Глава 11 · Нападение

Ретиарн остановился и на секунду прикрыл глаза, прислушиваясь к своему организму. На восстановление сил ушло больше времени, чем он думал. А всему виной множественные переломы крыльев без возможности моментально их срастить.

Но все-таки стоит отдать должное блондинчику — именно благодаря его стараниям теперь за спиной демона была громоздкая конструкция, из-за которой кости срослись правильно.

— Сними с меня свое орудие пыток.

Шонард приподнял бровь, но все же подошел к демону и начал отсоединять крепления.

Вскоре на траву рухнула металлическая конструкция, жалобно звякнув.

Ретиарн попробовал пошевелить крыльями и с удовлетворением отметил, что те полностью в порядке. Для чистоты эксперимента он за пару движений легко взлетел в воздух, после чего мягко опустился на землю.

— Что же, думаю, теперь я могу перенести… — увидев многозначительный взгляд Шона, Ретиарн вздохнул, — нас.

— Отлично! Что мне нужно сделать?

Демон протянул руку, молчаливо приказывая взять себя за ладонь.

— Я не смогу перенести нас прямо в замок Этельвена. Он наверняка будет окружен куполом. Но вот на ближайшую поляну…

Ретиарн не стал договаривать, вместо этого мысленно зашептал заклинания телепортации, и их тут же окутала магия и подхватила в свой водоворот.

Перемещение заняло от силы пару мгновений, и как только вихри, сопровождающие магическое действие исчезли, Ретиарн высвободил руку от стального захвата блондина и покосился на него.

О да, Шонард выглядел также бледно, как и Плейт после ее первой телепортации.

— Смотри не испачкай ботинки, пока будешь опустошать содержимое своего желудка, — с усмешкой посоветовал демон, отходя от держащегося за рот Шона, тот лишь бросил на него угрюмый взгляд, видимо, всеми силами борясь с тошнотой.

Ретиарн перевел взор на окружающую их обстановку. Перед ними дорога шла по краю опасного ущелья прямо в горной породе — кто-то умудрился проложить ход сквозь скалы, не углубляясь далеко от отвесного склона. Путь представлял собой узкий тоннель, в котором было бы не разъехаться даже двум телегам. Прорубленные по пути окна, которые позволяли солнечным лучам бросать свет на темные камни, особо зазевавшимся путникам предоставляли смертельную опасность, особенно во время туманов. Но среди этого узкого тоннеля существовали и открытые участки дороги, петляющие зигзагом, заставляющие странников выдыхаться из сил с каждым новым метром, ведущим под уклон. И именно эти открытые участки были самыми опасными — стоило пойти дождю, грязь дорог становилась липкой и скользкой, подобно катку, помогая несчастным пешеходам катиться вниз по склону, прямиком в разверзнутую пасть ущелья.

Эта дорога чем-то напоминала мосты, соединяющие острова в океане с архипелагом. Завораживающая красотой и своей смертельной опасностью. Резкие изгибы, подъемы и спуски дороги, сопровождающиеся миллиардами капелек от бушующих волн, бьющихся об опорные балки мостов, которые делали ее практически непроходимой.

— Ну как ты, готов идти? — Ретиарн обернулся к Шону, которого желудок все же решил пощадить, оставив крольчатину в организме.

— Показывай дорогу, — огрызнулся блондин, наверняка думая, что именно из-за желания Ретиарна ему сейчас так плохо.

Эх, жаль, что это было не так!

Преодолеть длинный и тяжелый подъем по петляющим тропами было совсем не просто. И тратить силы на пустые разговоры путники в молчаливом согласии не стали.

Минуты, а затем и часы они шли в тишине, прерываемой лишь их тяжелым дыханием и криками горных птиц.

Сейчас им везло, небо не разверзлось, даруя на землю тонны воды, размывая грунт, дорога была сухая, но от этого не более легкая. Стоило Ретиарну ступить на последний камень, он замер.

Не верилось, что только что они преодолели гигантское расстояние, поднимаясь в высь среди пыли и камней. Впереди, чуть дальше плоской площадки, куда они ступили, рос тропический лес, столь несвойственный для этого климатического пояса.

Посмотрев вверх, демон вздохнул. Он думал, что они уже добрались до места, но, видимо, предстоит добраться до самой вершины. Если ему не изменяет память, Этельвен еще семьсот лет назад хотел построить свой замок на возвышении, кичась своим статусом. Будто от высоты зависело его положение!

Демон двинулся вперед, огибая толстые деревья, увитые лианами, папоротники и яркие цветы, наполняющие воздух благоуханием. Пели птицы, громко кричали животные, скрытые от глаз и бегающие по своим звериным делам, жужжали насекомые.

Последние, кстати, особенно полюбили Шонарда, тому приходилось постоянно отмахиваться от назойливых букашек, не позволяя тем пробовать на вкус эльфийскую кровь. Ретиарн усмехнулся и еще больше усилил вокруг себя маленькое защитное поле, отпугивающее кровососущих летающих тварей. Жаль таким полем нельзя было воспользоваться против вампиров, что ходили по земле на своих двоих.

Впереди послышался шум воды, и путникам вскоре предстала живописная картина, открывающая старинный каменный мост, полностью побежденный природой. Все его строения были сплошь покрыты зеленью, оставляя впечатление, что перед ними не рукотворное творение, а детище самой природы.

Ретиарн первым вступил на мост, проверяя его прочность. За столетия он не разрушился, а растения, что оплели его, лишь усилили устойчивость. Мост напоминал спину черепахи, полукругом приподнимаясь над резво бегущей водой, огибающей торчащие из земли камни.

Шонард на секунду остановился на самой высокой точке моста, глядя на окружающую их природу.

— Что-то не так?

Блондин покачал головой.

— Просто… У меня мелькнуло в голове, что, возможно, именно в таких лесах жили мои предки.

— Ностальгия? — Ретиарн усмехнулся. — Ну да, ушастые любили леса.

Шонарда, казалось, ничуть не обидело прозвище, которое многие применяли к эльфам, или он хорошо делал вид, что его это не задевает.

— Когда мы освободим Плейт, я обязательно отведу ее на пикник в похожее место, — Шон еще раз окинул взглядом деревья, кустарники и ручей. — Она как раз собиралась устроить нечто подобное.

Ретиарн напрягся. Еще одна тайна? И снова Плейт ничего ему не сказала? Как с танцами? Или же на природу она хотела поехать только в обществе блондина?

Скрипнув зубами, Ретиарн холодно бросил:

— Хватит прохлаждаться! Я сверну тебе шею, если из-за твоей задержки мы не успеем…

Что именно они не успеют, демон предпочел не уточнять. Он не хотел даже думать о том, что с Плейт, с его Плейт, могло произойти что-то ужасное.

По мере приближения к верхам природа менялась. Пушистые лианы, что оплетали деревья, сменились на голые ветви, кое-где припорошенные мхом и тонкими травинками, словно гусеницы. Кустарники становились ниже, постепенно сходя на нет.

Вскоре позади остались и звуки животных, и надоедливые насекомые, что не давали спокойного прохода Шонарду. Лишь перекрикивание птиц, что летали в небе, все еще сопровождали путников.

Впереди показался просвет. Джунгли закончились, впуская мужчин в яблоневый сад. Вернее показывая дорогу до него, так как, чтобы добраться до сочных деревьев, им нужно было преодолеть небольшую пропасть с кишащими внизу рептилиями, которые голодными глазами следили за каждым движением гостей.

Ретиарн расправил крылья, собираясь перелететь через этот водоем, но понял, что их размах не позволит лавировать между деревьями.

Вздохнув, он сосредоточился и стиснул зубы от боли, убирая не нужные сейчас отростки обратно в тело. Шонард, не видящий до этого, как у Ретиарна появлялись крылья, сейчас с расширенными глазами смотрел, как демон их убирает.

Тяжело дыша и опираясь на колени, Ретиарн бросил взгляд на другой берег. Возможно, ему следует просто перенестись туда? Но если на середине дороги их настигнет купол? Он моментально потеряет силы и свалится прямиком в пасти к аллигаторам. Перспектива не очень радужная.

Очнувшись от шока, Шонард тоже перевел взгляд на яблоневый сад, видимо, обдумывая способы добраться до деревьев.

— Ретиарн, а там, вдалеке — это не мост? — он указал куда-то влево.

Демон присмотрелся к переплетению корней деревьев, которые шли от одного края обрыва до другого и покачал головой. И почему он сам не заметил?

— Идем.

Казалось, будто сама природа хотела соединить разъединенные мутной водой земли, сплетая продолжение деревьев на разных берегах, строя своеобразный мост. Хрупкий, качающийся, но все же дающий возможность перебраться на другую сторону.

Ретиарн полез первым. Он не отдавал себе отчета, что может нести ответственность за Шонарда, но внутренние позывы, влекущие к цели, заставляли все пробовать на себе, не позволяя подвергаться опасности смертному.

Хватаясь за изгибающиеся в разном направлении корни, демон перелез через небольшой обрыв, оказавшись на твердой почве раскидистого сада. Позади послышался хруст.

Резко развернувшись, Ретиарн, словно остановив время смотрел, как под Шоном прогибаются лианы корней, опуская паренька все ближе к хищникам, которые переместились прямо под природный мост.

— Шон! — демон бросился на выручку, протягивая тому руку.

Блондин едва успел схватиться за протянутую ладонь, как мост с треском распался на две части, а аллигаторы во рве начали щелкать пастью, желая оторвать лакомый кусочек.

Ретиарн сильно дернул на себя, заставляя Шона по инерции свалиться на него сверху, сшибая с ног.

Уже второй раз этот блондин оказывается на нем! Сначала после падения с дирижабля, теперь из оврага… Демону такая тенденция не нравилась.

Спихнув с себя лепечущего благодарности Шонарда, Ретиарн поднялся и отряхнул одежду.

— Я же говорил, что от тебя будут одни проблемы. Нужно было тебе отравиться в Адельхард!

Шон ничего не ответил, проводив демона взглядом, видимо понимал, что сейчас любое его слово может возыметь действие заряженной бомбы.

Они пошли вглубь сада, Шонард по пути сорвал с ветки сочное яблоко, вытер его об штаны и вгрызся зубами, Ретиарн лишь покосился на него и покачал головой.

Демонам не обязательно было питаться каждый день, да что там! Они могли вообще не есть, но тогда силы покидали их тела, оставляя лишь слабую оболочку.

Недалеко от них хрустнула ветка, и мужчины как по команде застыли.

В саду кроме них был кто-то еще.

Ретиарн прикрыл глаза всего на мгновение, после чего стремглав умчался в правую сторону, да так быстро, что Шону был виден лишь его размытый силуэт.

— Кто это у нас тут? — Ретиарн, зайдя за спину незнакомому мужчине, схватил его за шею, прижимая локтем к собственной груди.

Заметив, что незнакомец постарался вырваться, Ретиарн сильнее надавил на шею.

— Не стоит.

— Что вам надо в моем саду?! — мужчина схватился за руки демона, пытаясь ослабить давление, но Ретиарн держал крепко, благо силы вернулись.

В этот момент к ним подоспел Шонард, внимательно присматриваясь к незнакомцу. Ретиарну же не нужно было видеть лицо мужчины, чтобы определить, кем он был. Бледная кожа и сила, с которой он пытался отстраниться выдавали того с головой.

— Это… вампир? — Шон подошел чуть ближе, видя, что демон контролирует ситуацию.

Ретиарн кивнул.

— Что вам нужно? — жалобно повторил представитель кровососущих.

— Небольшое одолжение, — Ретиарн говорил чуть ли ему не на ухо. — В обмен на твою никчемную жизнь.

Вампир затрясся.

— Ты демон?

Ретиарн улыбнулся, хотя мужчина не мог спиной видеть его гримасы.

— Учуял-таки?

— Не убивай меня, прошу! Я безобиден! — и он поднял руку к своему рту, отгибая верхнюю губу.

Шон сделал еще шаг к парочке, любуясь зубами вампира. Вернее их отсутствием.

— Ретиарн… У него нет клыков.

— Что? — демон резко выпустил вампира, заставив того крутануться, чтобы очутиться к нему лицом к лицу.

Широко расширенные от страха каре-зеленые глаза, нос с горбинкой, видимо не раз будучи сломанный, тонкие губы. Вампир снова оскалился, показывая отсутствие клыков.

— Да что ты за вампир такой, без своего главного оружия? — Ретиарн приподнял бровь, однако не выпуская мужчину из рук.

— Меня зовут Инокей. Я… отшельник. Господин Этельвен позволил мне служить замку, поставляя туда яблоки для пленников и другие овощи, — он скосил глаза на сад, окружающий их.

Ретиарн только сейчас приметил, что кое-где действительно прослеживались грядки с картофелем, луком, морковью и прочими сельскохозяйственными продуктами питания.

— Что стало с твоими клыками?

— Я потерял их… Когда шла война с охотниками.

Ретиарн вздохнул, отпуская бедолагу, который весь трясся от страха.

Вампир, который боится. Чудо природы! Наверняка сам себе клыки и вырвал, чтобы не быть убитым во время охоты.

— А как ты питаешься?

— Звери, господин, — Ретиарн отметил, как почтительно Инокей с ним общается, но все равно оставался на стороже, вдруг вампиру придет в голову провернуть какой-нибудь трюк? — Там, за оврагом, леса, в которых много животных. Я охотился на них…

— И пил кровь только разделывая туши ножом?

Инокей кивнул снова показывая зубы, словно в оправдание своей постыдной участи.

Обычно лишившиеся клыков вампиры предпочитали смерть, чем такое существование. Но если Инокей, как он сказал, был отшельником… Что же, всякое бывает.

И Этельвен решил не убивать порочащий их клан образец лишь из-за того, что у него появилась рабская сила. Интересно, а как раньше он планировал питание пленников? Ведь вампиры не сразу убивали своих жертв, обычно маринуя живые тела неделями, чтобы потихоньку выливать из них кровь, цедя по капле, экономя, ведь никогда не знаешь, когда в следующий раз подвернется удачная находка.

— Мне нужна информация, как обойти купол, — Ретиарн помедлил. — Ведь вокруг замка стоит купол против магии?

Инокей расширил глаза, испуганно посмотрев по сторонам.

— Больше нас тут никого, — успокоил его Шонард.

Вампир нехотя кивнул.

— Купол огибает весь замок?

Инокей встретился взглядом с Ретиарном и поежился, видимо, прочитав в них угрозу, если тот не ответит.

— Н…нет, господин! Есть одно место, где купол не нужен, там своя магия.

— Что за место?

— Восточная стена, где подобраться к замку можно только если пересечь ров…

Ретиарн сощурил глаза.

— В чем подвох?

— Еще никто не мог его пройти. Или вернуться. Живым.

Ретиарн перевел взгляд на Шонарда, который скептически скрестил руки на груди.

— А ведь нам нужно еще оружие, — заметил блондинчик, и демон в который раз обругал себя за недальновидность.

Действительно, если он хочет, чтобы человек остался жив после посещения пристанища вампиров, тому следует вооружиться. Причем не абы чем, а серебряными мечами, кинжалами, ну или револьверами с пулями из того же благородного материала.

Кровососов можно было убить всего тремя способами: вырвать сердце, отсечь голову (ну или оторвать, что более предпочитал Ретиарн, особенно в последний его визит к вампирам), или же поразить сердце серебром. Про солнечный свет и упоминать не стоило, это априори. А вот сказки про осиновые колы, которые так любят распускать люди, демон проигнорировал.

Возможно, кому то из людей и удавалось убить вампира деревяшкой, но таких счастливчиков можно было сосчитать по пальцам. Серебро вернее — и более острый материал, который беспрепятственно разрезает материю, и более компактный. Особенно если иметь дело с огнестрельным оружием.

Ретиарн посмотрел на Инокея.

— Этельвен до сих пор держит возле замка оружейную?

Вампир, снова посмотрев по сторонам, кивнул.

— Он приказал построить отдельное помещение для трофеев здесь, в моем саду.

Ретиарн приподнял бровь.

Что ж, это умно, сад находится немного в отдалении от замка, и приди сюда охотники, наверняка дозорные заметили бы многочисленный отряд. Пару стрел с огненными запалами, и от сада останется лишь пепелище. Пепелище со сгоревшими трупами.

Да и кто будет хранить оружие, способное тебя убить, прямо под рукой? Да, возможно, при должной охране, это имело бы смысл, но опять-таки, слишком рискованно.

Ретиарн не понимал Этельвена с его этой странной игрой, примешивающий в себя адреналин. Вампир любил экстрим и был слишком надменным, чтобы не показывать подданным, сколько охотников полегло от его руки, а в качестве трофеев забирал их оружия, создавая коллекцию, с которой могли бы посоперничать разве что немногочисленные, сохранившиеся после падения Грани, музеи.

— Покажи.

Инокей замотал головой, затравленно глядя на вампира.

— Господин Этельвен убьет меня, если я…

— Я убью тебя раньше, если ты не отведешь нас к его комнатке тщеславия, — выплюнул Ретиарн, наступая на побледневшего, если это было возможно, вампира.

Он видел, как Инокей прикидывает в уме, что можно сделать, чтобы остаться в живых и не дать им оружие, и не находит ответа. Так или иначе вампир понимал, что дни его сочтены. Либо от рук демона, либо от рук пригревшего его на плодородном месте вампира, если только господин останется в живых после встречи с Ретиарном.

Инокей еще раз пристально посмотрел на демона.

— Если я покажу вам оружейную, вы даете слово, что оставите меня в живых?

Ретиарн кивнул.

— Вы собираетесь убить господина?

Демон снова кивнул, но не стал вдаваться в подробности. Этельвен должен был умереть еще семьсот лет назад, тогда, когда лишил его брата. И сейчас он стоит на хрупкой грани, забрав человека, который дорог для демона. Если он причинил Плейт боль…

Ретиарн сжал кулаки.

— Показывай оружейную и катись на все четыре стороны!

Инокей опрометью бросился вглубь сада, ведя гостей за собой.

Оружейная оказалась просторным помещением с развешенным по стенам и расставленным по полочкам различным холодным и не очень оружием.

Инокей, стоит отдать ему должное, сумел провести мужчин так, что стражи с башни, которые сканировали территорию, даже не заподозрили лазутчиков.

— Красота, — Шонард взял с полки старинный, времен, наверное, дограневого падения, револьвер.

Блондин взвесил огнестрельное оружие в руке, после чего открыл барабан, рассчитанный на десять пуль. Пули были уже на месте, да и на полочке имелся целый карабин. Как на пулях, так и на револьвере клинописью шли руны, призывающие придать оружию силы для борьбы с кровососущими.

— Ты умеешь им пользоваться? — Ретиарн скептически хмыкнул.

Шонард, в очередной раз удивляя, кивнул.

— Плейт научила меня.

Что?! Когда?! Они снова что-то делали за его спиной?!

Видя негодование, написанное на лице демона, Шонард пожал плечами.

— Когда она просила помочь ей с проверкой нового оружия, которое она сконструировала.

Ретиарн вспомнил, что такой момент был, он еще пытался навязаться третьим лишним, мотивируя свой поступок тем, что он хотя бы поможет ей донести изобретение до конечного пункта, но Плейт тогда лишь отмахнулась, заявив, что Шонард сам вполне может справиться с этой задачей, а вот ему нужно ожидать их в мастерской и принимать заказы, если таковые появятся.

Ретиарн тогда с превеликим трудом справился с гневом, который готов был вырваться на свободу в виде разрушения по крайней мере половины той самой мастерской, в которой они находилось! Его, высшего демона, заставляют сидеть и принимать заказы от смертных! Более того, девушка, которой он не в силах отказать! А она, эта хитрая мордашка, умудрившаяся убить одним ударом двух зайцев, пойдет и дальше заниматься с подмастерьем.

— Я тогда обронил фразу, что не умею стрелять, — продолжал Шон, чуть зардевшись, — на что и получил мастер-класс. Ты знал, что Плейт — отличный стрелок?

Ретиарн замер. Действительно, а почему он до сих пор не задумывался об этом? Да, он видел, что Плейт делала оружие, видела, как профессионально она держала его в руках, но чтобы стрелять при нем… такого за весь год, что они прожили под одной крышей, не было.

Еще один маленький секрет, который лилововолосая ведьмочка скрыла от него! Да и какой! Восхитительный, будоражащий и возбуждающий! Его девочка умеет стрелять!

Ретиарн невольно почувствовал гордость, будто это была его заслуга.

— И ты смог научиться всего за один день? — демон не мог не поддеть блондина.

Шон снова кивнул.

— Плейт — превосходный учитель. Главное — правильно целится, а со зрением у моего народа, как знаешь, проблем не бывает, — он подмигнул, чем еще больше вывел демона из себя.

Ретиарн скрипнул зубами, решив пройтись вдоль длинных рядов серебра.

Он ожидал увидеть здесь его — меч, который лишил жизни Эйприл, меч, оставивший метку на груди Этельвена, но не нашел. Интересно, куда вампир его дел? Переплавил в нечто менее травмоопасное? Или оставил у себя в замке? Не мог же просто его выбросить! Память о невесте как-никак, пускай и печальная. Хотя… от Этельвена станется учудить всякое.

Для себя демон выбрал пару метательных клинков, которые крепились на кожаные ремни, да и небольшой полуторный меч — скорее предосторожность, чем необходимость. Ретиарн мог справиться с вампирами и голыми руками. Но вдруг оружие понадобится Шону?

Он кинул взгляд на снаряжающего себя, словно на битву (хотя, впрочем, так и было), блондина. Человек с примесью эльфийской крови против бессмертных… Интересный поворот событий, кто бы подумал, что этот паренек не струхнет перед опасностью? Ведь если рассуждать здраво, он практически преподносит себя на блюдечке в качестве закуски этим зубастым тварям. Однако вон, крепит на поясе тоже меч, а через грудь крест-накрест вешает обоймы с серебряными пулями. И револьверами обзавелся, нашел еще парочку, молодец.

За выбором оружия демон не заметил, как Инокей, решив, что сделал итак слишком много, по-тихому слился, оставив их вдвоем. Впрочем, сейчас от вампира большего добиться и не удалось бы. Итак очень удачно получилось, что он провел их незамеченными к трофеям.

— Ну что, готов? — Ретиарн критически смерил вооруженного до зубов Шона.

Паренек лишь улыбнулся, поправляя револьверы в кобуре.

— А ты? — неужто намекал, что демон взял себе маловато серебра?

Щенок! Вздумал указывать на несуществующие недочеты?!

Ну ничего, еще посмотрим, кто в замке убьет больше любителей кровушки!

* * *

Замок был окружен рвом, в котором плескалась непонятная тягучая жидкость темно-синего цвета.

Ретиарн попробовал ступить на нее, чтобы ощутить ее консистенцию, и замер. Жидкость была очень похожа на воду, но по ней можно было ходить! Она спокойно выдерживала нагрузку демонического тела, если только это самое тело не задерживалось на одном месте больше нескольких секунд. В противном же случае жижа затягивала незваного гостя в свои недра, подобно зыбучим пескам, не позволяя жертве освободится от смертельных объятий.

Но какой смысл было делать этот ров? Только если… Ретиарн поднял голову и тут же похолодел. На стенах были установлены датчики движения. И каждый шаг по этой жиже сопровождался бы полетом отравленной спицы в «гостя».

Интересный выбор: идти и напороться на острие или стоять и утонуть.

А другого способа попасть в замок им не оставили. Этельвен все продумал.

И Ретиарну оставалось лишь уповать на то, что Плейт до сих пор цела и невредима, что вампир не причинил ей боли. Хотя бы просто из мести за то, что сотворил Ретиарн в прошлом, ведь демон был уверен, что Этельвен почуял его. Вампиры вообще отличались отличным нюхом и зрением.

— Шон, есть идеи, как нам забраться в замок?

Шонард взглянул на стену, отмечая выемки, из которых должны были стрелять отравленные спицы.

— Возможно… если их обмануть. Я помню, как еще у себя дома мастерил похожие датчики. Можно либо двигаться очень медленно, чтобы они не распознали движение…

— Не вариант, эта жижа не даст, — Ретиарн указал чуть дальше под ноги.

— Либо вывести из строя сами датчики. Их можно ослепить.

— Отлично, действуй.

— Но… Ретиарн, для этого мне нужно быть на одном уровне с ними. А пока я до них доберусь, превращусь в ежика.

Блондин юморит? Значит, нервничает. Что же, это хорошо!

— И что ты предлагаешь?

— Руны. Их можно нарисовать на стене… Ты же сможешь переместиться на мгновение туда?

Ретиарн взглянул на жидкость, которая едва колыхалась на ветру и возвышающиеся над ними оружия.

— Возможно, я успею отскочить. Но руну нарисовать времени не будет. Нужна готовая.

Шонард полез в карман и достал кусочек руды, из которой ваял до этого каркас для демонических крыльев.

— Будем надеяться, что этого хватит.

Достав из другого кармана длинный острый предмет, напоминающий отвертку, Шонард начал кропотливо вырисовывать руны, призванные сохранить их невидимость для датчиков движения, по крайней мере до момента, как они достигнут стены.

— Готово, — он протянул ставшую плоской и отполированной (наверняка одна из рун видоизменила руду) табличку с маленькими письменами.

Ретиарн взял ее и перевел взгляд на стену. Должно получиться.

Он вздохнул и сосредоточился.

Миг, и он у стены и с огромной силой, кроша каменную кладку, впечатывает в нее табличку с руническими письменами, еще миг — и град из отравленных спиц, вылетают с умопомрачительной скоростью из своих ниш, грозясь проткнуть демона насквозь.

Мучительно длительные доли секунд, за которые он испаряется из того места, возвращаясь на траву перед рвом… и одна из спиц по касательной задевает его плечо.

Ретиарн стискивает зубы, хватаясь за рану. Медленно, но верно из нее начинает сочиться кровь.

— Ну, почти, — демон ухмыляется.

— Они же… отравлены?

Ретиарн беззаботно кивнул.

— Обо мне будем думать после того, как спасем Плейт. Это всего лишь царапина, и яда на мою душу пришлось не так много.

Ретиарн наблюдал, как Шонард, нерешительно глядя на растекающуюся по его плечу кровь, отворачивается к стене и бежит по удивительной жидкости, которая сейчас пропускала его, словно была тропинкой, намереваясь начертить на стене новые письмена, прыгая с места на место, чтобы жижа не стала затягивать его в свою глубину.

Не говорить же этому блондину, что яд способен обездвижить его!

Ретиарн чувствовал, как его правая рука начинает неметь. Если он не найдет противоядие, то на ближайший год станет никчемным изваянием.

В этом плане бессмертным быть было удобно. Он не умрет, а лишь превратиться в подобие скульптуры, не способной пошевелиться. Не сможет дышать, пить, есть, спать. Будет лишь наблюдать, как мимо него проносятся дни, недели и месяцы.

И будет большой удачей, если за это время не найдется другого демона, решившего отточить свое мастерство в умерщвлении себе подобных. Или колдуна, посчитавшего за честь вписать в свой список мертвых высшего демона.

Нужно спешить! Плейт уже близко!

* * *

Дверь библиотеки открылась и в помещение вбежала Тидора.

— Этельвен, ты звал меня? — она оборвала себя на полуфразе, когда заметила, что Этельвен прислонил к книжному шкафу Плейт и стянул с нее платье до талии, оголив грудь, которую сейчас мял одной рукой, второй собираясь задрать подол.

Заметив пришедшую вампиршу, Этельвен вздохнул и встретился взглядом с Плейт.

— Ну что же, чертовка, смотри и наслаждайся!

Он оторвался от грубых ласк и направился к стоящей в нескольких метрах от них девушке.

— Раздевайся! — приказал он, и Тидора, ни слова не говоря, стала расстегивать свое платье, которое несколькими секундами спустя упало на пол.

Под платьем белья не оказалось, и Плейт невольно залюбовалась совершенным телом вампирши. Высокая грудь, плоский живот с проступающим рельефом пресса, длинные ноги, наверняка, если она повернется спиной, у нее окажется упругая круглая попка.

Этельвен схватил Тидору за горло, заставив отступить на несколько шагов, упершись в соседний стеллаж. Он действовал грубо, и несколько книжек, потревоженные встряской, когда он толкнул девушку, полетели на пол. Свободной рукой он проследовал по ее телу, задержавшись на груди, больно ущипнув сосок, отчего у Тидоры расширились зрачки.

От боли или наслаждения?

Плейт не могла понять по мимике, что девушка испытывает, но это явно был не страх. Нет, она боготворила мужчину перед собой, хотела быть с ним, и готова была выполнить любой его приказ, следовать любому его слову.

Этельвен ринулся вперед, впиваясь в ее губы в требовательном поцелуе, и получил достойный ответ. Тидора обвела руками его плечи, начав ласкать спину, чуть царапая острыми ноготками. Видимо, ощутив на спине боль, Этельвен с рычанием укусил девушку за губу, и по ее подбородку побежала кровь.

Тидора улыбнулась и языком стала слизывать собственную же красную жидкость, дразня вампира.

Внезапно Этельвен повернул голову в сторону Плейт.

— Иди сюда.

Это прозвучало не как приказ, скорее просьба, но девушка подчинилась, влекомая близостью неизведанного.

— Раздень меня.

Плейт чуть расширила глаза, но все же дрожащей рукой потянулась к поясу его брюк, ослабляя натяжение.

— Этельвен, дай мне! — Тидора стала извиваться под его рукой, которая лишь сильнее сдавила горло.

Плейт встретилась с задумчивым взглядом Этельвена, который раздумывал мучительно долго, но после все же кивнул, позволяя Тидоре опустить руки по его торсу, запуская их в брюки.

По вздоху вампира Плейт поняла, что Тидора обхватила его мужское достоинство своими пальчиками, а по движениям за тканью, догадалась, что она начала ласкать его.

Плейт отошла от парочки на несколько шагов, незаметно поправляя свое платье, чтобы не стоять с обнаженной грудью, и надеялась, что Этельвен не заметит ее маневра. Ведь если увидит ее скромность, может догадаться об истинных мотивах ее просьбы.

Тидора тем временем продолжала ласкать господина, жадно целуя его губы.

— Обхвати меня ногами! — его быстрый приказ, и вампирша тут же опускает его штаны ниже, а сама обнимает его бедрами.

Этельвен сильнее сжимает ей горло, приподнимая чуть выше, отчего из ее рта начинают вырываться хрипы. Но Тидора не сопротивляется, напротив, она полностью открыта для его любовной атаки, и Этельвен резко делает выпад вперед, пронзая девушку своим копьем.

У Плейт по рукам пробежали мурашки от их единовременного стона удовольствия, в котором выразилась вся та полнота чувств, что испытывают любовники, стона, который был ей неведом и непонятен.

И Плейт молилась, чтобы сегодня она не познала его на собственном теле!

Этельвен тем временем, поддерживая за округлые ягодицы партнершу, начал мощно двигать тазом, приводя стеллаж с книгами, к которому они были прислонены, в колебание. Книги посыпались на пол, но вампирам не было до них дела.

Этельвен склонил голову к шее девушки и впился к нее зубами, отчего Тидора закрыла глаза. Видимо, она испытывала наслаждение от его грубости и боли, что он ей причинял. Ее ногти царапали его спину, а ноги плотно сжимались вокруг ягодиц, заставляя его теснее прижаться к ней.

Картина соединения вампиров пугала, будоражила и… возбуждала. Плейт не могла не признать, что ее сердце стало биться чаще не только от страха, но и от предвкушения, что нечто подобное может произойти и с ней. Причем желательно не здесь и не с ними.

* * *

Забраться по стене, чтобы до конца обезвредить все еще опасные орудия с острыми отравленными спицами оказалось бы проще, не виси у Ретиарна правая рука, словно плеть. Приходилось выпускать длинные острые когти, как на руках, так и на ногах (пришлось снять ботинки, чтобы не дырявить хорошую кожу), которые были его второй ипостасью, вместе с крыльями, что сейчас демон решил оставить запертыми в теле, цепляясь за камни, кое-где кроша их в мелкую пыль. Куда уж скальной породе против демонических когтей!

Сжав в кулаке орудия, предоставляющие угрозу, Ретиарн с удовлетворением услышал хруст и увидел взметнувшуюся в воздухе пыль — видать перестарался с силой давления.

Заглянув через верх стены и убедившись, что поблизости никого нет, демон легко перемахнул через зубья, приземляясь на пол смотровой площадки. И тут из-за угла вышел дозорный.

Быстрый бросок метательного кинжала — и вампир осел на землю, не успев сообразить, что же его сразило. Серебро попало прямиком в сердце, заставив демона прямо на глазах истлеть в небольшом огне, оставив после себя лишь кучку пепла и лежащий на этой куче клинок, который Ретиарн подобрал, подойдя к месту сожжения.

Как бы ни хотелось Ретиарну двинуться сразу на поиски Плейт, ему пришлось выделить несколько минут на поиски веревки, чтобы перекинуть ее Шонарду. Человечишка не обладал нужными для скалолазания атрибутами.

Держав один конец, чтобы не тратить драгоценное время на поиски места, куда бы привязать веревку, Ретиарн уперся ногами о выступ, ожидая, пока блондинчик вскарабкается на стену. Справился паренек быстро, видимо его тоже подгонял азарт и желание поскорее увидеть мастера.

Поравнявшись, мужчины принялись определять нужное направление движения. Хорошо еще вампир не соврал, сказав, что здесь купол не действует. Пройдя пару пролетов и убив несколько кровососов (бедняги не успевали поднять тревоги, как их настигал вездесущий демон, не оставляя Шонарду возможности показать себя в деле), Ретиарн заметил прямо над стенами еле заметное багряное марево — так и есть, защитная стена.

Что же, значит, телепортироваться отсюда тоже не получится.

Но знал бы Ретиарн, что Этельвен ограничится куполом только вокруг замка, телепортировал бы их намного ближе, чем на ту поляну, откуда им пришлось идти в гору, обливаясь потом.

Ретиарн выставил руку, заставляя спешащего за ним Шона остановится, и выглянул из-за угла каменной стены. Впереди стояли два вампира с копьями на перевес, и к ним приближались еще двое. Неужто они попали на пересменку?

Ретиарн дал сигнал Шону, и блондин поменявшись с демоном местами, достал из кобуры револьвер, взведя курок. Вот этот звук как раз и был услышан кровососами. Стражники тут же метнули взгляд в сторону затаившейся парочки и отрыли рты, чтобы поднять тревогу.

Шонард нажал на спусковой крючок, и в первого вампира полетела серебряная пуля. Блондин не хвастался, когда сказал, что научился стрелять всего за день. Его точность была изумительной: прямо в сердце. Вампир осел на пол, начав дымиться, пока пулю получал второй собрат по несчастью.

Однако двое других те, что пришли вампирам на замену, успели заголосить:

— Тревога! В замке посторонние! — за что и получили свои пули.

Жаль, что сказанное слово не воротишь, верзил услышали, поскольку послышался топот многочисленных ног и лязг оружия.

На площадку высыпали вампиры, по беглому подсчету демона, порядка десяти. И они несли с собой щиты… Неужели так быстро сообразили, что тут стреляют? Да, конечно звук выстрела был громкий, хоть и приглушенный наведенной на револьверы магией, но не так же стремительно должны были работать мозги этих кровососов!

* * *

— Нам нужно разделиться, — произнес вдруг Шон, тяжело дыша и сжимая в руке меч. — Так больше шансов обнаружить Плейт.

Ретиарн понимал, что блондин прав, хотя и не хотел идти на такие крайние меры. Шон, пусть у него и были эльфийские гены в теле, все еще оставался человеком. Мясом с кровью для любого вампира, который встретится ему на пути. Вампира, который по всем параметрам превосходит смертного: сильнее и уж конечно быстрее его. А если паренек просто-напросто не успеет воспользоваться оружием? Или будет окружен?

Но время шло, вампиры прибывали, а Плейт все еще находилась в опасности. Вдруг, прослышав, что на замок напали, Этельвен прикажет убить ее? Просто в отместку за Эйприл и свою армию.

Ретиарн вздохнул и передал парню свои метательные ножи, те, что остались.

— Надеюсь, с ними ты тоже справишься.

Шонард кивнул и развернулся, чтобы уйти, как демон остановил его.

— Стой, я наброшу на тебя иллюзию. Младшие вампиры не смогут тебя видеть или учуять.

— А старшие?.. И как вообще отличить одного от другого?

— Я постараюсь отвлечь на себя основное внимание. А ты не разбирайся, просто убивай всех, кого встретишь на пути. И еще… постарайся не умереть, а то перед Плейт не хочется объясняться.

Шон улыбнулся и подмигнул.

— Кажется, мы оба боимся ее гнева, — сказал и скрылся за ближайшей дверью, ведущей в соседний зал.

Ретиарн хмыкнул. Пожалуй, ему начинает нравиться этот блондин. Он оказался парнем не из робкого десятка, как сначала подумал демон. Шон готов был рисковать собой ради Плейт, и это их сближало.

Да, возможно, Ретиарн и проведет с ним беседу по душам, объясняя, что Шон все же не стоит вровень с ним, высшим демоном, и мягко намекнет, чтобы отвалил, но это все потом. Сначала нужно выручить Плейт.

* * *

Этельвен выпустил горло Тидоры, обернувшись к Плейт.

— Не пора ли тебе присоединиться?

Девушка запаниковала.

И как теперь отказаться, чтобы не вызвать его гнев или подозрения?

— Мне не нравится, как Тидора смотрит на меня, — выдала Плейт первое, что пришло в голову.

Этельвен, ни слова не говоря, чуть отстранился от вампирши, которой пришлось встать на пол, и резко развернул ее к себе спиной, врываясь в ее тело сзади, отчего Тидора протяжно застонала, хватаясь пальцами за полки с книгами и выгибаясь в пояснице.

— Теперь она на тебя не смотрит, — заметил Этельвен, продолжая яростные выпады вперед, чуть ли не впечатывая Тидору в книги.

Плейт невольно пришлось подойти. Этельвен одной рукой придерживая за талию партнершу, второй рванул платье Плейт вниз, снова оголяя ее грудь. Удивительно, как ткань от такого обращения сразу не разорвалась, лишь плавно скользнув по телу.

Плейт не смогла скрыть дрожь, но Этельвен, видимо, списал ее на предвкушение, потянув девушку за руку, заставляя подойти к ним почти вплотную.

Вампир склонил голову к ее груди, намереваясь то ли лизнуть, то ли укусить сосок, когда дверь библиотеки резко распахнулась и на пороге появилась стража.

— На замок напали!

Этельвен резко поднял голову, оставив грудь Плейт не обласканной, оттолкнул от себя Тидору, которая недовольно косилась на вошедших.

— Ретиарн, — прошипел Этельвен, совершенно не стыдясь своей наготы перед подчиненными.

Плейт быстро натянула платье обратно на плечи, обхватывая себя руками.

Неужели ее молитвы были услышаны? Демон пришел ее спасать? Да к тому же так вовремя? Верилось с трудом.

Тидора не торопясь подошла к брошенной на пол одежде, изящно облачаясь в шелк. Она надменно посмотрела на Плейт, которая отступила на пару шагов, будто говоря, что это ее, Тидору, выбрал Этельвен, а не ее, и что Плейт — это не более чем недоразумение, которое повстречалось на пути ее господина.

Этельвен тем временем натянул все же брюки, склонившись над лежащей на диванчике рубашкой.

— Иди к пленным, — обернулся он к Тидоре. — Демон может начать осмотр оттуда.

Тидора кивнула, хищно оскалившись, и поспешила к выходу из храма знаний.

Плейт, решив не развевать миф о своей потери памяти, подняла брови:

— Кто такой Ретиарн?

— Старый враг, — отмахнулся Этельвен. — Тебе не стоит о нем переживать, к концу ночи он будет мертв.

Этельвен повернулся к стражникам, что все еще стояли на пороге, ожидая указаний.

— Позовите Намиссу, — приказал вампир. — У нее появилась работа.

Двое у дверей поклонились, поспешив выполнить поручение господина.

— Намисса?.. — Плейт почувствовала неладное.

Этельвен расплылся в коварной улыбке.

— Моя ручная ведьма. Одна из сильнейших в этом мире.

Плейт замерла. Она вспомнила, как Ретиарн признавался, что высшего демона убить может либо не менее сильный или хитрый демон, либо могущественный колдун. Неужели Этельвен имеет оружие против него?

Вампир направился к выходу из библиотеки, приказав Плейт следовать за ним.

* * *

Ретиарн, в очередной раз опустив окровавленный меч и наблюдая, как на пол падает поверженный вампир, толкнул дверь. Он оказался в огромном тускло освещенном бальном зале.

Стоило демону ступить на пол, как от противоположной стены отсоединилась находящаяся в нише женщина, закутанная в длинное серое одеяние. Ведьма.

— Мы ждали тебя, Ретиарн, — колдунья улыбнулась, поднимая магический посох.

Демон не успел даже ступить шага, как его отбросило на середину зала. И он с ужасом заметил начерченные на полу символы.

Старуха заперла его!

Ретиарн поднялся с пола и дотронулся до невидимой стены, и тут же с криком отдернул руку.

Что это за магия?! Неужели эта старуха настолько могуча, что может запереть высшего демона?!

Послышались шаги, и Ретиарн обернулся, чем тут же заслужил удар в спину, заставив его упасть на бол, морщась от боли.

Подняв глаза, Ретиарн замер, увидев Плейт. Она стояла рядом с Этельвеном, этим мерзавцем, который посмел вальяжно положить руку на ее талию, специально акцентируя внимание, что именно он сейчас владеет ситуацией.

Но Плейт… Почему она стала… другой? Веснушки, которые до этого покрывали ее тело, исчезли, оставив место матово-бледной коже, зеленые глаза стали ярче, губы сочнее, а тело, кажется, чуть вытянулось, обретая дополнительные округлости в нужных местах. И от нее теперь не пахло человеком. Нет, теперь в ней ощущалась сила бессмертного.

— Ублюдок! — Ретиарн сжал кулаки, не в силах пошевелиться от держащей его в ловушке колдунье. — Как ты посмел обратить ее?

Этельвен растянул губы в улыбке, показывая клыки.

— Сколько лет, Ретиарн, сколько лет! А я смотрю, ты совсем не изменился. Все тот же хам, каким и был семьсот лет назад. И все также жаждешь ощущать себя собственником того, что тебе не принадлежит.

— Плейт — не твоя собственность! — дернулся Ретиарн и тут же поморщился от боли.

Эта карга, что сейчас подняла над ним посох, усилила влияние, и теперь демону казалось, будто его внутренности готовы были сжаться до размера горошины.

* * *

Плейт с ужасом смотрела, как Ретиарн, ее Ретиарн, который пришел, чтобы спасти ее, сейчас корчится на коленях посреди огромного бального зала в агонии. Но что же она могла сделать?

Если сейчас бросится на старуху, отбирая ее посох, не попадет ли она под магическое влияние ведьмы? Этельвен уважительно отзывался об этой Намиссе, значит, даже он, могущественный вампир, живущий похоже примерно столько же, сколько и сам Ретиарн, признает ее силу. А что представляет собой она, Плейт? Человек, нет, вампир, который даже ни разу не охотился и не знает, что нужно делать.

Может, напасть на Этельвена? Но, опять же, как?

Он быстрее ее, и стоит мужчине заподозрить неладное, он моментально может разделаться не только с ней, но и с Ретиарном, приказав Намиссе прикончить того, что до сих пор почему-то не сделал.

В голове в который раз всплыли откровенные слова Ретиарна о том, как можно убить демона, и один из вариантов как раз подразумевал воздействие сильного мага. А Намисса, судя по всему, как раз была одной из тех, кому под силу держать выходцев из темных миров в ежовых рукавицах.

Что же ей делать? Как помочь демону?

Ответ пришел сам собой. Намисса внезапно покачнулась, пытаясь дотянуться до своей спины. Завертевшись на месте, она показала вампирам, чем была не довольна: прямо между ее лопаток торчал клинок. Маленький метательный нож, который был выпущен умелой рукой, застряв в теле ведьмы наполовину.

Плейт завертела головой, ожидая увидеть того, кто метнул оружие, но не смогла обнаружить этого смельчака.

Намисса рухнула на колени, истекая кровью и выпуская посох из рук. Ретиарн тут же распрямился и кинулся к потерявшей бдительность ведьме.

Он резким выпадом порвал ее платье и плоть, добираясь до сердца, сжимая его, судорожно трепещущее в его руке, когда старуха подняла на него свои бесцветные глаза.

— Лишь я могу сделать ее снова человеком.

Сердце Плейт забилось быстрее. Ведьма может вернуть ее к нормальной жизни? Чтобы она не становилась чудовищем, пьющим кровь и избегающим солнечных лучей?

Ретиарн встретился с Плейт взглядом и замер, видимо прочитав в них смесь чувств, что сейчас бушевали в ее душе.

Этельвен тоже повернул голову в сторону девушки, и Плейт пришлось быстро придать лицу скучающее выражение.

Хоть бы Ретиарн не обманулся ее поведению! Она ведь на его стороне! Она жаждет вернуться с ним в Адельхард.

— Прости, Плейт, — прошептал Ретиарн, вырывая сердце колдуньи и бросая его под ноги.

Бездыханное тело упало на мраморный пол, окрашивая бело-серые плиты в багряный цвет, расплывающейся от зияющей раны в груди.

Девушка постаралась удержать крик ужаса, видя подобную кровавую картину и осознавая, что путь назад пропал. Теперь ей суждено оставаться подобной Этельвену и его слугам бесконечно.

* * *

Ретиарна оглушила боль, заставляя склоняться к полу все ниже и ниже, уши заложило, и он слышал только собственное сердцебиение, которое набатом отзывалось в мозгу.

Но внезапно боль отступила. Разомкнув глаза, демон смотрел, как Намисса крутится на месте, пытаясь достать из спины клинок. Серебряный клинок с запоминающейся гравировкой. Тот самый, что он отдал Шонарду, когда они разделились.

Не теряя времени зря, даже просто для того, чтобы отыскать блондина взглядом, Ретиарн кинулся к ведьме, выпуская когти и впиваясь в ее тело в поисках сердца.

— Лишь я могу сделать ее снова человеком, — прохрипела Намисса, которая, видимо, не ожидала, что в окружении вампиров на нее могут напасть со спины.

Опрометчиво забывшая поставить защитное поле вокруг себя или же слишком легкомысленно отнеслась к своей работе: по слухам на ее счету были десятки демонов, поверженных тем или иным способом. Что это — надменная неосторожность? Зазнайство? Игра на адреналине?

Так или иначе, эта ошибка стоила ей жизни. Ретиарн ощущал, как сердце ведьмы бьется в его ладони, видел, как в ее глазах написана мольба.

Он перевел взгляд на Плейт, которой сейчас не должно было быть дела до слова старой карги, и замер.

Плейт, эта великолепная в длинном обтягивающем и таком соблазнительном платье вампирша, услышав слова колдуньи, расширила глаза, чуть приоткрыв рот. Она была удивлена. Взбудоражена. Обнадежена.

Неужели Плейт каким-то образом удалось вспомнить о своей человеческой жизни? Но как? Обычно при обращении человек терял все связи с предыдущей своей ипостасью, полностью погружаясь в кровавый мир бессмертных.

Но Плейт стояла, явно своим лицом показывая, как хотела бы вернуть себе себя настоящую. Однако, стоило Этельвену скосить на нее глаза, как на личике красавицы появилась маска безразличия, так типичная для всех вампиров.

Неужели ему показалось?

Но разве может такое просто показаться?

Ретиарн боролся с собой: его Плейт хочет быть человеком, хочет не знать, что это такое — быть убийцей, ведь каждый вампир рано или поздно приходит к тому, что убивает своих жертв. Она хочет просто вернуть себе размеренную жизнь в маленькой мастерской. Она хочет обратно в Адельхард.

Но… она теперь бессмертна. Как и он.

Ретиарн уже думал над вопросом, касающимся ее длительности жизни. Ведь будучи простым человеком, Плейт был отведен непростительно короткий отрезок существования. По сравнению с его жизнью. И если он хотел быть с ней рядом, как он сможет отреагировать на ее закономерную смерть от старения? Более того, как он сможет спокойно быть с ней рядом, наблюдая, как ее кожа и кости дряхлеют, здоровье подкашивается, приближая кончину?

Он хотел, чтобы она была бессмертной, но даже не в его власти было сделать такое.

А тут… Этельвен, сам того не ведая, совершил в каком-то плане ему услугу, если не брать в расчет остальные «прелести» вампиризма, кроме бессмертия.

Ретиарн понимал, что поступит эгоистично, если лишит Плейт единственной возможности вернуть себе прежнюю жизнь. Намисса, будучи личной колдуньей Этельвена, наверняка давным-давно изучила все способы воздействия его крови на людей. Но без ее знаний добиться противоположного обращению эффекта было невозможно.

— Прости, Плейт, — прошептал Ретиарн, встречаясь с ней взглядом, стараясь сказать, что она вправе будет сердиться на него, лишь бы Плейт была с ним рядом, уж он-то ее не покинет.

Он вырвал сердце колдуньи и бросил его под ноги, краем глаза видя, как бездыханное тело падает с глухим стуком на мрамор.

Ретиарн выпрямился, не обращая внимание на то, как его левая рука, по запястье испачканная в крови, притягивает взор Плейт. Бедняжке наверняка эта сцена будет сниться по ночам. Но он готов в любой момент уберечь ее, стерев память об этом дне из ее светлой головки. Если она, конечно, позволит.

Правая рука демона по-прежнему висела плетью, пораженная ядом. Головнуя боль, которая с каждым мгновением грозилась усилиться, демон старался игнорировать, понимая, что если поддаться ощущениям, назад дороги не будет. Яд наверняка уже распространился по всему организму, удивительно только, что пока лишь одна рука вышла из строя. Но вскоре может отказать и любая другая часть тела.

* * *

Этельвен крепче прижал Плейт к себе, сверля демона взглядом.

— Намисса была одной из лучших.

Ретиарн пожал плечами.

— Если бы она была лучшей, то не ее сердце сейчас валялось бы на полу.

Плейт заметила, как Этельвен непостижимым образом удлинил свои клыки, оскаливаясь на Ретиарна.

— Отпусти Плейт! — рявкнул Ретиарн, буравя вампира взглядом.

Этельвен усмехнулся.

— Ты слаб. Я же вижу, что ты отправлен, — он кивнул на безвольно висящую руку.

— Даже сейчас во мне достаточно сил, чтобы оторвать твою голову!

Плейт поежилась. Да, демоны действительно были практически всесильными, тем более высшие, вампиры по сравнению с ними находились на произвольной и более слабой ветке развития. Но Ретиарн потерял много крови, судя по его ранам, которые не спешили затягиваться, а слова Этельвена о яде…

Плейт испуганно представила себе, как Ретиарна подкашивает очередной удар, а яд заканчивает дело.

Яд… Яд… Должно быть противоядие!

Стараясь, чтобы ее голос звучал бесцветно, Плейт легко высвободилась из лап Этельвена и отошла на шаг назад.

— Развлекайтесь без меня мальчики, — она дернула плечиком. — Не собираюсь выслушивать гадости в свой адрес о том, чья я собственность, — Плейт поправила бретельку на платье, — я достанусь только победителю.

Ей стоило больших трудов подмигнуть Этельвену, чтобы тот не сообразил, что она может иметь в виду не его кандидатуру.

Вампир лишь плотоядно улыбнулся.

— И мы закончим то, на чем нас так бестактно прервали.

Плейт лишь растянула губы в подобие улыбки, боясь, что если она скажет что-то, то Ретиарн потеряет самообладание, надумав то, чего нет на самом деле.

Помоги Гисхильдис ему! Пусть демон поймет, что она всего лишь играет с Этельвеном!

Грациозно покачивая бедрами, в последний раз бросив взгляд на Ретиарна, Плейт выплыла из бальной залы, которая сейчас была больше похожа на поле брани.

* * *

— Плейт?

Девушка резко остановилась и повернулась на знакомый голос.

— Шон?! Что ты здесь делаешь?

Было странно видеть друга, полностью завешенного оружием, с лохматыми волосами, в пыли, грязи и крови.

— Тебя… спасаю, — блондин не решался подходить, оставаясь в темной нише, лишь сделав шаг на свет, чтобы его было легче увидеть, хотя сейчас с вампирским зрением Плейт увидела бы его и в кромешной тьме глубокой ночью. Все же стоило признать, что были некоторые плюсы в том, чтобы быть кровожадным чудовищем.

Видимо, именно изменение ее внешности и послужило настораживающим эффектом, поскольку друг детства не спешил кинуться в объятья.

Плейт внезапно ощутила странное чувство, которое исходило… от Шона. Пьяняще-горькое, которое заставляло кончики пальцев покалывать, будто иголками.

Плейт задержала дыхание, когда поняла, что чувствует его страх.

Пропади все пропадом! Шонард боится ее?!

— Шон… Это я, все та же Плейт, — девушка сделала шаг к нему и парень, стоит отдать ему должное, не отпрянул.

— Я слышал все, что было в зале.

— Так это ты… Тот клинок?

Шон кивнул.

— Меткое попадание, — только и смогла выдавить из себя мастер. — Кажется, ты очень помог Ретиарну.

— Не забудь ему об этом напомнить, — улыбнулся Шон, кажется, начинающий приходить в себя.

— Нам нужно помочь ему, чтобы было, кому напоминать, — Плейт кинула взгляд назад, туда, где оставила позади себя закрытую дверь бального зала. — Я точно знаю, что в замке должно быть противоядие, — Плейт помедлила. — Не может не быть.

Шонард сделал пару шагов ей на встречу.

— Нам нужно уходить…

Плейт замотала головой.

— Без Ретиарна мы не уйдем.

— Демон справится сам. Он на моем месте тебя сейчас бы просто сгреб в охапку и утащил в сторону выхода.

Плейт печально улыбнулась.

— Да, наверное, — она встретилась взглядом с блондином. — Шон, Ретиарн потерял много сил, не знаю, насколько его хватит против боя с Этельвеном. Этот вампир… он силен, я знаю. Я видела, на что способны бессмертные.

— Ретиарн тоже бессмертен.

— Его тело отравлено!

Шонард вздохнул.

— Я об этом потом пожалею, хотя бы потому, что получу от твоего демона нагоняй.

Плейт засияла, поняв, что друг сдался.

— Мы найдем его, Плейт. И вылечим демона. «Поговорим» с Этельвеном и втроем отправимся домой.

* * *

Плейт лихорадочно думала, где могло быть противоядие. После своей самовольной прогулки по замку, которая привела ее в конечном счете в библиотеку, она не видела ничего, что можно было бы считать целительской комнатой. Но… может, если посмотреть в покоях Намиссы?.. Наверняка ведьма помогала с приготовлением ядов, так почему бы ей не обезопасить себя, если вдруг, упас Гисхильдис, она сама поранится?

Но только где же была ее комната? Плейт не помнила, чтобы видела что-то даже отдаленно напоминающее пристанище ведьмы.

— Шонард, а как ты меня нашел?

— Пришлось обежать весь замок, — пожал плечами молодой человек. — Мы с Ретиарном думали, что ты будешь в темницах, — он даже потупил взгляд, — но там были только те, кто летел с нами на «Фортуне».

Плейт расширила глаза.

— Тебе удалось прорваться к темницам? А как же стража?.. Там была вампирша с темными волосами?

Шон кивнул и похлопал по револьверу, что находился у него на привязи возле бедра.

— Со всеми вампирами я разобрался, в том числе и с девушкой, — сказал он, скривившись, видимо осуждая себя на убийство женщины, пусть и монстра, — они даже не успели ничего сообразить. Ретиарн наложил на меня иллюзию… — вдруг, словно поняв что-то, Шон замедлил шаг. — И ты не должна меня видеть, если ты вампир, если только… — он сощурил глаза, посмотрев на подругу. — Ретиарн не посвятил меня, в чем различия между низшими и высшими вампирами, но его заклятие не действует на более могущественных. Плейт… ты, видимо, обратилась очень удачно, если можно назвать удачей факт твоего перевоплощения.

— О чем ты?

— Не знаю как, но ты стала вроде как привилегированным вампиром, что ли.

— Этельвен… он сам обратил меня. Видимо, все дело в его крови.

— Мы можем сыграть на этом, — Шонард указал на вампиров, которые только что вышли из-за угла, направляясь, скорее всего, в бальный зал.

Они словно не видели Шонарда, так как не хватались за щиты, которые сейчас спокойно несли в руках. Их взгляд был устремлен только на девушку. Когда вампиры поравнялись с ней, Плейт приосанилась, изобразив надменный взгляд.

— Проводите меня к лачуге Намиссы!

Вампиры стушевались.

— Но мы шли к господину…

— Я только что от Этельвена. И не советую вам, мальчики, злить меня, — она помедлила. — Или вы не ощущаете, чья кровь льется по моим жилам?

Вампиры замерли всего на мгновение, после чего склонили голову.

— Следуйте за нами, госпожа.

Шонард прямо пришел в экстаз, на всякий случай не убирая руки с заряженного револьвера, многозначительно взглянув на Плейт.

Они двинулись за мужчинами вглубь замка, несколько раз спускаясь и поднимаясь по лестницам. К счастью, все жители замка, что встречались им на пути, были, судя по всему, низшей касты, так как Шонард до сих пор был для них невидим, беспрепятственно шествуя рядом с Плейт.

Когда они остановились возле обшарпанной с виду двери, вампиры спросили позволения удалиться, и Плейт лишь кивнула им, не сказав ни слова.

Проводив их взглядом, Шонард осмелился прервать тишину:

— Никогда не видел тебя такой… властной.

Если бы Плейт могла, она бы покраснела, но бледнокожие создания, одной из которых она сейчас стала, не могли менять цвет своей матовой кожи, и девушка лишь сморщила носик, толкая дверь и заходя в личное пространство мертвой ведьмы.

Кабинет Намиссы, если эту комнату можно было так окрестить, чем-то напоминал мастерскую Плейт. Здесь также практически не было свободного места. Везде, куда ни кинешь взгляд, что-то стояло, висело и было прислонено. Только в отличие от ее инструментов, шестеренок и деталей для оружия, все пространство занимали баночки, горшочки, травы, книги и Гисхильдис невесть что.

— И как нам в таком беспорядке найти то, что мы хотим? — Шонард шагнул за Плейт в комнату, вертя головой.

Плейт беспомощно пожала плечами.

— Яд… Как Ретиарн умудрился отравиться?

— В него попала спица, она задела правую руку.

Плейт вспомнила, что действительно видела, как нечто прорезало кожу демона касательно по трицепсу, оставляя длинную кровавую полосу.

Вспомнить бы только, как пахла та рана. Плейт не могла тогда не заметить, как затрепетали ее ноздри, и в нижнюю губу уперлись увеличившиеся клыки, стоило Ретиарну появиться в зале. Она с большого расстояния ощущала благоухание его крови — чуть солоноватый. И если бы раньше она сказала, что отдающий железом, то сейчас для нее ассоциация была скорее с каким-то деликатесом, что так пьяняще действует на аппетит, словно перед ней пронесли свежеиспеченную булочку, от которой тут же потекли слюнки. Но кровь демона напоминала не сдобу, нет, она была чем-то более дорогим и изысканным, как омар, который девушке удалось всего раз в жизни попробовать после посещения Адельхарда проезжающими мимо купцами с моря, или же как трюфели, что можно было отыскать в горах недалеко от их дома.

Но со вкусом дразнящего деликатеса к крови примешивался еще запах чего-то неуловимого, видимо, это и был яд.

Плейт повела носом, пытаясь определить, если ли в этой каморке похожий душок.

Яд напоминал смесь уксуса с бензином, резкий, отталкивающий, и запоминающийся.

Почувствовав нечто похожее, Плейт двинулась вглубь помещения, стараясь ориентироваться только на новый обретенный талант.

Нужная жидкость янтарного цвета обнаружилась в плотно закрытой склянке. Плейт взяла в руку стеклянную тару, рассматривая ее на свет, хорошо еще Шонард догадался зажечь многочисленные свечи, что стояли на столе и полках.

Яд переливался теплым спектром оранжевых оттенков, не приставая к краям колбы.

Удивительно, как Плейт удалось уловить его запах, ведь крышка сидела плотно. Присмотревшись, девушка поняла, что она учуяла каплю, что закристаллизовалась у основания сосуда.

— Я нашла яд.

Шонард подошел к ней и взглянул на жидкость.

— Не буду спрашивать, как тебе это удалось, но напомню, что нам нужно противоядие.

Плейт присмотрелась к полочке, с которой взяла яд. Рядом стояла еще одна склянка, только с прозрачной жидкостью. Надписей, как и на колбе с ядом, на ней не оказалось.

Плейт нерешительно взяла вторую склянку, завертев головой в поисках миски. Нужна тара нашлась на заставленном всяческими баночками столе.

— Шон, я не уверена, но, возможно, противоядие вот, — Плейт потрясла склянкой с прозрачной жидкостью.

— А если это тоже яд?

Плейт вылила небольшую порцию яда в миску, снова плотно закрыв крышку, скривившись от ударившего в нос резкого запаха, после чего откупорила баночку практически с водой, вылив на яд пару капель.

Пошла бурная химическая реакция, заставляя яд сворачиваться, постепенно заменяясь попавшим в него веществом.

Плейт нахмурилась. То, что жидкости пришли во взаимодействие, могло говорить как о их противоположном назначении, так и о схожем, если к примеру, Шон был прав, высказав опасение, что во второй колбе тоже был яд. И, судя по тому, что творилось в миске, более сильный.

Плейт перевела взгляд на полку, но больше ничего из представленного на ней не привлекло ее внимания. Остальные компоненты были знакомыми: мази от тех или иных повреждений и микстуры.

Видимо, Намисса выполняла также роль лекаря для пленных, чтобы увеличивать срок их жизни, и, тем самым, растягивать удовольствие вампиров от трапезы.

— Нам придется рискнуть… Вернее, Ретиарну.

Плейт понимала, что берет на себя слишком большую ответственность, ведь риск высок. А если она собственными действиями только навредит?

Но ведь может и помочь?

Шонард прищурился, пытаясь понять, что же творится в ее душе. Иногда он казался чересчур щепетильным, когда речь заходила о взаимоотношениях Плейт и Ретиарна. Но, возможно, девушке так просто казалось. В конце концов, Шонард был ее другом с детства, он имел полное право ревновать ее к незнакомому мужчине, что так любил показывать свое превосходство и чуть ли не собственнические замашки, на которые Плейт просто закрывала глаза.

* * *

Стоило Плейт закрыть за собой дверь, внимание Ретиарна полностью переключилось на Этельвена, который начал медленно обходить его стороной, заставляя кружить по залу.

Мужчины напоминали диких животных перед прыжком. Оба были напряжены, готовые к внезапной атаке противника.

— Не находишь нашу встречу ностальгической? — Этельвен ухмыльнулся.

— Сегодня я закончу то, что не завершил семьсот лет назад.

— Как самонадеянно!

Внезапно Этельвен выбросил руку вперед, и в Ретиарна полетело нечто, напоминающее дымчатый столб.

Вампир решил обратиться к своей магии?

Что же, он принимает правила игры.

Ретиарн поднял левую руку, создавая щит, через который Прах не мог пробиться.

— Я — высший демон, Этельвен. Тебе не справиться со мной.

— Ты отравлен! Я вижу, что ты слабеешь с каждым мгновением. Мне не нужно убивать тебя магией или марать свои руки, чтобы ты пал на колени, достаточно лишь выждать, — вампир растянул губы в зловещей улыбке, блеснув клыками. — А я умею ждать.

Ретиарн зарычал, делая резкий жест рукой, отчего щит, который держал вампирскую атаку, заискрился, преобразуясь в огненную стену, которая словно змея начала опутывать столп пыли, что выпустил красноглазый.

Этельвен сжал зубы, стараясь удержать свою Энергию, не давая змее перепрыгнуть на него.

Из-за переизбытка магической энергии в одной точке случился хлопок и противников отбросило в разные стороны зала.

— Я уже давно не уступаю тебе по силе! — вампир обнажил свои клыки в зловещей ухмылке.

Вокруг него начала сгущаться сама тьма, в помещении как будто наступила непроглядная ночь. Отовсюду в сторону демона начали ползти тени, пытаясь ухватиться за него и повалить наземь. Но Ретиарн не зря прожил свое тысячелетие в постоянных битвах и различных уровнях реальности, что в Ингиаке, что в мире людей.

От него во всех направлениях начали расходиться волны адского пламени, от которого горел и плавился даже камень, и мрак начал понемногу отступать.

В эту игру можно играть вдвоем. В вампира полетели огненные струи, словно копья, готовые пронзить зарвавшуюся персону. Но они разбивались о мерцающий маслянистой тьмой щит упыря.

Понимая что простыми заклинаниями бой в его состоянии не выиграть, демон начал частично принимать свой истинный облик. Черты лица его заострились, на руках отросли когти а в глазах начали тлеть кровавые угольки. Он ускорился, на мгновение стал лишь светящимся бликом, и в следующую секунду оказался прямо перед Этельвейном припечатав его к стене уже вполне демоническими руками.

— Ты никогда не будешь мне ровней, жалкий кровосос! Я существо высшего порядка! — изо рта демона струился дым и летели искры. Сзади уже начали разворачиваться кожистые крылья с острыми когтями на концах.

Сейчас Ретиарн даже не ощутил боли, сопровождающей его всегда, стоило лишь вызвать эти опахала за спиной. Адреналин, злость и жажда крови вытеснили все остальные эмоции.

— Ты слишком самоуверен, пламенный! — Прохрипел вампир. — Вы давно уже не самые сильные сущности в мире! И я тебе это докажу!

Этельвен сделал незаметный жест руками и демона отбросило от него на середину зала.

— Вечная жизнь имеет свои плюсы, — продолжал вещать вампир.

Из пола потянулись костяные лапы и начали опутывать руки и ноги Ретиарна, тем самым полностью обездвиживая его. В глазах демона на мгновение промелькнули отголоски страха.

— Мне потребовалось несколько сотен лет, чтобы освоить первозданную некромантию, — прорычал Этельвен. — Но теперь она подчиняется мне по первому зову. Эта сила древнее и могущественнее даже вас, демонов, и прочих высших сущностей.

Вампир совершил скачок и со всей силы ударил Ретиарна в грудь. Демон внезапно поник и тяжело опустился на мраморный пол. Отпустив удерживающее заклятье, Этельвейн ликовал. Он победил! Победил своего старого и заклятого врага! Дело осталось за малым…

* * *

Толкнув дверь зала, с бешено колотящимся сердцем, Плейт шагнула внутрь. И не узнала помещение, совсем недавно еще блестевшее от натертых полов. Сейчас здесь царил хаос, лежала пыль, мрамор пошел трещинами и кое-где был разбит, будто выкорчеван. Колонны, которые поддерживали потолок, также покрылись черной копотью, сквозь которую просвечивали белые полосы — следы от столкновения с магической силой.

Переведя взгляд на центр зала, девушка вздрогнула.

Мужчины перемежали рукопашную схватку с магическими ударами, нанося друг другу сильнейшие увечия, которые для смертных равнялись бы кончине.

Она не узнала Ретиарна. Куда делся мужчина, так похожий на обычного человека? Перед ней предстало высшее существо, с более развитой мускулатурой, чем она привыкла у него видеть, с огромными черными крыльями за спиной и длинными когтями. Синие глаза, в которых девушка утопала, уступили место красноватым, похожим на те, что так пугали ее у Этельвена.

И все же это был он. Ретиарн. Друг. Дорогой ее сердцу…

Пропустив еще один удар сердца, Плейт приняла истину.

Ее возлюбленный.

Видя, что Ретиарн упал, не думая и секунды, она ринулась к нему, выбрасывая перед собой колбу с противоядием (по крайней мере она надеялась, что там все же было именно оно). Склянка звякнула и покатилась по мраморному полу, остановившись возле демона.

— Ретиарн! Выпей ее!

Демон ослабевшими пальцами схватил колбу, встречаясь с девушкой взглядом.

Этельвен, не ожидающий от Плейт предательства, зашипел.

— Как?!

— Я все вспомнила благодаря Тидоре.

Ретиарн, не теряя времени даром, откупорил склянку и влил в рот прозрачную жидкость.

Мастер молилась, чтобы это не оказалось ядом.

Демон схватился за живот, словно его пронзила сильная боль.

Плейт побледнела.

Но вот Ретиарн, отдышавшись, поднялся с пола, медленно поднимая, словно пробуя, правую руку. Ту самую, что висела невольной плетью вдоль его тела.

Плейт мысленно возликовала. Лекарство подействовало!

* * *

Появление в зале Плейт стало для него неожиданностью. Все-таки Ретиарн сомневался, правильно ли истолковал ее взгляд? А вдруг она действительно полностью погрузилась в темный мир вампиризма, забыв кто она, да и кто он такой?

Склянка, которая остановилась недалеко от его руки, поставила все на свои места.

Его умница уходила, чтобы найти противоядие! Слышала же о ранении, и тут же нашла решение.

Не сомневаясь, демон опрокинул в себя жидкость здоровой рукой, и тут же почувствовал, как будто глотает огонь. Создавалось впечатление, что все его внутренности стали гореть, немилосердно распирая, в противовес тому, что он чувствовал под воздействием магии Намиссы.

Секунда, вторая, третья, и боль стала отходить, а тело будто ожило. Сила возвращалась к нему!

Воспользовавшись замешательством вампира, он резко вскочил и обхватил того сзади, не давая сделать ни малейшего движения…

* * *

Плейт, поняв, что задумал Ретиарн, выхватила у стоящего рядом Шонарда револьвер и направила оружие на огромный витраж.

Нажав на спусковой крючок, девушка видела, как пуля летит в сторону окна, встречая преграду в лице разноцветных стекол, которые острыми осколками начинают сыпаться на пол.

Время будто замедлилось.

В зал ворвался солнечный свет, который заполнил все пространство. Прямые лучи, нацеленные на пригвожденного к полу Этельвена, заставили демона истошно кричать. Его кожа начила чернеть на глазах, шипя, словно попав в кислоту. Ретиарн не отпустил поверженного, даже когда тот начал гореть.

— Тебе конец, окончательно и безповоротно, — прошептал демон распадающемуся на глазах вампиру и оступил от него.

Не понимая, почему ей становится так больно, Плейт, выронив револьвер из рук, с изумлением увидела, как и ее кожа, попав под солнечный свет, начала дымиться. Заметив это, Шонард бросился перед ней, загораживая собой свет и оттесняя мастера к выходу из зала.

— Тебе нельзя на солнце! — друг грубо вытолкнул ее за двери, плотно прикрывая их за собой.

Плейт с расширенными от боли, ужаса и удивления глазами смотрела на свои обнаженные руки, которые постепенно стали возвращать мертвенную бледность, сменяя красноватые ожоги.

— Я — вампир, — как будто поясняя самой себе произнесла Плейт, дотрагиваясь до восстановившейся кожи.

Шонард схватил ее за плечи, заставляя взглянуть ему в глаза.

— Ты — Плейт Реклейв! Мастеровой Адельхарда! Мой учитель! Мой друг!

Плейт начало трясти от пережитого и она лишь закрывает глаза, прислоняясь к груди Шона, который тут же захватил ее в кольцо своих рук.

* * *

Стоило Ретиарну открыть дверь, ведущую из зала, как перед ним предстала картина обнимающейся парочки.

Вот Шон! Проныра! Пользуется случаем!

Все еще пытаясь восстановить дыхание после сражения, Ретиарн стискивает зубы. Он видел, как Плейт отреагировала на солнечный свет. И видел, что Шонард не терял драгоценные секунды даром, уводя ее в тень.

Но на этом же можно было остановиться! Зачем лезть обниматься?!

Ретиарн понимал, что в нем бушует необоснованная ревность. Блондин сейчас явно не соблазнял мастера, а утешал. И все же видеть их, плотно прижатыми друг к другу, было больно.

Демон с шумом захлопнул за собой дверь, заставляя парочку вздрогнуть и обернуться на звук.

Поняв, что это он, они расслабились, все же оторвавшись друг от друга.

— Пора домой, — процедил Ретиарн, держась за бок.

Удивительно, но Этельвен за все годы, что он его не видел, смог каким-то образом стать сильнее. И намного вырасти в плане сражений.

Но даже это не помогло ему против высшего демона. И иначе быть не могло, Ретиарн твердо это знал. Он был уверен в своей победе, пусть и доставшейся с таким трудом.

* * *

Удивительно, но даже смерть Намиссы не обрушила купол, окружающий замок. Видимо ведьма привязала охранное заклинание к какой-то вещи, находящейся внутри, но искать эту вещь Ретиарн не хотел, на это могло потребоваться слишком много времени.

К тому же, у них было еще одно незаконченное дело.

Плейт, как только поняла, что ужасы остались позади, снова стала упрямиться, говоря, что нужно спасти людей, что сейчас боялись выйти из открытых Шонардом темниц. И Ретиарну с Шоном пришлось вести за собой группу подрагивающих людей к площадке с дирижаблем. Плейт выйти на улицу не могла, опасаясь быть сожженной также, как и хозяин замка.

Вампиры, которые не были убиты мужчинами, предпочитали прятаться в своих покоях, почувствовав смерть Этельвена. Без предводителя они не осмеливались идти против демона.

Возможно, стоило бы уничтожить и их, но Плейт попросила этого не делать, мотивируя тем, что они итак за эту ночь истребили чуть ли не половину замка, к тому же, раз вампиры не шли на конфликт, можно было сделать вывод, что они не разделяли взгляды Этельвена в борьбе с демоном. (3303c)

Телепортацию было решено перенести на время после заката, обойдя защитный купол, чтобы Плейт могла беспрепятственно находится под открытым небом, не переживая за свою жизнь.

Взяв Ретиарна за руку, Плейт и Шонард, не оглядываясь на разрушения, что произошли в замке, приготовились покинуть это страшное место.

Мастерская встретила их темнотой и родным запахом масла, дерева и железа.