Глава 6

Сегодня на тренировке блистала Мирабель. Голубка наконец-то перестала носиться со своим целителем как с несмышленым яйцом и больше не пыталась заживить ему каждую царапину или синяк. Вместо этого Мирабель отважно атаковала фантомы, игнорируя причитания копии Хиллера, переживавшего за свою голубку, и наши удивленные возгласы.

— Очень хорошо, — озадаченно крякнул Альфред Снежный, сверившись с секундомером.

— На тебя посмотришь, и появляется уверенность, что наша академия хоть что-то сможет противопоставит фамильярам из Эльгеора, — одобрительно тявкнула ласка.

Услышав это, я так и замерла с открытым ртом. Не знаю, что удивило меня сильнее: похвала Висэль или то, что она упомянула свою бывшую академию, где как раз сейчас учился кузен Фиол.

— Чего рот раскрыла — муха залетит, — фыркнула она, заметив мой интерес.

— Ребят, вы обратили внимание, какая сегодня ласка странная? — шепотом поинтересовалась я у остальных фамильяров.

— Ага. А пару дней назад ныла, что мы все — зверский отстой, — всхрапнул Аллистер. — Ты только посмотри, что Мирабель творит, — прям ястреб, а не голубка.

Покончив с тренировкой в воздухе, та спустилась на нашу наземную трассу и теперь штурмовала и её.

— Странная она сегодня, — пробормотала я.

— Да тебе просто завидно, что кто-то обскакал, — надменно бросила Висэль.

О! Хоть что-то в этом мире неизменно, а то я даже распереживалась.

После занятия у Снежного нас ожидала встреча с куратором Йерихоном. До начала курса по взаимодействию с подопечными оставалось двадцать минут, так что я не пошла в оранжерею вместе со всеми, а помчалась в Башню боевых магов, где проходила тренировка Эллы и Люка. Под руководством Мериэль Эд’лаор ребята осваивали новое оружие. Торчать в дверях я не стала, вместо этого никем не замеченная поднялась по лестнице и вышла на балкончик, где можно было наблюдать за происходящим в зале, и обнаружила ещё одного зрителя.

Лорд Рендел стоял в глубине, практически у стены, и следил за тем, как Элла и Люк кружили по залу. Увидев меня, архимаг молча простер руку, и из пола вырос высокий одноногий стул, так похожий на цирковую тумбу для зверушек. Пришлось мысленно отвесить себе пинка за мнительность. Лорд Рендел всего лишь позаботился, чтобы мне не пришлось левитировать или же взбираться на перила, где меня могли заметить. Так что я с комфортом примостила свою пятую точку на мягком сиденье и жадно уставилась на арену.

Элла делала успехи, движения девушки стали более четкими и в то же время плавными. Даже не верилось, что еще четыре месяца назад она настолько неловко размахивала мечом, что тот представлял опасность в первую очередь для неё самой. В пару к зачарованному кинжалу Элла выбрала обычный и теперь блокировала им удары, наносимые длинным посохом. В нем я не сразу узнала жезл боевого мага, обычно Люк носил его в собранном виде.

— Как Марк? — тихо спросила я. — Вы же из-за него пришли? Оценить, как произошедшее с фамильяром отразилось на его маге.

Лорд Рендел едва заметно кивнул.

— Подробности вам сообщит Йерихон, но если кратко, то плохо. Марка отравили. Это была разработка тёмных жрецов, пробуждающая звериную суть фамильяра. Если принимать в малых дозах, она в какой-то степени полезна. Повышает силу, ловкость и прочие физические качества, но Марк слишком налегал на конфеты…

Я потрясенно мяукнула, вспомнив неизменные леденцы Марка. Бросив курить, он постоянно посасывал конфеты на палочке и в момент нахождения Эллы и Люка в дуэльном круге как раз яростно грыз одну из них.

— Ему можно помочь?

— Процесс обратим, но потребуется время. И устойчивая связь с Люком, которая была прервана. Целители совместно с Альфредом Снежным сейчас пытаются выяснить, что же произошло.

Лорд Рендел произнес это совершенно спокойно, не отрывая взгляда от арены. Я же от его слов вздрогнула и едва не свалилась со стула, удержалась только благодаря левитации.

— Уверена, они во всем разберутся, — слабо пролепетала я.

— Я тоже. Вы понимаете, что Люку в данный момент нежелательно покидать Кар-Шан? Он должен находиться рядом со своим фамильяром.

— Понимаю. Простите, я не подумала, что его отлучка скажется на Марке.

Выходит, я оказалась права, штраф по магической сделке ударил не только по Люку, но и по его фамильяру. Если прежде я ещё сомневалась, то теперь была уверена на все сто процентов. Люка надо было спасти от расплаты, а я всего лишь нашла подходящее решение, пусть и не совсем законное.

— Надеюсь, вы помните, что обед состоится через два часа. Прошу по возможности не опаздывать. — Абсолютно нейтральная фраза, но тон… он мне сказал о многом.

Лорду Ренделу безумно хотелось побыть со мной наедине. У нас было так мало времени для свиданий, что даже случайные встречи, вроде этой, казались значимым событием. Порой мы сталкивались в коридорах академии, иногда лорд Рендел присутствовал на занятиях фамильяров. Я научилась ценить мимолетные обмены взглядами, стала понимать, когда чуть ироничная улыбка, возникающая на губах архимага, предназначалась мне одной. Но больше всего я обожала моменты, когда он без предупреждения появлялся в моей комнате. Странно, но прежде я не задумывалась, что в этом есть нечто предосудительное. Теперь же, когда лорд Рендел сказал об этом прямо, я и сама осознала: это действительно так. Но тем ценнее становились тайные визиты, окутанные флером чего-то запретного. Лорд Рендел всегда вел себя безупречно, но уже то, что я видела его в своей комнате, заставляло все внутри переворачиваться и петь от восторга.

Фигуры Люка и Эллы сделались далекими. Происходящее внизу перестало меня интересовать. Я прислушивалась к своим ощущениям, внутри искрилось нечто настолько шаловливое и теплое, что я бы не удивилась, если бы и на моей шерсти начали потрескивать настоящие искры.

Вдруг Элла оступилась и потеряла равновесие. Не иначе как почувствовала смену моего настроения. Люк тут же воспользовался заминкой. Быстрый удар посохом под коленями — и вот уже Элла лежит на спине, а склонившийся над ней Люк выясняет, не сделал ли он ей больно.

— Ваше занятие по взаимодействию с подопечными начнется через пять минут.

Спохватившись, заглянула в УУМ, убедилась в справедливости слов лорда Рендела и полевитировала к выходу. Лапам я не доверяла, близость любимого буквально выбила почву из-под ног.

***

Я уже знала, что Йерихон начнет лекцию с экстренного сообщения. Для остальных информация об отравлении Марка снадобьем, созданным темными жрецами, оказалась настоящим шоком.

— Куратор Йерихон! — Соня подняла руку. — Подскажите, удалось ли выяснить, где Марк покупал эти конфеты?

— Пока нет. Нам придется дождаться, когда его сознание прояснится.

— А если привлечь менталиста и считать память Марка? — спросила Мирабель.

— Мы выясним происхождение конфет, но можем потерять Марка. Есть вероятность, что его разум не выдержит такой нагрузки. Так что остается только ждать.

— И не тянуть в рот подозрительные конфеты. Что? — Висэль хмуро осмотрелась. — Я, между прочим, тоже переживаю. Вульф может подтвердить!

— Всё так, — буркнул блондин. — Мы все в одной лодке. В смысле учимся в одних стенах.

— Спасибо, что напомнили, — с улыбкой спохватился Йерихон и взглянул на часы. — Открываем тетради и записываем тему лекции: “Тонкие чувства во взаимоотношениях с подопечными”.

По аудитории прокатилась волна смешков. Скалились в основном те, кому достались маги того же пола. Мирабель и Соне вот точно было не до смеха.

Неужели девчонки неровно дышат к Хиллеру и Кеннету? Нет, глупости же. Мирабель каждую неделю в кого-нибудь влюбляется. Временами мне кажется, что ей просто нравится это состояние, что она влюблена в собственную влюбленность больше, чем в объект обожания. А Соня — это Соня. Она слишком разумная и серьезная, чтобы увлечься Кеннетом. И потом, она же знает, что тот вздыхает по Элле. А Элла в свою очередь…

Тьфу ты! Не учеба, а сюжет для мыльной оперы.

Фамильярам запрещено влюбляться в своих подопечных, это непреложное правило мы зазубрили ещё до прибытия попаданцев. А вот причину данного запрета Йерихон раскрыл нам только сегодня.

Выяснилось, что любовные переживания относятся к чересчур сильным эмоциям и влияют на развитие магического дара. Они могут как подстегнуть процесс, так и спровоцировать откат вплоть до того, что адепт перестанет управляться с собственным жезлом.

Я подняла руку.

— Да, Даниэлла. Слушаю тебя.

— Всем известно, что моя Элла находится в состоянии вечной влюбленности в двух парней, — я зло зыркнула по сторонам и под моим взглядом улыбки угасли, а смех оборвался. — Но это не мешает ей справляться с учебой.

“Хорошо, что я всегда начеку и не даю ей слишком долго парить в облаках”, — мысленно добавила я.

— Связь фамильяра и адепта строится на доверии. Именно оно поддерживает активный энергетический обмен между вами. А любовь зачастую сопровождают сильные негативные эмоции: ревность, обида, жажда единоличного обладания. И тогда доверие подвергается серьезному испытанию. Мой вам совет, ребятки: не хотите проблем — не влюбляйтесь в своих магов.

К себе в комнату я возвращалась, погруженная в собственные мысли, и не заметила расставленную на полу ловушку. Стремительно сгустившиеся над головой тучки окатили меня проливным дождем, промочив до последней шерстинки.

Вот зараза! И кто посмел?!

— Смотри, Вульф, какая облезлая кошка. Дэни, тебе срочно нужно делать что-то с питанием. Рацион бобра не подходит для кошачьей шкурки.

Ласка, распушив хвост, пробежала мимо меня. Я так растерялась, что сразу и не догадалась запулить по ней хотя бы пульсаром.

— Просто потрясающе, — пробормотала я, когда за Висэль захлопнулась дверь её комнаты.

— Прости её, Дэни. Просто в Эльгеоре иначе было нельзя, — несколько смущенно буркнул Вульф.

— Так вы давно не там!

— Висэль сложно перестроиться. Они привыкла к подобному поведению.

— А ты её поддерживаешь? — Я в упор посмотрела на волка.

По натуре Вульф замкнутый парень. Многие его воспринимали как тень Висэль. Он редко принимал участие в общих беседах, раскрывал рот, только когда надо было поддержать ласку.

Эх! И когда же Висэль уяснит, что глупо постоянно оглядываться назад и вспоминать порядки прежней академии? Сейчас она учится не в Эльгеоре, а в Академии фамильяров Кар-Града!

***

Обеденное время у фамильяров и адептов совпадало, это была длинная перемена в перерыве между лекциями. Когда Элла предложила спуститься в общую столовую, я не удержалась и призналась, что обедаю вместе с лордом Ренделом.

— У тебя тайное свидание, а ты молчала?! — заявила она, возникнув на пороге моей комнаты.

— Благодаря тебе оно сейчас перестанет быть таковым! — прошипела я, путаясь в юбке, которую сжимала в руках перед экстренной трансформацией в боброкошку.

Вот сколько можно так пугать? Для чего ей мысленная речь, если Элла не в состоянии предупреждать меня о своем приближении. Вот поставлю следилку — будет знать!

Элла прикрыла за собой дверь и недоуменно нахмурилась:

— А почему ты сейчас кошка? Тебе же готовиться надо!

— Угадай с трех раз.

— Ой! Так ты в этом собралась на свидание?

Элла сцапала с пола юбку.

— А что тебя удивляет? Не в мантии же идти.

— И тем более не в этом!

— А что не так? Чистая, не дырявая, любимая юбка, я всегда её надевала, когда надо было в лабораторию идти.

— Вот именно, что всегда! Дэни, она же старая! Невзрачная! Тебе к ней ту белую блузку надеть — и вылитая ассистентка ректора.

— Я и есть ассистентка ректора.

Трансформировавшись, попыталась отнять юбку у Эллы, но подопечная ловко спрятала её за спиной.

— Элла, прекращай! Мне надо собираться!

— В этом не пущу! — Она недвусмысленно высунула руку в окно, а потом взмахнула моей юбкой как флагом.

— Совсем сдурела? Сейчас кто-нибудь увидит — и пойдет слух, что я настолько психованная, что швыряюсь вещами из окон!

— Окей. Признаю, я слегка перегнула палку, но и идти в этом на свидание — неслыханная глупость. Это же не обычные посиделки в лаборатории, а свида-а-ание, — с огромнейшим удовольствием протянула она.

— Хорошо. Если юбка и блузка не подходят, то что мне выбрать? Платье, в котором я ходила на магическую ассамблею?

— Не-е-ет, это тоже чересчур. — Элла решительно тряхнула головой.

— А больше нечего! У меня не так много одежды. Зачем она фамильярам?

— Дэни, ты в сумку, которую тебе мама дала перед отъездом, заглядывала? — Эм… Нет. Как-то не до того было.

Сумка лежала в глубине шкафа, куда я ее засунула после возвращения с Сан-Дрима. Мама всучила её буквально в последнюю минуту, заявив, что это на случай, если придется ехать на практику в другой мир. А практик у нас выездных пока не было, Ярмарка-Град не в счет, так что о сумке я благополучно забыла и совершенно не представляла ее содержимое. А вот Элла, судя по хитрой улыбке, была в курсе.

— Твоя мама — обалденная. Она сразу смекнула что к чему, когда я сказала, что ты слишком срослась со звериной ипостасью. Не пришлось даже расписывать бедственное состояние твоего гардероба.

Я так и замерла с открытым ртом.

— Ты могла сказать мне прямо, а не вмешивать маму! Какой ужас… Она же теперь решит, что я хожу тут оборванкой, и начнет присылать посылки каждый месяц!

— Да вряд ли. Там же четыре новых платья. Ты за месяц в них и по разу не покрасуешься, — пробормотала Элла.

А вот это уже было обидно! Уверенность Эллы в том, что я совершенно не умею вести себя как нормальная девушка, неприятно щелкнула по носу. Ладно, сама виновата. В какой-то степени Элла и мама были правы, не все же мне в зверином облике рассекать. Надо быть готовой и к тому, что меня будут видеть и оценивать как девушку.

Интересно, а лорд Рендел заметит, если я надену новое платье? Или ему тоже все равно?

Мама прекрасно знала мой вкус, поэтому все четыре платья оказались в любимой припыленной гамме: серо-голубое, пепельно-розовое, жемчужно-зеленое и лавандовое.

— На мой взгляд, бледновато, но тебе пойдет, — одобрительно кивнула Элла.

— И какое выбрать? — Я в растерянности уставилась на платья.

Нарядными они не были, и украшены более чем скромно. Все-таки моя мама отлично в одежде разбирается, хоть и лисичка.

— Конечно же голубое! У тебя и туфельки есть подходящего оттенка.

Я согласилась с Эллой и спустя минуту крутилась у зеркала.

— Эх, кулончик бы тебе сюда или ещё какой аксессуар, — мечтательно вздохнула Элла.

Чужим нарядам она всегда радовалась как своим. Уже во все шкафы однокурсниц успела нос сунуть. Когда наши расписания разделились, адепты стали больше времени проводить вместе, и у Эллы появились подруги с факультета целителей.

— Когти и хвост — мой главный аксессуар, — хмыкнула я, поправляя прическу.

— Повезло тебе с лордом Ренделом. У вас с ним общие интересы и полное взаимопонимание, — неожиданно печально заявила она.

Насчет общих интересов я уже не была уверена, да и с взаимопониманием имелись определенные сложности, но грустный вид Эллы меня насторожил.

— Что стряслось? Опять проблемы с Люком?

— С Кеннетом… — тяжелый вздох. — Вечно он что-то высчитывает да проектирует. Даже на свидание с блокнотом приходит.

— Так артефакторы натуры увлекающиеся. Если Кеннета захватило создание чего-то новенького, он, пока не закончит — не угомонится. Ты лучше попроси его объяснить, над чем он работает.

— Просила.

— И не объяснил?

— Хуже. Я ничего не поняла. Вот с Люком намного проще. Ещё бы он руки не распускал. Ведет себя так, словно я уже его девушка.

— А ты разве нет?

— Так он и не предлагал! — Элла от злости даже ногой притопнула. — Ни разу не сказал, что я ему нравлюсь. Только дразнится и пульсарами швыряется.

— А ты?

— А я его жезлом луплю.

Я тихонько прыснула в кулак. Высокие отношения боевых магов. Хорошо, что лорд Рендел не такой! И я… я не такая. Я же спокойная, рассудительная, организованная, смелая… местами скромная. И поэтому не должна дрожать при мысли о предстоящем свидании!

И все-таки когда передо мной возник черный тубус с запиской от архимага, мое сердце пропустило несколько ударов. Дрожащими руками я открутила крышечку и вытащила записку. Свидание не отменялось, лорд Рендел ждал меня на террасе в личных апартаментах.

***

В лифт я вошла ровно за две минуты до назначенного срока, а в комнате появилась секунда в секунду, чтобы угодить в мужские объятия. Слова приветствия застыли на губах, потому что архимаг слегка сжал мои плечи, а потом медленно провел рукой по спине. Его ладонь спустилась к самой талии, а потом, словно осознав, что едва не преступил границу дозволенного, лорд Рендел глубоко вздохнул и мягко привлек меня к себе. Это было так неожиданно и совершенно не похоже на него, что я сперва растерялась, а потом сердце испуганно екнуло.

— Вы пригласили меня для того, чтобы попрощаться?! — Я с тревогой всмотрелась в любимое лицо, пытаясь прочитать ответ по глазам.

— Откуда такие мысли? — с легким недоумением спросил архимаг, по-прежнему удерживая меня за плечи.

А я внезапно ощутила, до чего же у него горячие руки, так через ткань платья и жгут. Или все дело было в платье? Слишком тонком, хотя и с длинными рукавами.

— Вы пригласили меня пообедать, а теперь вот обнимаете. Это слишком чудесно и необычно, чтобы я не заподозрила неладное.

— Так, значит, мои объятия вам кажутся чудесными? — по губам мужчины скользнула лукавая улыбка.

— Безумно.

От смущения я не знала куда глаза девать, поэтому не придумала ничего лучше, как снова спрятать свое лицо у него на груди.

— Даниэлла, я уже говорил вам, но готов со всей серьезностью и ответственностью повторить: я на своем месте и не собираюсь покидать пост ректора Академии фамильяров Кар-Града.

— Спасибо. Мне это нужно было услышать, — еле слышно призналась я.

Только сейчас я смогла по-настоящему расслабиться, а потом позволила увлечь себя на террасу. Так странно, столько раз на ней бывала, а все равно словно впервые ступила на залитую солнцем площадку. Сегодня и впрямь было все иначе…

— Я рад, что вы начали носить одежду своего мира.

— Ка-а-а-к вы узнали?

— По вышивке голубым жемчугом. Работы ваших мастериц известны первым модницам Содружества. К сожалению, товары с Сан-Дрима — редкость на прилавках других миров.

— Сомневаюсь, что это печалит наших мастериц. Боюсь, они и не ведают, что пользуются спросом.

— Но даже если бы и знали, это бы ничего для них не изменило, — с пониманием произнес архимаг.

Он действительно уважал желание жителей Сан-Дрима оставаться в изоляции. Наверное, поэтому жрецы Бога-Солнца и относились к нему столь благосклонно. Причем доступ на Сан-Дрим лорд Рендел Аратейр заработал ещё до нашего знакомства. Я всегда подозревала, что жрецы знали о других мирах намного больше, чем показывали. Знания — сила, и они их использовали, чтобы оградить Сан-Дрим и его уникальную магию от влияния Содружества.

— Вы правы. Верность Богу-Солнцу, своему народу, семье и традициям — краеугольные камни системы ценностей на Сан-Дриме. Для его жителей остальные миры кажутся чем-то далеким и совершенно непонятным.

— В этом Сан-Дрим похож на Кар-Шан. Только если ваш мир купается в лучах солнца, то этот сокрыть вечной тенью. — На мгновение мне показалось, что лорд Рендел добавит что-то ещё, но он лишь отодвинул для меня стул. — Присаживайтесь, и заклинаю, отдайте должное стараниям Зиновия, или старый ворчун меня совсем замучает. Это из-за него я отказался от обеда в лаборатории. Зиновий убедил, что заставленное реактивами помещение не самое подходящее место для приема пищи.

— Зиновий и с вами спорит?

— Постоянно. — С губ архимага сорвался тихий смешок. — У этого артефакта на редкость скверный характер. В последнее время он меня постоянно пилит из-за того, что я не слежу за вашим питанием. Утверждает, что вы привыкли перекусывать на бегу, да еще и в облике кошки. Немытыми лапами в рот еду тянете…

— Не правда! Просто мы с ребятами часто ходим в столовую, а кем как не кошкой мне сидеть за общим столом?! Знаете, я была лучшего мнения о Зиновии. Думала, солидный артефакт, а он сплетник похлеще Веньи Дормидонтовны!

— Да! Сплетник! А что ещё остается? — проворчали из комнаты. — Горячие тарелки, немытая посуда да слой пыли, когда используют не по назначению!

— А вас невозможно использовать по назначению! Вы же так и норовите угостить чем-то совершенно несъедобным!

— И это она о сыре с благородной голубой плесенью!

— Да мне все равно, благородная она или безродная, я не желаю есть просроченные продукты!

— Лорд Рендел, вам нужно срочно ввести в расписание вашей невесты этикет!

— Сомневаюсь, что дополнительные знания помогут отбить у меня обоняние. Ваш сыр с плесенью вонял так, словно рядом с ним кто-то сдох!

— Да чтоб вы понимали! И вообще… приятного аппетита!

Наша перепалка подняла лорду Ренделу настроение. Обычно сдержанный, он смеялся в голос, да так заразительно, что и я отложила ложку и заливалась, пока в боку не закололо.

Отдышавшись, заметила взгляд архимага, направленный на меня.

— Что-то не так? — я ощупала руками лицо. Вдруг крошка к подбородку прилипла?

— Вы удивительная девушка, Даниэлла. Я… — Его голос сделался низким, обволакивающим, а в глаза появилось то самое, свечение, которое я уже видела раньше.

Точно завороженная, я смотрела в карие глаза, в глубине которых мерцали золотистые искры, а потом его радужка резко потемнела и, от нее растеклось нечто темное, заволакивающее белки глаз. Это пятно расползалось пролитыми чернилами, а я вспомнила, где уже видела такие глаза раньше.

— Нет! — В панике вскочила со стула и замерла, отчаянно сжимая салфетку. Своей реакцией я себя выдала.

— Выходит, вы всё помните, — глухо произнес лорд Рендел и тяжело откинулся на спинку стула.

Уже сделав несколько шагов назад, я спохватилась и заставила себя остановиться. Не могу же я сбежать сейчас? И что с того, что у сидящего напротив мужчины глаза Зверя? Это же все равно тот же самый лорд Рендел Аратейр, архимаг боевой магии и артефакторского искусства, ректор Академии фамильяров Кар-Града.

— Это моя вина. Я не смог вас защитить. Я, лорд Рендел Аратейр из рода хранителей Кар-Шана, не смог уберечь свою единственную.

Тихие слова оглушили меня, заставив несколько секунд растерянно смотреть перед собой, а потом я поняла, что лорд Рендел меня не видел! Тьма, застлавшая его глаза, показывала ему совершенно иные образы. И в той другой реальности со мной происходило нечто страшное.

Не помня себя от ужаса, я подбежала к лорду Ренделу, но стоило мне прикоснуться к его руке, как перед глазами все поплыло, затягивая мое сознание в воронку чужого разума, а потом я обнаружила себя стоящей на выжженной земле среди искореженных деревьев.

Фамильяры тонко чувствуют магию, наполняющую живые создания. Её крупицы есть в каждом существе, появившемся на свет, в каждом ростке, проклюнувшемся из семечка, но место вокруг меня было абсолютно пустым, лишенным силы. Я находилась в мертвом лесу, освещенном призрачным светом голубых камней. Они вырастали прямо из земли, точно обломки костей неведомых животных. На негнущихся ногах я побрела к ближайшему дереву, тропа под ногами хрустела и трескалась, точно крошащийся лед. Я приложила ладонь к черному стволу и ощутила холод, какой обычно исходит от камня, потому что это дерево и было каменным! Даже трава тут была каменной.

Лорда Рендела я заметила не сразу, он стоял на коленях шагах в десяти от меня и яростно рыл землю голыми руками. Пальцы архимага вспарывали твердую корку, в призрачном свете блеснули длинные острые когти, такие, каких не может быть у человека.

— Рендел, что вы делаете?

Он замер, а потом повернул ко мне искаженное мукой лицо.

— Даниэлла? Тебя не может здесь быть. Ты погибла. Я лично зажег погребальный костер.

Признание было таким же жутким, как и похожий на затихающее эхо голос архимага, как и Тьма, сочащаяся из его глаз, но я нашла в себе силы улыбнуться.

— Мои родители никогда не позволили бы этого. Мое тело следовало погрузить в воды вечного океана Сан-Дрима.

Но он словно не слышал.

— Прости меня, родная. Я не должен был противиться предначертанному. Кар-Шан взывал ко мне, но вместо того чтобы откликнуться на призыв и принять магию рода, я сделал все, чтобы заглушить этот зов. Я подвел тебя и тех, кто в меня верил… — Последние слова были произнесены шепотом, но и он не смог скрыть боль, терзающую архимага.

Лорд Рендел казался таким потерянным и одиноким. Погруженный в личный кошмар, он смотрел на меня как на призрак. В панике я ощупала себя, потом как следует ущипнула и с облегчением поняла, что материальна.

— Я схожу с ума, Даниэлла, но, молю, не уходи. Ты нужна мне, моя маленькая кошечка. Так нужна, сердце мое… — Он протянул ко мне руку, а потом решительно встряхнул головой и рука упала. Мужчина оперся ладонями о землю и замер.

Я подбежала к архимагу, опустилась на колени рядом и накрыла его ладонь своей. Теплая! В следующее мгновение я очутилась на земле, распластанная мужским телом. Лорд Рендел нависал надо мной, окруженный тьмой, она ластилась к нему, притягиваясь как к магниту. Магия этого места, такая страшная, непонятная и неотвратимо искажающая образ любимого. С каждой секундой, проведенной в этом месте, архимаг менялся.

Он продолжал смотреть на меня как на призрак, хотя я и лежала под ним во плоти. Ладонь архимага приблизилась к моему лицу, и я подавила вскрик ужаса, увидев совсем рядом длинные когти.

Соберись, Даниэлла. Нашла чего бояться! У твоей мантикоры ноготки не меньше!

Мужская ладонь легла на мою щеку, и я ощутила влагу израненной в кровь кожи.

— Лорд Рендел Аратейр никогда бы не стал бежать от ответственности, — тихо произнесла я, изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я не встречала более храброго и благородного мужчины. Он не побоялся бросить вызов магическому сообществу и доказал, что фамильяры могут обучаться с магами на равных. Что ему какая-то древняя, всеми забытая магия, у него своей с избытком. Он боевой маг, сумевший укротить собственную природу и стать выдающимся артефактором. Лорд Рендел, вы слишком благоразумны, чтобы ковыряться в земле голыми руками. Создали бы уже магический заступ или какой-нибудь ломик…

Мой голос все-таки сорвался, а по щекам потекли слезы. Получилось!

Тьма отступала, а глаза лорда Рендела стремительно светлели, черты его лица смягчились, губы изогнулись в знакомой улыбке:

— Даниэлла, вы поразительно пронырливая кошка. Умудрились отыскать не только проход к самому охраняемому существу Кар-Шана, но и спустились за мной в Нижний мир. Поднимайтесь!

Лорд Рендел откатился в сторону, встал на ноги и подал мне руку. На этот раз она была совершенно нормальной, без когтей и без малейших следов от порезов.

Я внимательно осмотрелась, стараясь запомнить внешний вид мертвого леса, наполненного каменными растениями. Это была непонятная мне форма жизни, такая же странная, как магия, заключенная в ней. Не удержалась и озвучила этот вопрос вслух, на что лорд Рендел лишь покачал головой.

— Здесь нет магии жизни, Даниэлла. Только смерть во всем своем многообразии. Вы никогда не задумывались, отчего, потерпев сокрушительное поражение в Арриотэ, тёмные жрецы затаились в Кар-Шане?

— Подобное притянулось к подобному, — прошептала я, еще не в силах до конца поверить в собственную догадку.

Молчаливый кивок архимага был мне ответом.