Глава 12 · Связь

Плейт облизнулась, глядя на шею Шонарда, вернее на жилку, что так притягательно пульсировала. Она ощущала запах его крови даже через тонкую кожу. Пряная, тягуче-острая. Она хотела ощутить ее на своих губах.

Десна начали зудеть, выпуская клыки, которые тут же больно кольнули нижнюю губу.

— Плейт?.. — Шонард попятился. — Твои зубы… и глаза…

Из комнаты вышел Ретиарн, и, увидев метаморфозы, произошедшие с девушкой, поспешил загородить Шонарда спиной.

— Что, уже пришла в себя после адреналиновых событий? — Ретиарн ухмыльнулся.

О чем это он говорит?

Плейт сейчас могла думать только о зове крови, о голоде, который она не испытывала с момента обращения. Видимо события, что происходили в замке, отвлекали ее организм от важных вещей, противится которым она не могла. Она хотела укусить человека! Хотела почувствовать теплоту его жизненной силы, что сейчас текла по венам.

— Очаровательные зубки, — заметил демон, делая шаг вперед.

Он загораживал собой еду!

Плейт переместила взгляд на лицо мужчины.

Пронзительные синие глаза смотрели понимающе, будто он на самом деле осознавал, что она сейчас испытывает.

— Кровь! — требовательно произнесла Плейт.

— Шонард, можешь прогуляться? — не оборачиваясь, бросил Ретиарн.

— Но…

— Погуляй, — с нажимом повторил демон, и блондин, опасливо косясь на подругу, двинулся в сторону выхода.

Плейт кинулась к нему, но Ретиарн был проворнее, снова загораживая увеличившего скорость отхода человека.

Как только колокольчик на двери известил, что дверь открылась и закрылась, демон отошел от прохода, заставляя Плейт следить за ним глазами.

— Ты знаешь, а когда ты голодна, твои глаза становятся еще более яркими, — он сделал шаг к вампирше. — Мне зеленый цвет всегда был по душе.

— Я хочу есть!

— Я знаю, милая, знаю, — Ретиарн подошел к ней почти вплотную. — Ты потеряла голову только из-за невозможности выбраться отсюда, поверь, на свежем воздухе тебе было бы легче переживать голод.

Плейт бросила взгляд на дверь, из-за которой на пол падали солнечные лучи, что сейчас причиняли ее коже болезненные ожоги.

— Я не могу выйти, и ты это знаешь! — она оскалилась.

Ретиарн на секунду задумался, будто что-то взвешивая в уме.

— Я могу сделать так, чтобы солнечный свет не причинял тебе вреда. И заменить жажду крови на что-то более… хм, человеческое. Например, на обычную еду.

Клыки ныли, как будто говоря, что если она тот час не испьет крови, то они сами будут вести тело, находя нужный сосуд.

Последним усилием воли Плейт отвела взгляд от шеи демона. Она помнила запах его крови, который так четко отпечатался в ее восприятии, когда он раненный дрался в замке Этельвена. Знала, что должна прийти в экстаз от одной только капли. И понимала, что демоническая кровь может по-другому повлиять на тело вампира, нежели человеческая. Правда, не знала, каким образом.

— В чем подвох? — наконец смогла произнести она.

— Мне придется связать нас. Магически, — уточнил Ретиарн. — Где бы ты ни оказалась, ты всегда будешь понимать, где нахожусь я, и что со мной. Собственно, как и я в твоем отношении. Мы будем чувствовать друг друга.

Плейт понимала, что демон говорит о чем-то сугубо личном и интимном. Так ощущают друг друга люди, которые многие годы провели вместе, и просто предчувствуют, что может сказать или сделать его напарник… или же муж с женой.

Это было бы больше, чем быть просто любовниками. Связь означала бы единение на духовном уровне.

— Ментальное соединение? — протянула Плейт, то и дело возвращаясь глазами в бьющейся жилке на его шее.

Ретиарн кивнул.

— Но я не смогу полностью убрать твою потребность в крови. Все-таки ты есть и остаешься вампиром. И тебе придется хотя бы изредка питаться этим напитком.

Плейт снова посмотрела ему в глаза.

— Но я смогу жить так, как обычный человек? Не испытывая то, что ощущаю сейчас?

Она подняла руку к его шее и с изумлением увидела, как аккуратные ноготки на ее руках удлинились, как и клыки, превратившись в острые когти.

Плейт легко надавила когтем на его шею, и тут же с удовлетворением увидела, как на поверхности появилась алая капля, которая с каждым мгновением росла, грозясь скатиться вниз, прочерчивая кровавую дорожку.

Клыки стало саднить еще сильнее.

И зачем она только пустила кровь? Он ее запаха голова шла кругом, а во рту жгло, как от неимоверной жажды.

Ретиарн же спокойно стоял, позволяя ей играться со своим телом, причиняя незаметную боль.

— Внешне ты будешь напоминать человека, — уточнил демон. — И вести себя сможешь как смертная. Но жажду хотя бы раз в неделю тебе нужно будет удовлетворять, — он взял ее за подбородок, заставляя поднять глаза с кровоточащей шеи и посмотреть ему в лицо. — Ты сможешь пить мою кровь, Плейт. Я тебе позволю.

Мысли девушки путались. Она хотела тотчас вонзить свои клыки в его артерию, услышать, как рвется его кожа, пропуская ее в мужское тело, ощутить животворящую влагу его крови. И в то же время какой-то отголосок твердил, что быть вампиром, чудовищем — это все равно, что потерять себя, свою сущность. Будучи человеком она никогда не позволила бы себе причинить кому-то вред, а тем более другу.

Ретиарн улыбнулся, видя ее переживания, которые наверняка сейчас четко читались на ее лице.

— Тебе решать, Плейт. Так или иначе я готов отдавать себя, — он помедлил, — свою кровь. Захочешь ты идти на связь или нет.

Плейт, не в силах больше сдерживаться, встала на цыпочки и слизнула кровавый след, оставленный каплей.

Демоническая кровь разожгла в ее теле неописуемую эйфорию. Казалось, будто она только что подключилась к источнику энергии, который наполнял ее неведомой доселе силой. И она хотела еще!

— Сделай это, — прошептала Плейт, прежде чем открыть рот и впиться в его мощную шею острыми зубками.

Она должна сохранять рассудок, если хочет жить в Адельхарде и продолжать дело своего отца. Она не должна видеть в заказчиках еду!

И пусть они будут с Ретиарном связаны ментально, он и так стал частью ее жизни за этот короткий промежуток времени, как появился чуть больше года назад в ее мастерской. И Плейт не представляла свой мир без него. Друга, к которому испытывала нечто большее, нежели просто привязанность.

* * *

Ох, знала бы Плейт, как она возбуждала одним своим видом! Вампиризм явно был ей к лицу! Яркие зеленые глаза, оттеняющие белоснежную кожу, острые аккуратные клычки, что так завораживающе удлинились, грозясь проткнуть ее же полную нижнюю губку, напряженное стройное тело, готовое, словно кошка к прыжку. Не девушка, а сказка!

Ретиарн был восхищен. Да, в его жизни было полно любовниц из вампирского рода, и каждая могла похвастаться идеальным телом, но все они блекли по сравнению с ней — с его Плейт.

Возможно, дело было в том, что он влюбился в нее, когда она была еще просто человеком, не обладающим опасной привлекательностью бессмертного существа, а сейчас, переродившись, лишь подчеркнула природные красоты, источая только для его глаз видимые феромоны.

Все вампиры привлекали даже чисто внешне своих жертв, а для пущего эффекта выпускали в воздух невидимые ферменты, которые влияли на их подсознание. А Плейт сейчас расценивала его как жертву, он это видел. И понимал, что именно довело ее до такого олицетворения.

Плейт не питалась кровью после обращения, а прошло уже несколько дней. Ее организм, требующий питательный напиток, взбунтовался. Вампиры, особенно вновь перевоплощенные, нуждались в подпитке ежедневно. Удивительно, как девушка не накинулась со своей жаждой на Шона еще тогда, в замке. Но, видимо, мысли о безопасности сыграли тогда немаловажную роль, вытеснив голод.

Однако сейчас, когда жизнь вернулась на круги своя и ничего не могло отвлечь Плейт от природных инстинктов, вампиризм вышел на поверхность.

Ах, знала бы она, как сейчас прекрасна! Опасна, завораживающе сильна, он ощущал даже на расстоянии бушующую в ней мощь, а от этого еще больше притягательна.

— Очаровательные зубки, — не смог удержаться от комплимента демон, шагая к желанной девушке.

Она посмотрела ему в лицо. М? Понравилась похвала?

— Кровь! — ее голос требовал.

По телу Ретиарна мгновенно разлилась волна жара.

Да, девочка, ты можешь приказывать!

— Шонард, можешь прогуляться? — сейчас блондин был третьим лишним.

— Но…

— Погуляй!

Человек, видимо все же смекнул, что быть сейчас в тесном помещении с желающим перекусить вампиром не лучшая идея, и выбежал из мастерской.

Правильно, пусть проветрится, а заодно и не будет мешаться под ногами, реши Плейт перейти к решительным действиям. Может, хотя бы вампирская природа подтолкнет ее к мысли о плотских утехах?

Как только колокольчик на двери известил, что дверь открылась и закрылась, демон отошел от прохода, заставляя Плейт следить за ним глазами.

— Ты знаешь, а когда ты голодна, твои глаза становятся еще более яркими, — делая шаг к вампирше Ретиарн решил продолжить тактику соблазнения. — Мне зеленый цвет всегда был по душе.

— Я хочу есть!

— Я знаю, милая, знаю, — его голос должен был ласкать, теплым баритоном обволакивая Плейт.

Ретиарн подошел к ней почти вплотную.

— Ты потеряла голову только из-за невозможности выбраться отсюда, поверь, на свежем воздухе тебе было бы легче переживать голод.

Плейт бросила взгляд на дверь.

— Я не могу выйти, и ты это знаешь! — она оскалилась, демонстрируя аккуратные белые зубки.

Возможно, если он даст ей то, чего ей не хватает, это расположит ее больше?

— Я могу сделать так, чтобы солнечный свет не причинял тебе вреда. И заменить жажду крови на что-то более… хм, человеческое. Например, на обычную еду.

Ретиарн видел, как ее глаза бегают, изучая его шею. Она хотела его укусить?

Одна мысль об этом возбуждала сильнее, чем Ретиарн мог себе представить. Если раньше Плейт старалась держаться чуть в стороне, строго соблюдая дистанцию, то сейчас ее тянуло к его крови. И демону явно это нравилось.

— В чем подвох? — Плейт снова встретилась с ним взглядом.

Ретиарн на секунду задумался, а правильно ли он поступает, предлагая ей такое? Все-таки быть вампиром не так уж и плохо! Тем более если он будет рядом.

Высший демон и вампир — чем не идеальная пара?

— Мне придется связать нас. Магически, — на всякий случай добавил Ретиарн, стараясь отогнать от мысленного взора картину, как с удовольствием связал бы ее руки и ноги веревками, закрепляя узлы на кровати.

Плейт была бы беспомощна… И обнажена, само собой.

Заставив себя снова сосредоточиться на беседе, демон продолжил:

— Где бы ты ни оказалась, ты всегда будешь понимать, где нахожусь я, и что со мной. Собственно, как и я в твоем отношении. Мы будем чувствовать друг друга.

Чувствовать, о да, он жаждет узнать, что же чувствует она! И чтобы она ощутила всю полноту его желаний.

Ретиарн немного кривил душой, говоря, что девушка будет чувствовать все. Нет, она будет чувствовать только то, что он ей позволит. В этом был несомненный бонус статуса высшего демона.

Интересно, а Плейт понимает, что он стоит на самом верху иерархии всего магического мира? В первый день их знакомства, когда она вынудила рассказать про демоническую классификацию, Ретиарн старался как можно более обтекаемо и уклончиво указать на свою принадлежность. В действительности же тот демон, что хотел убить его — он посягал не только на жизнь, но и на престол.

И так как ему все же не удалось совершить сие деяние, Ретиарн до сих пор остается признанным императором Ингиака.

Да, у него тысячи, да что там, миллионы слуг, которые в его отсутствие безропотно ведут дела империи, поэтому ему не стоит беспокоиться о том, что сейчас творится в демоническом мире, однако… Всегда существовала опасность, что Траудлард избежал наказания, скрывшись с места неудавшегося преступления. И что он может рано или поздно отыскать его.

Но теперь Ретиарн был готов. Траудлард, демон среднего класса, которого он поставил во главе своей армии, решил, что быть в подчинении для него слишком унизительно, несмотря на высокую должность. Он напал на Ретиарна со спины, заключая своего господина в ловушку, и если бы не Плейт, в тот момент вызвавшая его в мир людей, не известно, чем бы закончилась их схватка.

Ретиарн не был готов к предательству того, кому он начал доверять полтора века назад. До этого Траудлард был на так называемом испытательном сроке, что длился пятьсот лет. И смог же втереться в доверие!

Если этот демон еще жив, в чем Ретиарн сомневался, так как видел, как в его покои бежали многочисленные охранники в желании защитить своего императора, и если он все же появится в Адельхарде, нужно обезопасить Плейт.

Она была его единственным слабым местом.

А обряд, который он предлагает, смог бы защитить ее. Даровать не только привилегии, касающиеся пребывания на солнце или произвольным выбором пищи, что не доступно обычным вампирам, пусть Плейт и оказалась в касте привилегированных благодаря Этельвену, но и намного большее. Она сможет получить силу, подвластную демонам. Вампир с демонической энергией — самое опасное в мире сочетание.

И никто не сможет причинить ей вред, даже если захочет.

Более того, Плейт сможет посоперничать в могуществе даже с ним, Ретиарном. Но он готов пойти на это.

— Ментальное соединение? — протянула Плейт, то и дело возвращаясь глазами в бьющейся жилке на его шее.

Ретиарн кивнул.

Все-таки его девочка умна не по годам, сразу поняла что к чему. Вот только еще один интересный аспект соединения, если он все же добьется от нее благосклонности, еще больше может связать их души. Но об этом говорить пока рано. Пусть для Плейт это станет сюрпризом.

— Но я не смогу полностью убрать твою потребность в крови. Все-таки ты есть и остаешься вампиром, — Ретиарн видел, что Плейт уже на грани. — И тебе придется хотя бы изредка питаться этим напитком.

Ее глаза были направлены на его шею.

Ретиарну захотелось притянуть девушку к себе ближе, позволяя вкусить его плоть. Она так хотела этого! Жажда была написана в ее глазах, в ее жестах, в напряженности ее тела.

К его удивлению вампирша перевела взгляд обратно к его глазам.

Как она справляется?! Любой новообращенный вампир давно потерял бы над собой контроль!

— Но я смогу жить так, как обычный человек? Не испытывая то, что ощущаю сейчас?

Плейт, милая Плейт. Она все еще беспокоится о своем идеальном поведении, которое было, пока она была человеком? Весь двадцать один год своей смертной жизни она вела праведную жизнь, не позволяя себе лишнего. Неужели, став вампиром, она хочет продолжить такое существование?

Ретиарн зачарованно наблюдал, как девушка подняла руку к его шее с очаровательными заточенными, словно лезвие, когтями.

Ох, от таких ноготков явно останутся шрамы на спине, если она выпустит их во время экстаза!

Ретиарн не мог справится с собой, все его мысли были направлены только на то, как бы оказаться с этой очаровательной вампиршей, от которой он был без ума, в постели.

Плейт легко надавила когтем на его шею, и демон почувствовал, как его кожа поддалась, растягиваясь в маленькую кровоточащую ранку.

Лишь бы не спугнуть!

Он заставлял себя стоять спокойно, чтобы позволить сделать все, что придет ей в голову.

— Внешне ты будешь напоминать человека, — вернулся к беседе, хоть и неимоверными усилиями демон. — И вести себя сможешь как смертная. Но жажду хотя бы раз в неделю тебе нужно будет удовлетворять, — Ретиарн не выдержал и взял Плейт за подбородок, заставляя поднять глаза с кровоточащей шеи и посмотреть ему в лицо. — Ты сможешь пить мою кровь, Плейт. Я тебе позволю.

Так забавно было наблюдать, как на ее лице сменяются эмоции! Она одновременно хотела тотчас отбросить стеснение и прикоснуться губами к его коже, и в то же время ее держало бескровное прошлое.

Ну же, Плейт, решайся! Перед тобой сочный демон, который хочет, чтобы его укусили!

Ретиарн улыбнулся своим мыслям. Он будто мальчик, жаждущий получить конфетку, которую никак не может выпросить. Сладкую, томительно вкусную конфетку, которую он будет смаковать, не торопя события.

— Тебе решать, Плейт. Так или иначе я готов отдавать себя.

И еще как готов! Давно!

Но, чтобы не оттолкнуть невинную пока что, а он надеялся, что она пробудет девственницей не долго, благодаря его стараниям, разумеется, девушку, добавил:

— Свою кровь. Захочешь ты идти на связь или нет.

В глазах Плейт полыхнуло желание.

Он ни за что не перепутал бы это выражение. Она хотела его!

И, не в силах больше сдерживаться, вампирша встала на цыпочки и слизнула кровавый след, оставленный каплей.

— Сделай это, — прошептала Плейт, опалив его кожу горячим дыханием, прежде чем впиться в его мощную шею острыми зубками.

Ощущение ее клыков в своем теле отозвалось легкой резкой болью, за которой последовало удовольствие. Вампиры, чтобы жертва не вырывалась, во время укуса впрыскивали в кровь вещество, сравнимое с эндорфином, и люди, испытывая действие гормона радости на себе, становились послушными овечками, готовыми отдавать себя до последней капли.

На демона, разумеется, гормон действовал не так сильно, и Ретиарн мог соображать также ясно, как и до укуса.

Он начал шептать заклинания обряда, призывая силы Ингиака сплести их судьбы, даруя Плейт небывалую мощь.

* * *

Вбирая в себя неописуемо вкусную кровь, Плейт краем уха слышала, как демон бормочет какие-то заклинания, причем судя по формулировкам, очень древние, многоуровневые, сотворить которые наверняка было бы не под силу Намиссе.

Она могла вернуть ее к обычной жизни, сделать снова человеком, но тогда Плейт не испытала бы восторга от ощущения силы, которая перетекала к ней в горло с демонической кровью.

После первых жадных и крупных глотков Плейт начала смаковать удовольствие, вытягивая красную жидкость из вены мужчины, анализируя свои ощущения.

Она не могла поверить, что сейчас стоит, прижимаясь к Ретиарну всем телом, сжимая его плечи, и практически целуя в шею. Но как же это было приятно!

В некоторые ночи ей снились провокационные сны, где она якобы поддается соблазну и решается на близость с демоном. В этих снах она медленно раздевалась под его горящим взглядом, словно ощущая его прикосновения, которых пока не было.

Он подходил к ней и привычным жестом приподнимал за подбородок, подставляя ее личико для поцелуя. И целовал. Долго, мучительно медленно, постепенно разжигая в ее теле огонь желания.

Она помнила, как во сне демон гладил ее тело, легко массажируя, разгоняя стеснение и робость своими теплыми ладонями.

И помнила себя, проснувшуюся посреди ночи после таких снов, всю взмокшую, тяжело дышащую, и не понимающую, где реальность, а где сон.

Она тогда заставляла себя думать, будто во всем виновато очарование Ретиарна и его милые попытки склонить ее к постели, но теперь понимала, что сама подсознательно хотела ощутить его прикосновения на своем теле. Она хотела узнать, что такое любовь, и желала, чтобы именно Ретиарн просветил ее.

Тогда, в замке Этельвена, когда она чудом спасла свою честь от посягательств вампира, она же тоже думала о том, как бы хорошо было бы, если бы на его месте был демон. Тогда уж Плейт не тряслась от страха. Нет, ее бы била дрожь предвкушения.

Незаметно друг, который каждый день был перед глазами, стал тем, в кого она влюбилась. Тем, кого она хотела видеть своим мужчиной. Тем, кто ввел бы ее в мир плотских наслаждений.

Ретиарн продолжал шептать заклинания, и Плейт внезапно ощутила, что между ними и вправду начинает устанавливаться необъяснимая связь. Она будто увидела себя со стороны, его глазами, и перед сознанием пронеслись многочисленные руны, которые были выжжены в воздухе оранжево-красным сиянием. Наверное, это и было визуальное отображение заклинания, что сейчас творил высший демон.

Плейт ощутила его руки на своей спине и талии. Он обнимал ее! Хотя она кусала его, пила его кровь, он обнимал ее! Нежно, ласково, будто стараясь защитить.

В мозгу пронеслось слово: «Покровительство».

Да, пожалуй, Ретиарн всегда покровительственно относился к ней, даже называл хозяйкой, пусть она и освободила его он обязанностей, которые наложила внезапным спасением.

Демон замолчал. Заклинание завершилось, значит, обряд был совершен.

Плейт, лизнув напоследок ранку, отстранилась от Ретиарна, тыльной стороной ладони вытирая с губ кровь.

Она встретилась с ним взглядом и внезапно у нее возникло непреодолимое желание узнать, каковы же его губы на самом деле. Ей захотелось, чтобы он ее поцеловал.

* * *

С последним словом ритуал был завершен. Он добровольно пролил свою кровь, произнес священные слова, теперь Плейт стала частью его, а он — частью ее.

Почувствовав, как девушка лизнула рану, Ретиарн мысленно застонал. Как бы он хотел, чтобы этот язычок поигрался не только с его шеей!

Он посмотрел в ее зеленые глаза, когда она отошла на шаг и с неохотой разорвал объятья.

Плейт вытерла кровь, и его взгляд тут же заострился на пышных губках.

Как же он хотел ее поцеловать!

Поцеловать, подхватить на руки и унести в спальню!

Колокольчик на двери звякнул, прогоняя наваждение.

— Плейт?.. Ты пришла в себя?

Ретиарн зарычал. Шонард как всегда не кстати!

Плейт быстро заморгала, будто тоже пребывала в оцепенении, и перевела взгляд на подмастерье. Клыки снова уменьшились, когти втянулись, а глаза стали не такими яркими.

— Шон? Да, кажется… Извини, если я тебя напугала.

Шонард перевел взгляд на Ретиарна и, видимо заметив кровь на его шее, расширил глаза.

— Ты?..

Плейт потупила взгляд.

— Ей нужна была кровь, — пришел на помощь Ретиарн. — Не тобой же ей питаться.

— Она тебя укусила?

Ретиарн приподнял бровь.

— Ты невероятно проницателен.

Шонард нахмурился.

— Не переживай, Ретиарн сделал так, чтобы я не теряла больше голову от голода, — Плейт улыбнулась. — Теперь я могу есть обычную еду и насыщаться ею, ведь так? — она перевела взгляд на демона.

Ретиарн кивнул.

О да Плейт, и ты сможешь не только это!

— И теперь мне не страшны солнечные лучи, — Плейт шагнула к порогу, вставая в светлый промежуток.

И действительно, ее коже не был причинен вред. Никаких ожогов и болезненных ощущений.

— Я теперь снова похожа на человека!

— Это заклинание? — Шон подошел к девушке, взяв ее руку и поднося к глазам, будто хотел что-то увидеть.

Плейт кивнула.

— Спасибо Ретиарну.

Блондин перевел взгляд на демона. Что читалось в его глазах?

Благодарность? А где же ревность, презрение и недоверие?

Неужели хотя бы в том, что касается Плейт они нашли общий язык? По крайней мере в этом маленьком аспекте ее жизни.