Часть 18

Роза

Мы вышли из туалетной комнаты помятые и взлохмаченные. Алекс словно специально не дал мне возможности привести себя в порядок до конца и открыл двери до того, как я успела привести прическу в порядок.

— Ты что? Роман обо все догадается! — тихо прошептала я в спину мужчине, когда он крепко схватил меня за руку и потащил к столику, за которым все еще сидел друг.

Аддерли резко замер и повернулся ко мне, прищурившись. Его черные глаза проникли в самую душу, словно разыскивая там что-то для себя, важное и значимое.

— Ты собираешься что-то скрывать? — осторожно спросил он, а я лишь неуверенно пожала плечами. Стоит ли рассказывать всему свету про отношения, которые наверняка закончатся после приезда домой?

Но Алекс не отмахнулся от моего молчания, а резко притянул меня к себе на глазах уймы посетителей кофейни и, наверняка, Романа. Его руки жадно прижали меня к себе, пока губы накрыли мои в поцелуе. Это было не просто соприкосновение двух губ… Нет. Скорее… клеймо, печать, метка?

Алекс Аддерли хотел, чтобы каждый человек в зале знал о нашей с ним связи. И я растворялась в его желании, тая от прикосновений.

Наконец, мужчина оторвался от меня, а затем, заставив смотреть ему прямо в глаза, отчеканил:

— Ты моя, Роза. Моя. И все должны это знать. Включая Романа, — Алекс мимолетом глянул через плечо на ошарашенного парня, а затем насупился и повторил: — Точнее, Роман в первую очередь!

Он не дал мне ответить и, потянув за руку, заставил быстро вернуться за стол. В этот раз Аддерли сел прямо напротив Романа, на мое прежнее место. Я уже было хотела обойти его и сесть рядом, как мужчина потянул меня за локоть, и я буквально упала ему на руки.

— Алекс? — вопросительно прошептала я прямо мужчине на ухо, когда уже все посетители успели косо на нас посмотреть. И еще неизвестно, что заинтересовало их больше: его крепко припечатанные к моей талии руки или красные, словно два помидора, щеки. — Все вокруг и так знают, чем мы занимались в туалете. Потом твой поцелуй… А сидеть на руках в общественном месте вообще верх неприличия!

— Я и так слишком приличный, маленькая. Будь бы я чуть менее воспитанным, давно бы перекинул тебя через плечо и унес. А этот Роман больше не смог бы приблизиться по состоянию здоровья… — Алекс сжал кулаки на талии и выдохнул через зубы, словно сдерживать мечты ему становилось все труднее.

Тогда во мне проснулось что-то странное… Я вдруг увидела, как сильно переживает Аддерли по поводу Романа, который не играет в моей жизни никакой роли. Я осторожно обхватила руками его мужественное лицо и, потершись щекой о легкую небритость, легко чмокнула в щеку.

Не знаю, как это сработало, но Алекс немного… успокоился. Куда-то исчез лед из взгляда, а хватка на талии перестала быть такой мучительно сильной. Он просто откашлялся и спокойно спросил вконец обомлевшего от происходящего Романа:

— Что же… Зачем ты пришел сюда, парень?

Парень отставил в сторону свой чай и неуверенно протянул:

— Убедиться, что с Розой все в порядке.

— Убедился? — сверкнув глазами, устало протянул Алекс, но Роман тут же заставил его так сжать зубы, что я готова поклясться — слышала их скрежет:

— Вообще-то нет. Это нормально, что взрослый мужчина, с репутацией бабника и прожигателя жизни, задуривает голову маленькой девочке, а? — парень насупился и достал свой телефон, быстро набирая чей-то номер: — Я не хотел этого, Роза. Прости. Но если ты не можешь спасти себя сама, кто-то должен вести себя более здраво.

— Куда ты звонишь? — с испугом спросила я и тут же посмотрела на Аддерли, который не предпринимал никаких попыток остановить парня.

— Стелле. Ей придется узнать про ваши странные отношения с Аддерли и про крушение вертолета, естественно, — непринужденно сказал Роман, и я буквально услышала первые гудки и елейный голосок бабули: — Добрый день, дорогая Стелла! Простите, что беспокою вас прямо перед праздником. Но новости не заставляют себя ждать…

И тут Аддерли наконец очнулся. Наверняка он ждал чего-то другого от парня, но теперь быстро вскочил с места, аккуратно поставил меня на ноги, а сам быстро выхватил телефон у ничего не успевшего понять Романа.

— Добрый день, Стелла! — весело поздоровался Алекс, одной рукой удерживая голову Романа и закрывая ему рот ладонью. Клянусь, лицо Романа можно было снимать на камеру. Явно он не ожидал чего-то такого от всегда чопорного и сдержанного Аддерли. — Роман позвонил сказать вам, что мы решили навестить Розу в последний день отпуска и посетить, наконец, Замковую гору. Мы оба уверены, что эта новость вас должна обрадовать!

Бабуля еще перекинулась парой фраз с Алексом и отчитала его за то, что тот не отвечал на ее звонки целую неделю. Что-то внутри меня успокоилось и расслабилось… Выходит, это моя бабушка все дни звонила Аддерли, и я могу полностью ему довериться?

Разговор был быстро окончен, а Роман «освобожден». Криков и обвинений с его стороны не было, он хитро улыбнулся мужчине, который припрятал его телефон в свой карман и заговорщически прошептал:

— Человек, который на самом деле чего-то хочет, всегда достигнет своей цели. Если я ею задамся, то Стелла будет знать правду уже через полчаса… — парень засмотрелся на свой чай и тут же выдал: — Только если вы не позволите провести мне с вами сегодняшний день.

— Нет. Определенно, нет! — рыкнул Аддерли, и тут же из его образа пропала детская непосредственность. Он снова превратился в чопорного бизнесмена и отдалился от меня так далеко, что не добраться: — Один звонок моей службе безопасности, и ты пропадешь из Ниццы в неизвестном направлении. Все еще хочешь угрожать Аддерли, ребенок?

Роман тяжело сглотнул и замешкался. Уверена, решимость Алекса и цепкий взгляд могли убеждать людей в честности его слов.

— Стоп! — воскликнула я в панике и, мысленно отстранившись от Алекса, внимательно посмотрела на Романа: — Скажи честно, зачем ты хочешь поехать с нами?

— Переживаю, — не задумываясь, выпалил парень и, бросив мимолетный взгляд на разъярённого Алекса, тут же добавил: — В детстве я бросил тебя, а затем потерял связь на долгие годы! Затем это твое путешествие в Ниццу и катастрофа… Черт, Роза. Прости, но это нужно мне, чтобы жить дальше и не чувствовать себя полным дерьмом. Я лишь хочу убедиться, что ты счастлива и тебе ничто не угрожает, — Роман откинулся на спинку кресла и грубо выплюнул: — Или никто.

В тот момент я была солидарна с некоторыми мыслями друга. Было что-то в поведении Алекса, что не давало открыться ему полностью. Репутация? Часто менявшееся поведение? Сомнительное прошлое? Нет… Каждую минуту рядом с ним я чувствовала, что он что-то скрывает.

Словно не любовь толкает его ко мне, а эгоистичное желание не потерять, если я узнаю правду. Идея провести день с Романом казалась спасением. Алекс наконец перестанет гипнотизировать мое сердце, и я смогу принять трезвое решение относительно Аддерли. Быть или нет быть?

— Ты проведешь это день с нами, Роман, — уверенно сказала я парню и улыбнулась в ответ на его загоревшиеся глаза, как вдруг услышала разъярённый рык:

— ЧТО? Нет, Роза!

Мы ехали в красном кабриолете Алекса. Мужчина при любом удобном случае держал меня за руку, а я постоянно выводила узоры на его предплечье, рассматривая пейзажи вокруг и мечтая поскорее вернуться к холсту. По ночам, когда не спалось, я тайком включала торшер и рисовала спавшего Аддерли. Почему-то меня это чертовски смущало, и наутро я прятала картины в рабочий рюкзак.

— Кхем, кхем… — раздалось за спиной недовольное покашливание, и я обернулась, смерив уставшим взглядом Романа. — Я уже понял, что у вас что-то вроде медового месяца. Но можно постыдиться хотя бы присутствующих?

Алекс остановился на светофоре и, повернувшись к Роману, немного приспустил очки и закончил раз и навсегда нытье парня:

— Тебя тут никто не держит. Ты можешь в любой момент встать и уйти. Хотя бы сейчас! — Аддерли повернулся ко мне, поцеловал так настойчиво, что стало жарко и внизу живота потеплело. Я прекрасно понимала, что весь это концерт для глаз Романа, но не смогла устоять и обхватила его шею ладонями, прижимаясь теснее и отвечая с большим азартом.

Мужчина уже и сам забыл, что затевал этот поцелуй ради злости парня, прижимая меня к себе так плотно, что ребра хрустели.

— Светофор! — простонал Роман, а затем пробормотал себе под нос: — Черт, зачем я только подвязался на это цирк?

— Это была твоя идея, парень, — саркастично подметил Аддерли, опуская меня обратно на сидение. Его горящий взгляд прошелся от кончиков пальцев до корней волос, затем он обреченно вздохнул и быстро притянул к себе обратно, чтобы подарить короткий поцелуй в губы и в нос. — Маленькая, это будет самый тяжелый день за целую неделю!

Соглашался ли Алекс, чтобы Роман ехал с нами в путешествие? Нет. Я просто поставила его перед фактом, а также сказала, что, если его не устраивает компания моего друга, он может просто остаться в отеле. Скрипя зубами, Аддерли согласился на мои условия, а затем просто попросил всегда держать его за руку.

Не знаю почему, но Алекс видел что-то нехорошее в мотивах парня. И мне почему-то хотелось довериться ему.

Тем не менее день шел хорошо. Сперва Аддерли отвез нас в пару музеев искусства, сделав мне самый настоящий сюрприз. Я стояла у каждой картины по десять минут, не в силах оторваться от местных пейзажей, и отсчитывала секунды до того, как сама окажусь на Замковой горе и смогу реализовать детские мечты.

А Роман… Он был словно нашим ребенком, родители которого потащили его с собой в медовый месяц. Пока мы с Алексом ходили за руку, целовались, перешептывались и говорили о чем-то своем, он всегда шел за спиной и вздыхал так тяжко, что становилось даже немного стыдно.

— А теперь Замковая гора! — улыбаясь, предупредил мужчина, когда мы, устав, присели на набережной, чтобы прийти в себя. Город был исследован вдоль и поперек к четырем часам дня, а силы оказались на исходе. Лютая противница фастфуда, я смотрела на киоск с уличной морской едой так жадно, слово готовила против них заговор или налет на кухню. Алекс поймал мой взгляд и, коротко поцеловав в висок, шепнул на ухо: — Я сейчас. Если Роман посмеет коснуться тебя, ты не сможешь отговорить меня от его убийства.

А затем он просто ушел, и я с гордостью засмотрелась ему в спину. Конечно, он мог сделать это только потому, что больше не видел в Романе угрозу. Но мне хотелось верить — дело в приобретенном доверии.

— Возможно, я и ошибся, — привлек мое внимание парень, и я перевела на него взгляд. Роман сидел напротив, перекинув ногу через перила бортика, с интересом изучая мою реакцию через приспущенные очки. — У вас с Аддерли большая разница в возрасте, и я всегда знал его как самого устрашающего, скрупулёзного и педантичного англичанина в мире. Но рядом с тобой… Он ведет себя как влюбленный придурок.

— О чем ты говоришь? — придвинувшись ближе к Роману, я на самом деле хотела услышать его мнение. Впервые кто-то говорил о наших отношениях с Алексом и мог судить со стороны.

— Не знаю… — протараторил друг, отведя взгляд к морю. — Говорят, когда влюбляешься, превращаешься в вечно пьяного или обдолбанного. Алекс выглядит именно таким: постоянно держит тебя за руку, поправляет волосы, целует кожу и старается раз в пять минут поймать твой взгляд. Когда ты улыбаешься, он слегка вздрагивает и перестает дышать… Да, я следил за ним, Роза. И это, вместе с другими важными мелочами, выглядит мило.

— Думаешь… — судорожно втянув воздух, я засмотрелась под ноги и задала главный вопрос: — Думаешь, он меня не обманывает? Не относится так, как к другим?

Роман устало пожал плечами и, не задумываясь, ответил:

— Возможно, он просто обманывает себя, но точно могу сказать — он влюблен в тебя до безумия, — спрыгнув с перил, Роман подошел ближе и, взяв меня за руку, заглянул в глаза. — Я этого и хотел для тебя, ван Фольг. Счастья. В прошлом году у меня умер дедушка, и я вдруг понял, что ничего не сделал для того, чтобы сделать его жизнь лучше. А потом встретил тебя, и мне вдруг показалось… А вдруг это любовь?

— Между нами было что угодно, но не любовь, — выпалила я прежде, чем подумала, а затем тут же поправила саму себя: — Прости, но… Теперь я это хорошо понимаю.

— Я тоже уже это понял и готов просто уйти. Прямо сейчас, — подмигнул мне Роман.

Я улыбнулась ему в ответ, внезапно испытав такой щемящий душу приступ нежности, что не сдержала порыв и обняла его до хруста костей.

— Спасибо! — шепнула ему, внезапно услышав недовольное покашливание за спиной.

Аддерли стоял совсем рядом, сведя брови на переносице, держа в одной руке три шашлыка из морских гадов, а в другой — три бутылки напитков с разными вкусами.

— И что же он тебе такого сказал, маленькая, что ты сразу кинулась ему на шею? — с напускным спокойствием спросил Алекс, стрельнув пытливым взглядом в Романа. Я тут же отстранилась и, послав недовольному мужчине воздушный поцелуй, быстро пояснила:

— Он сделал мне предложение, а еще предложил увезти на край света!

— На самом деле я просто сказал Розе, что собираюсь уехать прямо сейчас, — с опаской моментально протараторил Роман.5ebdbc

Но Алекс так и не успел ничего ответить. В кармане его брюк зазвонил телефон, а его педантичности не хватило, чтобы поставить еду на грязный пол. Посему он быстро бросил: «Помоги», и Роман тут же откликнулся.

Только вот парень и не думал брать на себя ответственность за еду. Он ловко залез в карман Алекса, что я осознала это лишь постфактум, когда он громко зачитал:

— Звонит Клариса. Отвечать?

Клариса. Это имя больно резануло по сердцу. Очередная девушка звонит отпетому бабнику Алексу Аддерли. Что меня так удивляет?

Наверное, то, что паника в глазах мужчины на мгновение стала такой сильной, что передалась даже мне.

— Какого черта ты лезешь ко мне в штаны? Я просил подержать еду! — рыкнул Алекс, а затем просто выдернул из руки Романа телефон, бросив упаковки с едой на землю. — Роза, я скоро. Это по работе.

Аддерли просто ушел так далеко, что даже при всем желании не было слышно и пары слов. Я смотрела ему вслед и не знала, что думать: верить мужчине или прислушаться к себе? На помощь пришел Роман:

— Кажется, я передумал уезжать!

Я открыла рот, чтобы что-то сказать другу, но тут же его захлопнула. Огромная глыба появилась внутри, медленно превращаясь в черную дыру и делая из меня зомби. Краски вокруг перестали быть такими яркими и вдохновляющими, солнце слишком жарило, а ветер больно резал по ушам.

Аддерли вернулся быстро, я и не заметила когда. Просто сидела молча и смотрела на море, когда мужчина вдруг меня окликнул и подсел рядом. Его руки окутали меня нежными объятиями, а губы уперлись в висок, когда он прошептал:

— Прости, Роза. Это был важный разговор. Не хотел портить еду, но Роману все же удалось вывести меня из себя! — Аддерли коротко взглянул на задумчивого парня, который притаился совсем рядом, а затем весело воскликнул: — Но у меня есть лучшее предложение! Как насчет ресторана на берегу? Я уже оформил столик, беру все расходы на себя и хочу…

— Нет. Ничего не нужно, — коротко отрезала я, а затем, выпутавшись из объятий мужчины, вскочила на ноги. — Хочу посмотреть, наконец, Замковую гору и отправиться домой. Сегодня.

— Но ты ведь взяла с собой большой холст! Я думал, работа затянется до утра, — вступил в разговор Роман, с тревогой рассматривая меня и бросая полные презрения взгляды на Алекса.

Равнодушно пожав плечами, я с трудом выдавила улыбку и против воли прошептала:

— Вдохновение пропало. Возможно, вернется? Кто знает… А пока я просто хочу продолжить экскурсию.

Не дожидаясь реакции Аддерли, я быстро направилась в сторону машины, медленно отсчитывая до десяти. Не знаю почему, но эмоции душили. Хотелось плакать, кричать, высказать все тревожившее и накопившееся Алексу… Но я просто боялась.

Боялась, что услышу то, чего ждала всю неделю, засыпая и просыпаясь в его объятиях: не признаний в любви, а просьбы остаться друзьями; не желания остаться парой, а попытки сделать наши отношения свободными.

Мужчина нагнал меня у самой машины. К тому моменту мне удалось спрятать слезы, но ощущение обреченности никуда не пропало.

— Что с тобой? Почему ты убежала? — Алекс дернул меня за руку, и я закрутилась на месте, буквально падая ему в объятия. Аддерли крепко прижал меня к себе, не позволив больше сделать и шагу, когда его темный взгляд посмотрел мне прямо в душу, и спросил: — Скажи, если тебя что-то будет беспокоить, ладно? Это важно дня меня, Роза.

Я кивнула, но ничего не сказала. Слишком страшно было рушить то, что уже выстроилось. Но пристально глядя на Аддерли, я решила задать ему вопрос единственный раз:

— Ты обещаешь не лгать мне? — мужчина ничего не ответил, а в его глазах проскальзывал целый ворох мыслей. Наверняка он задавался вопросом, к чему такие допросы. Но я лишь хотела знать главное: — Если тебе есть в чем признаться, самое время. Сейчас, в данный момент, я готова простить… многое. Но не потом.

Алекс прищурился, его желваки играли, а глаза вдруг стали холодными. В тот момент я впервые так четко увидела то, что мешал замыленный влюбленный взгляд: мужчина, с которым я делила постель и которому подарила свое сердце, врал мне все это время. Не знаю в чем, но это было бы видно даже слепому.

— Что ты скрываешь от меня, Алекс? — тихо шепнула я, пытаясь вырвать. Не дал, прижал лишь сильнее, сжимая руки на талии. На глаза снова навернулись слезы, но я намерена была узнать правду, ибо такое настойчивое желание Алекса скрыть от меня что-то пугало до дрожи. — Говори, иначе мы попрощаемся прямо тут.