Глава 11

Город Солнечный, трудное решение

В вагончике даже двери не закрыты, ни одна, ни другая. Вообще-то на магическую защиту надейся, а сам не плошай. Кто это у нас такой молодец?

Я поднялась — нет ни Арата, ни Михая. Впрочем, лошадей у вагона тоже нет.

Эх, скорее бы подрасти, как плохо быть ребенком без защиты и прав. Плохо. Точнее — хреново, шепотом призналась себе.

Приготовить решила с запасом, чтобы и на завтрак осталось. Суп, отбивное мясо, подберу что-нибудь на гарнир, пожалуй, и пирог не помешает, у меня есть рыба. Парни, Арат с Михаем, раз уж попали в город, лошадей наверняка завели в общественную конюшню, а сами бегают по ярмарке. Поставила вариться мясо, замесила тесто, вытащила рыбу размораживаться. Налила в тазик теплой воды и унесла к себе. Освежусь как смогу, а в мыльню вечером отправлю сначала мастера, а потом уж сама схожу.

Михай прибежал первый, они разделились на ярмарке, и я его попросила привести мастера, пока дойдут, все уже подоспеет.

Часа через два мы сели, наконец, за стол, то ли обедать, то ли ужинать, сами не поняли. Арат еще догадался купить сладости и у мастера поднялось настроение. Только взяли ложки — в окно стукнул и помахал мастер Рейв:

— Гостей принимаете? Запахи у вас такие, что пройти мимо невозможно.

— Мастер, конечно!

Сидеть впятером тесно, я сделала вид, что мне нужно бегать туда-сюда, и поела на ходу. Маг признался:

— Знаете, ноги домой не идут, ученика моего забрали, и так гадко. Можно, до вечера у вас побуду? И поболтаем немного. Можно?

— Мы вам рады, мастер, даже не сомневайтесь.

Чай пили все вместе, Арат меня устроил на своем колене. Говорили о моих фантазиях одежды, о повозке, и мастер Гераш подначил:

— Рейв, представь, Сонечка хочет в школе учиться!

— Где?

— Соня, расскажи, что ты опять придумала, так смешно.

— Ничего не смешно, — обиделась я, — набирается класс, в смысле группа детей, в нашем случае шести-семи лет. Приглашаются сразу несколько наставников. Они распределяют предметы, кто чем занимается. Например, мастер Гераш ведет занятия по физической защите и присматривает за бегом и разминкой школьников по утрам. Мастер Рейв по защитной магии и еще берет географию. Наш дракон, к примеру, артефакты, расы и достижения магов. Или исцеление. И так далее. Наставников четверо-пятеро, а детей гораздо больше, тридцать или сорок. Можно снять подходящий дом, устроить классы для занятий, библиотеку, общий кабинет для мастеров, вам же тоже нужно обменяться мнениями. Пообедали все вместе в общей столовой и опять уроки. Обязательно есть занятия на свежем воздухе. Можно сделать днем сончас, все-таки дети еще маленькие, я, например, быстро устаю. Вечером все готовят задания на следующий день, за учениками присматривает дежурный педагог, остальные наставники расходятся по домам. А потом дети ушли в свои спальни, или домой, можно заранее определиться, остается только сторож. Если кому-то из наставников нужно уехать по делам, то другие его подменят. И по деньгам неплохо, все, кто работает, меньше не получат точно, а может, и больше, зависит от набора. При этом занятость каждого наставника тоже гораздо меньше. Это вам не круглые сутки с одним учеником, от которого никуда не деться, а чуть отвернулся… сами знаете.

— Как необычно… — медленно проговорил мастер Рейв, — надо же… твердый распорядок, и можно планировать свою занятость, так?

— Конечно, мастер, все по расписанию.

— И никто не скажет, куда ты сам смотрел. Несколько наставников сразу обмануть невозможно.

— Знаете, — добавил Арат, — нас дома учили сразу троих, так получилось по бедности, но нам все завидовали, вместе интереснее оказалось.

— Конечно, — согласилась я, — есть еще такое понятие, как дух соревнования. Но все зависит от находчивости и таланта наставников. Кроме того, пока один ученик рассказывает, остальные слушают, поправляют или дополняют, как уж построить само занятие. Значит, одну тему проходят несколько раз. Жаль, моего будущего наставника еще нет, он бы тоже оценил.

— Почему нет, я внимательно слушаю.

Мы все развернулись к окошку — напротив лежал дракон. И все слышал через зачарованное окно!

— Соня, ты фантазерка, конечно… для юношей я бы понял, похоже на общие тренировки особистов, ничего, собственно, нового. А для детей… но что-то в этом есть. Можно подумать, можно. Даже мэру стоит сказать, такого сбора налогов за учеников иначе ему не получить. Ну и главное, особиста я все-таки дожал! Выходите на улицу, обжоры, расскажу. Эх, как мне нравится, наконец что-то происходит…

Ну, по поводу того, что дракон «дожал» старшего особиста, бабушка надвое сказала.

Особый отдел готов отдать голый участок с недостроенным домом и складом в обмен на повозку с лошадьми. Я могу забрать только продукты и личные вещи, остальное все оставляю, даже холодильный ларь и плиту. Кроме того, доплачиваю еще сто золотых, правда, в течении двух лет.

Взамен мне предоставят на месяц рабочую силу — арестантов, которые ожидают разбирательств своих дел. Среди них есть мастера низкого статуса, но имеющие навыки строительных и ремонтных работ, обычно они и создают все нужное городу или конкретно особистам, оказалось, занимать арестантов повсеместная практика. Нам придется кормить обедом их и сопровождающую охрану, а завтракают и ужинают они в своем милом учреждении.

Раз начнется стройка, вагончик на месяц оставляют. Необходимые строительные материалы может предоставить в кредит торговая контора.

— Все! Я молодец? — победно спросил дракон, — ответ завтра в полдень, за вами с мастером придут. Думайте, но я очень советую согласиться.

— Это что, нам зэков дадут?! — офонарела я.

— Кого?

— Заключенных, коротко — зэков.

— Зэков!

— Прелесть какая… ужас просто.

На всех напал несусветный смех. Очень смешно. Очень.

— Значит, так, — сказала я им сурово, — мастера отвести в мыльню и все проконтролировать, где лежит чистое белье — он знает. Ответ дам завтра.

И удалилась к себе под их хохот.

Ничего смешного, между прочим.

Посуду составила в ящик с артефактом, продукты в холодный ларь и прилегла.

В принципе, в стройку влезть хотелось, можно сделать все по-своему, есть где развернуться. Вытащила местные цветные карандаши и решила зарисовать оба участка с домами для мастера.

Когда я поднялась первый раз на свою гору, осмотрелась, села и заплакала. Не было ни-че-го. Покосившийся домик с протекающей крышей и запущенный сад из десятка едва живых деревьев, к которому еще и добраться непросто, особенно в чавкающую грязь. Неизвестно, куда сползешь.

Но глаза боятся, как известно, а жизнь заставляет. Помогали потихоньку дети, ими руководил дальний родственник, совсем ветхий, как только поднялся к нам, удивительно. Мальчишки кряхтели, но затаскивали доски и шифер, иногда помогал сосед родственников, и мы успели перекрыть крышу до осенних дождей и построить курятник. Пока по утрам все спали, я воевала с садом, обрезала, прививала и подсаживала, ругаясь про себя через слово.

Спустились к родне до холодов, собрав яблоки, груши, орехи и с деревьев, и с земли. Сушили и варили, все же витамины. Забили всех кур, оставили четырех возмущенных несушек, бабушка с тетей их устроили в тесном коридорчике прямо в доме, зато были яйца.

Первую зиму так и провели, боялись, что мальчишки наверху простынут. Я шила, штопала и вязала на детей и женщин не разгибаясь, благо, ниток и тряпок у них имелось в достатке, с бабушек-прабабушек. И соседи приносили на пошив и ремонт, отдариваясь продуктами, кто чем мог. С каждым годом жили лучше, полностью себя обеспечивая. На третий год мы уже не только обменивали, но и продавали, достроили дом, сараи и подсобки, нашли подходящее место для ледника, а потом уже и источник подвели к дому. Парни подрастали, на лето, каникулы и выходные поднимались ко мне, а на учебу спускались к родне, утаскивая тяжеленные сумки с продуктами.

Нет, работы я не боюсь, справимся.

А вот до четырнадцати лет, совершеннолетия и полной самостоятельности на этой Земле, мне далеко. И пока неясно, какие ограничения существуют для девушек и женщин. Я понимаю, что правит бал личный статус, но и родовой тоже значим. Родни, кроме мастера, у меня нет, а учеников обычно подпитывает и родовая магия.

И еще одно. Судя по всему, у меня сложилась репутации несусветной фантазерки, которая что-нибудь вычитает и перевернет вверх ногами. Это опасно. Какой-нибудь неглупый человек или нечеловек вполне может догадаться, что память у меня сохранилась. И все, особисты, которым я активно и взаимно не нравлюсь, повяжут по рукам и ногам. Спасут меня мастер и дракон — неизвестно. Судя по последним событиям… вряд ли.

Как тогда быть с учебой? Или, действительно, попробовать со школой и затеряться в толпе, дети есть дети, придумщиков и без меня достаточно, просто никто не отслеживает ребячьи бурные фантазии. И главное, гораздо больше возможностей и обучаться у разных мастеров, и денег подкопить на перемещение домой. Да и шить не брошу.

Или я соглашаюсь на кредит, и мы с мастером тихо и неприметно живем. Как долго он протянет, не имея полноценного общения? Мы с драконом найдем, чем заняться, а что делать пожилому мастеру…

Заснула с первыми признаками рассвета. Решение приняла: падать, так со слона. Завтрак есть, разогреют без меня, отвернулась и укрылась одеялом. Отбой.