Глава двадцать третья. Карты на стол
А ведь я, глупая, до последнего отказывалась верить, что Коваль замешан в этих неприятностях. Ну что ж, еще один щелчок мне по носу и балл в карму Грина, который вновь оказался прав.
Я, конечно, наивная барышня, но не до такой степени, чтобы поверить, что этот демон оказался тут случайно.
– Вы, – прошептала и попятилась назад.
В голове лишь одна мысль: «Бежать! Бежать! Бежать!»
Вот только куда и как?
– Не стоит, – покачал головой Коваль, продолжая дружелюбно улыбаться, и подошёл ближе. – Не надо кричать, бежать и сопротивляться. Это ведь не поможет, сама понимаешь… Умная ведь девочка и не хочешь, чтобы кто-нибудь пострадал из-за твоей ошибки.
Заскрипела калитка через дорогу, и на улицу вышла Инна Самохина. Мы учились в параллельных классах и в детстве играли вместе в куклы. Она вела за ручку старшего, мальчишку лет четырёх, а другой рукой подталкивала вперёд коляску с младенцем. Увидев меня, она приветливо улыбнулась и перевела настороженный взгляд на Коваля, который продолжал сверлить меня взглядом.
Ну да, такой лысый амбал всегда привлекает внимание и внушает подозрение.
Я тут же улыбнулась в ответ и махнула рукой.
У меня, мол, всё отлично. Просто стоим. Просто разговариваем. Только уходи отсюда скорее. Уходи и детей забери.
– Умная девочка, – прошипел он, подходя еще ближе, и в глубине глаз полыхнуло алое пламя.
– Так значит, это вы.
– А ты как думаешь?
– Что с Грином? – вместо этого поинтересовалась я.
– Уже неважно. Тебе стоит о себе думать, а не об этом демоне.
– Это ваших рук дело?
– Моих. А теперь будь умной девочкой, дай мне руку, и мы пойдём… прогуляемся.
– Далеко?
– Туда, где нас никто не увидит. Ты же не думаешь, что я буду переносить тебя у всех на виду.
Логично. Улица пусть не очень оживлённая, но народ ходил. Кто в магазин, кто просто гулял у себя во дворе, а кто-то глазел в окна. Наш разговор точно не останется без внимания.
Стоило ему взять меня за руку, как чужая воля пробежалась по коже, сковав все мышцы и тут же расслабляя. Только вот контроль не вернулся.
– Пошли, – беззаботно произнёс Коваль.
И ноги сами пошли.
– Улыбайся, Карина, улыбайся.
Губы послушно растянулись в улыбку. Довольно искреннюю, а взгляд с расстояния не разобрать.
Хорошо, хоть голос остался при мне. Хотя не уверена, что смогла бы закричать и попросить о помощи.
– Зачем такие сложности? Почему вы не убили меня еще тогда в переулке, когда умирала Марго, или потом, когда караулили у квартиры?
– В переулке меня не было, Карина. Там были лишь вы с Марго. Наверное, в это сложно поверить, но я никогда не желал тебе смерти. Ты умная, красивая девушка. Жаль, что мы встретились при подобных обстоятельствах, – произнёс он, и его рука, отпустив мою ладонь, легла на талию, чуть поглаживая её.
Весьма недвусмысленно поглаживая.
Господи, надеюсь, мне это показалось. И никаких намёков в его голосе я не услышала.
– Руку уберите.
– Брось, – прошептал он мне на ушко, и его ладонь спустилась чуть ниже, на пятую точку. Сарафан был тонкий, и я чувствовала его прикосновения очень отчётливо. – Ты же ведьма. Новорожденная. У тебя сейчас крышу сносит от противоречивых желаний. Таких горячих и неприличных. Ведьм всегда тянуло к демонам, это ваша сущность. А мы… мы всегда готовы удовлетворить желания прекрасной дамы.
Боже мой.
Меня даже затошнило от подобных перспектив.
Да, крышу у меня сносило, но лишь от одного вредного демона с зелёным пламенем в глазах, и другого не надо. Не знаю, как там у других новорождённых, но мне такого счастья не требуется. Я вообще за моногамию.
– Не трогайте меня! – прохрипела в ответ в жалкой попытке повысить голос. – Вы… вы мне противны. Серьёзно думаете, что я позволю вам коснуться себя?
– Позволишь… стоит мне захотеть. Щелчок пальцев, и ты сама снимешь с себя этот сарафанчик и раздвинешь ножки.
А ведь он прав. Тело уже мне не принадлежит, и он может делать всё, что захочет.
– Вам мало моей силы, и вы решили взять остальное? Самому не противно? Или вы так тешите своё самолюбие?
– Сила не твоя. Она принадлежит Марго, – возразил он, и я смогла чуть-чуть выдохнуть.
Удалось хоть немного сменить тему.
Мы шли всё дальше вдоль дороги, прячась в тени густых деревьев.
– Марго украла её у бабушки. Так что сила моя, – возразила я.
– Марианна не заслуживала такого дара.
– Не вам об этом судить.
– Возможно, но мы всё равно выиграли.
– Кто мы? – не поняла я, а сердце затрепыхалось, когда Коваль внезапно увёл меня с главной дороги в переулок, подальше от любопытных глаз.
– Неважно, Карина, неважно.
Надо было что-то ответить, но было так страшно и жутко, что во рту всё пересохло и каждое слово причиняло боль.
– Вас поймают.
– Кто? Грин? – издевательский смешок. – Или Белов? Поверь мне, им сейчас не до тебя.
– Но он жив?
– Понятия не имею. Может, этот вымесок сумеет выбраться из ловушки. Хитер, поганец. Кто бы мог подумать, что из этого задохлика вырастет такой демон.
– Вы просто недооцениваете противника.
– Возможно. Но не с тобой. Сила есть, а вот пользоваться ей ты не умеешь. И зачем тебе всё это, Карина? – следуя всё дальше, спросил Коваль. – Жила же столько лет обычной жизнью – и живи дальше. Зачем тебе эта магия и грязь? Отдашь дар и станешь жить, как жила раньше. Тихо и спокойно.
– Вы хотите убедить меня в том, что я могу отдать вам силу и выжить после этого, – отозвалась я. – Не утруждайте себя, Коваль. Я отлично знаю, что силу у меня отнять вы сможете, лишь убив.
– Но Марианна выжила.
– К вашему несчастью.
– Да. – Мужчина поморщился от досады. – Кто же знал, что у них с Герасимовым всё зашло так далеко. Развести их не вышло.
Значит, он и тут постарался.
– Вы лишили сил не только её, но и моего отца.
– Он не жалуется. Марианна хорошо вас спрятала. Под самым носом. Столько лет поисков. А вы здесь.
– Бабушка была умной женщиной.
– Но ей не удалось выстоять против нас.
Опять эти «нас». Ему кто-то помогает? Но кто?
Коваль внезапно остановился, и я тоже.
Развернул меня к себе, внимательно изучая. Проведя пальцами по щеке, пропустив длинную прядь через пальцы.
– Да… жаль… Такой экземпляр. Сколько страсти, непокорности… с тобой было бы интересно.
Пальцы скользнули по щеке, провели по моим губам, затем вниз, к шее, плечам… коснулись груди.
– Нет!
Как же противно.
Слюна во рту загорчила, вызывая тошноту.
– Может, мы успеем поиграть…
О Господи, нет, нет! Нет!
Но и страх показать нельзя, хотя я уверена, он видит его в моих глазах.
– Давай. Потянем время… Глядишь, и Грин объявится, – отчеканила я.
Заскрипел зубами и активировал перенос.
В этот раз всё было легко. Никакой тошноты, головокружения и других неприятных последствий. Кажется, уже привыкла.
Это тоже была пещера. Но гораздо больше бабушкиной. Настоящий каменный зал с высоченным потолком и колоннами, добротной мебелью и алтарём из чёрного глянцевого камня прямо посредине.
Но меня привлёк не он, а тоненькая фигура, прикованная к стене.
– Ульяна?
Эти голубые волосы я бы не спутала ни с чем.
Она дёрнулась и с трудом приподняла голову.
Разбитое лицо, синяки и кровоподтёки. Слёзы, которые оставили прозрачные дорожки на щеках, искусанные губы.
– К-ка…рин-на.
– Что вы?... Что вы с ней сделали?
Слёз было не удержать. Они полились из глаз, и вытереть их я не могла. Тело всё еще не слушалось.
– Не принимай на свой счёт. Девчонка здесь не из-за тебя. У неё есть своя ценность.
Ульяна задрожала и беззвучно зарыдала. Цепи жалобно задрожали вместе с ней.
– Вы чудовище!
– За всё приходится платить. А вы обе слишком самонадеянно отказались от защиты. А теперь иди, пора! – произнёс Коваль, подталкивая меня к центру.
И ноги, повинуясь его воле, сами понесли меня вперёд к огромной каменной глыбе.
– Вам это с рук не сойдёт. Меня найдут. Вы…
– Слишком много говорит, – проскрежетал голос за спиной.
Мне позволили обернуться.
Сгорбленная фигура в чёрном плаще. Чужое лицо, но такие знакомые глаза, которые пристально и жадно изучали меня.
Но этого просто не может быть. Нет, это невозможно!
– Нет… нет… неправда, – прошептала я, и последние капли надежды растаяли как дым.
Как же сильно мы ошибались.
Марго.
Маргарита Шварц.
Или, точнее, то немногое, что от неё осталось.
Она трясущимися руками стащила с себя капюшон.
Старая дряхлая старуха, лишь тень той яркой, пышущей здоровьем женщины. Редкие, тонкие седые волосы на почти лысой голове, изрезанное морщинами и покрытое пигментными пятнами лицо, крючковатый нос, сгорбленная спина и трясущиеся костлявые руки.
– Что, не нравлюсь? – беззубо усмехнулась она и, гремя клюкой, подошла чуть ближе. – Ты то вон какая красотка… Моё забрала! Но ничего, это ненадолго. И я верну своё!
– Не ваше, – возразила я, спокойно встретив её взгляд. – Это сила моей бабушки. Теперь она моя! По праву крови.
Теперь, когда Марго открылась, стало немного легче. По крайней мере, теперь я точно знала, кто мой враг.
– Ишь какая… смелая.
Ведьма подошла еще ближе. От неё так противно пахло старостью и затхлостью, что я невольно вздрогнула.
Тонкие скрюченные пальцы с отросшими ногтями впились в подбородок, заставляя замереть, глядя ей прямо в глаза.
– Думаешь, тебя успеют спасти? Но нет. Я подготовилась… хорошо подготовилась. У меня было много времени, пока ты неделю кувыркалась с этим щенком.
Неделя? Какая неделя…. О-о-о-о. Она про те дни, что мы провели с Грином в его домике.
– Это вы всё подстроили? Всё это?
– Надо же, какая догадливая, – расхохоталась она. – Я! С самого начала это была я!
На цепях вновь задрожала сирена и тут же затихла.
– Зачем такие сложности? Зачем устраивать этот фарс с убийством? Почему вы не поймали меня сразу? Подкараулили бы после работы и поймали. Я бы даже сопротивляться не смогла.
Когти сильнее впились в кожу.
Еще немного, и лопнет. Потечет кровь, окрашивая её пальцы в алый цвет.
– О, это было бы просто идеально, но невозможно. Ты же была пустышкой с запечатанными остатками дара. Чтобы забрать его у тебя и закончить обряд, твою силу надо было пробудить и активировать амулет.
– Своей кровью, – поняла я, вспомнив красное пятно на амулете в ту первую ночь, которое я так долго пыталась отмыть.
– Он, – Марго указала пальцем на застывшего Коваля, – он должен был привести тебя утром, и мы бы закончили обряд. Но не смог. То соседка ведьма, то народу много… а потом этот сопляк со своим союзом!
Её прям перекосило от ненависти и злости, а в глубине глаз полыхнуло что-то чёрное, неприятное. Как в одном из моих кошмаров.
– И этот следователь палки в колёса вставлял! Поеденный блохами оборотень… Из-за него я три дня провалялась в морге! Всё не верил, что я мертва! Всё с самого начала пошло не так! Всё!
Старушка аж затряслась от сдерживаемого гнева.
– И там, дома, тоже были вы? Вы натравили на меня того змея.
– Я. Из-за защиты Грина к тебе было не подобраться, но не в моём особняке. Там даже воздух подчинялся мне. Но ты и тут выкрутилась.
Мне даже вспоминать не хотелось, какой ценой.
– Но сейчас ты без защиты! – победно крикнула ведьма. – Он отказался от тебя, и обряд будет завершен. На алтарь её!
Тело, послушное чужой воле, покорно забралось на алтарь и легло на спину, раскинув руки и ноги.
Холодно. Я покрылась мурашками с головы до ног, и сарафан не спасал.
– А сирена вам зачем? – спросила я, вспомнив про Ульяну и стремясь хоть как-то оттянуть время.
Да, защиты Грина на мне не было, но он должен был почувствовать. Должен был найти меня.
– Ты серьёзно думаешь, что мир крутится вокруг тебя, Карина? – рассмеялась Марго и тут же закашлялась. Чтобы восстановить дыхание, ей понадобилось двадцать долгих секунд. – Видишь ли, смерть даёт много преимуществ. Например, поменять власть в городишке. Избавиться от конкурентов. Эта девчонка мне не нужна… а вот своему отцу очень даже. Он на многое готов пойти, чтобы она осталась жива.
Так, значит, покушения на членов совета тоже её рук дело.
Лодыжки и запястья сковали кандалы.
– Как ты её уговорила? – с паникой в голосе быстро спросила я.
– Кого?
– Марианну. Как ты её уговорила пройти обряд?
Марго победно улыбнулась.
– Дура. Наивная деревенщина. Я сказала, что помогу ей войти в общество. Сказала, что есть специальный обряд, который увеличит её силу, заставит родственников Герасимова принять её. И ведь не совсем солгала, силу действительно увеличили, но не ей, а мне! Эта дрянь должна была сдохнуть… кто ж знал, что она беременна. Сбежала, скрылась! А я столько лет искала её по всему миру. Хитра, разместила тебя у меня под носом. Я ведь до последнего не верила, что это ты. Думала, слабенькая ведьмочка и только. Недооценила. Но такой ошибки я больше не совершу.
Указательным пальцем Марго провела моей шее, царапая кожу, коснулась яремной впадины, поддев амулет.
– Он тебе больше не нужен.
И рывком сорвала.
Цепочка натянулась и лопнула.
Ну а дальше… дальше началось нечто совершенно невероятное.
Тепло…
Только что меня трясло от холода алтаря, на котором лежала, а тут вдруг разом по телу разлилось тепло, согревая и вызывая невероятные чувства. Их сложно описать словами. В голове только одна мысль: «Мама, мамочка!»
Именно её тепло я сейчас ощутила. Согревающее, утешающее и такое родное.
Я глубоко вздохнула, выгнувшись на камне и широко раскрыв глаза. Тело начало подниматься в воздухе, насколько позволяли цепи, сковавшие руки и ноги.
– Это что? Что происходит? – отшатнулась Марго, и её клюка упала, громко загремев.
– Не знаю, – огрызнулся Коваль.
Жарко… жарко… О Господи, как же жарко.
Пот потёк ручьём, кожу защипало, словно я несколько часов пролежала на солнцепёке.
Взгляд устремлён вверх, к самой середине купола. И оторваться просто невозможно.
Сначала я решила, что мне показалось, что это обман зрения. Крохотная точка света, которая стремительно увеличивалась, пока не заняла весь потолок, ослепляя не только меня, но и всех присутствующих.
Взвизгнула Ульяна, выругался Коваль, начала выкрикивать проклятья Марго. И это были не просто слова, а самые настоящие проклятья, которые чёрными молниями пронзали белую мглу, спускающуюся сверху.
Снова вспышка, и меня с силой швырнуло назад на камень, одновременно с этим щелкнули кандалы, освобождая запястья и лодыжки. Вскрикнула от боли, тяжело дыша и боясь даже двинуться. Надеюсь, я ничего себе не сломала, потому что ощущения были ну очень неприятными.
В ушах звенело, и рассмотреть что-то было сложно, всё расплывалось перед глазами.
Мгла растворилась. Зато появились разноцветные вспышки, освещающие пещеру, словно солнце.
Постепенно возвращался слух.
Рискнула повернуть голову и едва не разрыдалась.
Грин, Антон, Герасимов и совершенно не знакомый мне огромный демон. Они пытались достать Марго и Коваля, которые яростно отбивались, пытаясь скрыться, но не могли.
Краем глаза я заметила движение откуда-то сбоку. Испуганно дёрнулась и вновь застыла от боли в спине.
Ульянка, сирена, медленно ползла в мою сторону, нагибаясь и замирая каждый раз, когда очередная молния или проклятье пролетали над головой.
– Карина, – выдохнула она, хватая меня за запястье. – Жива?
Я кивнула и прохрипела:
– Спина…
– Сейчас-сейчас…
Голубое сияние поползло вверх по руке, забралось щекоткой под кожу и заставило меня испуганно дёрнуться от новой волны боли, которая почти сразу пропала под прохладой живительной магии.
И одновременно с этим Ульянка тихо сползла на пол, потеряв сознание.
Бедная, отдала мне последние силы.
Я слезла с алтаря, быстро осмотрелась и подтянула сирену поближе к себе. От греха подальше, а то зацепит случайно.
Итак, двое против четырёх. Сила явно на стороне Грина и остальных, тогда почему так долго? Что не так?
Изуродованная руна пронеслась совсем рядом с лицом, заставив меня дернуться и вновь спрятаться за алтарём.
Передохнула и снова в бой.
Ловушка! Вот оно что!
Чёрная яма, в которую угодила четвёрка моих спасателей по самую щиколотку, и жуткие щупальца, что тянулись вверх, пытаясь зацепиться и утопить их еще сильнее.
Вот же ведьма! Подготовилась.
Снова передышка. На этот раз молния попала алтарь, отколов кусочек, который, отлетев, зацепил мою щеку, оставив саднящую царапину.
Прошипела едва слышно и снова выглянула.
Ага. А у врагов в противоположном углу под ногами, наоборот, сияло всё. И сдаётся мне, это не просто так. У четверых забирает силу и даёт двоим. И чем больше те сопротивляются, тем сильнее становятся Марго и Коваль.
«Думай, Карина, думай!»
Легко сказать.
Что может быть хуже, чем не знать, да еще и забыть?
Недоучка. Какая из меня ведьма, если помочь не могу тому, кто дорог. Они ведь долго не продержатся. А Марго их точно не пощадит.
«Ну же, включай мозг! Это не может быть заклятье. Они бы его отразили. Значит, артефакты. Но какие? Артефакты-близнецы. Кажется, я что-то такое помню из книг, которые стояли у Грина дома… надо лишь поднапрячься».
Артефакты-близнецы… артефакты-близнецы…
Практически идентичные и различаются лишь цветом. Похожи на спираль с оскалившейся мордой волка.
Его надо крепить… чёрт, куда же его надо крепить? И как деактивировать?
Текст из учебника никак не желал воспроизводиться в голове.
– Карнийские волки, – вдруг просипела Ульянка, открывая глаза. – Парные артефакты… они на стене… должны быть.
– Как их деактивировать? – спросила я быстро. – Ты знаешь?
– Угу. Известная штука, легко догадаться, только выпутаться сложно.
– Они знают? – я кивнула в сторону сражавшихся.
– Определённо. Только выйти не могут. Липучая зараза.
– Так как остановить всё это? – повторила я.
– Артефакт должна вытащить ты…
Кто бы сомневался.
– Какой? Где? Как?
– Светлый артефакт. И это можно сделать лишь отсюда, попавшиеся бессильны… либо дождаться, когда тёмный выпьет все их силы, и тогда всё закончится само.
– Не наш вариант, – ответила я. – И как это сделать? Я даже толком высунуться не могу!
– А магия на что? – отозвалась сирена, присаживаясь рядом со мной и опираясь спиной об алтарь. – Ты же ведьма.
– Одно название.
– Ошибаешься. Не стоит себя недооценивать, Карина, – улыбнулась она и тут же сморщилась от боли.
Из разбитой губы вновь засочилась кровь.
– Почему ты не излечишься?
– Не могу себя… прикольно, правда?
Обхохочешься.
– Что мне делать? Я понятия не имею, как вытащить артефакт.
– Для начала попробуй его найти.
Удалось с третьей попытки.
– Нашла, – выдохнула я, вздрагивая, когда очередное проклятье врезалось в алтарь. Крепкая каменюка, столько атак выдержала. – Что дальше?
– А дальше всё зависит от тебя, – прижимая руку к боку, ответила Ульяна.
Что-то мне совершенно не нравилось её состояние. Она с каждой минутой становилась всё слабее и бледнее.
– Что это значит?
– Вспомни руны. Должно же быть что-то.
Руны. Опять руны.
И магия.
Ну что, Кара? Пора становиться ведьмой!
Проблема в том, что я понятия не имела, как это сделать. Что такое быть ведьмой и как пользоваться своими способностями? Да, спонтанные выбросы случались и не раз, но ведь это совсем другое.
– Карина… давай же, – простонала Ульяна, тяжело дыша. – Времени почти не осталось.
Да, я знала.
Видела, как пошатнулся и начал падать Антон, черные щупальца взметнулись к коленям, затягивая его ещё ниже. Как Грин дёрнулся, прикрывая брата.
Надо вспомнить, чему он меня учил. Вспомнить и действовать.
Но вместо страниц учебника отчего-то вспомнилась бабушка.
Мы как-то вечером лежали с ней на кровати, и она читала мне сказку про Золушку перед сном. Я как раз свалилась с температурой и была страшно несчастной.
– Без феи и волшебства у неё ничего бы не получилось, – сообщила я ворчливо, тайком вытирая нос рукавом пижамы.
– А как же труд, упорство и доброта?
– Она столько лет была такой доброй, трудо…трудно… – выговорить длинное слово не получилось. – Работу всю делала – и ничего. Пока фея не пришла.
– Это вознаграждение. Будешь такой же умницей и тоже получишь подарок.
– Фею-крестную с волшебной палочкой? – с надеждой переспросила у неё.
– Ох, Карина. – Бабушка рассмеялась и обняла меня. – Волшебство – это не самое главное.
– Правда? А что тогда?
– Семья, любовь. Вас я никогда бы не променяла на магию, – обнимая меня ещё крепче и целуя в макушку, сообщила она.
– Я тоже. Но волшебство… оно какое? Как ты думаешь?
Бабушка вздохнула.
– Оно… оно как еще одна рука.
Я захихикала:
– Рука?
– Да, рука. Но она не мешается. Это не пятое колесо у телеги, ненужное и лишнее. Эта рука – часть тебя и создана, чтобы помогать, направлять и создавать чудеса. Наши руки кормят, ноги водят, а магия творит волшебство. Нужно просто принять её.
– Но как?
Бабушка всегда умела рассказывать сказки, несмотря на недовольство родителей, которые считали, что она забивает наши головой ерундой. Сирены, оборотни, ведьмы, рогатые демоны – всё это сказки, которые не пристало рассказывать малышам.
– Как пятую руку, – тихо рассмеялась она. – Чужую и такую ненужную на первый взгляд. Но в то же время дорогую и необходимую. Только ты поймёшь, что магия не где-то там, а в тебе, и сразу станет легче. Надо просто принять. Всю без остатка.
Я слушала её, раскрыв рот, а потом звонко рассмеялась.
– Ой, ба, ты так интересно рассказываешь. Я даже на секундочку поверила, что это правда.
Она запнулась и неловко улыбнулась, вновь прижимая меня к себе:
– Спи, милая, спи, моя радость. Это всего лишь сказки. Сказки, которые никогда не причинят тебе зла.
Эти воспоминания пронеслись в голове за секунду.
А ведь она права.
Принять.
Найти то, что мешалось, что отторгалось рациональным здравым смыслом все эти дни. Найти и поверить. До конца.
То самое чужеродное и неправильное и сделать своим.
Открыться. И не думать о том… обо всём. Главное – не думать. А именно этим я сейчас занималась.
Огонёк… Даже не так. Крохотная искорка. Она мерцала. Робко или немного насмешливо – сложно разобрать. Но то, что это именно оно, что мне нужно, я поняла сразу.
Потянулась всем существом, раскрываясь от начала и до конца.
Магия была во мне всегда, и это не просто слова. Она лишь ждала своего часа. И сейчас затопила всё сознание, разбежалась по венам, наполняя каждую клеточку силой.
Я была ведьмой. С рождения. И пусть сила спала, запечатанная артефактом, а потом неверием, я всегда ей была. Есть и буду!
Надо было лишь поверить в себя.
Руны, силы… я сама. И сила в моей крови, послушная любому приказу.
Я встала во весь рост, несмотря на предупреждающий вскрик Ульяны. Поймала первую же молнию, которая с бешеной скоростью неслась на меня. Покрутила в руках, любуясь разрядами и искрами, и бросила назад в Марго.
– Что? Ты!!! – зарычала ведьма.
– Артефакт, – спокойно произнесла я, поднимая левую руку ладонью вверх.
А правой рукой быстро начертила в воздухе руну призыва. Она сверкнула и погасла.
– Не смей!
Марго только и могла, что кричать. В этом плюс и минус этих парных артефактов. Только ты активировал их, выйти не сможешь до тех пор, пока противник не умрёт.
«Не всё ты смогла предусмотреть, ведьма. И зря списала меня со счетов».
Артефакт в стене дёрнулся, на глазах поблек и испарился, чтобы появиться уже у меня в руке.
И в ту же секунду связка была разрушена.
– Тварь! – взвизгнула ведьма, посылая в мою сторону смертельные проклятья.
Отразить все не смогу, даже если захочу. Слишком много, слишком сильны и стремительны.
Вскрикнула, отворачиваясь и выставляя руки в качестве защиты.
Мне помог Герасимов. Дед в одно мгновение создал вокруг меня щит, в который заклятья врезались, рассыпаясь в прах. А сам в два прыжка оказался рядом с Марго, хватая ведьму за горло.
– Здравствуй, Маргарита, – прошипел он, зло смотря в глаза той, что сломала его жизнь десятки лет назад. Лишила любимой, сына, внуков.
– Ты… пришёл… Осуществи месть! Убей! Это ведь я… я всё сделала…
Я по его лицу видела, что хочет. И винить его за это не могла. Марго заслуживала смерти.
– Ну нет, – вдруг процедил он. – Будет суд. Ты ответишь. И сдохнешь, но не от моих рук. А я посмотрю.
– Ублюдок!
Коваля уже скрутили Грин и огромный краснокожий демон. Глядя на него, я поняла, почему охотник называет себя ущербным. Это же просто громадина в два с половиной метра ростом и весом под двести килограмм чистой мышечной массы.
Я шагнула вперёд, обходя алтарь, как внезапно увидела сирену, которая кое-как доползла до лежавшего навзничь Антона.
– Ульян, что?
– Помоги, – произнесла она, срывая с него рубашку, пропитавшуюся кровью. – Он умирает.
Не знаю, кто быстрее подбежал к ним, я или Грин. Кажется, мы оказались рядом вместе.
– Проклятье! – выругался демон. – Зацепило всё-таки.
Увидев рваную рану на груди, я вздрогнула и отвела взгляд, глотая подступившую слюну. Нет, не готова я была для таких картинок. Совсем не готова.
– Накопителя нет? – спросила Ульянка, вытирая грязные ладони о штаны, которые тоже чистотой не отличались.
– Нет, все израсходовали, пытаясь дезактивировать Карнийские артефакты. Его надо переносить.
– Не пойдёт. Он не выдержит перенос, – покачала головой сирена и огляделась. – Карин, дай мне воды.
– Да, кончено.
Я тут же сорвалась с места и, быстро оглядевшись, подбежала к измятой бутылке, которая валялась в углу среди обломков.
– Грин, поищи накопители или артефакты. Тут должны быть, – тем временем велела сирена.
Демон и дед заковали Коваля и Марго в наручники (специальные, магические, которые полностью сковывали тело, делая его полностью неподвижным и лишая возможности говорить) и повернулись к нам.
– Надо позвать на помощь, – заметил Герасимов.
– Надо, – прогромыхал краснокожий, почесывая когтями щеку. – Только, если выйти, вернуться будет уже нельзя. Сюда-то добрались благодаря девчонке.
– Мне? – подавая бутылку Ульяне, переспросила я.
– Ага. Защита муэри сработала. Слабенькая, конечно, но импульса хватило. А Грин его засёк, – пояснил демон. – Сейчас уже не получится, выгорело всё.
– Значит, будем искать тут, – произнесла я, поворачиваясь к Антону.
Ульяна уже ополоснула ладони и, глубоко вздохнув, положила их прямо на рану Антона. Тот дёрнулся, застонал и снова потерял сознание.
Надеюсь, она знает, что делает. Потому что если колдун не умрёт от ран, то точно от заражения крови.
– Прости, – прошептала девушка и закусила губу.
Чёрт, она долго не продержится. Сама раненая, без сил, а геройствует.
– Я помогу Грину, – произнесла я, снова поднимаясь с колен.
Но он уже шёл к нам, неся какой-то ящик.
– Кара, открывай, – ставя его передо мной, произнёс демон.
– А что это?
– Наследство Марго.
Ведьма тут же замычала, попыталась дёрнуться, но оковы были слишком сильны.
– А поподробнее?
– Это артефакты, которые она стащила из особняка. Не все, конечно, большая часть осталась. Но тут самые главные и мощные.
Замок был очень большим и увесистым, размером чуть ли не с мою ладонь.
– И что делать? – спросила я, поднимая взгляд на Грина.
– Открывать.
– Как?
– Магией. Кара, не тупи!
Я думала огрызнуться, но времени на это не было совершенно.
Магией. Легко ему говорить. А я только начала в этом разбираться.
Нарисовала пальцем руну открытия и позволила силе оторваться, коснуться замка, отдавая часть себя.
Секунда, другая, и он, наконец, щелкнул, открываясь. А на меня полыхнуло жаром силы, заключенной в этом небольшом сундучке. Да, прав оказался демон, тут всё самое мощное и опасное.
– А вот и накопитель, – хватая одну из безделушек, произнёс Грин и сразу вручил сирене. – Уль, потерпи чуть-чуть. Ты подлатай совсем немного. Капельку, чтобы можно было его перенести. Остальное мы сами.
Она судорожно кивнула, едва дыша от напряжения.
Сундук манил, в ушах звенело от напряжения. Словно что-то внутри звало меня.
Я осторожно протянула руку, и один из артефактов будто сам прыгнул мне в ладонь.
Небольшой пузатый флакончик, покрытый серебряной вязью с фиолетовой жидкостью внутри и змеей на пробке.
Красивый. И я почему-то сразу поняла, что это, словно всегда знала.
– Грин.
Он обернулся, недовольно на меня глянув.
– Это твоё, – произнесла я, протягивая ему пузырёк. – Как и обещала. Соглашение исполнено. Моя часть выполнена.
Демон взял, странно меня разглядывая. Хотел что-то сказать, но Ульяна вдруг, всхлипнув, свалилась без чувств, а Антон очнулся, тяжело раскашлявшись.
И мы снова не смогли как следует поговорить.
«Потом», – убеждала я себя.
Кто же знал, что следующий разговор у нас состоится не так быстро, как хотелось.