Глава 43

Исаак – Ну? – поинтересовалась Ната. – Чего ты стоишь? – Я не хочу покупать абы какое кольцо. Только потому что спешу. Лиза достойна лучшего. Я выберу с толком, а прямо сейчас пойду к ней. – Доктор, мой салат не виноват? – поинтересовалась Ната. – Я в любом случае порекомендовал бы Елизавете воздержаться от сомнительных экспериментов с едой. – В следующий раз, Наталья, лучше экспериментировать сразу на Григории, идет? – предложил я. Я вошёл в палату к Лизе и застыл на пороге. Она лежала на постели, прикрыв глаза. Такая бледная, худенькая… Моё сердце сжалось в груди, став размером с горошину. Я шагнул к ней и тихо позвал по имени. – Лиза, привет. Это я, Иса… – опустился в кресло возле постели. Ресницы затрепетали, веки дрогнули. Лиза открыла глаза и отвела взгляд в сторону. Я подобрался поближе, взял её руку и зажал между своих ладоней. Наверное, целую минуту или даже больше мы просто молчали. Я осторожно поглаживал её пальцы и нежно поцеловал кисть. Лиза не отнимала руку. Я прижал ее ладонь к своей щеке, заглянул в глаза, полные слез и нежности. – Все будет хорошо. И с тобой, и с малышом. – Ты знаешь? – Врач сказал. Да, знаю. Наш малыш, нимфочка. Наш с тобой. Я просто охренеть как рад этому… – И ни тени сомнений? – спросила она. – По счастью, твоя болтливая подружка поделилась со мной кое-какой ценной информацией. Так что без всяких сомнений. Я так рад… Безумно. Пытаюсь держать себя в руках! Но внутри… Просто ураган. Я буду плясать под этими окнами, – пригрозил ей. – А ты? – Рада. Тоже. Просто я сама только узнала и еще не придумала, как тебе сказать. Все так сложно и быстро развивается… Стремительно. Как ураган… Боюсь запутаться в этом еще больше. – Я понимаю. Теперь, действительно, понимаю! Все твои опасения теперь мне ясны, и я тоже переживаю безумно. При всей показной уверенности в себе. Но отступать не хочу и не буду. Я люблю тебя. Безумно… Хочу, чтобы ты вышла за меня! – Иса… Постой… – Нет, дай мне сказать? Я всем своим говорил: хочу, чтобы ты стала моей женой. Еще до сегодняшнего дня. До того, как узнал о твоей беременности. И теперь, разумеется, я хочу этого еще больше. Жажду… Безумно. Пожалуйста, не отказывай вот так, сразу. – Я подумаю, – пообещала Лиза. – Но это «да», да? Такое отстроченное, легкое «да», которое со временем обретет силу, станет увереннее. Лиза рассмеялась. – Ты неисправим. Иса… – М? – Мне страшно, – призналась она. – Очень страшно. У меня уже был выкидыш… Был. Я не хочу повторения! – Я не допущу. Устроим тебя в лучшую больницу, все будет замечательно. Вот увидишь. У меня такие хорошие предчувствия на этот счет… – Уверен? – Да. – М-м-м… Когда ты так говоришь, мне в это верится. Я поспать хочу немного. – Спи. Когда проснешься, я буду рядом. – Обещаешь? – Нет, не обещаю. Гораздо лучше. Гарантирую. – Ох, это другое дело. – Именно. Не сдержавшись, я наклонился, чтобы поцеловать Лизу. Она отвечала легко, едва заметно. Видно, что устала, выбилась из сил, пока ей было плохо. Но все же она задержала меня, погладила по щеке. – Я думала о тебе. Только о тебе, Иса. Не о бывшем. Все в прошлом… – Моя ты хорошая, – чуть не прослезился я. – Отдыхай. Все наши беды в прошлом. Мы наконец-то нашли друг друга по-настоящему и больше никогда не потеряемся. * * *После того, как Лиза уснула, я решил выйти ненадолго. Нужно было устроить Лизе пребывание в хорошей клинике, решить еще несколько нюансов. Дать прислуге распоряжение, чтобы надраили дом до блеска, и найти толкового дизайнера, чтобы подумал о детской комнате… В коридоре не было Наты, зато сидел Гриша, который забрасывал в рот пластмассовой ложкой остатки ужасного салата, сотворенного Натой. – Ты бы поосторожнее с этим, что ли, – посоветовал я. – А что? – поинтересовался молодой мужчина. Я не успел ответить, в чем подвох, появилась непосредственно она – автор этого салата. – Гриша! – ахнула Ната. – Ты что, съел всю экспертизу? Я брала на всякий случай, если причина отравления была в нем… Чтобы нашли противоядие! – Но ты же сказала, подруге от беременности плохо. Сегодня без тормозка, есть хочется жутко, а тут салат в банке, аппетитно выглядит. И не мог никто этим салатом отравиться. – Правда? Было вкусно? – Вкуснее, чем мамино коронное блюдо, – похвалил Гриша. Ната чуть не расплавилась от улыбки и… смущения, что ли? Никогда не видел ее такой, ха… Я-то считал ее кем-то вроде надувной куклы многоразового пользования. Но вот что с людьми делают настоящие чувства, не по расчету – преображают до неузнаваемости. – Давай сюда контейнер, – потребовала Ната. – У нас с Лизой посуда общая. Не верну, будет мне лекции читать. – Ты здесь останешься? В клинике? – уточнил Гриша. – А то у меня смена же… Еще не закончилась. Перекусил, на тебя посмотрел и дальше трудиться можно. – Иди, – царственно кивнула Ната. – Приглашаю тебя на ужин, заглянешь после работы. – На завтрак, Ташенька. У меня смена – сутки, заканчивается завтра утром. – Хорошо, тогда на завтрак. Завтраки у меня получаются еще лучше салатов. Я вышел покурить, через некоторое время ко мне на крыльце присоединился Гриша. У него не нашлось работающей зажигалки, стрельнул у меня. Я не смог сдержаться, поинтересовался: – А ты реально салат ел с аппетитом или просто напоказ блевануть не захотел? – Что? – посмотрел на меня. – Вкус необычный, конечно. Для гурманов, наверное. Картошка немного странная, как будто чуточку переваренная… – Это было авокадо, Григорий. – Хм. Деликатесы, значит. Непривычное сочетание. – Надо же, я думал, ты просто не хотел Нату расстраивать. – Этот салат – вкусный, – уверенно заявил Григорий. – Ты бы поверил, попробовав мамино коронное блюдо. Заливную рыбу. Вот где треш… Готовит она ее из карасиков, которые мой батя здесь по региону в каких-то вонючих лужах вылавливает. Даже кот эту гадость не жрет, а моя мама из нее свое коронное блюдо готовит. Я и так рыбу не приветствую, а ее заливная рыба… Просто ужас. Вонь, мерзость, и иногда заливка еще такая противная, не застывает как следует. Не съесть нельзя, мама обижается, а у нее слабое сердце. Всегда готовит на семейные сборища, – разговорился Гриша. – Нату хочу с родителями познакомить, так мама уже эту дрянь вариться поставила. Не представляю, как моя Таша это будет есть. Она же такая утонченная, красивая! Придется самому сожрать, чтобы не заставлять ее мучиться, – Гриша вздохнул. – Но я в отношении Таши настроен серьезно, поэтому… готов потерпеть. – Если так, то совет да любовь вам, – пожелал я. – Ладно, я пошел, – выбросил окурок в урну. – Подвязался на дополнительные смены, чтобы хватило на кольцо. Надеюсь, оценит. – Оценит, – уверенно сказал я. – Пока Ната делала тебе салат, повредила палец. Это очень серьезно. – Палец повредила? Так что ты молчишь! Это может быть серьезно… Моя тетка так фаланги лишилась. Уколола палец, он воспалился, и все. Трындец пальцу! Гриша рванул обратно. Спасать Ташеньку от серьезного ранения. Обследование, контроль, все дела. – Гриша, я здорова. Я вообще не люблю больницы. Я их боюсь! – Поговори у меня! Я рядом буду. Поняла? – Но я… – Поговори еще. Как арестую… – пригрозил на всю больницу обеспокоенный Григорий. Никогда бы не подумал, но парочка из них что надо. Вон как Ната зарделась, прильнула к спасителю. Тот и рад! Орел, епта… Кстати, мне бы и самому надо озадачиться поисками подходящего кольца. Какой у Лизы размер? Семнадцатый… Пусть она мне еще не сказала «да» и даже в любви не призналась, но я понимаю ее настороженность и затаенные страхи, готов подождать, сколько потребуется. Пусть думает, сколько душе угодно. Но с кольцом на пальчике… Так будет думать намного лучше!