Глава 14

Ох, черт!

Подбегаю, заглядываю в глазок — ну конечно, это уже Адам!

— Минутку, Адам Эдуардович! — повышаю голос так, чтобы он меня услышал.

С одной стороны, неловко получилось.

С другой — это даже прекрасно, так ведь? Я ведь планировала вести себя таким образом, чтобы никакого удовольствия от встречи он не получил.

А какому мужчине понравится стоять за дверью, дожидаясь женщину? Так что выдыхаю и одеваюсь не торопясь. А краситься я и не собиралась.

Правда, забываю, что так и не разобралась с волосами, и когда все-таки открываю, ловлю восхищенный взгляд младшего Резанова.

— Привет, — он стоит, расслабленно прислонившись плечом к стене, и улыбается. — Так и знал, что ты прячешь нереальную красоту!

— Что, простите?.. Ах, это, — начинаю быстро собирать подсохшие волосы в пучок, но Адам протягивает руку, останавливая.

— Оставь, — качает головой.

Тянется коснуться, но я отдергиваю голову и хмурюсь.

— Во-первых, не трогайте меня без моего разрешения, — говорю спокойно. — А во-вторых, мне неудобно с распущенными волосами.

— Ну ты даешь, — мужчина усмехается. — Да половина женщин годовой бюджет африканских стран готова отдать на то, чтобы сделать себе что-то отдаленное на голове!

— Я не в курсе размера бюджетов африканских стран, — отказавшись от пучка, для которого не могу найти шпильки, торопливо заплетаю простую косу, перехватываю ее резинкой и приподнимаю за кончик, показывая. — А это мне досталось от природы, моей заслуги тут нет.

— Тебе даже комплимент не сделать, колючка, — Адам фыркает.

— Я готова, — не реагирую на его слова, подхватываю сумку. — И вынуждена сообщить, что времени у нас немного. Мне еще нужно дособираться и вернуться.… в офис!

Вовремя успеваю прикусить язык.

— Да знаю я, — отмахивается мужчина. — Ладно, пойдем!

— Вы вызвали такси? — выхожу из квартиры, закрываю за собой дверь.

— Нет, я сам за рулем, — он отступает, давая мне пройти к лифту.

Поджимаю губы, нажимая на кнопку.

— Теперь ты чем недовольна? — уточняет Адам.

— Ничем.

Одно из правил безопасности, которые я для себя вывела — не садись к мужчине в машину на первом свидании. Закажи такси, если нужно, — благо, сейчас это не проблема. Но сейчас меня слишком многое напрягает, в том числе риск столкнуться с Леонидом, поэтому решаю спустить это дело на тормозах.

Машина, которую я вижу у подъезда, чуть было не заставляет меня открыть рот. Я не разбираюсь в марках, но это что-то невероятное — спорткар с обтекаемыми контурами сверкает на позднем вечернем солнце.

— Нравится? — понимаю, что мужчине нужна моя реакция, и заставляю себя сдержаться.

— Я мало что понимаю в машинах, но она красивая, — киваю и обозначаю намек на улыбку.

— Садись, — он открывает мне дверь, видимо, все-таки немного разочарованный моей скупой похвалой.

Внутри все тоже скорее напоминает скорее какой-то салон самолета, а не автомобиля. Адам устраивается рядом со мной, уже снова с привычной улыбкой.

— Ну что, покатаемся!

До ресторана мы доезжаем, что называется, с ветерком. Нет, мужчина не гонит, более того, держит совершенно нормальный скоростной режим, видимо, чтобы меня не пугать, но все равно эта машина по дороге… летит, а не едет.

— Пойдем, Ев, нас уже столик ждет, — он успевает обойти машину прежде, чем я отстегиваю ремень безопасности и открываю дверь, и протягивает мне руку.

Помедлив, все-таки принимаю его помощь.

Но думаю я в этот момент совсем не о нем. А о других руках, все время затянутых в перчатки.

— У тебя сейчас такое сложное выражение на лице, мне даже страшно, — Адам с любопытством смотрит на меня. — О чем ты так напряженно задумалась?

— О работе, — пожимаю плечами. — Вспомнила кое-что, что нужно… не забыть сделать.

— О, господи, — мужчина закатывает глаза, провожая меня ко входу в ресторан, — Резанов, — называет себя, делает знак девушке на входе, которая с улыбкой кивает и проходит вперед, провожая нас за столик. — Тебя мой братец заразил?

— Почему вы так выразились? — смотрю на Адама, устроившись напротив него за небольшим столом в уютном зале. — Разве это плохо, думать о работе?

— Не на свидании же! — возмущается он. — Нет, я понимаю, Марк всю жизнь был диким педантом и свихнутым на теме обязанностей и прочего, но нельзя же так!

— Почему? — уточняю машинально. — И почему вас это так возмущает?

— Да потому что для него это был единственный способ справляться с недружелюбной действительностью, — хмыкает Адам. — А возмущает… меня не возмущает, а бесит. Когда тебе постоянно ставят в пример человека, сравнивая тебя с ним не в твою пользу, он невольно начинает раздражать.

— Может быть, просто нужно было брать в качестве примера то хорошее, что вы могли взять, — отвечаю рассеянно.

В памяти вдруг всплывает «аллергия на окружающую действительность». Это как-то перекликается со словами его брата, но прежде чем я успеваю задуматься об этом, из мыслей меня вырывают. Потому что Адам негромко смеется.

— Ты все-таки очень странная, Ева, — качает головой.

— Ваш брат того же мнения, — говорю сухо.

— Да ладно?! Он тебе это сказал?! — мужчина удивленно смотрит на меня. — На него не похоже.

— Почему? — спрашиваю снова.

— Мне стоит начать ревновать? — изгибает бровь Адам. — В первый раз я на свидании с девушкой обсуждаю человека, про которого меньше всего хочу вспоминать в такой момент!

— Ревновать никого в принципе не стоит, — пожимаю плечами, откидываюсь на спинку стула, изображая равнодушие. — Глупое чувство. И бессмысленное. А уж с вашей стороны по отношению ко мне — вообще никому не нужное.

Адам вдруг подается чуть вперед, внимательно вглядываясь мне в лицо, а потом расплывается в немного странной улыбке.

— Так, значит, ты и влюблена ни была ни разу, — качает головой, в глазах мелькает что-то трудноопределимое, какая-то… решимость, что ли?

— С чего вы взяли? — хмуро смотрю на него.

— Если бы была — никогда бы не назвала ревность бессмысленным чувством, — он склоняет голову набок. — Только не говори, что и с мужчиной ты ни разу не была?!

Перед глазами мелькает картинка: идеальный мужской торс и вцепившиеся в полотенце руки. Я чувствую, что начинаю краснеть, и специально нарочито громко вздыхаю и закатываю глаза.

— Во-первых, это не ваше дело, — пододвигаю к себе меню. — А во-вторых, вы ошиблись. Во всем. Я была влюблена и уже давно не невинная девочка.

— Ты на себя в зеркало-то давно смотрела? — Адам качает головой. — Ты всегда будешь выглядеть, как невинная девочка… и дело вовсе не во внешности, хотя и в ней тоже.

К счастью, наш разговор, принимающий какое-то опасное направление, прерывает официант.

— Да, я буду теплый салат с баклажанами и стакан свежевыжатого апельсинового сока, — отвечаю на вопрос о моем выборе.

— Ева, я не пойму, ты мои деньги экономишь, что ли? — Адам скептически смотрит на меня. — Закажи себе нормальный ужин!

— Это нормальный ужин для девушки, — качаю головой.

— Не для той, которая того и гляди прозрачной станет, — упрямо стоит на своем мужчина. — Либо ты заказываешь что-то еще, либо я заказываю сам. Но тогда нет гарантий, что это будет что-то, что тебе нравится. Вкусы твои я все-таки пока не изучил.

Сверлю его взглядом пару секунд, но решаю не спорить. Поэтому дополняю заказ курицей в каком-то хитром соусе и печеным картофелем. Адам удовлетворенно кивает, сам тоже делает заказ, а когда официант отходит, смотрит на меня с улыбкой.

— О чем мы говорили?

— Вряд ли кто-то мог бы найти в этом зале двух людей, которые так мало хотели бы сказать друг другу, — отвечаю, вспомнив вдруг известную сцену танца из «Гордости и предубеждения» и переиначив цитату.

Впрочем, мой собеседник, естественно, ее узнать не может.

— Зря ты так, — мужчина качает головой. — И кстати, хватит мне выкать!

— Мне комфортнее так, — не соглашаюсь с ним. — И я не собираюсь сокращать дистанцию.

— Если не перейдешь на «ты», я приеду к тебе сразу после командировки, — прищуривается Адам. — Никакой недели!

— Это шантаж, — отвечаю сухо. — И несоблюдение договоренностей. Я полагала, что вы хотя бы свое обещание сможете сдержать. Жаль, ошиблась.

— Как же с тобой сложно, — он вздыхает.

— Найдите кого попроще и оставьте меня в покое, чего тут сложного? — пожимаю плечами.

— Не могу, — он обезоруживающе разводит руками.

— Почему?

— Ты мне очень нравишься! — со спокойной откровенностью отвечает мужчина.

Чуть было не давлюсь соком, который уже принесли и поставили передо мной.

— Вы меня не знаете, — отдышавшись, смотрю на него скептически.

— И что? Мужчине не может просто сильно понравиться красивая, умная, добрая и интересная девушка? — Адам улыбается, и в этой улыбке как будто даже нет подвоха. — Это, кстати, можно увидеть почти сразу, как знакомишься с человеком! Совсем необязательно сразу сходу выяснять подробности и детали характера.

Молчу, потому что не знаю, что сказать и как отреагировать.

— Слушай, извини, что я пытался на тебя надавить сейчас, — он снова склоняется к столу, чуть ближе ко мне. — Не собирался тебя шантажировать. Но… можно попросить? Мне правда будет очень приятно, если ты будешь называть меня по имени и на «ты». Пожалуйста.

Высказанной в таком тоне просьбе у меня не получается сопротивляться. Обозвав себя мысленно идиоткой, которая еще вляпается со своей добротой, проглатываю вздох и неохотно киваю.

— Хорошо… Адам. Но только вне работы, — добавляю тут же.

— Договорились, — он кивает.

Дальше разговор как-то сам собой становится достаточно спокойным и даже… в каком-то смысле интересным. Мужчина больше не касается личных или каких-то провокационных тем — мы просто беседуем обо всем и ни о чем одновременно. Немного о работе, немного о еде, немного о путешествиях — тут мне говорить практически не о чем, а вот Адам на удивление оказывается очень интересным рассказчиком, вспоминает какие-то забавные истории, описывает места, где побывал.

Спустя примерно полтора часа я даже понимаю, что расслабилась и получаю удовольствие от вечера. Вкусная еда, спокойная атмосфера, внимательный и неглупый собеседник — все складывается отлично.

Пока на мобильный мне не приходит сообщение.

Слышу вибрацию и, нахмурившись, роюсь в сумке в поисках телефона.

— Извини, мне надо посмотреть, — качаю головой, кинув взгляд на замолчавшего Адама.

Знаю, не слишком вежливо, но.… мало ли что?

Оказывается, да.

«Ева Андреевна, жду вас».

И следующее сообщение, спустя несколько мгновений.

«Нужно подготовить документы к поездке».

Закусываю губу и смотрю на время в углу экрана. Не слишком поздний вечер, но все же… я ведь говорила Марку Давидовичу, что мне только собраться. А с окончания моего рабочего дня уже больше четырех часов прошло.

— Вам понравилось? — к нам как раз подскакивает официант. — Может быть, желаете десерт? У нас есть отличные меренговые рулеты от шеф-повара…

— Ева? — смотрит на меня Адам.

— Нет, спасибо, — качаю головой и улыбаюсь пареньку-официанту. — Все было очень вкусно, но я уже наелась.

— Чай, кофе?

— Тоже нет, — кидаю взгляд на Адама, надеясь, что он поймет намек.

— Хорошо, тогда давайте счет, — сдается наконец мужчина.

Официант уточняет детали по оплате, кивает и тут же уносится.

— Спасибо тебе за этот ужин и вообще за вечер, — говорю сразу. — Я действительно получила удовольствие.

— Не ожидала, да? — усмехается Адам, крутя в пальцах банковскую карту.

— Я в принципе предпочитаю не иметь ожиданий, — зеркалю его усмешку. — Так, знаешь ли, проще избегать разочарований.

Мужчина собирается было что-то ответить, но молчит. Расплачивается по счету и поднимается из-за стола первым, протягивая мне руку и помогая встать. Благодарю и думаю, что, если бы он меня действительно, по-настоящему заинтересовал, этот вечер склонил бы чашу весов в его пользу. Нельзя не признать, что Адам галантен, причем без всякой нарочитости, вежлив, хоть его и заносит иногда, да и вообще в целом интересный мужчина.

Вот только… ну не екает у меня на него.

Да, конечно, бывает такое, что чувства просыпаются потом, позже… но на мой взгляд, нет смысла себя принуждать только для того, чтобы быть не одной, а с кем-то. Отношения ради отношений мне никогда не были нужны.

— Мне и правда пора ехать, — говорю негромко, выходя из ресторана, смотрю на спутника. — Если у тебя нет времени, я вполне могу добраться на такси…

— Ева, ну не дури, — он качает головой. — И не порти мне отличный вечер! Я тебя довезу и провожу.

— Спасибо, — улыбаюсь и киваю.

До моего дома мы доезжаем практически молча. Не знаю, о чем думает Адам, а я все больше начинаю нервничать, что мой босс может начать задавать мне неудобные вопросы. Я, правда, ответила на сообщение максимально коротким и корректным «да, Марк Давидович, скоро буду». И он его прочитал, причем, судя по всему, сразу. Но ответа не последовало.

Адам действительно провожает меня до двери квартиры. Я даже не пытаюсь сопротивляться — уже поняла, что ничего плохого он мне не сделает, а так все-таки комфортнее.

— Ева, послушай, — начинает, когда я уже открываю дверь, — я помню про обещание оставить тебя в покое на время твоей командировки и неделю после. Но, надеюсь, хотя бы переписки это не касается?

— Не обещаю отвечать в ту же секунду, — пожимаю плечами, — все-таки я еду по работе.

— Ладно, — он усмехается. — Просто отвечай.

— До свидания, — отступаю внутрь квартиры. — Надеюсь, ты хорошо проведешь время и без меня.

— Не совсем то, что я хотел услышать, — Адам прищуривается. — Но так уж и быть, сделаю вид, что ты этого не говорила. Хорошей командировки тебе.

— Спасибо, — киваю и все-таки захлопываю дверь.

И выдыхаю, прислоняясь к стене. Ноги не держат. А еще… появляются сомнения, что месяца хватит, чтобы он выкинул меня из головы.

Встряхнувшись, заставляю себя выпрямиться.

Начнет настаивать — скажу прямо, как есть. И буду повторять, пока до него не дойдет.

А сейчас мне лучше поторопиться!

К счастью, вещи у меня все-таки были уже собраны. Быстро кидаю в дорожную косметичку умывалки по мелочи. Подумав, добавляю тушь и карандаш — крашусь я редко, но мало ли, вдруг понадобится. Вроде бы все!

Такси, вызванное по тому же номеру, который давал мне Резанов, подъезжает быстро. Водитель забирает мой чемодан прямо у двери квартиры, я спускаюсь следом за мужчиной. И только когда сажусь на заднее сиденье, успеваю краем глаза заметить мелькнувшую у подъезда тень.

Вздрогнув от резкого, накатившего волной страха, оборачиваюсь — но машина уже трогается, и разглядеть я никого не успеваю.

Нервы тебе надо лечить, Ева… прав твой начальник.

Пока едем, успокаиваю бешено колотящееся сердце. Я могла и ошибиться. Вечер же. Причем… теперь уже поздний. За одиннадцать часов перевалило. Пульс снова учащается — теперь уже по другой причине.

Никаких договоренностей насчет конкретного времени возвращения у меня с Резановым не было. Надеюсь, проблем не возникнет.

Что я ошиблась, понимаю почти сразу.

Потому что едва поднимаюсь на лифте в уже знакомый холл — карточку мне утром все же дали — дверь квартиры распахивается еще до того, как я успеваю к ней подойти.