришёлся по вкусу.

Фецилла выплеснула содержимое одной из баночек в воду, взбила её ладонью. Запахло сиренью, которая вот уже около двухсот лет не цвела.

Она молчала, потому что он попросил. В последнее время она слушалась всё покорнее.

Баронесса вылила в ладонь немного лавандового масла и начала втирать его в мужские плечи. Тонкие пальчики ощущали каждый затвердевший и загрубевший от времени мускул, разминали их так, что Шагрод шипел от боли. Но мужчина знал, что так надо.

Когда усталость отступила на шаг, барон Алемин, наконец, заговорил:

– Я рад видеть тебя, Фецилла.

– Я скучала, – заговорила женщина, выпуская мысли в слова. – Как проходили твои дни?

– Скучно и однообразно без тебя, – сказал он то, что хотела услышать баронесса.

На лице Фециллы тут же расцвела улыбка, сгоняя с десяток лет.

– Прикажи к вечеру седлать мою лошадь, меня ждут в Кэйморе.

– Ты уезжаешь? – возмутилась женщина. – А ведь только прибыл!

– Долг зовёт, – почти не солгал Шагрод. – Новость слышала? Пал твой брат, сгубили его охотники.

Руки Фециллы дрогнули. Она не знала.

А барон Алемин продолжал говорить, будто вовсе не замечал эмоций, что отражались на женском лице:

– На людей простых напали, видать, хотели имя Ордена очернить, так как были в чёрных одеждах и с эмблемой нашей. Да только подоспели мои люди, защищали простых граждан. Но твой брат был охвачен яростью и злобой, не захотел сбегать. Ранили его.

– А остальные?

– Охотники? Они сбежали, бросив своего соратника помирать. Мои люди ничем не смогли ему помочь, у них ведь нет сил, что дарены богами.

– Куда только эти боги смотрят, – зло крикнула Фецилла, впиваясь ногтями в мужские плечи.

Шагрод стерпел, улыбнулся:

– Всех убийц и предателей рано или поздно настигнет кара. Почти память своего брата сегодня, пусть ему пируется с богами в радость.

– Не уезжай, – взмолилась она, – не покидай меня сегодня.

И он смилостивился. Тем более стоило кое-что сделать.

Уже вечером, когда небо было чёрным, как в былые времена, мужчина и женщина лежали в кровати. Одинокая свеча изо всех сил пыталась осветить покои баронессы.

– Ты должна ненавидеть их, – шептал Шагрод, играясь длинными светлыми локонами. – Они твои враги. Они убили твоего брата.

– Я их ненавижу, – медленно отвечала Фецилла. – Они убийцы, нелюди. Они сгубили моего Леофа.

– Охотники – это зло. Запомни, дорогая.

– Зло, – соглашалась баронесса. Взгляд её был затуманен.

– Завтра, как только встанет светило, седлай лошадь и отправляйся в отделение банка в Кэйморе. Чем больше золота ты переведёшь на счёт Ордена, тем быстрее мы найдём и отомстим за Леофа.

– Я поеду, – по щекам потекли слёзы. – Моя месть выльется на них проклятием. Завтра перечислю Ордену половину того, что у меня сейчас есть.

Шагрод погладил баронессу по шее, поцеловал в висок.

Через минуту она уже спала.

Глава Ордена Теневых встал с постели, подтянул штаны и вышел на узкий балкончик, примыкающий к покоям хозяйки поместья. Облокотился о перила и поднял глаза к чёрному, как смоль небу. Луны не было вовсе, а звезды становились видны, только если приглядеться.

А утром, не дожидаясь пока проснётся Фецилла, он уехал. Серая молабу унесла его на юг в сторону одного из наибольших городов Айвории.

Кэймор встретил его раскалёнными от светила улицами, потными слугами, что спешили выполнить поручения своих господ и запахом дыма. Горел крытый рынок. Люди бегали с вёдрами, стараясь свести потери к минимуму. Кричал какой-то купец, его лоток уже догорал.

Шагрод направил лошадь в северную часть города, долго пробирался по узким улочкам и, наконец, остановился у величественного здания из красного кирпича.

Спешился, взял безымянного молабу под уздцы, свернул в переулок. Задний двор Ордена был оборудован под тренировочную площадку. С десяток воинов обучались стрельбе из лука, двое устроили спарринг на мечах, а зрители делали ставки. Кто-то бегал. Те, что смогли открыть в себе первую или вторую ступень утерянной силы тренировали именно её.

Главу Ордена заметили не сразу. Вначале повернулся один из рыцарей, дёрнул соседа. А затем вмиг на площадке образовалась тишь.

– Построение отрядов, – скомандовал барон Алемин, глядя на напуганные лица своих людей. Никто из них не знал, что начальство собирается с визитом. И это было на руку Шагроду.

Командиры раздавали распоряжения, рыцари выстраивались в шеренги, пытались привести в порядок свой внешний вид. Все нервничали.

«Хорошо, – подумал барон. – Начнём.»

– Рад видеть, что все вы хотите и пытаетесь совершенствовать свои умения. Вы хотите идти дальше, – Шагрод вышагивал мимо построенных отрядов. – Вы многого добились. Отделение Ордена Теневых в Кэйморе существует не так давно. А ваше служение под стягом итого меньше. Вы сплотились перед лицом опасности, и я, как ваш непосредственный командир, рад. Теперь перейдём к тому, ради чего я сюда прибыл.

Мужчина резко повернулся лицом к выстроенным рыцарям, громко приставил ногу к ноге. Его зрачки уменьшились до размера ушка от иглы.

Стоящий в первом ряду один из воинов покачнулся. Руки друга поддержали его.

– Йонвик, ты чего? – шёпотом вопросил Рэвис.

Парень мотнул головой и вновь выпрямился, попал в сети.

Мужчина похлопал по плечу немого друга и поднял глаза на командира.

– Уничтожить преступников! Их осталось шестеро! Отряд «Секвитур», вам с вашими способностями поручаю отыскать шестерых сбежавших! Отряд «Венатор», усиленная подготовка людей, отобрать способных новичков и обучить! Отряды «Санит» и «Кувер» своё задание получите у командиров. «Эквитум», приобрести наилучшее обмундирование себе и лошадям, валюту получите у командиров! «Аркум», усиленные тренировки!

Они слушали его, не шевелились. Казалось даже, что не дышали и не моргали.

– Охотники хотят очернить имя Ордена, задурить головы простому люду. Этого нельзя допустить! Они враги! А что должна сделать враги?

– Сдохнуть! – гаркнуло свыше трехсот глоток. От шума взлетели птицы, вздрогнули проходящие мимо здания Ордена люди.

Шагрод опустил глаза, разорвал нить что связывала его разум с теми, кто стоял напротив. Выдохнули рыцари, будто почувствовали, как с их шеи убирают ледяные пальцы.

Сказатель девятой ступени покачнулся, вытер кровь из-под носа и улыбнулся. Армия, готовая убивать по одному только его слову, была готова. Он выполнил приказ.

* * *

В помещении, освещённом сотней свечей, всё так же сновала тьма. Шагрод отошёл от открытого окна, из которого открывался прекрасный вид на залив, в небе загорелись первые звёзды. Мужчина устал за последние несколько дней, но эту слабость сейчас необходимо было спрятать как можно глубже, дабы никто, даже боги, не догадались о его состоянии.

Барон Алемин, он же глава Ордена Теневых, снял с пояса продолговатую бутыль с круглым дном и вернулся к овальному столу, за которым сидели пять привилегированных особ. Несмотря на свою важность они ждали.

Шагрод поставил на стол перед собой бутыль с зельем, которое Орден хранил на протяжении многих веков. Хотел помассировать виски, но потом отдёрнул руки и сложил их перед собой на столешнице.

– Рад вас видеть тут, многоуважаемый Главный Совет, – мужчина не делал акцент на их количестве, это было бы лишним. – С недавних пор место главы Ордена занимаю я, Шагрод Алемин.

– Барон Пепельный, – скривилась графиня Бурхе, она сейчас могла нагло лгать, но не стала. – Вас меньше всего я бы хотела видеть за этим столом.

– Увы, миледи, это было не моё решение, а короля.

– Ему я тоже не рада, – чуть тише призналась женщина.

– Все мы кому-то немилы, – Мураз с интересом смотрел на новое лицо. – И всё же, наше собрание опять начнётся с испития странного напитка?

– Да, – Шагрод откупорил бутыль, плеснул в стоящий перед собой кубок и передал тару маркизу.

– Очень интересно было бы знать откуда у Ордена подобное зелье, – признался виконт Холас, пододвигая свой кубок жене.

Шагрод молчал всего мгновение, а затем сделал глоток из чаши и заговорил:

– Ни для кого не секрет, что Орден является приютом для охотников, чья жизнь вышла за рамки простого человека. Мы приглушаем и направляем их мощь на благое дело, ведь сила в неопытных руках может навредить не только носителю, а и его окружающим. Много веков назад в наши ряды ступил человек с чудовищной и в то же время великолепной силой, и мы до сих пор не знаем, как он этого достиг. Джоран Солт был поистине великим человеком, он поделился с Орденом своими знаниями взамен на нашу помощь.

– Солт? – приподняла подведённую чёрной тушью бровь Маргер. – Предок нашего графа?

– Да, миледи, – повернулся к ней барон Алемин. – К сожалению, благоразумие по наследству не передаётся.

Кубки были наполнены, а пустая бутыль вернулась к Шагроду. Шестеро собравшихся подняли свои чаши над головами, а затем залпом выпили мутновато-белую жидкость с желтоватыми хлопьями осадка.

Лизаб Холас закашлялась, вцепилась мёртвой хваткой в руку мужа.

– Теперь, полагаю, мы можем продолжить, – Мураз отставил от себя кубок и поднял глаза ни сидящего напротив него мужчину.

Шагрод кивнул:

– Да. Вначале хотелось бы услышать ваше мнение касательно проблемы охотников.

– Их уже шестеро, что значительно облегчает нам задачу, – пожала плечами баронесса Анфлес, качнув высокой причёской с воткнутой в неё лилией.

– Но они всё также опасны, не будем этого забывать, – возмутилась виконтесса Холас. – Преступники всё ещё разгуливают по миру, а Орден бездействует! Ведь именно вы должны отлавливать таких, как они, и обезвреживать.

– Всё верно, – согласился Мураз. – На прошлом собрании мы выделили значительную сумму Ордену, а так и не получили отчёта на что она была потрачена. Если мы говорим о доверии и сотрудничестве, то стоит выполнять свои обещания.

– Во-первых, я вам ничего не обещал, – перебил маркиза Шагрод и встал из-за стола, обошёл свой стул, облокотился о высокую спинку. – А, во-вторых, каких отчётов вы ожидаете, господа? Мне стоит предоставить вам бумаги о количестве золота, что ушло на обмундирование и содержание, обучение и лечение?

– Мы хотим результатов! – повысила голос графиня Бурхе.

– И желательно зрелищную казнь, – добавила Маргер Анфлес.

– Результаты буду, – спустя мгновение, ответил глава Ордена, – а вот зрелищную казнь обещать не могу, миледи. Видите ли, несколько элитных отрядов уже начали свою работу по поиску и уничтожению охотников. А после них остаются только трупы.

– В таком случае, мы хотим сделать вклад и предложить вам свою личную гвардию, – Лиамунд Холас делал вид, что не замечет пинки под столом от своей жены.

– Я благодарен вам за сий жест, – склонил голову Шагрод, чувствуя, как она начинает кружиться от усталости и недосыпа. – Но вынужден вам отказать. Видите ли, помимо охотников у нас появился ещё один враг.

Глава Ордена сделал паузу и вернулся за овальный стол. За окном завыла собака, её вой подхватила вторая.

– О чём вы говорите? – поторопил его Мураз.

– В ночь, когда взорвалось небо произошло очень много изменений, уважаемые проголосовавшие за смерть. Все из вас слышали, что Тэйгейт начал активнее защищать свои территории, не пропускать купцов и путешественников, а в водах Оркридского моря начали плавать корабли без эмблем. Мой информатор сообщил мне причину, и я нет повода ему не доверять.

– Не тяните! – графиня Бурхе поправила тёмно-синий жакет, накинутый на простую льняную рубашку.

– Император Тэйгейта, пролежавший пятьсот лет под стеклянным колпаком своего гроба, восстал. Выглядит и пахнет он нынче отвратно. Поговаривают, что стал он гашаргом или умертвим, но подтверждений этим словам нет. И как все мы знаем, император кровожаден и охоч до завоевательных войн.

Тишина затянулась. Собравшиеся за овальным столом обдумывали сказанное. Первой заговорила Лизаб Холас:

– У Ордена есть предложения?

– Орден сейчас занят другой проблемой, – ответил Шагрод. – Охотники всё же ближе и реальнее чем слухи о трупе, что восстал ради убийств. Но предложения у меня есть. Мобилизация войск на первую атаку, позднее можно будет задействовать рабочих мужей и подчинённых королевства. Но Айвория не выстоит одна против армии империи, которая наращивала мощь на протяжении пяти веков. Если Тэйгейт и в самом деле решит напасть, мы проиграем. Необходимо заручиться поддержкой Фарлонда.

– И почему силы королевства недооценены Орденом? – Мураз давно вцепился в край стола, но не замечал этого.

– Начнём с простого. За последние триста лет не было ни одной масштабной войны, соответственно у нас нет тех, кто мог бы вселить уверенность в новобранцев и обучить их с какой стороны браться за оружие. Восток Айвории прикрыт от Земель Мёртвых городом Йосфриндом, а на него за последний год было совершено свыше десятка набегов от местных жителей.

– Демоны?

– Демоны, звери, хищные птицы, кото там только не было. Но несмотря на всё это, с Йосфринда не пришёл запрос о помощи, они справляются. Пока что. Элитная гвардия короля, «Щитовые мечи», прекратила своё существование. Военная академия, которая могла выпускать отличных воинов распалась около десяти лет назад. Да и все мы знаем, что последние пятьдесят лет они только делали вид, что обучают. Земли Кантаваны привлекают всё больше путешественников, которые гибнут в пустынях. Мне стоит упомянуть, что налажен рейс корабля, что доставляет наших людей на новый материк? Как думаете, сколько из них вернётся в родные земли?

– Надо запретить покидать Айворию! – вскочил Мураз. – Люди должны оставаться там, где родились! Казнь за дезертирство!

– В таком случае возрастёт количество недовольных, – спокойно пояснил Шагрод. – Особенно среди высшего света. Ведь именно они тратят свои сбережения на путешествия со слугами и личными воинами.

– Ввести налог на преодоление водной глади между материками? – неуверенно предложила графиня Бурхе, которая всё никак не могла решить, чего именно она хочет.

– Как вариант возможен, – согласился глава Ордена. – Вот только миледи не учла, что люди всё равно буду покидать Айворию. Если корабли ныне отбывают с наших берегов, то смельчаки вполне могут устроить переправу с Земель Мёртвых, кои мы до сих пор не освоили до конца.

Шагрод ожидал дискуссий, споров и негодования со стороны собравшихся. Но они казались напуганы и растеряны, как дети. Мнение о Главном Совете у мужчины кардинально изменилось, расстроило.

– Хорошо, – смилостивился глава Ордена. – В таком случае оставляем этот вопрос открытым. Первым делом необходимо избавиться от заразы, что уже подле нас. Если охотникам удастся укорениться, нам уже не страшен будет восставший император Тэйгейта.

– Чем могут навредить шесть простых людей целому королевству? – вопрос Лиамунда шёл изнутри и кажется, произнесённое им вслух, напугало самого виконта.

Шагрод ожидал, что рано или поздно кто-то да задумается об этом. Ответ у него был готов.

Он хлопнул ладонью по столу, приковывая все взгляды к себе. Зрачки сузились до размера ушка иглы.

– Они враги! Охотники в силах влиять на людей, оборачивать армии против их владельцев и нанимателей. А простой люд, глядя на таких как они, решит, что незачем пахать на полях и в каменоломнях, вооружиться мотыгами и вилами, пойдёт на того, кто кормил его всю жизнь. Охотник с особой силой обязан вступить в ряды Ордена, где ему помогут очиститься или быть уничтожен! Богам среди людей не место. Их нужно уничтожить!

Влияние спало.

Шагрод почувствовал, как под носом потекла струйка крови, а в ушах зашумело.

Мураз хмыкнул, откинулся на высокую спинку стула:

– А вы правы, Глава, определённо правы. Нельзя допустить, чтобы такие монстры разгуливали по нашей земле и портили наших людей. Я голосую за их смерть. Вновь.

– Смерть и ничего более, – виконтесса Холас чувствовала, как занемела её рука, сжимающая ладонь мужа.

– Они это заслужили, – согласился виконт Холас.

Графиня Бурхе закусила губу, а баронесса Анфлес заговорила следующей:

– Я бы очень хотела увидеть, как они сдохнут. Но мне хватит и знания. Спасибо Ордену за заботу о нас.

– Убейте их, – коротко вынесла вердикт Аусиен, откинув за спину косы. – Это будет им достойной наградой за содеянное.

Той ночью Шагрод ночевал в здании Ордена Теневых в Нулбанаре. Сон к нему не шёл, несмотря на усталость. Барон ворочался в своей кровати и думал о том, что Орден должен уничтожать людей с силой, таких как он сам.

Сказатель уснул лишь под утро, убедив самого себя, что действует во благо и сила ему снизошла от великого создания. Он убедил себя и пообещал, что выйдет из игры, как только убьёт шестерых Истинных, что посягнули на святое и давно утерянное.

– Не стоит ворошить прошлое, – прошептал он в предутренней мгле. – Иначе спутаешь тропки.