Глава семнадцатая. Старый снимок

– Что скажешь? – поинтересовался Грин спустя пару секунд, когда я смогла хорошенько рассмотреть лицо своего деда.

– Родион очень на него похож. Не папа, хотя сходство, несомненно, есть, а именно Родька, – произнесла тихо. – Ты его знаешь?

– Родиона? – усмехнулся демон, снова проводя рукой над снимком, возвращая морок. После чего положил его на журнальный столик.

Но я всё равно услышала за показательной весёлостью некоторую напряженность в его голосе.

– Нет. Моего деда.

– Давай потом.

Опять? Интересно, это «потом» когда-нибудь наступит?

– Гр…

– Алексей, – поправил меня тот, аккуратно разворачивая в сторону двери и становясь за спиной. – Назовёшь еще раз Лёшей – покусаю.

Словно в качестве подтверждения серьёзности своих слов, мужчина наклонился и слегка прикусил обнажённую кожу на шее, в том месте, где она переходила в плечо. Совсем не больно, но я дёрнулась и застыла, застигнутая врасплох его неожиданной близостью.

Нас разделяла всего пара сантиметров, я чувствовала жар худощавого тела, ощущала горячее дыхание на месте укуса. Он же так и не отодвинулся, лишь приподнял голову. Совсем чуть-чуть. Будто раздумывал, укусить ли меня снова или ограничиться поцелуем.

В любом случае меня устраивало и то, и другое.

От одной только мысли и предвкушения по телу побежали мурашки. Крупные такие. И волоски встали дыбом. И не только волоски.

Бюстгальтер внезапно стал тесным и неудобным. Хотелось коснуться чувствительной груди, поправить кружевную ткань, ослабить давление. А еще лучше, если это сделает кто-нибудь другой.

Например, хитрый демон, который своим горячим дыханием щекотал кожу на шее и тревожил волоски, выбившиеся из хвоста.

Его руки осторожно легли на бёдра как раз в том месте, где заканчивался пояс джинсов. Ладони медленно поднялись выше, забрались под футболку, касаясь разгорячённой кожи.

Я боялась шелохнуться и даже дыхание задержала – вдруг спугну, разрушу этот момент.

И тут…

– Карин? – голос мамы раздался совсем рядом, и послышались шаги.

Грин тут же отступил, поворачиваясь к шкафу и убирая фотографию на место.

Ну а я… Я чувствовала себя так, словно меня сейчас самым наглым способом обманули. Показали, покрутили перед носом вкусной конфеткой, дали понюхать и отняли, оставив ни с чем.

– Вот вы где.

Мама застыла в проёме, неуверенно улыбнувшись.

– Да… кхм… мы тут… разговариваем, – пробормотала я, чувствуя себя Карлсоном из мультика.

«А мы тут плюшками балуемся…»

Надеюсь, цвет лица у меня более светлый, чем у этого мужчины в самом расцвете сил. Хотя по ощущениям кажется, что нет.

– А у меня всё готово.

– Отлично. Пошли? – Грин выскочил сбоку, взял меня под локоть и повёл прочь из гостиной, успев шепнуть: «Спокойнее, Кара…»

Следующие десять-пятнадцать минут мы поглощали еду, изредка перебрасываясь незначительными фразами. Я ковырялась в тарелке, начисто утратив аппетит, зато демон лопал за двоих, аж за ушами трещало.

– Божественно, Алла Борисовна! Никогда не ел ничего вкуснее.

– Я рада, что вам понравилось, Алексей, – скупо улыбнулась мама, бросая на меня внимательные взгляды.

– Безумно, – отозвался тот, накладывая себе еще гору салатика.

– Может, картошечки?

Горячей, с вкусными прожарками.

– Не откажусь.

– Смотри не лопни, – не удержалась я.

– Не дождёшься, – оскалился тот.

Мама поставила перед ним тарелку и снова взглянула на меня.

– А ты чего так плохо кушаешь? Не понравилось?

– Нет, всё отлично. Слушай, мам, а где бабушкины вещи? – как бы невзначай поинтересовалась я, глотнув компот из свежих ягод и фруктов.

– На чердаке лежат. А что случилось?

– Да так. Любопытно стало.

В этот момент хлопнула входная дверь.

– Родик пришёл? – поинтересовалась я.

– Нет, скорее всего, папа, – отозвалась мама, пряча взгляд.

Вот только этого не хватало.

Выходит, пока мы с Грином разглядывали старый снимок в гостиной, мама успела позвонить отцу и сообщить ему пренеприятнейшую информацию. О том, что любимая блудная дочка неожиданно явилась домой, да не одна, а с потенциальным женихом, который выглядит как байкер в майке с черепом и ездит на мотоцикле.

И, конечно же, папа сразу помчался домой. Благо работа находится в десяти минутах езды до дома. Отец вот уже десять лет занимал должность главного бухгалтера местной администрации и при желании мог вырваться в любой момент.

– Всем приятного аппетита, – произнёс он, входя.

Вообще, папуля был красивым мужчиной: высоким, статным, про таких говорили «породистые». Тёмные волосы, чуть тронутые сединой на висках, внимательные голубые глаза, упрямый подбородок и прямой нос. На него до сих пор засматривались женщины всех возрастов, даже пара моих одноклассниц были в него влюблены. Но папа всегда оставался однолюбом и верным маме.

Отец коротко взглянул на меня и тут же сосредоточился на Грине.

Надо сказать, демон в нашей компании выглядел самым спокойным. Хотя должно было быть с точностью до наоборот.

– Андрей Владимирович, – сухо представился отец, подходя ближе и протягивая руку для пожатия.

Грин легко вскочил на ноги, отодвигая стул назад.

– Алексей Елизаров, – представился молодой мужчина.

Пожатие вышло длительным, гораздо длительнее того, что требовалось для простого знакомства. Мужчины стояли друг напротив друга, разделяемые столом, и в прямом смысле этого слова мерились силами.

Я видела, как были напряжены их руки, и понятия не имела, что делать. Это надо было остановить.

– Кхм, Андрюша, какой сюрприз, ты приехал, – затараторила мама, слегка приобнимая его за плечи. – Решил пообедать дома?

Он вздрогнул и отступил.

– Да вот, выдалась свободная минутка. Дай, думаю, заеду. А у нас тут, оказывается, гости, – напряжённо ответил папа, продолжая изучать Грина, который уже вернулся на место и продолжал с аппетитом уплетать салат.

– Может, хватит гипнотизировать Гр… кхм, моего друга взглядом и поприветствуешь уже родную дочь, которую не видел несколько недель, – немного обиженно произнесла я.

Как-то слишком бурно папа отреагировал на Грина. Он так не реагировал, даже когда застал меня на заднем дворе в пятнадцать лет целующейся с соседским мальчишкой. Влетело, конечно, знатно. Но такого эффекта не было.

Папа знал, что у меня есть личная жизнь и невинной девой я не являюсь. Тогда в чём дело? Чувствует опасность? Ведь, несмотря ни на что, он всё-таки сын ведьмы, пусть и бывшей.

– Здравствуй, милая, – улыбнулся он, и взгляд сразу же потеплел. Так было всегда. Ведь не зря говорят, что девочки – это папины принцессы. Я и была такой. Любимой папиной дочкой. Была и осталась. – Мы скучали.

– Правда? А такое ощущение, что про меня тут все забыли.

– Не болтай глупости, Кариш. Просто такой сюрприз.

Он подошел ко мне, привычно чмокнул в макушку и сел во главе стола. Мама тут же поставила перед ним тарелку с борщом и разложила приборы, присаживаясь по левую руку, как раз напротив меня.

– Надеюсь, приятный.

– Очень. – Отец снова взглянул на Грина. – Чем занимаетесь, Алексей?

Вот в этом весь папа – идёт напролом, и никаких обходных манёвров и танцев с бубном. Хочет узнать – спросит, и никак иначе.

Я тут же схватила стакан с компотом и сделала пару небольших глотков, наслаждаясь вкусом. И изображая занятость. Мне-то ответить ему было нечего. Не могла же я сообщить родителям, что Грин является наёмным киллером, выслеживающим нечисть. Одним из самых опасных охотников за головами, которого боятся оборотни, демоны, маги и даже вампиры.

Никогда об этом не задумывалось. Но скольких он убил? Этот улыбчивый ехидный демон с удивительными глазами, которые могли в одно мгновение из карих стать зелёными.

– У меня свой небольшой бизнес.

– Какой направленности?

– Па-а-а-ап, – протянула я недовольно, – давай поедим спокойно.

– Мы просто разговариваем.

– Это больше похоже на допрос.

– А тебе есть что скрывать? – невозмутимо парировал отец, повернувшись ко мне.

Я вспыхнула и промолчала, а Грин неожиданно усмехнулся:

– Теперь понятно, в кого ты такая дотошная. Всё нормально, Карина. Мне несложно ответить, да и скрывать незачем. Ведь именно за этим мы и приехали. У меня свой магазин антикварных и редких товаров «Лавка чудес». Возможно, слышали?

Я слышала. И не смогла скрыть удивления.

Лавка чудес. Это шикарный магазинчик на главном проспекте города. С красивой вывеской, огромной стеклянной витриной и чудными вещицами внутри. Никогда там не была, но слышала многое. Все самые редкие, красивые и необычные вещи можно было купить лишь там. Если вы хотели приобрести невероятный подарок и обладали внушительной суммой денег, то вам надо было туда. В лавке вам помогут приобрести уникальный товар в единственном экземпляре.

– Лавка чудес? – переспросила мама, округлив глаза.

Да, она тоже слышала про него.

– Да.

– И это ваш магазин? – не поверил папа.

Хорошо, что родители были слишком заняты Грином, чтобы обратить внимание на меня. Я как раз успела прийти в себя от удивления. Но их сомнения были понятны. Демон совершенно не походил на владельца такого магазина.

– Мой. Целиком и полностью.

– И где вы познакомились с Кариной?

Да, действительно, где могут познакомиться менеджер среднего звена и миллионер, который в свободное время разъезжает на байке? В очереди в булочную! Это был сарказм.

Я тоже повернулась к Грину, ожидая ответа и с какой-то непонятной тоской понимая, что совершенно ничего не знаю про этого демона.

– У нашей общей знакомой.

Ну можно и так сказать. Ведь именно Ульяна нас свела. Её можно назвать общей знакомой.

– Карина ничего о вас не рассказывала, – заметил папа.

Он был так занят расспросами, что забыл об обеде, и борщ медленно остывал в тарелке.

– А я должна рассказывать о каждом просто друге, с которым общаюсь? – вмешалась я, убирая локон за ушко.

Но не сработало.

– И как давно вы просто общаетесь?

– У нас чисто деловые отношения, – ответил Грин спокойно. – Меня очень заинтересовал кулон вашей дочери. Карина сказала, что он ей достался от бабушки. Именно поэтому мы здесь. Его продавать Карина отказалась. Но, возможно, в вещах вашей матери мы сможем найти еще что-то ценное. Вашему сыну она же тоже что-то оставила?

Я вздрогнула, недоверчиво повернувшись к Грину. Что? Родиону? А он тут при чем?

– Да, – неожиданно ответил папа. – Но Родион вам это не продаст. Какую бы сумму вы ему за него ни предложили.

– Бабушка что-то оставила Роде? – не поверила я. – А почему я об этом не знаю?

– Ты была маленькая, – ответила мама. – Да и не спрашивала никогда. Но действительно, Анна Ивановна оставила вам подарки – тебе кулон, а Родиону браслет. И просила никогда их не снимать и никому не показывать.

Судя по довольному внешнему виду Грина, для него это сюрпризом не стало.

– Отлично. Так я могу после обеда взглянуть на вещи вашей матери? Разумеется, в вашем присутствии. Я честный бизнесмен и воровать не буду.

– Там и воровать нечего, – сказал отец. – Ничего ценного там нет.

– Позвольте мне самому в этом убедиться.

Конечно, папа разрешил. Возражать-то смысла никакого не было. Пообедал, смерил гостя внимательно-подозрительным взглядом, шепнул мне быть осторожнее и не верить всяким богатым антикварам и уехал на работу.

А мы с Грином полезли на чердак.

– Ты ничего не хочешь мне рассказать? – прошипела я, забираясь наверх и захлопывая люк.

Голос очень старалась не повышать, потому что мама рядом, а слышать кое-какие вещи ей лучше не стоит.

– О чём конкретно? – отозвался Грин, шагая по чердаку и засовывая свой любопытный нос во все щели, приподнимая простыни, накрывающие какие-то коробки, заглядывая в ящики, которые со скрипом открывались.

Я переступила через небольшую коробку и принялась перечислять:

– Ты и правда владелец «Лавки чудес» или всё это к слову пришлось? Как ты узнал о браслете Родиона, когда я сама про него забыла или не помнила? Точнее, вообще не обращала внимания. Кто тот человек на фотографии? Ты же узнал его, не так ли?

Демон даже не повернулся, остановившись у большой кучи у окна, залитой ярким солнечным светом и укрытой старым тонким пледом.

– Кажется, это здесь.

– Грин?

Он всё-таки соизволил повернуться, одарив меня любопытным взглядом:

– Я действительно владелец «Лавки чудес». Ты забыла, что я продаю артефакты, заготовки? Причём совершенно официально.

Кажется, что-то такое было. Да, точно, когда разговаривали о Селесте. Это ведь Грин сделал для неё заготовку для той гадости в ожерелье, которое Ленке подарила мать.

– И что?

– У меня легальный бизнес. Я продаю артефакты и магические штучки. Не понимаю, что тебя так сильно удивило. Или, может, ты вдруг поняла, какой денежный мешок обитает рядом?

– Не смешно, – фыркнула я, подходя ближе. – Ты просто совершенно не похож на миллионера местного разлива.

– А как должен выглядеть миллионер? – с любопытством поинтересовался Грин.

Если бы я знала, но кое-какие постулаты могла сообщить:

– Машина, квартира, домик… самолёт, яхта. И вообще, не одна машина, а целый гараж раритета.

– Мотоцикл имеется, в квартире и доме ты была.

– Согласна, мотоцикл крутой и очень дорогой. Но вот квартира и домик… нет, они хорошие и симпатичные, но никак не тянут на крупную сумму денег.

– Ты сейчас говоришь совсем как мой отец.

– Ему тоже непонятно?

– У нас с ним разные взгляды на жизнь. Кара, а ты не подумала, что мне просто всё равно, как выгляжу и что об этом думают остальные?

– Нет, в это я как раз и могу поверить, – кивнула я, поняв, что надо остановиться. Кажется, я наступила кому-то на больную мозоль. – А что по остальным пунктам?

– Про браслет я понял, как только увидел фотографию твоего предполагаемого деда. И да, мне известно, кто он.

– И-и-и-и?

Вот почему из него всё вечно приходится вытягивать клещами.

– Прямо здесь и сейчас? – усмехнулся демон, стаскивая покрывало и отбрасывая его в сторону.

Внизу действительно оказался бабушкин сундук. Такой, каким я его запомнила. Мощный, деревянный, покрашенный желтой краской, которая облупилась от времени. И с висячим замком размером с мою руку.

– Ого, – произнёс Грин, присаживаясь перед ним на корточки и взвешивая в ладони. – Мощная штука.

– Может, хватит переводить тему разговора? Кто был изображен на старой фотографии? Чьё лицо скрывала бабушка столько лет? – выпалила я грозно, уперев руки в бока.

– Помнишь, я говорил тебе, что твой отец не получил дар от матери, потому что он передавался по женской линии?

– Помню, и что не так?

– Нет, всё так. Дар действительно передаётся по женской линии. От бабки. Но не от деда. Тот мужчина на снимке не кто иной, как Герасимов Роман Андреевич.

Как будто это имя должно было что-то значить. Для магов и остальной нечисти – да, но не для обычного человека, коим я являлась всего пару недель назад.

– Герасимов – чистокровный волшебник. Одна из древнейших ветвей.

Я сглотнула.

– Он жив?

– И здоров. Виделись буквально месяц назад, когда он чуть не отозвал у меня лицензию. Отсюда вытекает ответ на твой вопрос про браслет. Если ты получила силу бабки, то твой брат должен был получить силу деда. Очень большую силу.

– Но папа…

– Твой отец мог этого лишиться, когда у Марианны забрали её дар. Она же была тогда беременна.

– Подожди. – Я приземлилась на крышку сундука, глядя на Грина сверху вниз. В таком положении наши глаза были очень близко. – Ты хочешь сказать, что Родион…

– Маг, защищённый браслетом, – закончил за меня демон, подтвердив мои опасения и страхи. – Кровь Герасимовых должна была дать о себе знать. В любом случае.

– Но отчего? Отчего бабушка нас так отчаянно скрывала? Или от кого? От этого Герасимова? А если это он лишил её сил? И она сбежала, пытаясь спасти себя и новорождённого ребёнка?

– В любом случае ответы должны быть здесь. Марианна должна была оставить подсказку, не могла не оставить. Умная была женщина и осторожная, – произнёс Грин, кивая на сундук. – Поднимайся.

Рука, которая всё еще сжимала замок, засияла мягким салатовым цветом. Что-то щелкнуло, и замок раскрылся.

Встав с крышки, я зашла Грину за спину и теперь напряжённо за ним наблюдала.

Нам предстояла сложная задача: найти причину, почему бабушка столько лет пряталась сама и прятала нас.