Глава 42

Исаак Разумеется, я помчался в больницу! Нет, не помчался, полетел! Давил на газ изо всех, матерился, как черт, в аду которого стало слишком холодно, и надо было поддать жару, огоньку. В голове шумели слова Наты. Дурочка всхлипывала: «Лизе так плохо! Так пло-о-охо! Что, если она умрет?» Я просто в шоке. Что могло произойти? Что случилось? От Наты по телефону многого добиться не удалось. Она рыдала. С трудом прорыдала мне номер больницы и адрес, и вот он я, мчался, спешил! Спешил, как только мог. Перед входом в больницу затрясло. Нехило так… Сжав челюсти, я поднимался по ступенькам крыльца и перед дверьми перекрестился со словами: «Отче наш, сущий на небесах…» Господи, а дальше? Дальше-то я забыл! От страха, от ледяного ужаса, сковавшего паникой все внутренности, я забыл слова молитвы. Только помнил: «И прости нам все долги наши…» Прости-прости. Я, может быть, косячил слишком много, но прости. Только не отбирай ее у меня. Ну как же так? Я едва нашел Ту Самую, даже толком не побыл рядом. А она что в этой жизни видела? Игоря! Ну, что Игорь? Игорь ей жизнь перелопатил. Моя нимфочка только ожила, распустила потрепанные крылышки, начала дышать полной грудью, и – нате! Проблемы какие-то. Больница. Скорая… Угроза жизни. – Где ты? На каком этаже? Получив ответ, помчался выше по лестнице, не стал ждать, пока приедет лифт. Обнаружил Нату зареванную в коридоре. При виде меня она икнула: – Ой, ты так быстро приехал! Хорошо, что приехал! А-а-а… Я сойду с ума. Позвонила Грише, а он на смене, подмениться быстро не может. Мне так стра-а-ашно… – Успокойся! – встряхнул глупышку. – По порядку давай рассказывай. Что стряслось. Как? Когда? Травма? Падение? Ожог? Авария? Что произошло? – От… От… От… – Ната снова начала рыдать. – Я тебя сейчас в раковину суну головой твоей. Прямиком под ледяную воду. Укладку испорчу! – пригрозил ей. Ната всхлипнула и сказала уже чуть-чуть спокойнее: – Не надо портить укладку. Я сейчас локоны сама завиваю, знаешь, какой это труд? Если сама, не в салоне… – Так говори-и-и! – взвыл я. Ната села, покорно сложила ладони на колени. – У Лизы. Отравление. Серьезное. – Ка-а-ак? Чем?! Ната захлопала длинными ресничками и снова накуксилась, протянула в мою сторону руки, прижав запястья друг к другу. – Ее отравила я. Меня нужно посадить в тюрьму. – Ты что-о-о?! Ах ты, выдра крашеная! Ты что удумала, дурында? Ты, что… решила устранить Лизоньку мою и снова попытаться занять место возле моих причиндал? Ты че, соска… Навредила моей любимой? Да я тебя на мочалки пущу! – разорался я. Ната икнула и вдруг махнула сумочкой в мою сторону, ударив по колену. – Фу! Фу-у-у! Оставь при себе свои причиндалы. Самовлюбленный в свой конец! Думаешь, я до сих пор на твой конец облизываюсь? Очень надо, ага! Козел. Эгоист! Сделай статую своего конца… Памятник ему сделай, если так любишь… Целуйся с ним. – Ты будешь говорить, как человек, или будешь вопить, как чайка? – Сам ты… чайка! Я просто готовить училась, ясно? И не для тебя, самовар надутый! Для Гриши! Я сел на диван напротив. От воплей куклы-Наты у меня разболелась голова. – По порядку, Ната. – Для тебя, Бессонов, я – Наталья! – задрала нос. – И напоминать мне не смей о прошлом, о том, что я с тобой была. Это была просто такая работа. Ясно? Мне вообще другой мужчина нравится. А ради тебя бы я ногти портить не стала. Вот еще… Фу… – Еще раз фукнешь, единственный салон, который ты будешь посещать – это стоматологический. Потому что я тебе рот заклею. Чтобы чепуху не несла… – Я готовила еду. Для своего мужчины. Потому что Гриша захотел познакомить меня со своей мамой, а она у него такая хозяйственная, часто домашнюю еду ему передает. Он то мамин борщ трескает, то пирог с рыбой, то… салатик! Я тоже решила показать, что умею. Только я не умею. В общем, я училась… Я дошла до салатиков. Лиза дегустировала… На этот раз я все делала сама. Представь! Ната потянулась вперед и помахала у меня перед носом забинтованным пальцем. – Даже ноготь об терку сломала и кожу стесала. – Дальше… – рыкнул я, теряя терпение. – Лиза попробовала. Сказала, вкус странный. Кажется, я что-то напутала. Может быть, грибы не стоило жарить? Они уже были соленые, в баночке. Или крабовое мясо с оливковым маслом не сочетается? – спросила задумчиво и вдруг подпрыгнула. – Нет, я знаю! Знаю… Все дело в авокадо. Он сразу показался мне подозрительным… – Господи еси на небеси! Избавь эту… женщину от словесного поноса! – В общем, Лиза пробовала мой салат, пробовала… Клянусь, она была в порядке. Но потом ей стало дурно. Очень. Тошнило фонтаном. Реально, фонтаном… Долго-о-о. Потом она сказала, что приляжет, и не дошла до дивана, упала в обморок. И утром тоже слабая была, почти ничего не ела по утрам за последнюю неделю. А до этого знаешь, как бутерброды с маслом трескала? Мне бы так… Я же от любого мучного поправляюсь… – пожаловалась. – Значит, Лиза отравилась твоей стряпней. Готовила ты. Очень умно, Ната. – Наталья! – Очень умно, Наталья. Очень. Травить мою любимую девушку, мою будущую жену… Ты нажила себе врага в моем лице, в курсе? – Ты сделал Лизе предложение? – ахнула Ната. – Еще не сделал, но… сделаю. – Я знаю, какой у нее размер пальчика. Могу подсказать. Вот спасибо! Кто знает, что с моей Лизой? Она, может быть, за жизнь борется сейчас. «Так борись, борись», – обратился я мысленно. В коридоре появился врач. – С Волошиной кто прибыл? – Я! – подскочила Ната, затрясла рукой, как первоклассница. – Я! Я!.. До меня не сразу дошло, что Волошина – это девичья фамилия Лизы. Видать, решила себе ее вернуть после развода, не желая оставаться Рузановой по документам. Эх, я-то видел ее уже исключительно Бессоновой в своих мечтах! – Пройдемте! – пригласил врач. Я тоже подошел. – А вы? – Жених! – отозвался я. – Значит, скоро отцом станете. Если удастся сохранить беременность! – хлопнул меня по плечу мужчина. – Елизавету отправили на сохранение. – А как же… отравление? – Просто токсикоз, сильнейший. Еще и не такое бывает при беременности. – К ней можно? – поинтересовался я. – Можно. На пять минут. – Семнадцатый! – вдруг пискнула Ната. – Что? – Размер пальца – семнадцатый! – сказала она. – Беги за кольцом. Скорее-скорее, – замахала руками. – И чтобы не было похоже на предыдущее. – А-а-а… – Если Лиза беременна, то ребенок точно твой! – уверенно заявила Ната. – За последние несколько месяцев Лиза с тобой только спала. Бывший муж – жлоб! Он был и в постели жлобом, обделял интимом. Секса с Игорем не было уже давно! Говорю по секрету… Но я ничего не говорила. Ты типа сам догадался.