Глава 19

Александр

Надо было посмотреть запись еще несколько часов назад, а я вместо этого игрался с Ариной в семью. И, видимо, завтра продолжу играться, вместо того, чтобы идти на работу. Ни работы, ни няньки. Черте что!

Я иду в свою спальню, снимаю картину, за ней находится сейф, вмонтированный в стену. Наверное, не стоит его демонстрировать Арине, но мне уже плевать. Вряд ли она поступит со мной хуже, чем неизвестная сука, подкинувшая мне ребенка.

Я проверяю сейф. В нем лежат бумаги, немного денег и несколько коробок с ювелирными украшениями, которые я не подарил. Ничего важного я здесь не храню. Карточки от лифта лежат на месте.

Я резко захлопываю дверь и поворачиваюсь к Арине.

— Все на месте.

— Значит, ей помог проникнуть к тебе кто-то из жильцов или обслуживающего персонала.

Я устало тру лицо руками и сажусь на кровать. Она стоит в дверях, волосы растрепались, грудь вздымается, а я могу думать лишь о том, чтобы пристроиться между ее ног и излить все разочарования этого дня в нее. Наверное, мне стало бы легче. Обычно я не привожу женщин сюда, но она уже здесь, глупо этим не воспользоваться. Вдобавок, я уверен, что парочка оргазмов, которые я точно ей организую, заставят ее задержаться здесь и завтра.

— Иди сюда, — хрипло зову я и похлопываю по кровати рядом с собой.

Она стоит, не шелохнувшись, и вертит в руках стакан, потом резко бросает:

— Я тебя не кошка и не одна из твоих девок. Поэтому не надо себя так вести, если не хочешь, чтобы я ушла. Ты просил помочь с Глафирой, я помогаю, а все остальные вопросы не ко мне.

Арина разворачивается и уходит. Все-таки она странная девушка. Обычно, никого не надо просить дважды. Им достаточно лишь легкого намека и они сами пристраиваются в районе моей ширинки. Надо как-то донести до Арины, что здоровый секс пойдет на пользу нам обоим и сделает ожидание понедельника не таким скучным. Но вот как? Может пригласить ее в кино или подарить что-нибудь из цацек, завалявшихся в сейфе?

Я слышу приглушенный плач ребенка. Интересно, девочка сама проснулась или это Арина разбудила ее, чтобы спрятаться от меня.

Я смотрю в пол и вспоминаю женщину с записи. Кто она, блин, такая? Я с ней точно не спал. То есть, ребенок точно не мой и беспокоиться мне не о чем. А если все же ее кто-то попросил принести Глафиру? Кто-то, кто догадывался о камерах и был уверен, что его я узнаю. Так, моя она или нет? У меня нет сил ждать до понедельника. Может, завтра пойти и сделать моментальный тест. Неважно, что он не подойдет для опеки, но я буду знать, моя она или нет.

Я поднимаюсь с кровати и иду в спальню Глаши. Арина держит ее на руках и что-то ей напевает. У меня перехватывает дыхание. Если до этого я видел в ней лишь секс, то сейчас меня поражает выражение ее лица. Такое умиротворенное, полное любви, материнской любви. От нее исходит свет и он делает ее еще красивее.

Она аккуратно укладывает девочку в кроватку, накрывает ее одеялком и тихо отходит. Тут она замечает меня и мягкое выражение ее лица сменяется на глухую неприязнь.

— Спокойной ночи, — чуть слышно шепчет она и идет через ванную в соседнюю комнату. Она оставляет двери открытыми, чтобы услышать, если малышка проснется. Поэтому я беспрепятственно следую за ней.

Она раскладывает на кровати свои вещи и, не поворачиваясь ко мне, говорит:

— Я все тебе объяснила. Уйди, пожалуйста. Я хочу лечь спать, пока она уснула. Мне придется вставать к ней всю ночь, дай мне отдохнуть.

Я теряюсь.

— Слушай, спасибо тебе, правда, спасибо. И извини, что я веду себя как конченый мудак.

Она чуть расслабляется и продолжает раскладывать вещи. Я вижу короткие шорты и майку на тонких бретельках. Черт, я должен ее в этом увидеть. Чувствую этой ночью эротические фантазии о ней не дадут мне уснуть. Ладно, сегодня она ломается, но завтра я уговорю ее.