Глава одиннадцатая. Начало обучения

Что я сделала, почувствовав свободу?

С тихим стоном легла на спину, приняв форму звёздочки. Были бы силы, еще бы и пальцы развела, став снежинкой, но тело оказалось слишком непослушным, а пальцы… Я знала, что они у меня есть, но не чувствовала.

Я, честно говоря, почти ничего не ощущала, кроме покалывания и зуда по всей коже. Почесать бы, да сил нету.

– Как себя чувствуешь?

Грин продолжал стоять надо мной, скрестив руки на груди.

– Плохо. Всё болит.

– Пройдёт.

На спор тоже сил не было. Я лишь вздохнула и произнесла:

– Спасибо.

– За что?

– За то, что остановил.

Если бы мне удалось совершить задуманное ночью, то чувствовала бы я себя сейчас намного хуже.

– Ты оказалась очень настойчива.

Ну вот зачем он продолжил эту тему? Я извинилась, он принял извинения. Всё. Конфликт исчерпан. Нет, надо обязательно напомнить мне о недостойном поведении.

– Это всё дар.

– Надо отдать тебе должное, справилась ты быстро, – продолжил Грин. – Я уже думал, что тебя придётся держать дня два на привязи. Кормить с ложечки, стараясь, чтобы ты при этом не откусила мне пальцы.

Меня передёрнуло от этой мысли.

– А как же естественные потребности? – поинтересовалась у него, пытаясь пошевелить пальцами, которых всё еще не чувствовала.

Тот задумался.

– Памперсы?

Я застыла, повернув голову и недоверчиво его изучая. Он же это сейчас не серьёзно?

– Чего?

– Ну есть вроде памперсы для взрослых.

– Какой же ты гад, Грин!

– Успокойся, ведьма. Я шучу. Как ты себя чувствуешь?

– Как медуза на берегу, сожравшая холодец и запившая всё это киселём. Плохо я себя чувствую.

Теперь ко всему прочему присоединилась тошнота. Это же надо придумать. Холодец с киселём…

Бррр…

– У меня к тебе разговор.

Мне бы на диванчик. Тот самый, который возвышался надо мной в полуметре. Мягонький, хорошенький. Как бы на него взобраться, не свернув при этом шею?

– Кара, я серьёзно. Мне надо кое-что тебе рассказать.

– Рассказывай, – вяло отозвалась я, пытаясь приподняться на локтях.

Поднялась и почти сразу опустилась.

– И показать.

– Угу.

А может, ползком?

– Кара, ты меня не слушаешь?

– Угу.

Нет, ну я его слушала, но не слышала.

И ему это, кажется, не очень сильно понравилось.

Пробормотав что-то не очень приличное, мужчина подошёл ко мне, рывком поднял с пола и взял на руки.

– О-о-о-о, – выдохнула я, сияя улыбкой. – Спа… Куда?!

Нет, я ведь искренне считала, что этот демон сжалился надо мной и моими бесцельными попытками забраться на диван и решил помочь. Но не тут-то было.

– Куда ты меня тащишь?

Мы вышли из комнаты, миновали гостиную и направились в коридор.

– Грин!

А вот и душевая, в которую меня не очень вежливо посадили, прямо на поддон.

– Ты чего делаешь?!

Штаны моментально намокли, вместе с бельем и попой, а встать сил не было. Мне тут же вручили в руки лейку для душа.

– Грин! – взревела я, отплевываясь, когда оттуда хлынула вода, ударив мне прямо в лицо.

Теперь была мокрая вся я.

– Тебе надо принять душ, – невозмутимо отозвался он. – Вода и напор разомнут затёкшие мышцы, и тебе станет легче.

– Грин!!! – снова завопила я.

– Я тебя жду, – ответил демон и вышел.

Убью! Вот вылезу отсюда и убью.

Потом началась моя эпопея с душем. Сначала я, зажав лейку между ладоней, поливала себя тёпленькой водичкой, мысленно, а иногда и вслух проклиная демона на все лады.

Это же надо было придумать, что душ поможет мне прийти в себя. Оказывается, может. То ли у меня регенерация улучшилась, но через пять минут сидения я почувствовала свои пальцы, потом еще через пять смогла встать.

В общем, через двадцать минут я чувствовала себя более чем отлично.

Далее предстояла более сложная задача – стащить с себя мокрую одежду, которая прилипла к телу и совершенно отказывалась отставать.

Пришлось попотеть.

Пару раз я чуть не грохнулась, запутавшись в штанине. Трижды ударилась локтем и едва не расквасила нос, неудачно развернувшись на скользком поддоне.

Отжав и побросав вещи в раковину, я снова забралась под душ – греться.

Всю подставу я поняла, когда, завершив водные процедуры, ступила на кафель и укуталась в полотенце.

Переодеваться было не во что. А натягивать назад мокрую одежду не хотелось. Была мысль попробовать высушить её с помощью магии, но опыт с волосами сразу отбил всё желание. Мало ли что может с ней случиться после этого.

Пришлось идти так. Слава Богу, полотенце у него большое, мягкое и бёдра прикрывало, как и грудь.

Идти было еще больно. Поэтому я передвигалась по стеночке, внимательно следя за своим состоянием. И как бы сильно ни хотелось придушить Грина, я решила отложить это до того момента, как ко мне вернётся контроль над телом.

В гостиную я вошла с гордо поднятой головой. Прошагала к диванчику, придерживая полотенце на груди, и села.

– Итак? Что это за срочный разговор?

Я еще и ножку на ножку закинула, демонстрируя красивую голень и кусочек не менее симпатичного бедра, едва прикрытого пушистым полотенцем.

Сам же хвалил.

Меня оглядели, немного задержавшись на стратегически важных частях тела, но комментировать не стали.

Вместо этого Грин поднялся и протянул мне старый потёртый снимок.

– Узнаешь?

Снимок был черно-белым и пожелтевшим от времени. Из плотной бумаги, с изломами и затёртыми краями. И довольно большой.

Повернув его к себе, я изучала изображение какого-то класса. Два десятка безликих девушек в серой одежде с белыми передниками, посредине дама в чёрном с глухим воротником и волосами, собранными в пучок. Лица у всех зернистые, размытые и, на первый взгляд, одинаковые. Мне не хочется к ним присматриваться, и я, скользнув равнодушным взглядом, вновь посмотрела на Грина, который сел рядом.

– Нет. Кто эти девушки?

– Выпускницы спецкласса тысяча девятьсот шестьдесят седьмого года.

– Более пятидесяти лет назад? – переспросила я, вновь взглянув на снимок. Этого стоило ожидать. – А что за специальный класс? Я о таком не слышала.

– Конечно, не слышала. Эти девушки – ведьмы.

– Все?

А на первый взгляд просто девушки. Хотя Ульяна тоже не была похожа на Ариэль из мультика. Так что удивляться смысла нет.

– Все.

– У ведьм есть специальные классы?

А мне достался вредный демон с диктаторскими замашками.

– Раньше были. Кажется, в провинциях еще есть. Сейчас практикуется домашнее обучение. Тайные знания, которые передаются от одного поколения к другому. Поэтому всем премудростям тебя будут обучать другие, я расскажу лишь азы.

– И зачем ты мне это показываешь? – Я взмахнула снимком, который всё еще держала в руке за уголок.

Грин ловко поймал меня за запястье, а другой рукой ткнул в одну из девушек на фотографии. Вторая в нижнем ряду.

– Узнаешь? – повторил мужчина.

Я выдернула руку из захвата и поднесла снимок поближе к лицу, внимательно вглядываясь в черты лица юной ведьмы.

Симпатичная. Можно сказать, красивая. Её даже снимок не портил. Темноволосая, брови вразлёт, миндалевидный разрез глаз, пухлые губы, правильные черты лица.

А ведь было в ней что-то… такое.

Не знаю, в какой момент я её узнала. Просто мысль посетила, сформировалась, и чем больше я вглядывалась, тем крепче она становилась.

– Марго? – неуверенно спросила я, вновь взглянув на Грина.

– Совершенно верно. Это Маргарита Шварц.

– Подожди. Сколько же тогда ей было лет? Под семьдесят?

А выглядела максимум на сорок, даже меньше – на тридцать пять.

– Не стоит спрашивать у ведьмы про её возраст. Но вы стареете медленнее обычных людей.

– Надо же, – пробормотала я, вновь рассматривая молоденькую Марго.

Хорошенькая. И взгляд такой прямой, открытый. Кто бы мог подумать, что через пятьдесят лет она будет одной из тех, кто будет править городом.

– А эту знаешь?

На этот раз Грин указал мне на девушку в третьем верхнем ряду.

Обычная такая, русоволосая. У неё, в отличие от остальных, волосы были собраны в простую косу, которая лежала на плече. Но черты лица не были деревенскими. Худенькая, стройная, про таких говорят статная. Была в ней какая-то порода. Губы в лёгкой полуулыбке, а в глазах невероятная уверенность в себе и своих силах.

Но я её не узнавала, хотя почему-то чувствовала, что должна. Ведь действительно кого-то напоминала. Разве что…

Я подалась еще ближе, пытаясь поймать ускользающую мысль.

Этого ведь не может быть… Или может?

Подушечкой пальца коснулась лица, которое так неуловимо было похоже на моё… И как я сразу не поняла. Может, просто не захотела поверить.

– Бабушка?

– Это Марианна Корзун.

– Марианна? Бабушку звали Анна. Анна Плетнёва.

– Ну, имя всегда можно сменить.

– С чего ты взял, что это она?

– Просто сложил два и два. Ты похожа на неё.

– Немного.

С тем, что моя бабушка была ведьмой, я уже почти смирилась. Но вот поверить до конца было еще очень трудно.

Взгляд метнулся к девушке в первом ряду.

– Она знала Марго?

– Знала. Мало того, они были лучшими подругами.

– Подругами, – повторила я, возвращая снимок Грину. – Ты хочешь сказать, что всё это было не случайно?

– Что именно? – Грин небрежно бросил фотографию на журнальный столик, поворачиваясь ко мне всем телом, кладя локоть на спинку дивана и опираясь на него головой. Нога при этом была согнута и спрятана под другой.

– Всё! – отозвалась я, убирая назад влажные волосы и поправляя полотенце на пышной груди, которое всё норовило сползти ниже. – Но ведь это не так. Я случайно оказалась в том переулке, просто задержалась на работе. Никто ведь не знал.

– Возможно.

– Марго. Она же сама осмотрела меня и сказала: «Ты подойдёшь, устрой им там всем жару!» Я и подумала, что всё произошло случайно, у неё просто не было выбора. Надо было отдать силу хоть кому-то, она и отдала её мне. Просто случайность.

– Случайность? Что она отдала силу именно тебе?

– Да.

– Внучке своей бывшей лучшей подруги?

В такой интерпретации всё звучало не так случайно, как мне бы хотелось.

– На которой к тому же была заглушка от любого магического поиска? И так случайно работала в её компании. Ты, кстати, как туда попала?

– Слу… – начала я и запнулась под светло-карим насмешливым взглядом демона. – В институте предложили пройти там практику. Я согласилась и после диплома там и осталась.

– Тоже случайно?

– Грин, прекрати. Да, это выглядит странно, но думать о том, что всё подстроено, – это сумасшествие. Тогда выходит, что…

Договорить я не смогла, запнулась, закусила губу и отвернулась.

– Тогда выходит, что Марго знала о смерти, о готовившемся покушении, но ничего не сделала и позволила себя убить, – закончил за меня мужчина. – Получается, что так.

– Но это глупо, Грин. Это очень глупо.

– А как еще убийца смог подобраться к ней? Поверь мне, Кара, у неё была такая защита, что это было просто невозможно. Её нельзя было просто так убить. Если только Марго сама этого не захотела.

– Умереть и передать силу мне? Но зачем?

– Мне бы тоже хотелось это знать.

Я снова взглянула на снимок, лежащий на столике.

– Ты сказал, что они бывшие подруги. Разругались? И как бабушка стала Анной Плетнёвой? Почему лишилась силы?

– А здесь, Кара, всё старо как мир.

– Мужчина, – вздохнув, произнесла я.

Что же еще может встать между двумя симпатичными ведьмами и разругать их в дребезги.

– Хуже, – усмехнулся Грин. – Демон.

– Демон? Опять?

Ну как тут сдержаться, когда подстава с каждой стороны? Куда ни плюнь, везде эти… существа.

– Что значит опять?

– А что, без вас, рогатых, никак не обойтись? – возмутилась я. – Бабушка не поделила с Марго демона?

Моя милая, добрая и нежная бабушка? С пучком седых волос, морщинами и мягкой улыбкой. У которой для меня всегда была припрятана конфета и интересная сказка.

И тут вдруг демон. Рогатый, страшный.

Нет, ну никак не могли эти два образа соединиться в один.

– Марианна Корзун считалась лучшей ведьмой в своем классе, самой сильной, умелой и талантливой, – продолжил Грин, проигнорировав мои вопросы.

Обиделся, что ли?

– А Марго?

– Марго была середнячок. Не плелась в хвосте, но и звезд с неба не хватала. И то лишь благодаря лучшей подруге, которая очень помогала ей в усвоении знаний.

– И как же всё поменялось? – спросила я и дёрнула головой. Мокрые волосы снова прошлись по обнажённым плечам. Это раздражало и отвлекало. – Грин, ты не мог бы их высушить?

Тот равнодушно кивнул и сделал какой-то пасс указательным пальцем. Даже не рукой, всего лишь пальцем. Словно прочертил в воздухе какой-то знак или загогулину. Отследить я не успела. А карие глаза вспыхнули уже знакомым мне зелёным цветом.

Грин… зелёный.

Я впервые задумалась о том, какое его настоящее имя. И почему он его так не любит и скрывает.

Голову обдало жаром, и тут же всё исчезло. Зато волосы высохли и бархатным покрывалом легли на плечи, сами укладываясь в причёску.

Я уже стала привыкать к этому.

– Спасибо.

Равнодушный кивок в ответ.

– Так как их способности изменились? Марианны и Марго? – поинтересовалась у него, убирая пряди за уши. Теперь волосы мешались по-другому – лезли в глаза.

– Не знаю, – ответил тот, поднимаясь с дивана и поводя затёкшими плечами.

– Что значит не знаешь? – спросила я, не отрывая взгляда от спины.

– Корзун просто перегорела. В один прекрасный момент. Без причины. По крайней мере, причину тогда не обнаружили. А потом сбежала из госпиталя и исчезла. Вскоре пришла информация о том, что она погибла. А Марго обрела силу, а с ней и власть.

Надо же… как всё завертелось. Тоже совпадение? Грин сказал, что таких совпадений не бывает.

– Марго отняла у неё силу?

– Понимаешь, в чём дело. – Грин бесцельно прошёлся по гостиной. Словно не мог сидеть на месте. – Я уже говорил тебе, что это невозможно. Точнее, возможно, но после этого она бы не выжила. Но Марианна осталась жива, мало того, смогла родить сына.

И почему мне слышится подтекст в словах? Неужели с этим как-то связан папа? Любимый папа, рационалист до мозга костей, который даже фантастические фильмы не признавал, считая глупой тратой времени. Интересно, что бы он сказал, узнав, что его мать была одной из сильнейших ведьм?

– Но тогда как?

– Не знаю, – повторил Грин, присаживаясь в кресло напротив и гипнотизируя меня странным взглядом.

– А тот демон? Которого не поделили подруги. Ты знаешь, кто это был? Может, он что-то сделал?

– Если бы демоны могли просто так отбирать силу, то царил бы хаос.

– Но ты знаешь, кто он.

Ухмыльнулся, странно блеснув глазами.

– Да.

А мне стало немного дурно.

– Это, – сглотнула, – это был ты?

Мне удалось его удивить. Брови поползли вверх, а взгляд стал таким ехидно-насмешливым.

– Ты считаешь, что мне сотня лет?

По тону сразу понятно – глупость сморозила, и мне её не забудут.

– Ну я же не знаю, какова продолжительность вашей жизни, – принялась оправдываться. – У ведьм же она больше.

Кивнул.

– Собственно, ты права. Мы живём дольше людей, помогает вторая сущность. Возраст зависит от её чистоты и силы. Чем сильнее демон внутри нас, тем мы дольше живём.

Понятно… что ничего не понятно.

– И? – не выдержав, поинтересовалась я.

– Что и?

– Это был ты? Ты тот демон, что встал между ними?

Почему-то это было неприятно. Грин и Марго. Грин и Марианна… бабушка. Представлять их вместе не хотелось. Неправильно как-то это.

– Нет, это был не я.

Уф… Я не должна была испытывать такого облегчения, но почему-то стало легче.

– Кто-то из твоих родственников? – продолжала допытываться у него.

– Все демоны – родственники между собой. Нас не так много.

– Почему?

Не думала, что Грин ответит, но тут мужчина снова меня удивил.

– Потому что выносить и родить полноценного демона может не каждая… женщина. Просто человек уж точно. Ведьма должна быть очень сильной, – ответил он, а потом добавил: – Существуют и другие варианты.

– Какие?

– Артефакты. Есть такой артефакт, который поможет родить любой, даже самой бездарной ведьме.

Артефакт… Кхм…

Я задумчиво почесала ноготком подбородок.

– Артефакт. Случайно не его ты хочешь получить за свою услугу?

Это было как пальцем в небо попасть. Брякнула и неожиданно угадала.

Грин не стал отнекиваться. Хотя было видно, что ему неприятен этот разговор. Глаза сузились, черты лица стали угловатее, и желваки заиграли на скулах.

– Да.

– Пойдешь плодить демонят?

Ох, не стоило продолжать этот разговор, но я не могла удержаться.

– Нет. Я его уничтожу.

Вот такого ответа я точно не ожидала. И даже немного растерялась.

– Но почему?

– Потому что это неправильно, противоестественно и опасно. Потому что в результате этого рождаются дефектные демоны.

– Откуда ты знаешь?

– Потому что я таким родился! – рявкнул он, сверкнув глазами.

Я открыла рот и закрыла, захлопала ресницами, не сводя взгляда с его лица.

– Т-ты?

Демон уже успокоился. На лицо вернулось привычное равнодушное выражение. Слишком равнодушное.

– Я. Что ты так на меня смотришь? Неприятно общаться с дефектным демоном?

– Нет. Никогда бы не подумала, что ты… дефектный. Наоборот, тебя считают лучшим охотником, сильным, опасным, – тихо произнесла в ответ.

– Мне пришлось многому учиться. Но речь сейчас не об этом. А о твоей бабке, – быстро сменил мужчина тему, – и её исчезновении.

– Конечно, – закивала я, понимая, что сейчас не время и не место. Хотя любопытство было таким сильным. – Так кто был тот демон? Марго вышла за него замуж?

– Замуж? – рассмеялся Грин. – Ведьмы не выходят замуж.

Прозвучало как-то издевательски.

– То есть как?

Не то чтобы у меня были кандидаты и желание связать себя узами брака, но я хотела выйти замуж, родить детей… до того, как получила дар.

– А вот так. Вы не терпите ограничений. А брак — это ограничения. Да и верность – это не про вас.

– То, что я стала ведьмой, не значит, что я буду такой же.

– Время покажет.

Сразу видно – не верит.

– Так кто тот демон? – уже в который раз спросила я.

Грин достал из кармана джинсов сложенную фотографию и протянул мне.

Рука дрогнула, и я прикусила губу, стараясь сдержать изумлённый вздох, который застрял в горле.

Я его знала.

Это была фотография тот самого лысого амбала, который так меня напугал. Светящийся. Стоп, а почему он светился? Я ведь думала, что светятся лишь обладающие даром, а демоны к таким не относились. Ульяна же что-то такое говорила.

Я уже хотела спросить у Грина, но вовремя остановилась. Я ведь ему не сказала. Только мужчина уже успел заметить моё состояние.

– Кара?

– М-м-м? Так это тот самый демон? Выглядит он молодо. И такой мощный…

Каким не был Грин. Может, в этом дефектность?

– И тем не менее это он.

– Похож на братка из девяностых. Ему бы малиновый пиджак и золотую цепь на шею.

– Кара. – Грина было очень сложно сбить с мысли и заговорить. Мужчина понял, что со мной что-то не так. – В чём дело? Ты его знаешь?

– Нет, – совершенно честно ответила я, возвращая фотографию. Я ведь действительно его не знаю. А то, что встречались, ничего не значит. – Кто это?

– Макс Коваль.

Как будто это что-то должно означать. Я продолжала выжидательно смотреть на мужчину.

– Входит в число тех, кто правит нашим городом, – закончил Грин, продолжая сверлить меня взглядом.

А вот это уже интересно.

– Как и Марго?

– Как и Марго.

Я отвернулась, смотря в окно.

– Они были любовниками?

– Кто именно?

– Есть целый список? – огрызнулась я. – Этот Коваль и Марго?

– Да. И не скрывали этого. Их связывала многолетняя дружба.

На костях моей бабушки и её дара.

«Ты не похожа на неё… Не похожа на Марго…»

А то, что я похожа на Марианну, он не отметил. Забыл уже, как она выглядит? Он вообще знал о том, что я её внучка?

– У Марго есть дети?

– Нет.

– А этот Антон?

Грин снова напрягся.

– Он её племянник. Единственный сын её брата.

– Что случилось с Марианной? Как она пропала? Почему все решили, что она умерла, и не смогли найти?

– Твой кулон, – ответил Грин. – Он ведь раньше принадлежал ей?

Я коснулась цепочки и чуть сжала амулет.

– Да.

– Вот поэтому её и не нашли. А сменить имя не так сложно.

– Наверное.

Но сюрпризы на этом не закончились.

– Это случилось весной, – продолжил Грин. – А уже в ноябре на свет появился твой отец.

Весна и осень. Семь-восемь месяцев.

Мамочки… Точнее, папочка!

– И что ты хочешь сказать? Что во мне течёт кровь демона? – нервно рассмеялась я.

Правда, смех почти сразу исчез, уступив место страху и состоянию, близкому к панике. Не успела свыкнуться с тем, что стала ведьмой, так мне другую сущность подсунуть хотят.

– Я её не чувствую, – отозвался Грин спокойно. – Мы, демоны, чувствуем друг друга. Я уже говорил, что нас не так много, поэтому мы стараемся держаться вместе. Либо тебя очень сильно скрыли, либо у Марианны был роман с кем-то другим.

А у нас в гостиной стоят два снимка. Бабушки и молодого офицера. Дедушки, который погиб во время испытания самолёта. Мы дважды в год ездили на кладбище, убирали могилку. Неужели всё это ложь?

– С кем?

– Не знаю.

– А если расспросить этого Коваля?

Я бы с ним поговорила о многом.

– Можно попробовать. Но с чего ему рассказывать что-то новое? И тем более признаваться в содеянном?

– Не знаю, – устало вздохнула я.

Но ведь зачем-то он меня нашел тогда и предупредил об опасности.

– В любом случае ответы на все вопросы стоит искать в прошлом, – продолжил Грин.

С этим я была согласна.

Потёрла виски и тихо спросила:

– И что теперь?

– Переодевайся. Продолжим обучение.