Глава 6

— Сначала тебе, наверное, надо посетить Линарэна, — я покосилась на окно: приближался вечер. — Процедуры там всякие, ты же целый день без них…

Улыбнувшись, Элор выдвинул один из ящиков секретера: тот был наполнен магическими кристаллами, объединёнными единой золотой сетью и прибором с инкрустированными магическими печатями.

— Я, можно сказать, процедуры и не заканчивал. И родовой артефакт после отбора уже лучше работает, подпитывает меня немного, так что не переживай, всё отлично.

— Не отлично, — возразила я.

Несколько мгновений Элор смотрел на меня с той же наклеенной улыбкой, поджал губы и покачал головой. Поднявшись, проворчал:

— Халэнн, вот надо было тебе всё испортить. Мне ведь почти казалось, что со мной всё более менее нормально.

— А потом тебе показалось бы, что ты можешь и делами в полную силу заниматься, и в драку полезть. Так что я буду напоминать, чтобы ты не забывал себя беречь.

— Не становись похожим на Заран и моих любовниц, только в делах я нахожу счастье и успокоение. Сейчас искупаюсь и к отцу, а ты пока можешь заняться своими делами.

Кажется, с внушением я немного перестаралась — в той части, где уверяла, что Элор много сделал для страны и семьи и тем самым оставил свой след.

Развязывая пояс халата, он скрылся в ванной комнате, а я… осталась наедине со своим сокровищем и запасом магических кристаллов.

Какой соблазн… Но покрывало мне нечем было подменить, а в кристаллах смущал прибор принца Линарэна, явно как-то влиявший на них через золотые провода.

Но такой запас магии…

С опасениями я боролась минуты три, а потом протянула руку и коснулась пальцем одного из кристаллов, стараясь не задевать золото. Магия вытягивалась с трудом, он словно сопротивлялся, но постепенно её отдавал. Я «потыкала» пять кристаллов, не опустошая их до конца, прежде чем одёрнула себя: жадность до добра не доводит.

Но как же мне стало легче после подпитки. Всё же мы, драконы, существа магические, магия — сама наша жизнь. Страшно представить, что ощущает Элор, ежесекундно чувствуя, как разрушается его источник.

Желая избавиться от мрачных мыслей, я занялась своими письмами.

Нанятые мной специалисты прислали любопытные сведения: лорд Шиан, один из соседей Флосов, после того, как Валерия стала избранной, принялся скупать их долговые обязательства. У меня аж чешуйки зазудели: он знал, что они родственники? Или что?

«Спокойно, не надо делать поспешных выводов», — приказала себе и занялась другими письмами.

Профессор Эзалон после нападения на Академию драконов не стал продлевать абонемент в борделе. Неужели решил пожертвовать свои деньги на её восстановление? Или просто не до радостей стало?

Мои вассалы… всем главам родов написала, чтобы вели себя осторожнее и экономнее, закупили магические кристаллы, не афишируя этот факт. Меня по-прежнему просили сдать новую землю в аренду. В одном семействе было больше детей, другое — более хваткое и оборотистое. Взвесив всё, сдала хватким — в критической ситуации активы лучше доверять тем, кто сможет ими лучше распорядиться, а с арендной платы можно и тех вторых поддержать, если начнутся проблемы.

«Начнутся, — со вздохом признала я сама себе. — Не надо заниматься самообманом».

Баланс сил нарушен, Культ активизировался, а Фламиры, успевшие мысленно заполучить трон, вряд ли спокойно примут поражение после того, как растрезвонили о своей будущей победе на весь Эёран.

***

Элор нервничал. Он этого не говорил, но я чувствовала, видела в напряжении его плеч, скованных движениях. Элору неловко было ощущать себя слабым, и парковую дорожку, коридоры дворца до кабинета отца он торопился пройти побыстрее, а я следовала на полшага за ним и хотела бы коснуться его плеча, как-то поддержать.

Многочисленность патрулей только усиливала его беспокойство.

Возле кабинета императора караула почему-то не было.

— Дальше я сам, — Элор так стискивал кожаную папку с заметками, что поверхность прорвалась.

Его желваки ходили ходуном. Похоже, император был не совсем вежлив в своём желании отправить его отдыхать и не подпускать к делам.

Элор шагнул к дверям, но я придержала его за рукав и почти прошептала:

— Неважно, получится его уговорить или нет, займёшься ты делами или останешься отдыхать — ты самый лучший.

Уголок губ Элора дёрнулся, и затравленный взгляд смягчился, потеплел. Я отпустила его. Элор повёл плечами, расправил их и шагнул к дверям. Они перед ним раскрылись.

Поспешно отступая в сторону, чтобы не попасться императору на глаза, я успела увидеть его сидящим за рабочим столом.

— Элор, я же велел тебе отдыхать и набираться сил…

— Подпитка магии размышлениям не мешает, я зашёл к тебе…

Двери закрылись, и я осталась в коридоре одна. Надо отойти от кабинета за ближайший поворот: и выход Элора не пропущу, и смогу сбежать, если они появятся с императором, и сделать вид, что ничего не видела и не слышала, если кабинет отца Элор покинет со скандалом.

Отойдя от кабинета императора, я свернула в коридор с окнами на парк.

На этот раз с принцем Арендаром я не столкнулась — он ещё не дошёл до поворота шагов пяти. Увидев меня, остановился. Я тоже замерла.

Несколько мгновений мы с принцем Арендаром пристально смотрели друг на друга. Сейчас, напитанная магией, отоспавшаяся, я ощущала себя настолько уверенно и спокойно, что позволила себе эту небольшую вольность, после чего всё же отступила с его пути и склонилась в глубоком поклоне: теперь принц Арендар не просто наследный принц, а настоящий наследник, бронированный дракон с избранной. И к этой избранной мне следовало подобрать ключик.

Он двинулся дальше. Поравнявшись со мной, тихо сказал:

— Можешь ходить спокойно, земля больше не уйдёт из-под твоих ног по моей воле.

Я чуть не выпрямилась от удивления: неужели наконец-то он созрел? И что это, амнистия на радостях или благодарность за то, что не дала Элору раскроить его череп?.. Или он всё же оценил то, что я не дала ему убить попавшего под зачарование Элора?

«А я давно предлагал его выпороть, — буркнул Жаждущий крови. — Но ты ведь не слушаешь хороших советов, пока не припрёт».

Принц Арендар свернул к кабинету отца… туда, где Элор сейчас предлагал использовать его драгоценную Валерию как наживку.

И правда ведь Арендар вспылить может, а Элор сейчас ослаблен…

— Ваше высочество, — я шагнула следом за ним, мысленно коря себя за то, что снова лезу в семейные дела Аранских.

Принц Арендар развернулся:

— Что?

— Элоранарр любит вас, как сына. Он не желал этого влечения…

— Я знаю, что он был под действием заклятия и не собираюсь его за это преследовать, — резко перебил меня принц Арендар. — На память пока не жалуюсь и в твоих советах не нуждаюсь. Ты спас мне жизнь и сохранил жизнь Элору, в благодарность за это я как-нибудь смирюсь с этим унизительным мордобоем и кривой чешуёй на носу, но постарайся держаться от меня подальше. Ты мне не нравишься, и твоё влияние на Элора мне не нравится. Ради него я буду тебя терпеть, но не более.

— Элоранарр просил меня убить его, если он попытается украсть вашу избранную.

У Арендара шире распахнулись глаза. На самом деле я бы предпочла ещё разок пройтись по его морде, чем словесно заступаться за Элора.

— Пожалуйста, помните об этом, если вдруг разозлитесь на него или…

Арендар резко шагнул ко мне, я отскочила, и мы снова застыли, глядя друг на друга.

— Послушай, — процедил он и теперь шагнул ко мне медленно. Я осталась на месте, и принц Арендар подошёл, зло выдавливая слова: — Я понимаю, что Элор был не в себе, я понимаю, что он действовал не по своей воле. И за это я на него не злюсь. Но ты, мелкое неправомерно вселившееся в его башню недоразумение, подумай головой: он был рядом с моей избранной, хватал её, домогался. А она не драконесса, у них, людей, всё иначе, и непонятно, что в голове творится, и я не знаю, что Лера чувствует, не улавливаю ещё её эмоций, а она не хочет на брачные недели, не хочет свадьбу, не хочет всего, что нам, драконам, так дорого. И она одинаково кричала Элору, чтобы он не убивал меня, и мне, чтобы я не убивал Элора. Я не злюсь на Элора за нападение, я не думаю, что он попытается Леру отбить, но я ревную, потому что на неё связь избранных ограничений по привязанности не наложила, и если ты так беспокоишься о моём брате, постарайся сделать так, чтобы он не попадался Лере на глаза.

Какой же он всё-таки ещё мальчишка…

— Элоранарр умирает.

— Даже мёртвого можно любить.

— А вы постарайтесь вести себя так, чтобы Валерия захотела с вами на брачные недели. Да, она не драконесса, её не растили с мыслью, что она должна перед вами расстелиться и по первому же приказу промаршировать в сокровищницу. Она упряма и свободолюбива, — говоря это, я вдруг поняла, что вполне могу смягчить реакцию принца Арендара на план Элора (если наследничек о нём когда-нибудь узнает). — Валерию тестовое заклинание определило в боевые маги. Вы же знаете, что для такого распределение нужен не только хороший магический потенциал и физическая подготовка, но и определённый склад характера, определённый способ решения задач: атакой, действием. Ваша избранная жаждет действия. Боя. В этом она похожа на вашу мать.

Принц Арендар дёрнулся и, кажется, хотел возразить, но промолчал, а я продолжала:

— Я знал Ланабет совсем немного, но они похожи. Валерии тоже нужно действие, активность, влиять на происходящее, и она очень молода, ей трудно побороть эту жажду, усмирить её. Возможно, вам надо дать ей действовать, и она успокоится, согласится на брачные недели и прочее. Дайте ей то, чего она хочет, и будет вам счастье, а не как у Элора с его любовницами скандал на скандале.

— Думаешь, Лера может и такое устраивать? — с ужасом уточнил Арендар, кажется, от открывшихся перспектив позабыв о наших разногласиях.

— Судя по тому, что я видел — вполне. Даже хуже. Неудовлетворённые женщины — и я говорю не только о постели — страшная сила, — доверительно сообщила я. — Поверьте, у меня богатый опыт. Намного больше, чем у вашего брата.

Задумчиво, как-то по-новому взглянул на меня принц Арендар. Вдруг полюбопытствовал:

— И сильно больше?

Я прикинула, сколько разных женщин чисто теоретически должен был попользовать Халэнн в борделе за последние годы и сообщила:

— Больше десяти.

Мне даже жаль стало принца Арендара. Как и всякий дракон правящего рода он воспитывался в целомудренности, ожидании своей первой и зачастую единственной в физическом плане избранной и максимум ещё пары чисто формальных, без сексуальной близости любовниц.

И при этом он постоянно сталкивался с нарушением этих принципов: у его отца две избранные и жена, у Элора беспрецедентное число одновременных реальных любовниц, придворный маг Эрршам вечно потрясал двор своими многочисленными любовными похождениями, теперь ещё и я…

Принц Арендар ещё раз оглядел меня и строго велел:

— Ты тоже к Лере не подходи.

— Не переживайте, я не самоубийца и подойти к ней могу разве только чтобы помочь моей будущей императрице. Но если вы переживаете за то, что можете в её глазах выглядеть хуже Элоранарра, то дайте ей то, чего она хочет: уважения к её желаниям и силе, возможность реализовать себя в каком-то деле, а не только семье, как позволил отец вашей матери ради её счастья. Не допустите ошибки своего дедушки. Не думаю, что у Элоранарра есть шанс покорить сердце Валерии: она ненавидела его за уверенность, что место женщины — дома в безопасности, вам достаточно просто не повторять его ошибок, и на его фоне вы всегда будете выглядеть великолепно.

— В нашем доме давно небезопасно, — глухо отозвался принц Арендар.

— Тогда тем более нет причин запирать Валерию во дворце. Единственный способ обезопасить вашу избранную — уничтожить врагов.

— Культ? — нервно усмехнулся Арендар, но что-то в его взгляде было такое… странное.

— Культ Бездны невозможно уничтожить, — ответил он и развернулся, снова направился к кабинету отца.

Он в это не верил… Культ Бездны — кость в горле всех драконов, враг, от которого не избавились за тысячелетия, нечто столь привычное, что кажется неизбежным злом, но говоря, что его невозможно уничтожить, принц Арендар думал иначе.

С чего бы вдруг?

Мотнув головой, я негромко сказала:

— Пожалуйста, подождите. Элоранарру надо поговорить с отцом.

Принц Арендар остановился, подумал немного — и исчез в языках золотого пламени телепорта. Я надеялась, что переместился он не в кабинет. Отступила к повороту и прислонилась к стене.

Кажется, после ранения Элора мы говорили с принцем Арендаром больше, чем за последние пятнадцать лет. Сегодня получился почти взрослый разговор, и побить его мне хотелось всего раз. Прогресс…

Я покосилась на двери в кабинет.

То, что оттуда не доносилось ни звука — не показатель, скорее всего, там раскинули заглушающий звуки полог. Под прикрытием этого полога могло происходить что угодно: и ссора, и откровенный разговор… и убийство.

Я ждала.

Задумалась о нападении на Академию драконов и Нарнбурн. Это ведь можно было предотвратить, первый звоночек был — тот самый вестник Бездны в банковском хранилище, вырвавшийся раньше времени только потому, что ящик с ним разбился из-за неисправного крана. Точно так же под видом товаров Нарнбурн наводнили вестниками Бездны, и в назначенный час те принялись крушить город, а за ним и Академию.

Интересно, если бы мы с Элором остались во главе ИСБ, мы бы предотвратили это? Догадались бы, что вестников в Нарнбурне значительно больше и их появление связано с предстоящим отбором? Или мы были бы так же неэффективны, как назначенный императором юный Киарстэн и Миллорион на нашем месте?

Двери императорского кабинета распахнулись. Я выпрямилась, отступила от стены, готовая и скрыться за поворотом, если появится сам император, и подойти к Элору, если выйдет только он.