Глава 6

Оказавшись внутри, я на всякий случай проверил Модуль — может быть он покажет хоть что-то интересное. Тварей, которые рядом или план, например… Но нет — ни того ни другого он не показал, значит живых существ не было.

Воздух здесь был спертым, будто мы оказались в замкнутом пространстве, куда он просто не поступает. Дышать оказалось непросто — вокруг было слишком много пыли, так и не успевшей осесть после трансформации пирамиды. Странное ощущение, будто ты по собственной воле забираешься в мышеловку, зная, что она вот-вот должна захлопнуться.

В широком коридоре над нами болталось сразу три Блуждающих огонька, которые давали света даже больше чем нужно. Вот только смотреть пока было особо не на что. Вглубь уходил темный коридор лабиринта, который в конце разветвлялся.

— В какую сторону идем? — спросил я у Василисы, когда мы оказались на развилке.

— Если ты думаешь, что браслет мне точно указывает путь, то так это не работает, — ответила она. — Здесь все слишком рядом, чтобы выбрать точный путь.

— Тогда получается все равно куда идти, — сказал Сазонов. — Если что, я предлагаю прямо.

— Да нет, хреновина это, — покачал я головой. — Так мы здесь заблудимся. Будем следовать правилу правой руки — пойдем направо.

— Это как работает? — хохотнул Минин. — А если упремся в тупик?

— Смысл в том, чтобы всегда держаться правой стены, так что если упремся в тупик — значит вернемся и пойдем дальше. Рано или поздно куда-то придем.

Пока Лешка стоял и соображал что я ему сказал, мы успели уйти немного вперед.

С каждым шагом это место нравилось мне все меньше и меньше. Оно производило на меня какое-то гнетущее впечатление. То ли из-за нехватки воздуха, то ли из-за давящей тишины…

— Невеселое местечко, — высказал вслух мою мысль Бахрам. — Лабиринт еще здесь… Будто я оказался в древнем греческом мифе.

— Где нас ждет Минотавр? — усмехнулась Соловьева. — Не самое подходящее воспоминание.

Тем временем мы миновали еще одно разветвление, затем еще одно, после которого последовало сразу несколько — сложная система, что сказать. Я вновь проверил Модуль и снова никакого толка. Самое интересное, что этот техно-магический гаденыш даже не чертил карту пройденного нами пути, как будто мы вообще находились в каком-то непонятном измерении и это было очень странно.

Развилки следовали одна за другой. Пару раз мы заходили в тупик, приходилось возвращаться назад и идти новым путем. Но, тем не менее, процесс шел, и мы постепенно двигались вперед, вот только куда именно — большой вопрос.

В какой-то момент мы оказались в довольно большом просторном зале. В полной тишине наши шаги отдавались гулким эхом.

Никакого черного куба или намека на него здесь не было, нас окружали лишь голые светло-коричневые стены. На каждой из четырех стен имелся вход в эту комнату, а это означало, что попасть сюда можно было не только тем путем, которым пришли мы и это было хреново.

— Всем приготовиться, — приказал я и вытащил меч.

Лезвие Рассвета немного светилось, но не так сильно, когда нежить где-то рядом. Но это неважно — мне здесь все равно не нравится.

— Ты чувствуешь что-то необычное? — настороженно прошептала Василиса, но в абсолютной тишине, которая нас окружала, ее шепот казался громким криком.

— Не то чтобы чувствую… Но эти четыре входа меня смущают — складывается такое ощущение, что задумано так, чтобы мы в любом случае оказались здесь. Каким бы путем не захотели воспользоваться.

Мы разбрелись по комнате и вдруг где-то под нами раздался звонкий щелчок.

— Твою мать! — услышал я голос Минина и посмотрел на него.

Одна из плиток, которыми был выложен пол, ушла вниз.

— Ты когда-нибудь начнешь смотреть под ноги? — прошипела Соловьева.

— Да я…

Начал было оправдываться Лешка и в этот момент все четыре прохода в комнату разом закрылись скрытыми в полу каменными плитами.

Пол под нашими ногами задрожал и в некоторых местах начал проваливаться вниз. Все вокруг пришло в движение. Мы все, проявляя чудеса акробатики, перескакивали с одного участка на другой, но проходило всего несколько секунд, и он тоже начинал рушиться.

Я использовал Кольцо телепортации на полную катушку и все время перемещался с одного островка на другой, помогая Мироходцам. Ну и, само собой, нашим аэромантам тоже скучать не приходилось.

Все это продолжалось несколько минут и за это время практически весь пол огромной комнаты ушел под землю. Осталось лишь несколько островков, на которых ютились ребята. Они были совсем небольшими, так что все стояли крепко прижавшись друг к другу, чтобы не свалиться вниз.

В тот момент, когда мне уже показалось, что опасность миновала, остров, на котором стояли Мазараки и Бахрам, начал шататься. Вот от него откололся один кусок, затем еще один и он начал сыпаться весь.

Соловьева и Галицкая испуганно закричали, а наш новичок и брат султана полетели вниз.

Я пустил за ними Блуждающий огонек, который выхватил их в кромешной темноте бездонной пропасти, и лишь в самый последний момент успел замедлить их падение.

— Левитация! — крикнул я аэромантам и те успели захватить парней, когда тех уже практически поглотила темнота.

В один момент мы чуть не потеряли сразу двоих и теперь я с облегчением смотрел на то, как их падение сначала замедлилось, а потом они медленно начали подниматься вверх. Все выше и выше и вот уже они были рядом с нами, за исключением лишь одной мелочи — Мироходцы висели в воздухе прямо над жуткой пропастью.

Разумеется, бесконечно так продолжаться не могло — аэроманты не могут левитировать их вечно, а на поддержку заклинания они тратили большое количество энергии. Нужно было срочно что-то делать.

— Воронов! — крикнул я, привлекая его внимание. — Ты же у нас специалист по стихии земли, попробуй выломать плиту, которая заблокировала выход из этой комнаты!

Илья растерянно посмотрел на меня, не понимая что я от него хочу, но потом кивнул — дошло, видимо. Не прошло и минуты, как из одной стены с грохотом вывалился кусок камня и полетел вниз. За ним был проход. Похоже сработало, вот только стена была не та, которая была нам нужна.

— Сука, Воронов, не та стена, твою мать! — крикнула ему стоявшая рядом со мной Василиса. — Если мы все время шли направо, нам нужна соседняя, а ты освободил проход из которого мы пришли!

Он кивнул и вскоре вниз полетел еще один кусок камня, и вот теперь это было то, что нам нужно.

Аэроманты швырнули туда Мазараки и брата султана, а следом взялись за остальных. Я не стал дожидаться нашей очереди, схватил Соловьеву и телепортировался в темный коридор, сбив с ног Минина, который уже был там.

— Все целы? — спросил я после того, как мы немного пришли в себя и отдышались.

— Я у вас в большом долгу, — сообщил мне брат султана. — Вы спасли мне жизнь и когда мы вновь вернемся в Бухару…

— Дорогой Бахрам, успеете еще поблагодарить — давайте сначала выберемся отсюда, — прервал я его пафосную речь. — Тем более, что здесь не только я поучаствовал.

Он кивнул и продолжать не стал. Я посмотрел на Мазараки, который выглядел так, будто его только что долбанули обухом по голове.

— Ты как, в порядке? — спросил я у него и дождавшись осмысленного выражения лица, махнул рукой указывая в тоннель. — Тогда вперед.

— Минин, смотри под ноги, пожалуйста, — попросила его Галицкая.

— Так я вроде…

— Ну все, хватит — потом обсудим кто здесь самый неуклюжий, — сказал я и подтолкнул Алексея вслед за Сазоновым, который уже пошел вперед со своей группой.

Мы вновь двинулись по однообразным коридорам, которые выглядели совершенно одинаково. Развилки следовали за развилками, очередные тупики, из которых приходилось возвращаться назад. В какой-то момент меня начало посещать чувство дежавю.

— Мне одному кажется, что мы ходим по кругу? — спросил шагающий впереди Минин.

Я бы хотел сказать, что это не так и мы все делаем правильно, но вскоре меня и самого начало охватывать сомнение. Но и заблудиться мы не могли, разве что вновь оказаться возле входа.

В тот момент, когда мне начало казаться, что мы немного потеряли ориентацию в той комнате, где провалился пол, и выбрали неправильный коридор, наконец что-то изменилось.

Мы вошли в большой зал, который был намного больше предыдущего. В самом его центре стоял тот самый зеркальный черный куб, ради которого мы сюда пришли.

— Минин, стой на месте! — на всякий случай сказала Василиса, глядя как тот уверенно направляется прямо к кубу.

Алексей замер и поднял руки:

— Все, стою…

Медленно, шаг за шагом, мы начали идти вперед.

— Соколов, ты кстати оказался прав, в этот зал лишь один вход, а значит сработало твое правило, — сказал Сазонов, внимательно осматриваясь по сторонам.

Вскоре мы подошли к кубу и за дело взялась Василиса, которая прекрасно знала свою работу. Первым делом она нашла покрытую буквами некромагического алфавита дверь, затем фигурную букву с иглой и проколола ей палец.

Буквы на двери вспыхнули нежным голубым светом, внутри глухо щелкнул механизм, и она мягко отъехала в сторону.

— Это просто поразительно! — не сдержал своего восхищения Бахрам и попытался заглянуть внутрь. — Разрешите мне туда войти?

— Соколов, смотри… — услышал я голос Мирона.

Я резко развернулся и увидел клубы густого черного дыма позади нас, которые с каждым мгновением становились все плотнее, пока из черного мрака не соткалось странное существо.

На расстоянии нескольких десятков шагов от нас стоял скелет, ростом примерно пять метров, с двумя рогатыми головами. Он загораживал собой вход в этот зал. Судя по всему, в его планы не входило выпустить нас отсюда после того, как мы закончим.

— Отдайте мне девчонку… — странный голос шел ниоткуда и в тоже время отовсюду.

Кто именно нужен был этой твари ни у кого из нас сомнений не было. Понятное дело, что речь идет о Соловьевой — без нее нам здесь делать было нечего. Мы интуитивно встали плечом к плечу, загородив собой девушку.

— Володя, я не могу попасть внутрь, — услышал я голос Василисы у себя за спиной. — Какая-то невидимая преграда не позволяет войти.

— Почему-то я думаю, что преграда — вот этот дуралей с рогами, — сказал Минин и показал рукой на скелет.

— Девчонку… — вновь раздался в моем мозгу голос и на этот раз он был намного громче. — Или смерть…

Перед глазами появилось несколько сменявших друг друга аур, которые спешно вешали на нас защитники. Зараза! Как же плохо, что рядом нет Подариной — ее способностям я доверял как-то больше остальных.

— Хер тебе, а не Соловьеву! — крикнул Лешка и бросил в него Ледяную стрелу.

В тот же момент скелет будто вспыхнул и распался на три одинаковые твари. Заклинание Минина просто пролетело сквозь одного из них, будто он был иллюзией. Еще одна вспышка и вот их уже пятеро… Семеро… Девять…

Похоже, денек перестает быть томным.

Когда фокусы рогатого закончились, одновременно все его отражения шарахнули в нас яркими зелеными лучами и вот они-то как раз не иллюзия. Кто-то из стоявших рядом закричал от боли и все бросились врассыпную. За исключением меня и Василисы, которая осталась рядом со мной.

— Володя, второй справа! — услышал я ее крик и использовал Кольцо телепортации.

Два рывка, один за другим, и вот я уже прямо перед ним. Увидев меня рядом с собой, рогатый выставил вперед руку и меня обожгло будто огнем.

Ну что же, зря я сомневался в наших ребятах, похоже висевшая на мне аура выдержала его удар. Значит теперь моя очередь.

Я ударил его Рассветом по руке и срубил кисть подчистую. Мой мозг чуть не взорвался от его переполненного злобой крика.

В этот момент в его оставшейся руке прямо из воздуха появился огромный бледный клинок, который он призвал. Все вокруг потемнело, мы оказались с ним на алой плите, которая висела в воздухе, и нас окружила кромешная тьма. Это что еще за новости, неужели этот урод куда-то нас перенес?

Наши мечи встретились, в стороны полетели разноцветные искры. Рассвет выдержал этот удар, но он был нанесен с такой силой, что отозвался в моей руке острой болью, и я лишь чудом смог устоять на ногах.

В ответ я рубанул его по ноге и попал прямо в колено. Протяжный хрип, больше похожий на рычание сдавил мой мозг. Потеряв равновесие, рогатый начал заваливаться на бок и уже в падении попытался срубить меня своим бледным клинком.

Его размеры не позволяли нанести удар достаточно быстро для того, чтобы покончить со мной. Я ушел вниз, перекатился в сторону, затем встал на колено и рубанул его еще раз. Если бы у этого засранца были яйца, то в этот момент он бы их лишился.

Но и так неплохо получилось. Мой меч был создан для того, чтобы бороться с такими как эта сволочь и теперь он с легкостью отрубил часть скелета.

Рогатый вспыхнул и в отчаянном прыжке бросился на меня, раскинув в стороны руки. Я попытался уклониться, но ему удалось задеть меня… Его рука ударила по правому плечу, и я почувствовал мертвенный холод. Часть меня будто превратилась в кусок льда, выморозив все живое. Больно… Что-то стало с моей рукой и Рассвет выпал на алую плиту, звякнув волшебным металлом.

Я тут же подхватил меч левой рукой, увернулся от рогатого, когда он пытался схватить меня за ногу и рубанул его по шее. Одна из его голов покатилась по плите и улетела куда-то в темноту, вторая же начала неистово клацать зубами, будто пытаясь укусить меня.

Следующим ударом я отрубил и ее. Она полетела вслед за первой, а я почувствовал, как вся правая часть моего тела немеет, превращаясь в бесполезный кусок льда.

Темнота вокруг начала таять, постепенно превращаясь в уже знакомые мне светло-коричневые стены лабиринта и пол подо мной будто проваливался. Блин, хоть бы я успел появиться в лабиринте до того, как он исчезнет совсем…

Да что же так холодно? В снеговика он меня что ли превратил, падла рогатая? Вот как-то совсем не хочется торчать во дворе в своих Ясных Горках с ведром на голове и морковкой вместо носа…