Глава 13

Мое относительное уединение в послеполуденное время было прервано неожиданным визитом кузины Софьи. Эта юная особа, облаченная в наряд цвета «свежего салата», своей неуёмной энергией заполнила практически всё пространство гостиной, куда её проводила Серафима Петровна.

- О, Софи! – воскликнула она, едва завидев меня, - я поспешила к тебе, чтобы поделиться некоторыми планами относительно костюмированного бала на праздник «Леди Голубой Звезды», чтобы ты была готова к тому, что тебя может ожидать!

«Интересно, - подумалось мне, - она пришла сообщить о тех каверзах, которые замышляются против моей персоны, чтобы по доброте душевной предупредить!?»

- Рассказывай, - подбодрила я её, готовая ко всему, что поведает эта добродушная девушка.

- Итак, первое – это приглашение, которое собственноручно подпишет сама графиня Розалинда Скорр. Ты его получишь в ближайшее время. Оно будет на две персоны – на тебя и твоего спутника, имя которого ты должна будешь вписать сама.

«Вот как! – мысленно озадачилась я, - Мне, что Петрушу с собой брать что ли?»

- Если спутника нет, - сконфуженно продолжила Кэтти, - то приглашением ты воспользоваться не сможешь.

Ну что тут скажешь! Отбор и отсев начинается, можно сказать, на нулевых этапах подготовки к балу. Браво графиня! Так держать! С такой политикой можно строить из себя добрейшую «самаритянку», приглашающую к своему двору всех страждущих испытать на себе гостеприимство богатого дома, и одновременно показать, что именно вы, оказывается, «рылом не вышли», так как не соответствуете общепринятой морали и нормам поведения! Ай-яй-яй! Нет пары – это просто моветон!!!

- Хорошо, поняла, - утвердительно сказала я, и задала интересующий меня вопрос, - а какие предъявляются требования к статусу сопровождающего (может, действительно и Петруша сойдёт)?

Тут Катерина совсем поникла:

- Титул должен быть, - сказала она менее уверенно.

- Ладно, не переживай, найдем такого, - нарочито ободряюще воскликнула я.

- Где? – поинтересовалась Кэтти, и вдруг поняв, что «ляпнула» лишнее, смутилась ещё больше.

- Так, а что у нас на второе? – задала я вопрос кузине, пока та совсем не раскисла.

- Что? – непонимающе переспросила девушка.

- Ну, ты сказала первое – это приглашение, значит, следует и второе? – вроде бы логические цепочки мне всегда удавались или Кэтти решила, что я до второго пункта празднества просто не доберусь?

- Ах, да, - опомнилась Катерина, - соблюдая традиции празднования, подъезд к особняку, где станет проходить бал, будет организован очень примечательно: оставив кареты у больших ворот, девушки должны будут сесть на лошадей, которых под уздцы поведут по главной аллее сада к парадному входу их кавалеры. Правда, здорово?

- Очень романтично! – поддержала я напрягшуюся при этих словах кузину. А повод, как я понимаю, действительно, был, ведь Софья панически боялась лошадей после полученной травмы.

- Я рада, что тебе понравилась эта идея Нэнси, - оживилась девушка, и грустно добавила, - Просто я очень переживаю, что ты не сможешь этого сделать.

Мне стало, даже, немного жаль эту добродушную милашку. Как я поняла из её слов, автором этого примечательного эскорта являлась белокурая красавица, которая столь своеобразно приветствовала меня у детективного агентства. Ах, да! Она ещё была очень хорошей знакомой Реймана де Бара, так как, увидев виконта, бросилась прямиком к нему и «повисла» у него на руке во время нашей встречи.

- Не беспокойся, - заверила я Кэтти, - Мне удастся это сделать!

- Как? – задала ещё один «неприличный» вопрос девушка.

- Просто! Вскачу на лошадь и поеду по главной аллее.

Что-что, а на лошадях я действительно умела скакать. В моем богатом жизненном опыте был эпизод, когда я очень хотела поехать в конный поход по Алтаю. В целях подготовки к данному событию я почти девять месяцев регулярно посещала школу наездников при городском ипподроме, где освоила все азы верховой езды. До Алтая я так и не добралась, но на лошадях ездить научилась.

- Но ты же всегда боялась лошадей после своего падения, - начала мямлить Софьина кузина.

- О, это было в прошлом, - заверила я её, - я давно проработала эти комплексы, так сказать, закрыла гештальт!

- Что закрыла? – недоуменно воззрилась на меня Кэтти и я, поняв, что тоже сказала лишнее, поторопилась сменить тему.

- Есть ещё что-то, о чем мне необходимо знать заранее? Ну, например, какое платье должно быть на балу?

Услышав про наряды, Катерина оживилась:

- Раз это праздник «Леди Голубой Звезды», то все должны быть в голубом. Это единственное условие, а в остальном – это же костюмированный бал, только твоя фантазия!

Ещё немного поболтав с кузиной, я выяснила, что на бал её будет сопровождать Давид, которого мне также удалось лицезреть при встрече у детективного агентства. Платье у Кэтти было уже готово, так как она собиралась в нём предстать на вечеринке, которую отменили из-за погодных условий, хотя дождя пока не наблюдалось. Весело щебеча, девушка побаловала себя лакомствами Серафимы Петровны, заботливо приготовившей нам чай. Успокоившись на том, что её миссия удалась, Катерина удалилась, оставив меня наедине со своими мыслями. Хотя почему наедине? Надо будет узнать у Софьи, что она думает по этому поводу.

***

«Непорядок!» - подумал Рейман, в который раз осматривая место нападения на детектива, Уильяма Грея. Он всё еще находился в агентстве, перебирая в уме все возможные версии, пытаясь найти ниточку, которая могла бы вывести его на след.

Если охотились за документами тайного общества «Конфиденс», то кто мог знать наверняка, что Софья, дочь барона Павловского обнаружила их в потайном ящике отца и принесла в агентство? Вывод напрашивался сам собой – кто-то из приближенных к дому погибшего барона.

Он за день просмотрел все отчеты, которые были доставлены из сыскного отделения на домочадцев Софьи. Причастность к нападению кого- либо из них, казалось Рейману маловероятной. Но все же, не следует это безоговорочно отметать.

Если разобраться более тщательно, используя информацию, которую удалось получить из отчетов тайного общества «Конфиденс», то вся интрига этого дела закручена не вокруг дома, а вокруг Софьи Павловской или Лии Монарди. Как оказалось, Лия Монарди - весьма одаренная особа в магическом плане. Может, именно поэтому она легко ориентируется в непредсказуемых жизненных ситуациях?

Итак, возвращаясь к нападению на детектива, налетчиков было двое, а это уже сговор. Можем предположить, что это сами члены тайного общества, заметая следы, изъяли важные документы. Но! Уильям уже успел ознакомиться с содержимым отчетов. Правда, он выделил и озвучил только ту информацию, которая непосредственно касалась барона Павловского и Софьи. Может в этих документах скрыто ещё что-то, оставшееся без их с Уильямом внимания. Надо будет подробно расспросить Грея, что подозрительного было в этих бумагах, когда он оправится от нанесенных травм.

Рейман потер виски, чувствуя, как нарастает головная боль. События последних дней выбивали его из привычного ритма жизни. Два убийства, две шкатулки, два покушения на дочь барона, каста Хранителей и их документация, поджог кабинета и нападение на детектива, секреты древнего рода Монарди – как распутать весь этот клубок тайн и интриг?

Ещё отец со своим приглашением на официальный обед – виконт издал еле слышный стон, вспомнив о письме герцога. Рейману меньше всего хотелось отправляться на встречу со своим отцом, его Светлейшеством герцогом Ромулом де Баром. Однако, в послании, которое он получил накануне, тот давал прямое распоряжение – быть обязательно!

Виконт Рейман де Бар был младшим сыном маркиза Ромула де Бара, который недавно стал его Светлейшеством герцогом де Баром, вступив в права наследования после кончины деда. Рей заметил, что едва примерив на себя новый титул, отец странным образом изменился. В его голосе появились незнакомые ранее нотки высокомерия и надменности. Он стал нетерпим к чужому мнению не совпадающему с его собственным, более напряжен и постоянно говорил с Рейманом о его долге перед их древним родом, не прерывающимся более трёх столетий, - дать наследника. Старших брат Рея, Воланд де Бар, был женат и имел в браке дочь. Но недавняя травма, произошедшая с ним на охоте, поставила под сомнения его способность еще раз стать отцом. После этой трагедии, все чаяния герцога легли на младшего сына, по его рассуждению именно Рейман может дать здоровое продолжение рода и в этом заключается его миссия.

Сам Рейман де Бар был рад служить его Императорскому Величеству в качестве уполномоченного по секретным поручениям, имел вес при дворе и был приближен к самому императору. В делах рода он меньше всего сейчас хотел принимать участие. Но было ещё кое-что очень важное: дед на смертном одре попросил Реймана прислушаться к просьбе отца. Рей видел, как угасает жизнь в глазах старого герцога и, склонившись над умирающим дедом, поклялся выполнить его наказ.

***

Поднявшись после ужина к себе в комнату, я раз за разом прокручивала в своей голове события этого дня: посещение детективного агентства, нападение на Уильяма, оказание первой помощи детективу, встреча с Рейманом, возвращение шкатулки, приход гостьи, новости о празднике. Я просто удивлялась, до чего насыщенные у меня дни в этой реальности, в отличие от заурядных будней моего привычного мирка?

Убедившись, что шкатулка стоит на своем прежнем месте, я решила перебрать Софьин гардероб в поисках туалета, подходящего под требования праздника «Леди Голубой Звезды». Неспешно передвигая вешалки, внимательно рассматривая ткань, крой, пошив и отделку платьев, я, к своему разочарованию поняла, что ни одно из них не подходило для данного торжества. Решив в своих поисках залезть в самую глубь гардероба, я вдруг не удержалась и громко чихнула.

- Будь здорова! – буркнула Софья, как будто её только что разбудили.

- Вот ты-то мне и нужна, - обрадованная внезапным возвращением девушки, я поведала ей о сегодняшних событиях дня.

Выслушав внимательно о трёх условиях к празднику «Леди Голубой Звезды», девушка задумалась.

- Самое выполнимое из них – это наряд. Его задолго приготовили для моего первого бала. Он лежит в большой коробке, что находится в глубине шкафа.

Поднырнув под вешала с одеждой, я, действительно, наткнулась на коробку, похожую на маленький красивый сундучок. Вытащив её на свет, мне захотелось поскорей посмотреть, что за платье было приготовлено для Софьиного дебюта. Медленно, замирая от предвкушения, я открыла крышку и заглянула во внутрь. Легкое мерцание ткани бального туалета поразило мое воображение. Ткань сверкала, словно россыпь звездного неба. Платье казалась почти живым, оно переливалось, отражая свет и создавая ощущение магического сияния.

- Ух, ты! - вырвался у меня вздох восхищения, мне ещё ни разу не приходилось видеть такую искусную ткань. Или приходилось?

Помимо платья в сундучке нашелся плащ из бело-голубого атласа, украшенный серебряной вышивкой в тон платью и маленькие великолепные бальные туфельки, как раз на Софьину ножку. Они были выполнены из тончайшей мягкой кожи, отполированной до блеска, а вместо пряжек - инкрустация драгоценными камнями.

- К этому наряду еще прилагается старинный гарнитур, который хранится в шкатулке с драгоценностями, - пояснила Софья, - и маленькая бальная сумочка.

- Здорово! – продолжала восхищаться я, а девушка меж тем вздохнула.

- Но ты же понимаешь, что если мы не выполним первые два условия, то наряд нам может и не понадобиться.

- Согласна – наконец разумно отреагировала я, - самое трудное – это найти титулованного сопровождающего. Может, ты вспомнишь, кого мы можем взять в компаньоны?

- Никто не приходит на ум, - горестно вздохнула Софья и я поспешила ободрить девушку.

- Не переживай, до назначенного бала еще три дня, спросим у наших детективов и уполномоченных, может они нам кого то и присоветуют.

Хотя сама я в это верила с трудом, но богатый жизненный опыт подсказывал, что надежда умирает последней. Меж тем Софья задала самый сложный для себя вопрос:

- А как насчет аллеи на лошади?

- Вот об этом совсем не стоит беспокоиться! – заверила я девушку и поведала о своих спортивных «достижениях» и опыте «управления» лошадьми.

Вдруг в комнату неожиданно постучали. Насторожившись, что просивший разрешения войти не предпринимал никаких попыток открыть дверь, я поняла, что это, скорее всего, не Серафима Петровна и не Лизавета.

Поспешив на стук и отворив «опочивальню», я к своему изумлению увидела Петрушу. Парень переминался с ноги на ногу и виновато поглядывал на меня.

- Петро? Что тебе надобно в такое время? – удивленно спросила я пришедшего к моим покоям «богатыря».

- Вот! – отвечал Петруша, одновременно пытаясь демонстрировать что-то в своей руке, опасливо озираясь по сторонам.

Недолго думая я схватила его за руку, втянула в комнату и захлопнула дверь. При более ярком свете увидела, что Петро держит в руке какую-то ленточку, явно из женского обихода.

- Знаете, барышня, - начал Петро трагическим шёпотом, - сегодня у детектива, когда ожидал Корнея Мефодича, я разглядел эту вещицу. Она валялась в приемной конторы. Это Лизкин бант! Я его точно узнал! Видите, краешек подпален кривовато? Это я его обработал с изъяном!

Я начала внимательно разглядывать протянутую Петрушей улику, а он меж тем продолжал:

- А что этой голодранке делать в агентстве, как не злодействовать? Это она решила детектива укокошить!

- Послушай Петруша, - начала я, призывая молодого человека молчать о находке - это очень ценная информация и я проведу свое расследование, только ты не выдавай тот факт, что нашел ленточку Лизаветы на месте преступления, чтобы не спугнуть злоумышленника.

Парнишка послушно кивнул и удалился из комнаты так же молниеносно, как и вошёл.

«Вот это номер!- подумала я, - выходит, Лизавета причастна к нападению на детектива?» Так, без паники! Допустим, девчонка – это злоумышленник номер два, тот, что поменьше (миниатюрность девушки сомнений не вызывала). А это значит, что главным нападавшим был мужчина, которого Уильям Грей едва не одолел. Тогда, с целью освободить своего напарника, девушка, стоящая «на стреме», бьёт детектива по голове первым попавшимся предметом. Мы можем это квалифицировать, как нападение с целью защиты. Только защиты не себя, а, скорее всего, дорогого сердцу человека. Тогда это многое объясняет, она влюблена! Поэтому вечерами пропадает неизвестно где, может быть рассказывает, что происходит в доме, и идет со своим возлюбленным решать его же проблемы.

Если это так, то девчонке могли попросту задурить мозги. Надо расспросить её по-тихому, что бы «благородный» рыцарь её сердца не причинил девице ещё большего вреда, втянув в более рискованные неприятности.

- Что ты об этом думаешь? – спросила я Софью, которая находилась в комнате немым свидетелем нашего разговора с Петрушей.

- Знаешь, Лидия, - вдруг откликнулась Софья, - ты мне за эти дни показала так много нового: ты по другому воспринимаешь события, принимаешь в свою жизнь новых людей, рассуждаешь, делаешь глубокомысленные выводы… Я, за свою жизнь, ни разу не встречала такого человека. Ты меня многому научила, а самое ценное, я перестала судить о людях по первому впечатлению.

Я не ожидала от девушки такого сумбурного признания моих достоинств. Что же, я рада, если наше общение пошло ей на пользу. Только наболевшие проблемы пока остались нерешенными.

***

Где - то…

- Надо срочно найти эту несносную девчонку и отдать Властителю Ледяной Тьмы, - в загробной тишине, напряженно прозвучал яркий женский голос.

- А ты бываешь жестока! – трагически констатировал мужской.

- Я просто хочу вернуть спокойствие в свою жизнь, - пытаясь оправдаться, с определенной долей отчаяния продолжал женский, - я готова отдать всё за гармонию в моём мире!

-Там где льётся кровь – нет места гармонии! – печально возразил мужской.

- Что же тогда делать? – запричитал женский.

- Не знаешь что делать, лучше не делать ничего!