Глава 16

Странный это был разговор: ночь, луна и призрачная дева, рассказывающая о своей прежней жизни. Тихо потрескивали дрова в камине, обволакивая уютным теплом.

Анна некоторое время молчала, словно собираясь с силами.

- Николай был хорошим человеком, мне было искренне его жаль, но я внезапно обрела свободу и вовсю наслаждалась ею, работая в саду. С детства меня привлекали растения и всё, что с ними связано. Джада смеялась, что воткни я в землю палку, и она вскоре зацветёт.

Помимо цветника я заложила большой плодовый сад. Яблоки, груши, сливы – их было столько! Часть приходилось раздавать по знакомым. Вскоре некоторые дамы заметили, что после моих яблок они стали выглядеть значительно лучше.

Джада пояснила: это от того, что я вкладываю в каждое растение частичку своей ведьминской силы, потому яблочки и превратились в молодильные.

Приглашения в гости, на званые ужины и обеды посыпались как из рога изобилия. А ещё на меня открылась настоящая охота – каждый пытался сосватать меня за сына, брата или другого родственника.

Вот только ни в гости ни снова замуж мне не хотелось. Меня вполне устраивала спокойная жизнь, работа в саду и розарии. Но совсем игнорировать приглашения я не могла, по большим праздникам приходилось посещать балы и крупные приёмы, а от именин или крестин я откупалась корзиной яблок или груш. Всех это вполне устраивало.

Но спокойная жизнь оказалась недолгой, я слишком расслабилась и видимо поэтому попала в ловушку, расставленную семьёй купцов Загородних. Их сын, Архип, как раз вернулся из столицы, это потом я узнала, что он бежал оттуда с большим скандалом, так как безбожно волочился за знатными дамами и не раз был нещадно бит их мужьями и родственниками.

Он попытался скомпрометировать меня и это ему удалось. И хотя между нами ничего не было, его поддержала многочисленная родня. Чтобы сохранить репутацию, мне ничего не оставалось, как выйти за него замуж.

После свадьбы Архип принялся кутить, просаживая мои деньги. Волочиться за другими дамами он тоже не перестал, мало того он этого не скрывал, словно хотел сделать мне больнее. Дошло до того, что я его просто возненавидела!

Однажды, когда он снова попросил денег и я отказала, он поднял на меня руку. В слезах я убежала в комнату Джады и тогда она спросила меня:

- Хочешь, чтобы его не было?

- Да! – ответила я.

На следующий день Архип попал под дождь и сильно простыл. Я могла вылечить его, но не сделала этого. Обычные лекари помочь ему не смогли. Они не знали, что это Джада наложила на него своё проклятье Вуду, от которого нет спасения. Она снова защищала меня, как тогда, на острове. Просто делала то, что она умеет лучше всего.

Через неделю Архипа не стало, это неправильно, но я была безумно рада! И даже запретила хоронить его в нашем семейном склепе, там, за садом. На радостях выпила целую бутылку вина и проспала двое суток, а когда пришла в себя, казалось, что Архипа уже похоронили. Джада передала тело его родственникам, сказав, что я с горя заболела и слегла.

С тех пор я почти не выходила с усадьбы, прикрываясь сначала мнимой болезнью, а потом все привыкли и оставили меня в покое.

Так прошло ещё несколько лет, пока однажды я не отправилась в Москву – дядя сильно занемог, ему потребовалась моя срочная помощь. Там я и познакомилась с Петром Разумовским.

Петр был старше меня, вдов и бездетен. У нас закрутился роман, в Зарайск я вернулась замужней дамой. Мы тихо обвенчались в одной из церквушек на окраине столицы.

Джада долго на меня обижалась, ведь всё это время она оставалась в усадьбе и ни о чём не знала. По первому времени она принимала Петра в штыки, а я разрывалась между двумя важными для меня людьми.

В конце концов, Джада поняла, что Пётр искренне меня любит, в доме снова воцарился мир. Его не смогли испортить даже многочисленные настырные родственники моего супруга. Им постоянно что-то от нас требовалось: помощь, деньги, проживание в нашем доме.

Мы снова начали выезжать с визитами в город и принимать гостей. У нас родился сын – это было самое счастливое время в моей жизни!

Шесть лет счастья!

Пока не случилось непредвиденное. Однажды Пётр получил послание от своей тёти с требованием срочно приехать. Её младший сын проигрался в карты, нужны были деньги. Большие.

Пётр пообещал, что помогает им в последний раз, перед отъездом, он словно что-то предчувствуя, переписал на меня всё своё имущество. Было начало весны, слякоть, распутица, снег с дождём. Я потом ещё долго корила себя, что не поехала вместе с ним, но наш сын был ещё слишком мал, я не могла оставить его одного, а брать ребёнка с собой по такой погоде было бы настоящим безумием.

Петра привезли через три недели, он сильно простыл в дороге слёг. Как потом оказалось, тётка не пускала к нему лекарей, говоря, что само пройдёт. Дошло до того, что Пётр был вынужден сбежать от родни среди ночи, ему помогал наш конюх, что отправлялся в дорогу вместе с ним.

Он успел доехать до дома живым, но ни я, ни Джада уже не могли ничего сделать, Пётр успел поцеловать меня и обнять сына. Через минуту его не стало.

Я чуть не тронулась умом с горя и сделала то, за что вечно буду бродить тут призраком – после похорон я подняла Петра из могилы, проведя запретный обряд Вуду. Мне было совершенно всё равно, что об этом подумают другие, лишь бы любимый был рядом!

Узнав, что по завещанию им ничего не достанется, озверевшая родня мужа готова была меня разорвать, но я их просто выгнала, запретив переступать порог моего дома. Правда на этом все беды не кончились, после их отъезда выяснилось, что сын тётки успел развратить молоденькую горничную, девушка пошла на реку и утопилась.

Джада, как могла, поддерживала меня, ведь с тех пор я спала только днём, чтобы ночью снова встретиться с Пётром. Так продолжалось довольно долго, пока наш сын не упал с лестницы и сильно поранился. Всё это время я с ним почти не виделась, моим сыном занимались няня и горничные.

Тогда я поняла, что мне есть для чего жить, я отпустила Петра и занялась воспитанием сына. Вот только к тому времени в городе уже ходили слухи, что я ведьма и повинна в смерти всех своих мужей.

Мне было всё равно, я была выше этого, к тому же интерес мужчин ко мне не угасал, разгораясь всё с новой силой, ведь не смотря на то, что мне было уже за тридцать, я по-прежнему выглядела молодо и свежо.

К тому же на мужчин всегда воздействовал наш природный ведьминский магнетизм, мало кто из них может ему противиться!

- Что-то я не заметила, - вырвалось у меня. Вспомнился Сергунчик и директор цветочного магазина.

- Так понимаю, что в мире, котором ты до этого жила, почти нет магии?

Я согласно кивнула.

- Всё дело в том, что сила дремала в тебе до поры, до времени, пока что-то не дало ей толчок. Как давно у тебя эта мандрагора? – Анна кивнула на стоящий между нами горшок с Лапушкой.

- Мандрагора? С неделю где-то. Я нашла цветок в тот день, когда узнала о завещании.

- Теперь всё понятно! Фамильяр сумел разбудить твою магию, именно поэтому твоё имя появилась в завещании.

- Фамильяр?

- Похоже, ты как и я травница. Впрочем, ведьмы всегда имели особую связь с растениями. А приняв завещание, ты приняла и мою силу. Мандрагора – одно из самых сильных магических растений, очень редкое, это большая удача, что она выбрала тебя своей хозяйкой! Фамильяр не только помогает ведьме в магических ритуалах, но ещё значительно увеличивает магический потенциал и служит защитой. Мне вот так не повезло – не было у меня такого помощника. Только Джада.

- Стоп! Подождите! - я потрясла головой, пытаясь разобраться в том, что только что услышала. – Лапушка, это волшебное растение и к тому же мой фамильяр?

Словно подтверждая эти слова, листочки на Лапушке зашевелились, а два так и вовсе захлопали листиками словно ладошками.

- Мамочки, она и правда живая…. – только и смогла вымолвить я.

- У вас на удивление сильная связь! Малышка просто прелесть!

- Да, Лапушка очень красивая!

Я улыбнулась и привычно дотронулась до одного из листиков, он тут же обернулся вокруг моего пальца, ластясь, словно маленький котёнок. Не удержавшись, тихонько засмеялась.

- Но я не знаю, как за ней правильно ухаживать!

- Это не беда, в библиотеке обязательно что-то найдётся. Помимо любви к растениям у меня была ещё одна страсть: я собирала магические книги. Тебе в любом случае придётся учиться развивать и контролировать свой дар. Женщинам с этим сложнее, обычно они получают домашнее обучение, тогда как мужчины учатся магии в специальных академиях.

Если женщина не научилась контролировать свою магию, на неё надевают специальные блокирующие браслеты, исключение мы - ведьмы, ведь наша магия идёт от самой природы, её простыми блокираторами не удержишь. Оттого люди и не любят ведьм – боятся, нас не так-то просто контролировать. Поэтому многие из нас скрывают свои ведьминские силы.

- Сомневаюсь, что я смогу это утаить. Как только люди узнают, кто я, то сразу ведьмой считают. Недавно вон попросили приворотного зелья приготовить!

- Кто же это такой прыткий?

Я рассказала о Степане, секретаре Давида Генриховича, и его болезненной застенчивости. Анна задумалась, а потом сказала:

- Если сумеешь добыть нужные травы, помогу тебе сварить одно снадобье. Нет, не приворотное, но пареньку этому должно подсобить.

- Спасибо, я действительно хочу помочь ему поверить в себя.

- Дело хорошее! Но с мужчинами теперь будь осторожнее, уже скоро ты сама заметишь изменение в своей внешности. Я вот поверила одному на слово, за что и поплатилась.

В её голосе слышалась грусть. Даже Лапушка прониклась, отпустив мой палец, и приготовилась слушать продолжение рассказа о жизни этой удивительной женщины.

- Пока сын был рядом, всё было просто замечательно, но когда он подрос, пришла пора отдавать его в военное училище. Я снова осталась одна и решила, что могу позволить себе немного женского счастья.

Павел был молод и хорош собой, а ещё он уверял меня, что свободен как ветер. Замуж я больше выходить не планировала, рассчитывая на отношения без обязательств. Мы встречались тут – в моей усадьбе, город я по-прежнему не любила и выезжала туда только по надобности.

Кто же знал, что он помолвлен и даже дата свадьбы назначена. Павел обманывал не только меня, но и ту несчастную девушку. Удивительно, как она решилась пробраться сюда, в дом, да ещё принести с собой кинжал.

Я не виню её. Видимо она слишком сильно его любила, раз отважилась на такой поступок. А вот он…бросил меня тут, истекающую кровью, с кинжалом в груди. Позови он слуг, меня могли бы спасти. Но Павел позорно сбежал, испугавшись огласки.

К утру я уже стала призраком и сама пришла в комнату Джады. Моя названная сестра корила себя, в том, что вовремя не смогла почувствовать надвигающейся беды. Как раз перед этим она лечила заболевшую служанку и потратила много сил.

Был суд, Павел всё свалил на свою невесту, хотя и его вины в той истории было не мало. Будь он настоящим мужчиной, взял бы всё на себя, спасая честь будущей жены. Это можно было бы понять и простить.

Девушку оправдали – ведь она убила ведьму. В гневе Джада прокляла и Павла и его невесту. К этому времени она стала настоящей королевой Вуду. От её тёмного проклятия не было никакого спасения!

Меня похоронили в семейном склепе, там, за садом. Но мой дух навечно останется в этой усадьбе – такова плата за использование тёмных сил Вуду.

Джада уничтожила все мои вещи, чтобы никакой другой колдун не смог подчинить мой дух себе. Она щедро расплатилась с прислугой, а оставшиеся деньги и часть драгоценностей Джада взяла с собой, после чего запечатала вход в усадьбу.

Мы договорились, что Джада вместе с моим сыном уйдёт в другой мир, потому как всерьёз опасались мести родителей Павла и его невесты. К тому же вновь объявилась родня моего последнего супруга. Они могли оформить опекунство над нашим сыном, чтобы получить доступ к деньгам, а этого я не пожелала бы и врагу!

Хорошо, что у меня уже было готово магическое завещание, вот только ни мой сын, ни его дети не захотели становиться наследниками и возвращаться сюда. Золота и драгоценностей, что взяла Джада, вполне хватало на безбедную жизнь в том, другом мире, где почти нет магии. Это повлияло на них самих – их магические силы оказались запечатанными.

Мне пришлось ждать почти двести лет, чтобы передать тебе всю свою силу. И вот теперь ты здесь, моя наследница!

Первый солнечный луч скользнул по оконному стеклу, Анна повернула голову к окну.

- Светает… мне пора уходить, увы, но мои силы ограничены, я могу являться только когда на небе нет солнца. Увидимся вечером.

Её образ становился всё светлее и прозрачнее, пока она не растаяла в воздухе, словно облачко.