Глава 35

С этих пор я начала всеми путями избегать встреч с Полем. Хотя особо стараться в этом отношении и не приходилось. Молодой лорд почти не находился во дворце. Прибыв в родные края с совершенно определённой целью — заложить для себя третий корабль, он практически всё время пропадал на верфи, непосредственно контролируя весь процесс постройки судна. Ночевать оставался в доме одинокой дальней родственницы преклонных лет.

Имение Иветт-Софи Демаре очень кстати находилось недалеко от прибрежной зоны. Немолодой уже вдове присутствие двоюродного племянника по материнской линии было только в радость. (Тут надо сразу отметить, что поместье купца территориально тоже располагалось совсем близко — в соседнем городке. И по меркам того времени, мадам Иветт с Марком были, можно сказать, соседями.) Так что, в доме родителей деятельный сын практически не бывал, лишь изредка совершая набеги вежливости. Далековато получалось, чтобы радовать их частыми посещениями.

— Вот и хорошо. Вот и ладно. - думала я, — воспоминания о нанесённом оскорблении всё ещё царапали самолюбие острым ядовитым коготком, — И ещё сто лет бы тебя, гад, не видеть.

Сама же с завидным упорством и рвением продолжала копить деньги и продумывать детали своего грандиозного плана.

С духовкой всё более-менее было понятно. Нужно будет заказать у мастера железный ящик с решёткой и практическим уже путём вычислить условия соблюдения необходимой температуры. На конвекцию, понятное дело, расчитывать не приходится, ну да ничего — будем, по первости, переворачивать ручками. Варить колбасу, как это делали местные умельцы, я не хотела. Мои творения должны радикально отличаться от того, что видел и пробовал этот мир. О как!

С мясорубкой немного сложнее, но тоже вполне решаемо. Главное — найти такого рукодельника, который подскажет и сумеет сваять нужной остроты нож, годный к заточке.

Информацию об отличном умельце, способном воплотить мои чертежи в реальность, я самым «коварным» образом выманила у нашей «шеф-повара». Шучу, конечно.

Обладающая отличным чувством юмора талантливая, уравновешенная экспериментаторша — новаторша мне очень нравилась. Причём эта симпатия была взаимной и крепла с каждым днём. При всякой удобной возможности я забегала к ней на кухню поболтать. Сперва мои визиты вызывали недоумение многочисленных помощников, но очень быстро на «странную» во всех отношениях фрейлину вообще перестали обращать внимание.

Тем не менее, раскрывать карты раньше времени я всё равно не хотела. Поэтому, изыскала способ совместить приятное с полезным. Я решила подарить нашей поварихе идею мант! (Всё равно без морозильной камеры мне самой эту задумку широко не воплотить.) А для её реализации совершенно очевидно потребуется мантоварка, которую тоже для начала придётся сконструировать. Я, конечно, немного рисковала не получить положительного отклика на эту странную затею — на сам агрегат придётся прилично потратиться — но очень рассчитывала на профессиональное любопытство и опытный нюх поварихи на удачные проекты. И не ошиблась.

Затея так захватила Лукрецию, что она очень быстро «навела справки» и прямо в дворцовом помещении для прислуги организовала встречу с неким Паскалем Тибо — улыбчивым, подвижным мужичком средних лет с отсутствующим мизинцем на левой руке — мастером по металлу, рекомендованным нам как «человек редкого таланту и скрупулёзности». Вот ему я сама уже лично объяснила, что от него требуется. Заодно завела полезное знакомство, сразу выспросив, где сей «Левша» проживает на постоянной основе, а так же сложила представление о примерной стоимости моих будущих агрегатов.

К величайшему облегчению, лишних вопросов Лукреция не задавала. Как всякий творческий человек, сама способная создать нечто новое, она совершенно точно знала ответ на самый популярный у «зрителей» вопрос: «Откуда вы взяли эту идею?» Честный ответ, за редким исключением, однозначен: «Не знаю!»

Как только Паскаль прислал во дворцовую кухню совершенно жуткую на вид первую в этом мире мантоварку, мы, азартно потирая руки, взялись за дело.

На практике, забегая вперёд, это корявое ведро с кругами и крышкой оказалось вполне функциональным.

Боже, это было целое приключение. Поздним вечером (Спасибо, хоть Анаис перестала гонять за мной горничную при каждой задержке ко сну.), когда «рабочая смена» закончилась, я заставила Лукрецию до умопомрачения перемалывать и сеять пшеничную муку на несколько раз, чтобы к столу герцогской четы это блюдо попало в совершенном виде.

Заперевшись в кухне, мы в два ножа, высунув от усердия языки, рубили отборное мясо.

— Послушай, Таис, так ведь это сколько блюд теперь можно будет приготовить на пару! — восхищённо развивала мысль повариха, урёвываясь от миазмов мелко нашинкованного лука, стоявшего в большой миске на краю стола.

— Ага, — в тон ей шмыгнула носом я, отвлекаясь на то, чтобы прикрыть злополучную миску чистым полотенцем, — а самое главное ещё знаешь что?

— Что? — подняла она на меня покрасневшие от слёз глаза.

— Эти штуки можно очень интересно подать. Например, как блюдо каких-нибудь северных варваров!

— О, да! — рассмеялась моя компаньонка, — Герцогине идея понравится.

Наша Жозефина, будучи женщиной тщеславной, но не такой уж и глупой, вполне отдавала себе отчёт в том, что при всей своей красоте, давно уже уступает место «примы» более юным конкуренткам из местного бомонда. Поэтому, не желая терять интенсивности привлекаемого к себе внимания, заняла нишу законодательницы мод на всякие новые интересные штучки. (Самой первой, кстати, свою колбасу я предложу именно ей.)

Удерживать первенство в этом соперничестве тоже было не так-то просто. Последняя её идея с моими сказками имела успех и пользовалась популярностью (мне за них даже немного доплачивали), но «ассортимент» экзотических новшеств требовалось постоянно пополнять. Поэтому, думаю, за радикально отличное от всего прочего блюдо Лукрецию однозначно ждёт премия. Не знаю уж какая, но окупить расходы на мантоварку — точно хватит.

Таким образом незаметно пролетало лето.

В один из дней ранней, пока ещё тёплой осени, случились сразу две неприятности. Нет, не так. Одна весть была всего лишь неприятной — во дворец ждали лорда Поля, второе же событие оказалась для меня просто катастрофическим.

Меня обокрали. Все сбережения, трепетно хранимые в специальном мешочке в недрах сундука — исчезли. Известие просто вышибло дух и, чтобы хоть немного собраться с мыслями, оценить ситуацию и понять, что делать, я убежала в свою любимую беседку в дальнем углу начинавшего красиво желтеть сада.

— Кого там «оценить ситуацию»?! Оценивать нечего — это крах. — слёзы градом покатились из глаз, крупными каплями шлёпаясь на рабочий блокнотик, лежавший на коленях, — придётся всё начинать с самого начала.

Я ведь уже почти всё продумала. Накопленной суммы было ещё не вполне достаточно для начала активных действий, но я ведь уже приближалась к заветной цифре, запрещая себе любые траты, лишаясь даже самой крохотной приятной мелочи. От этих размышлений стало так обидно, что я не сумела удержать эмоции и совсем уже горько расплакалась.

— Господи, и что же может заставить ТАК реветь?! — вдруг, как гром среди ясного неба, раздалось за моей спиной.

Я аж подпрыгнула на лавке, быстро натягивая на место «лицо». Мало того, что чьё-то присутствие оказалось в принципе неожиданным, так ещё и догадайтесь, кого это несло по тропинке от семейной часовни. Не больше — не меньше, Поля де Шамбор собственной персоной. И в серых, как осенний дождь, его глазах в этот момент читалось что угодно — раздражение, лёгкая тень любопытства, нетерпение — и ни намёка на сочувствие! Вот прям ни граммулечки!

— Тебя здесь только и не хватало! — заполонившее было душу отчаяние потеснила злость.

— Вы потеряли здесь любимую заколку? Или ваш кавалер заблудился по дороге к этой беседке? — окончательно раскаляя меня «до бела», выдвигал «версии» этот высокородный гад.

И тут «Остапа понесло». Серая Мышь открыла рот.