Глава 9

Я с трудом разлепила веки и уставилась на стену ванной. Голова гудела, мысли путались.

— Халэнн!

Кожа полыхала, во рту пересохло, каждая косточка болела. Это же откат от отключения боли… Вспомнив, почему нахожусь здесь, я заставила себя встать и натянуть халат. Меня трясло. Прикосновения ткани отзывались противными ощущениями, но я добрела до сотрясающейся от ударов двери и привалилась к ней.

Здесь заглушающее заклятие действовать уже недолжно, я сипло спросила:

— Что?

— Халэнн, почему ты не отвечаешь? Я зову тебя через метку! Что с тобой?

Похоже, не заметила покалываний и тепла метки из-за общего жжения кожи. Я нашла, чем это объяснить:

— Снотворное хорошее.

Комната погрузилась в тишину, но мне казалось, я чувствовала тревогу находящегося за дверью Элора. Наверное, он ослабил щит правителей перед ночью с кем-то из драконесс, а я невольно улавливала флюиды.

— Открой, — потребовал он с не меньшей тревогой, — дай на тебя посмотреть. Я должен убедиться, что с тобой всё в порядке.

Проклятье…

Оперевшись на стену, я заставила кости и хрящи перестраиваться. Они сопротивлялись. Похоже, сказывалось длительное нахождение в одной форме в лабораториях Линарэна.

— Халэнн! — Элор снова застучал в дверь.

Тазовые кости мерзко хрустнули, и я затянула халат на впавшей груди, вытащила из кармана бутылочку с зельем. Привычный аромат распространился на меня, я состроила недовольное лицо и отперла дверь, приоткрыла слегка. В комнату проник свет с лестничной площадки.

Элор просунул бледное лицо в щель между дверью и косяком и уставился на меня потемневшими глазами:

— Ты точно в порядке? — Он просунул руку и попытался коснуться меня.

— Элор, хватит!

Он замер, рука так и осталась висеть в воздухе.

— Я в порядке, — уверила я. — Правда.

— Мне так не кажется. — Элор прижался к косяку двери. — Ты бледный очень. Напряжённый. Тени под глазами. Так не выглядят после хорошего сна. Может, тебе показаться Велларру?

— Может, тебе заняться своими делами?

— Халэнн…

— Элор, для меня эти дни тоже были очень тяжёлыми во многих смыслах, я пытаюсь отдохнуть.

Элор ухватился за дверь и дальше протолкнул голову, практически протиснулся плечом в щель, продолжая внимательно меня оглядывать:

— Ты уверен, что с тобой всё в порядке?

— Да, конечно. — Я мечтала стащить с себя халат, жгущий раскалённую кожу.

— И это не из-за… — Элор вздохнул. — Тебя не задевает, что я с Вейрой, Диорой и Сирин?..

— Нет.

Снова Элор пристально всматривался в моё лицо. Что он хотел увидеть? И тут меня осенила догадка:

— Только не говори, что любовниц позвал в надежде вызвать мою ревность.

— М-м, я бы не хотел делать тебе больно, даже чтобы добиться проявления чувств. Просто… мне недолго осталось, хочется прожить это время ярко, с удовольствием… насколько возможно. Я бы ещё иные миры посетил для разнообразия. Всегда откладывал, а теперь… — Он хмыкнул. — Теперь слабость источника мне этого не позволит.

— Линарэн что-нибудь придумает.

— Да, остаётся на это надеяться… — без особого энтузиазма согласился Элор и опустил взгляд. — Кстати, о Лине. У меня будет долгая подпитка, можешь сходить на процедуру вместе со мной, почитать?

— Да, конечно. Зайдёшь, когда соберёшься к нему.

— Спасибо, обязательно…

Элор смотрел на меня с надеждой, я на него — с намёком, что пора уходить.

— Тебя ждут, — напомнила я, стараясь не шевелиться, не думать о ноющих суставах.

— Тебе точно не нужна помощь? — Элор снова посмотрел на меня.

— Я просто хочу отдохнуть.

Кивнув, он неохотно отступил, отпустил дверь, и я тут же её закрыла. Стиснув зубы, ждала, когда Элор отойдёт. Не знаю, сколько простояла так, прежде чем позволила костям и суставам расслабиться. Они захрустели, и я медленно осела на пол. Боль была уже не такой ослепительной. Кажется, откат постепенно заканчивался.

***

Когда утром Элор зашёл за мной, я была почти в порядке. Двигаться было больно, но терпимо, и удавалось отстраниться от ощущений с помощью техник концентрации.

Элор снова справился о моём здоровье, уточнил, не нужно ли мне ещё отдохнуть, но я хотела пойти с ним в лаборатории Линарэна: там можно подпитаться магией, и я не собиралась упускать такую возможность, потому что опять чувствовала слабость, словно магия из меня истекала.

По пути от комнаты через залитый утренним солнцем парк к дворцу Элор то и дело на меня оглядывался, и в лабораториях я пристроилась у него за спиной, чтобы избежать этих пристальных взглядов.

— Халэнн, иди рядом, — попросил Элор.

— Не имею права, — напомнила я.

— Никто не увидит.

— Я бы не был в этом столь уверен.

— Но даже если увидит…

— Элор, меня и так считают выскочкой, неправомерно поселившимся в твоей башне, не надо усугублять дурное мнение обо мне.

— Прости за Арена. Я не думал, что он настолько ко мне привязан, — в голосе Элора интересно смешивались сожаление и радость.

В лаборатории, где Элора подпитывали в прошлый раз, Линарэна не было, он не отвечал на зов по метке, и мы отправились его искать.

Первого же встреченного сотрудника в гогглах, вышедшего в коридор впереди нас, Элор сразу назначил проводником к принцу Линарэну, и дальше по рокочущим мрачным коридорам мы шли уже за ним.

— Он здесь, — сообщил маг, указывая на одну из дверей. — Разрешите идти.

— Да, иди. — Элор первым зашёл внутрь, я шагнула следом, Элор дёрнулся и застыл, я натолкнулась на его спину.

Отступила в сторону. В лаборатории, помимо принца Линарэна, находился принц Арендар, практически обнимающий Валерию в халате, и её монструозный громадный паразит, вклинившийся между ними и принцем Линарэном. От животины исходила острая, тревожная настороженность.

Валерия как-то странно смотрела на Элора, на меня, в пространство между нами. Вокруг неё, паразита и Арендара вспыхнул золотой огонь телепортационного заклинания, и через миг они бесследно исчезли.

Вокруг принца Линарэна столпились пауки-анализаторы. Он поднял гогглы и обернулся к нам:

— Что случилось? — поинтересовался со странными интонациями.

— Я на процедуру, мы договаривались, — напомнил Элор неуверенно. — А они что здесь делали? Что произошло?

— Ничего серьёзного, — опять странно ответил принц Линарэн. Мне показалось, он солгал, но… как-то не так. — На процедуру так на процедуру.

— Из-за чего они были здесь? — жёстче спросил Элор.

Линарэн уставился на него, словно думал, рассказывать или нет.

— Они заигрались, и у Валерии прорезались крылья, — и снова вроде ложь, но не такая, как после ранения Элора. Или я неправильно интерпретировала интонации из-за своего состояния?

— О-о, — протянул Элор. — Младшенький растёт.

Чтобы у Валерии выросли крылья, она должна была попробовать кровь принца Арендара. Как хорошо другим существам: в отличие от драконесс, они не настолько сходят от неё с ума.

Резко заныла спина, плечи и крестец, и я стала считать про себя, стараясь отстраниться от ощущений, от разливающейся по телу слабости.

— Ну что ж, идите в ту лабораторию, где процедура проходила в прошлый раз, я скоро приду. — Линарэн обошёл нас и скрылся в коридоре, пауки-анализаторы убежали за ним.

Элор снова принялся внимательно меня оглядывать:

— Ты точно в порядке?

— Почему ты меня об этом постоянно спрашиваешь?

— Ты… — Элор подступил ко мне вплотную. У меня закружилась голова, но усилием воли я держалась ровно. — Твой внешний вид, запах… мимика… мне кажется, тебе нужна помощь. Мне кажется, ты нездоров. Если не хочешь обращаться к Велларру, пусть тебя осмотрит хотя бы Лин.

— Я переживаю за тебя, — резко ответила я, прежде чем он напридумывал всякого и отправил меня на обследование. — Твоё состояние, рана… Элор, ты же понимаешь, насколько ты мне дорог. Конечно, я переживаю за тебя. Конечно, меня это тревожит. Конечно, мне плохо от того, что ты в таком состоянии, и это всё влияет на моё настроение, самочувствие, качество сна. Поэтому если хочешь, чтобы я чувствовал себя лучше — заботься о себе. Пожалуйста…

— Халэнн, — Элор потянулся ко мне с объятиями, но я успела отступить, спасаясь от болезненных сейчас прикосновений:

— Элор, если ты каждое моё признание в том, что ты мне дорог, будешь заканчивать объятиями, я перестану это говорить, — не желая видеть грусть в его взгляде, я отвела свой.

— Можно тогда я буду иногда просто тебя обнимать?

— Я подумаю над этим, — пообещала я и поспешила к выходу.

Обратно мы шли молча.

В лаборатории с каменной плитой я сразу взялась за оставленную здесь книгу и принялась читать. Элор немного постоял рядом и уселся на плиту. Так мы и ждали.

Встрёпанный принц Линарэн с тележкой кристаллов явился нескоро. Похоже, он отвлекался на какой-то эксперимент и продолжал думать о нём, неторопливо устанавливая на улёгшегося на плиту Элора золотую конструкцию.

Выразительно читая, я подняла руку к стоящей рядом тележке и потянула из кристаллов магию тоненьким потоком, насыщая свой опустевший источник. От этого мне должно было стать лучше, но было не по себе.

Я устала от слабости, мне нужно было больше кристаллов, больше отдыха и, возможно, помощь целителя для ускорения восстановления.

Но ничего этого пока не было, и я, развлекая Элора чтением, довольствовалась украдкой вытянутой магией.

Принц Линарэн уже на второй смене кристаллов заметил недостачу, но, к счастью, списал это на бракованный материал. Так что и эта моя подпитка осталась незамеченной.

***

И вроде работа была не слишком напряжённой — прислонившись к каменной плите или развалившись в кресле читать Элору, а порой и Вейре, Диоре, Сирин, да просматривать с Элором вместе министерские документы, чтобы он вечером проверял, как принц Арендар справляется с возложенными на него делами по контролю над империей, но уставала я просто невероятно.

Элор же, наоборот, взбодрился. Экономические и прочие мирные дела империи и роль наставника и контролёра наследника его не удовлетворяли. Он снова хотел управлять ИСБ, участвовать в ловле культистов. Неудовлетворённая жажда деятельности выливалась в ворчание по поводу и без, от чего у меня начинала болеть голова. Я сама уже хотела, чтобы то неведомое нечто, вызывавшее предчувствие беды, наконец свершилось.

Но оно не свершалось. Закончился день, в котором мы увидели окрылившуюся Валерию у Линарэна, прошёл следующий, интересный лишь отчётом от соглядатая: лорд Шиан, скупивший долговые векселя Флосов, о чём-то переговаривался с Валерией в Академии драконов. Возможно, наклёвывался какой-то заговор.

На следующий день после этого Вейра и Диора за чаем рассказали, как девица Фламиров пыталась напроситься в любовницы принцу Арендару.

— Но он даже смотреть не стал, не то что ты, — рассмеялась Диора.

— Да, младший из вас самый разумный в том, что касается отношений, — Вейра водрузила пирожное на тарелку и подтолкнула её мне.

Элор проводил этот жест крайне мрачным взглядом. Вейра усмехнулась и положила ещё пирожное, подвинула тарелку ему. С тем же невинным видом угостила Диору и последней организовала пирожное себе.

А дальше снова подпитка Элора (и меня благодаря тому, что процедуру установки и смены кристаллов Линарэн доверил мне), чтение, лёгкая ревизия документов, чтобы Элор смог проверить, правильные ли выводы делает принц Арендар, выполняя часть императорских обязанностей.

Следующий день тоже обещал стать неспешным и лениво-утомительным, Линарэн с утра собирался тайно охранять Валерию на случай явления культистов, поэтому выдал комплект для подпитки Элора и гору кристаллов на дом. Весь вечер я изнывала от нестерпимого желания украсть немного магии.

Но сдержалась.

Только на следующий день побаловала себя небольшой порцией магии. Это взбодрило, мир стал ярче. А вместе с яркостью жизни обострилось и чувство тревоги. К тому же читать Элору и его любовницам мне надоело. Я не для этого пришла на службу!

Беда случилась, когда мы пили чай с императрицей Заранеей, желавшей посоветоваться с нами по поводу свадебной церемонии. Мы расселись за круглым столом золотой гостиной, она нежно щебетала о важности свадьбы наследника для империи:

— Это прекрасный способ всем показать, что Аранские сильны, что нас не сломило долгое отсутствие избранных. Правители всех стран, все самые сильные маги явятся на эту свадьбу, чтобы убедиться в нашем величии. Они должны увидеть Арена, его золотые крылья, — Заранея с улыбкой рассказывала, как правители явятся в наш дворец и как жизненно важно произвести на них впечатление.

Вдруг рука Элора дёрнулась, он уронил чашку. По паркету брызнули осколки вперемешку с чаем. У меня сердце оборвалось. Панический страх на несколько мгновений пробился сквозь пелену чудесного спокойствия, перехватил дыхание и почти остановил сердце.

Резко вскочивший Элор пошатнулся. Его пальцы дрожали, когда он добирался до спрятанной под рукавом родовой метки.

— Что случилось? — императрица Заранея смотрела на него широко распахнутыми глазами.

— Я… не знаю, — почти одними губами прошептал Элор. — Они мне не говорят…

***

Паника выскочившего из гостиной Элора быстро сменилась злостью.

Защитные чары дворца не пропускали его наружу, и Элор метался вокруг телепортационной площадки из чёрного камня. В ярости топтал траву, взмахивал крыльями и рычал.

Но защита дворца всё равно его не выпускала. Не помогло даже обращение к Халанхару: тот был не властен изменить этот приказ императора.

Далеко не сразу Элору удалось добиться ответов от родственников. Все они — и отец, и оба младших брата — помогали Валерии.

Чуть позже выяснилось, что пострадала вся Академия драконов.

К вечеру, когда Элор уже не рычал, а только ходил вокруг телепортационной площадки, вытаптывая дорожку среди испепелённой травы, он вдруг остановился и закрыл лицо руками.

— Что случилось? — я сидела рядом, вне зоны выгоревшей травы, озарённая светом загорающихся фонарей.

— Валерию прокляли. Лин не уверен, что сможет снять проклятье.

Я так погано себя чувствовала, что, кажется, было плевать даже на столь знаменательное событие, но…

Но…

— Тогда свадьбы не будет, — произнесли мы с Элором почти одновременно.

А ведь эта свадьба так нам нужна.

Нужно собрать всех правителей в наш дворец на эту свадьбу.

Меня снова кольнуло дурным предчувствием. Что-то было не так, что-то надвигалось.