Глава 14

— И для чего же мы сюда пришли? — сразу же спрашиваю я: раз Элор хочет вопросов, будут ему они.

— Мы разворошили осиное гнездо, — напоминает он и подходит к гладкой каменной стене. — Массированная атака на дворец не исключена. В случае нападения высока вероятность наложения антителепортационного купола на всю территорию дворцового комплекса или непосредственно на сам дворец. Нам нужны пути отхода.

Приложив ладони к светлому камню, Элор замолкает на мгновение и отступает, а вместе с ним выдвигается часть стены. Очень мягко, плавно, и ни единой песчинки не срывается с куска импровизированной двери. Похоже, я всё же сильно недооценила Элора: он демонстрирует филигранное владение уже второй стихией, а не только способность ворочать большими массами, что характерно для правящих родов.

Возможно, филигранно Элор владеет всеми четырьмя стихиями.

«Отставив» пластину камней в сторону и тем самым обнажив слои глины, песка и мелких камушков, Элор снова вытягивает руки вперёд, держа ладони параллельно стене. Опять замирает. Не меняя положения ладоней, сгибает руки в локтях и вдруг резко толкает вперёд.

Слои глины и песка с тихим скрипом утрамбовываются, продавливаются вглубь, и теперь за проёмом появляется выемка глубиной метра два.

Поведя плечами, Элор поясняет:

— Сюда можно будет телепортироваться, если купол накроет только внешний контур. Если наши защитные чары сохранятся под ним, с телепортацией сюда проблем не возникнет.

— Элор, пусть я не училась в Академии драконов, но изучила всё из курса боевых магов, чтобы не попасться на незнании очевидных вещей. И, как ты успел заметить, я вполне разумна, столь очевидное можешь мне не пояснять.

— Да я просто разговор поддерживаю, — отзывается он немного обиженно и не совсем честно, после чего заходит в созданную им выемку, разворачивается на сорок пять градусов и ещё одним толчком магии удлиняет коридор.

Очевидно, он собирается пробить проход до окружающих замок стен. И при этом направляет тоннель под уклон, чтобы снизить вероятность его случайного обнаружения магами земли.

Наблюдая за Элором, следую за ним, а за нами в новый коридор вплывают магические сферы, нависают над самыми головами.

— Элор, ты укоряешь меня в сокрытии своих эмоций, нечестности, но, повторюсь, ты тоже героически и молча терпишь неудобства. И скрываешь настоящие чувства. Например, ты почти назвал меня Халэнном, но предпочёл сделать вид, что этого не было. Вместо того, чтобы открыто обсудить эту проблему.

Ещё одним резким движением Элор удлиняет тоннель и интересуется:

— Какую проблему? — Дрогнувший голос выдаёт его напряжение.

— То, что ты любил Халэнна, а не меня.

Удивительно, но мне удаётся произнести это вполне ровно.

Несколько мгновений склонивший голову Элор молчит, потом снова уплотняет пласты земли, открывая в них проход, и тихо произносит:

— Я никогда не встречал Халэнна.

Внутри всё содрогается от грусти в его голосе, от жуткой правдивости этого ответа. И от того, что сказал он совсем не то, что мне хотелось бы услышать.

Не дождавшись ответа, Элор продолжает создавать тайный ход для побега в случае серьёзной атаки Неспящих. Земля мягко вибрирует от каждого толчка. Этого было бы достаточно для активации защиты от подкопа, если бы всё делал не Элор.

— Кстати, — снова заговаривает он. — Как у тебя владение стихиями? Нужна помощь с освоением?

— Скорее время, чтобы практиковаться. — Несколько мгновений я медлю и признаюсь. — И земля ещё не пробудилась.

Надеюсь, он не спросит, откуда у меня тренировочные големы. Этот прощальный подарок Дариона.

— Ничего страшного, — Элор продавливает очередной пласт и уходит на несколько шагов вперёд. — Первой стихией открылась вода?

Вода — сила Халэнна.

— Огонь, — признаюсь я.

— Хм, — Элор чуть дёргает головой. — Впрочем, наверное, в этом нет ничего удивительного, учитывая твою склонность к тотальному уничтожению врагов. И уравновешивает эту стихийную ярость не способность водной стихии к полному спокойствию и неторопливости, а сдержанность менталиста.

У меня нервно дёргается глаз, и я не удерживаюсь от подколки:

— Когда ты так рассуждаешь, я словно снова в семейном кругу оказываюсь: мы тоже окружающих так по полочкам раскладывали. Если бы не твоя предвзятость, за своего сошёл бы.

— Не думаю. К тому же я никогда не говорил, что понимать окружающих — это плохо. И я деликатно изучаю всех по поведению и открытой информации. Но я рад, что ты со мной словно в семейном кругу.

Не скажу, что Элор злится, но и спокойной его интонацию не назовёшь. И я… внутри всё закипает от злости. Вроде упрекнуть бы его за очередное топтание по менталистам, но ведь сама разговор в эту сторону завела.

Нервы. У меня опять сдают нервы: слишком неуютно снова быть драконессой, снова выстраивать отношения с Элором, так близко находиться к моим врагам, осознавать, что месть вот-вот может свершиться. Или вот-вот мне нанесут очередной сокрушительный удар.

— О чём вы говорили с Арендаром? — спрашиваю я чуть громче, чем хотелось бы.

— Рассматривали разные варианты. Прикидывали, куда могут ударить Неспящие, стоит ли нам с тобой перебираться в императорский дворец. И… твоих слуг я отправил жить туда. Надеюсь, ты не возражаешь.

Внутри опять всё сковывает: с момента моего разоблачения я не думала о них. Не хотела думать. Не хочу. И встречаться с ними как Риэль мне просто невыносимо. Я не перенесу, если они начнут спрашивать, если… Я просто боюсь эмоций, которые они могут во мне пробудить.

— Это хорошо, — соглашаюсь я с решением Элора. — Правильно. Там им будет безопаснее.

— Я тоже так подумал. Теперь надо решить, станешь ли ты избавляться от собственности и долей в различных делах, чтобы обезопасить арендаторов и партнёров от атак Неспящих?

— Буду избавляться, — почти сразу решаю я. — У нас должно быть как можно меньше уязвимых мест. Мой родовой замок можно оставить только под магической охраной и лучше всё ценное вывезти.

— Организую, — Элор не забывает орудовать магией земли.

— Слуг из всех моих домов надо убрать. Дать им полный расчёт. И отпустить вассалов, — последнее, как ни странно, отзывается в сердце тоской.

Да мне всё жалко, даже то, что продавать буду! Это же моё, моё!

— Их тебе вернут, когда всё закончится, — успокаивает меня Элор. — Пока отдадим под крыло Фламиров, Дегон потом их отдаст.

— Нет! — резковато отзываюсь я и прохожу ближе к Элору. — Дегон своё не отдаст, это точно. Он старый, вредный и немного не в себе!

— Хорошо, подыщем им других временных сюзеренов, — покладисто соглашается Элор и касается метки на своей руке. Закончив неслышный мне разговор, снова принимается за пробивку тоннеля.

— Исбшников тоже надо защитить, и всё ИСБ, — задумчиво произношу я. — Неспящие могут ударить по ним.

— Об этом уже позаботилась Ланабет. ИСБ в режиме повышенной тревоги. Все, с кем мы непосредственно взаимодействовали, вместе с семьями инкогнито покинули Эёран.

Помедлив, озвучиваю неприятную мысль:

— Твоя семья тоже будет под ударом. Дракон с денеей, конечно, опасные оппоненты, но…

— Я знаю, — глухо отзывается Элор. — Они позаботятся о своей безопасности. Валерия, наконец, как приличная драконесса в сокровищнице посидит. Ей полезно для понимания нашего образа мыслей.

Сильно сомневаюсь, что сидение в сокровищнице Валерию проймёт, но зуб за такую подставу она может на меня заточить. Впрочем, до последствий этого её сначала в сокровищнице закрыть должны, а я до времени расплаты дожить.

— Твои любовницы, — добавляю ровно-ровно.

— Вряд ли их смерть сочтут наказанием для тебя, скорее наградой, но и тут всё хорошо: Вейра в Нараке, там её вряд ли достанут. Диора с Эрршамом переселились во дворец.

Бедный Эрршам: жить рядом с молодым драконом и его беременной драконессой никому не пожелаю.

— А Ларны?

— Энтария вернулась под чужим именем, Сирин сейчас гостит при дворе Киарстенов, общается с потенциальными женихами. Вряд ли ради неё одной Неспящие решаться напасть на родовой замок и весь род.

— Я переживаю за ИСБ. Если преследовать Сирин не рентабельно, Вейру — проблемно, в императорский дворец пробраться сложно, у нас мощная защита, то ИСБ со служащими — самая уязвимая из важных для нас целей.

— Знаю, — на этот раз в голосе Элора проскальзывает раздражение. — Я это прекрасно знаю, но больше, чем уже сделано для их защиты, сделать нельзя, если только не заселить их всех к нам или во дворец отца. Но это несколько безумный вариант. Я всё же надеюсь, Неспящие предпочтут сначала отыскать могилу Нергала, а потом мстить нам.

— Вы и с архивампирами договориться успели?

— Они обдумывают наше предложение.

— Только обдумывают? — переспрашиваю я, хотя это логично: вампиры из-за долгожительства привыкли к неторопливому решению дел.

А тут ещё тема для них слишком значимая — сам создатель.

— Да, пока только обдумывают, — Элор этим фактом не слишком доволен, но это никак не сказывается на скорости создания тоннелей. — Я тут подумал: в крайнем случае мы можем обратиться к Санаду.

Я вскидываю голову, собираясь спросить, почему именно к нему, но тут же вспоминаю:

— Его бывшая невеста!

Бывшая невеста Санаду — Марабелл — как и сестра Танарэса в своё время отправилась шпионить за Неспящими, и если последняя вскоре осталась без головы, первая, насколько известно, прониклась идеологией вампиров-отступников. Логично попросить именно её выведать у Санаду нужную информацию. Даже если ей этого не поручат, чтобы скрыть свою заинтересованность темой, она сама может попытаться узнать, где находится могила Нергала. И Санаду не обязательно ждать этого момента: ради слива информации он вполне может и поискать свою бывшую невесту. Хотя это будет нелегко: она менталист.

— Да, подтверждает Элор. — Санаду просто идеальный кандидат для заманивания Неспящих в ловушку.

«Что-то в этом деле становится слишком много менталистов», — так и зудит на языке: я, Санаду, теперь ещё и невеста его.

И вроде не стоит акцентировать на этом внимание, лишний раз задевать Элора, но он сам просил меня не сдерживаться в выражении чувств.

— Переговоры не станут для тебя проблемой? — любопытствую я. — Всё же Санаду менталист.

— Не отправлять же тебя договариваться с вампиром.

— Ничего страшного, я переживу.

— Я тоже переживу встречу с менталистом. Ты по силе Санаду точно не уступаешь, а я с тобой в одной кровати сплю, иммунитет к страхам нарабатываю.

— Ну, не слишком уж часто ты рядом со мной именно спишь. Всё больше опасливо наблюдаешь.

— Так страшновато с ночным кошмаром в одной постели оказаться. Но я стараюсь, мой иммунитет к своему самому большому страху явно иммунитетистее твоего, да и вампиров ты крошить предпочитаешь, а Санаду нам целым и невредимым нужен, так что лучше с ним пообщаюсь я. Во избежание, так сказать, нарушения целостности нашего потенциального союзника и дипломатических проблем.

Несколько мгновений осознаю эту почти серьёзную тираду. Ещё мгновение колеблюсь, но всё же уточняю:

— И что тебя так сильно тревожит?

Потому что такие ехидные тирады Элор выдаёт только когда нервничает.

Встряхивая руки перед очередным коридороудлинняющим пассом, Элор честно отвечает:

— Меня тревожит, что на нас откроет охоту одна из могущественнейших тайных организаций нашей ветки миров, а я не очень-то способен защитить свою избранную от такой опасности. Разве это — недостаточный повод для беспокойства?

И это он ещё не упоминает того печального факта, что и его семья может попасть под удар из-за моей мести.

— Достаточный, — соглашаюсь я.

Тоннель до границы дворцового парка Элор доделывает в молчании. Я иду за ним, не отвлекая разговорами. Обдумывая, как половчее выманить Неспящих и какие силы потребуются для сражения с ними, какова вероятность, что к лже-могиле Нергала явится верхушка ордена. И о возможностях моего Слова смерти.

Вскоре Элор застывает с закрытыми глазами, прислушиваясь и, возможно, связываясь с защитными чарами. Магические сферы так и парят над нами, высвечивая лица, бросая многомерные тени. Я не тороплю задумчивого Элора. Жду: по моим ощущениям мы находимся под окружающей парк стеной.

Моргнув, Элор проводит пальцами по волосам и оглядывается, словно оценивая проделанную работу.

— Этот тоннель теперь связан с секретными защитными чарами, доступ к которым есть только у нас. Посторонний сюда так просто не попадёт. Подкоп к этому тоннелю тоже не сделать. И у меня большая просьба, — Элор заглядывает мне в глаза. Очень пристально. Значимо. И голос его предельно строг. — Если случится серьёзная заварушка, и мы будем проигрывать — телепортируйся сюда. И убегай. Защитные чары императорского дворца всегда тебя пропустят.

От серьёзности его тона холодок по спине пробегает.

— А ты?

— Если что, я тоже буду уходить, но не раньше тебя. А теперь идём: мы здесь задержались достаточно для оценки строительства, да и мне пора провести очередной сеанс привыкания к менталистке в моей постели. Это очень важная терапия, лучше не пропускать.

И вроде бы напомнить, что он уже много раз со мной спал, заметить, что ничего страшного от этого не случилось. Да только когда Элор мне так доверялся, я на него воздействовала. Пусть только голосом, но воздействовала. Хотя он чётко просил меня не делать это во сне.

В шести метрах от выхода из тоннеля мы останавливаемся, чтобы активировать первую фазу телепортационного заклинания и запомнить координаты этого места.

Элор взмахом руки изгоняет магические сферы в ячейку будущей оранжереи. Вытягивает на место два сектора утрамбованной земли, чтобы маги-строители не уловили пустоты за стенкой. Аккуратно приставляет кусок вырезанной воздействием на камень стены и спекает кусок по контуру. Соединяет так, что даже при самом внимательном изучении не увидеть следов разделения.

— Отлично. Теперь будет немного спокойнее, — Элор берёт меня за руку.

Словно приличные драконы, мы торжественным шагом направляемся к выходу, ринувшиеся следом магические сферы снова множат наши тени, разбрасывая по полу и на черновую оштукатуренным стенам.

И если в норе за нами наблюдать некому, то в залитом сиянием фонарей и заходящего солнца парке желающих поглазеть достаточно: это и стражники, и гуляющие по дорожкам самые смелые обитатели дворца.

Все держатся на расстоянии, но я ощущаю на себе десятки любопытных взглядов.

А вдали за кустами пробегает хорнорд. После моей воспитательной беседы с Элором зверюга перестала так часто сотрясать парк призывным рёвом.